Постановление от 9 августа 2018 г. по делу № А68-10328/2017

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-10328/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 02.08.2018

Постановление изготовлено в полном объеме 09.08.2018

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Грошева И.П., судей Бычковой Т.В. и Егураевой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от общества с ограниченной ответственностью «Сталь» - представителя ФИО2 (доверенность от 20.12.2017), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда Тульской области от 13.04.2018 по делу № А68-10328/2017 (судья Тажеева Л.Д.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Сталь» (далее – ООО «Сталь», истец) обратилось в Арбитражный суд Тульской области с иском к ФИО3 (далее – ответчик) о взыскании убытков в сумме 27 217 786 руб.

Решением суда от 13.04.2018 исковые требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что ответчик, будучи единоличным исполнительным органом общества не обеспечил сохранность принятого на хранение товара, что привело к его утрате (краже) и возникновению у истца убытков.

В жалобе ФИО3 просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

В обоснование своей позиции заявитель указывает, что действовал добросовестно и разумно в интересах общества. Полагает, что истцом пропущен установленный статьей 392 Трудового Кодекса Российской Федерации годичный срок исковой давности для предъявления соответствующего требования. Указывает, что действия истца нельзя признать добросовестными, поскольку последний не предпринял мер направленных на сохранность принадлежащего ему имущества. Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель истца в судебном заседании возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на нее, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, представителя не направил. Дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс).

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Кодекса в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что решение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в период с 27.04.2010 по 14.04.2016 ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Сталь».

Ответчик 29.06.2012 от имени истца заключил с ООО «РемСтайл» договор субаренды № 6 недвижимого имущества.

В пункт 5.1 договора было включено условие, согласно которому он подлежит расторжению автоматически, в случае расторжения с субарендодателем (ООО «РемСтайл») договора субаренды от 29.06.2012 № 3-АР, с даты расторжения последнего.

Между ООО «Сталь» и ООО «Интерпайп – М» 01.11.2011 был заключен договор на оказание услуг № М/1209, по которому истец обязался оказывать услуги по организации перевозок и транспортной обработки грузов ООО «Интерпайп – М», включающие в себя прием, разгрузку, отправку грузов, заказ и погрузку железнодорожных вагонов, доставку от границы Украины и России до станции грузополучателя, аренду склада и прочее.

В соответствии с пунктом 7.1 договора его изменение, расторжение, признание не действительным осуществляется на основании действующего законодательства.

Ответчик 16.02.2015 направил в адрес ООО «Интерпайп-М» уведомление о расторжении с 24.02.2015 договора № М/1209 на оказание услуг в связи с нарушением сроков оплаты по этому договору.

В свою очередь, ООО «Интерпайп-М» письмом от 19.02.2015 проинформировало ответчика о том, что заключенным между ними договором не предусмотрено право на его односторонне расторжение и предложило рассмотреть вариант расторжения по соглашению сторон. Получив указанное письмо, ответчик, не предпринял мер для урегулирования данной ситуации, путем обращения в суд с иском о расторжении договора, либо расторжения договора по соглашению сторон.

В адрес истца 25.02.2015 поступило уведомление от ООО «РемСтайл» о расторжении с 10.03.2015 договора субаренды от 29.06.2012 № 6 на основании пункта 5.1 этого договора.

В дальнейшем ООО «Сталь» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «Интерпайп-М» о взыскании 806 053 руб. 48 коп.

В свою очередь ООО «Интерпайп-М» подало встречный иск к ООО «Сталь» о взыскании убытков в размере 31 570 971 руб. 31 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2016 по делу № А40-97439/15 были удовлетворены исковые требований ООО «Сталь» на сумму 340 924 руб. 83 коп. и частично удовлетворены встречные исковые требования ООО «Интерпайп-М» на сумму 27 217 786 руб. Судебный акт в части удовлетворения встречных исковых требований мотивирован доказанностью факта хищения принятых ООО «Сталь» от ООО «Интерпайп-М» в рамках заключенного договора для хранения труб.

Ссылаясь на то, что в результате совершения вышеуказанных действий ответчика истцу был причинен ущерб в размере 27 217 786 руб., общество обратилось в Арбитражный суд Тульской области с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик, будучи единоличным исполнительным органом общества в спорный период, не обеспечил сохранность принятого на хранение товара, что привело к его краже (утрате) и возникновению на стороне истца предъявленных ко взысканию убытков, в связи с чем в полном объеме удовлетворил заявленные исковые требования.

Выводы арбитражного суда первой инстанции являются правильными, основанными на нормах законодательства и материалах дела.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В пункте 2 данной статьи указано, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно пункту 1 статьи 54 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 54 ГК РФ).

В соответствии со статьей 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии со статьей 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Согласно условий заключенных между ООО «Сталь» и Нагелем С.Ю. трудовых договоров от 27.04.2012, от 27.04.2014 ФИО3 осуществляет непосредственное управление хозяйственной и финансовой деятельностью этого общества, действует без доверенности от имени общества, совершает от имени общества сделки, осуществляет прием и увольнение работников, требует от них выполнения трудовых обязанностей, организует производственно-хозяйственную деятельность, обеспечивает своевременное и качественное исполнение договорных обязательств.

Однако, как правильно указал суд первой инстанции, представленные в дело доказательства свидетельствуют о том, что при исполнении своих обязанностей директора общества ФИО3 действовал неразумно.

Заведомо зная о наличии подписанного им же самим от имени ООО «Сталь» договора № М/1209 на оказание услуг от 01.11.2011 (с приложениями) между ООО «Сталь» и ООО «Интерпайп-М», в соответствии с которым ООО «Сталь» приняло на хранение принадлежащие ООО «Интерпайп-М» стальные трубы, и будучи осведомленным о том, что по условиям этого договора ООО «Сталь» не вправе расторгнуть его в одностороннем уведомительном порядке, ФИО3 29.06.2012 подписывает от имени ООО «Сталь» с ООО «РемСтайл» договор № 6 субаренды на недвижимое имущество, которое использовалось в производственной деятельности ООО «Сталь», в том числе и для хранения товара, принадлежащего ООО «Интерпайп-М» и в этом договоре субаренды фиксируется право любой из сторон досрочно расторгнуть договора, предупредив другую сторону за 10 календарных дней до расторжения (п. 5.3), а также право ООО «РемСтайл» в одностороннем порядке расторгнуть договор в случаях, указанных в п. 5.1 и 5.4. договора.

Заключив договор субаренды с указанными выше условиями, ответчик, действуя добросовестно и разумно, должен был предпринять меры к тому, чтобы либо попытаться внести соответствующие изменения в ранее заключенный им договор с ООО «Интерпайп-М» с тем, чтобы в случае расторжения по инициативе ООО «РемСтайл» договора иметь возможность расторгнуть договор с ООО «Интперпайп-М», с немедленным возвратом остатков товарно-материальных ценностей, либо предпринять незамедлительные меры к поиску иных складских помещений, с целью обеспечения сохранности принятых ООО «Сталь» на хранение товаров, принадлежащих ООО «Интерпайп-М».

Однако ФИО3 не предпринял никаких мер к обеспечению сохранности принятого на хранение имущества. Более того, как следует из переписки между директором ООО «Сталь» Нагелем С.Ю. и ООО «Интерпайп-М» он вообще не проинформировал своего контрагента о том, что договор субаренды, в т.ч. склада, на котором хранится товар ООО «Интепайп-М», с ООО «Сталь» расторгается в одностороннем порядке.

Судом первой инстанции верно отмечено, что при реальном соблюдении мер установленных инструкцией по приемке, хранению и отправке грузов заказчика (приложение к договору оказания услуг), предусматривающей оборудование склада камерами видеонаблюдения, работающими в круглосуточном режиме, освещение по периметру в темное время суток, ограждение забором, охрану контролерами, наличие пропускного режима, вывезти со склада 600 тн труб было бы невозможно.

При этом судом области учтено, что часть из переданных на хранение труб была обнаружена прибывшими на склад представителями ООО «Интерпайп-М» на неогороженной территории.

Указанные обстоятельства, количество похищенных труб, отсутствие руководства и работников ООО «Сталь» по месту нахождения принятого на хранение имущества, отсутствие доказательств принятия каких-либо мер по его сохранности до передачи ООО «Интерпайп-М», свидетельствуют об отсутствии со стороны директора ООО «Сталь» Нагеля С.Ю. контроля за деятельностью подчиненных, а также о ненадлежащей организации управления указанным юридическим лицом, что и привело к хищению неустановленными лицами принятого на хранение по договору имущества и как следствие к убыткам истца.

Согласно заключенному между ООО «Сталь» и ООО «Интерпайп-М» договора № М/1209 на оказание услуг от 1.11.2011, предметом указанного договора являлось не хранение товара на складе само по себе, а обработка грузов заказчика и их перевозка, до осуществления которых эти грузы и должны были находиться на складе ООО «Сталь». Однако в связи с обнаружением сотрудниками ООО «Интепртайп-М» своего товара за пределами огороженной территории склада, а также факта хищения значительной части товара, они были вынуждены обнаруженные остатки товара, в целях обеспечения его сохранности, незамедлительно перемещать на иной склад и эти действия сотрудников ООО «Интертайп-М», а также понесенные ими расходы являются прямым следствием виновных действий Нагеля С.Ю., о которых указано выше.

С учетом изложенных обстоятельств, суд области пришел к правильному выводу о доказанности вины ответчика в причинении ООО «Сталь» убытков в виде присужденной к взысканию с ООО «Сталь» в пользу ООО «Интерпайп-М» решением Арбитражного суда г. Москвы суммы 89 000 руб., связанной с перевозкой ООО «Интепайп-М»сумм на другой склад.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истцом доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к гражданской правовой ответственности в виде возмещения убытков, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявленные исковые требования.



Довод ответчика о том, что попытки внести изменения в договор заключенный с ООО «Интерпайп-М» предусмотрев в них возможность незамедлительного расторжения договора с возвратом товарно-материальных ценностей контрагенту, могли привести к отказу контрагента от договора, несостоятельны, поскольку документально не подтверждены, основаны предположениях и направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных с учетом правильно установленных фактических обстоятельств на основании представленных в материалы дела доказательств.

Доводы ответчика о том, что им были предприняты исчерпывающие меры по сохранности имущества общества, отклоняются судом апелляционной инстанции как не соответствующие материалам дела и нормам действующего законодательства. При этом доказательств принятия ответчиком своевременных, достаточных и исчерпывающих мер для обеспечения сохранности имущества общества материалы дела не содержат.

Направление одного уведомления о расторжении договора с требованием вывоза товара, при отсутствии доказательств совершения последующих мер направленных на урегулирование спорного правоотношения и обеспечения сохранности товарно-материальных ценностей, свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика.

Довод ответчика о пропуске истцом годичного срока исковой давности, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, также не принимается апелляционным судом.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» предусмотрено, что требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом с учетом положений части 4 статьи 225.1 Кодекса, споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 Кодекса) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 Кодекса.

С учетом того, что к требованиям о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации неприменима, поскольку спор возник не из трудовых отношений, а из оснований, предусмотренных статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № ВАС-7820/14 от 23.06.2014 по делу № А21-2818/2013), к настоящему требованию подлежит применению общий срок исковой давности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» следует, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Материалами дела подтверждено, что в рассматриваемом случае полномочия Нагеля С.Ю. были прекращены с 14.04.2016, а с 15.04.2016 новым генеральным директором ООО «Сталь» был назначен ФИО4

Настоящий иск подан в суд 29.09.2017, что подтверждается штампом канцелярии Арбитражного суда Тульской области на исковом заявлении (т. 1, л. д. 5).

Таким образом, на момент подачи искового заявления срок исковой давности по заявленным истцом требованиям не истек.

Иные доводы заявителя, содержащиеся в жалобе, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), не установлены.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 Кодекса.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тульской области от 13.04.2018 по делу № А68-10328/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий И.П. Грошев


Судьи Т.В. Бычкова


Н.В. Егураева