Постановление от 28 сентября 2025 г. по делу № А29-16172/2020

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-16172/2020
г. Киров
29 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 года.           

Полный текст постановления изготовлен 29 сентября 2025 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Дьяконовой Т.М., Калининой А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,


без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 08.07.2025 по делу № А29-16172/2020 (З-145145/2023)

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» ФИО1

о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

с участием лиц, в отношении которых совершена сделка: ФИО2,

в рамках дела по заявлению уполномоченного органа – Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Республике Коми

к должнику – обществу с ограниченной ответственностью Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании его несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Республики Коми от 23.11.2021 (резолютивная часть решения оглашена 19.11.2021) по делу № А29-16172/2020 общество с ограниченной ответственностью Нефтяная Компания «МастерНефть» (далее также – ООО НК «Мастер-Нефть», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО3.

Определением суда от 29.12.2021 конкурсным управляющим ООО НК «Мастер-Нефть» утвержден ФИО4.

Определением суда от 19.10.2022 по делу № А29-16172/2020 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО НК «Мастер-Нефть».

Определением суда от 14.11.2022 конкурсным управляющим ООО НК «Мастер-Нефть» утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), в котором просил признать недействительными сделки по перечислению ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) денежных средств на общую сумму 1 552 950 руб. – перечисления за период с 23.01.2018 по 16.04.2019 с назначением платежа «оплата по договору № АТСФ 01/16 от 16.01.2016 за аренду транспортного средства», «оплата по договору № 12-А/2017 от 23.11.2017 за аренду транспортного средства».

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 08.07.2025 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий ООО «НК «Мастер-Нефть» ФИО1 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, удовлетворить заявление.

По мнению заявителя жалобы, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства реальности оспариваемой сделки. Ответчик всячески уклонялся от участия в судебных заседаниях, не представил никаких доказательств в обоснование оспариваемых перечислений. В отсутствие объективной возможности конкурсного управляющего представить документы в обоснование оспариваемых платежей, бремя доказывания их обоснованности переходит на ответчика. Апеллянт ссылается на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Республики Коми от 22.12.2023 по делу № А29-16172/2020 (З-97124/2022). В обжалуемом определении имеется ссылка на недопустимый документ (письмо должника от 22.02.2019), который не был представлен в материалы дела сторонами, а приобщен судом самостоятельно. Суд вышел за пределы своих полномочий. В адрес ответчика производились многочисленные платежи без доказательств надлежащего встречного предоставления транспортного средства ответчиком в адрес должника. При этом комплексный анализ имеющихся в деле доказательств не позволяет прийти к выводам о реальности арендных взаимоотношений сторон. ФИО2 являлся работником должника в момент совершения оспариваемых платежей и мог являться заинтересованным, аффилированным лицом. Доходы за аренду транспортного средства не отражены в налоговой отчетности ответчика, которая должна была предоставляться в адрес налогового органа.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 21.08.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 22.08.2025.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Конкурсный управляющий должника не возражал против рассмотрения апелляционной жалобы в свое отсутствие (телефонограмма от 25.09.2025).

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве ООО «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» возбуждено по заявлению уполномоченного органа 18.01.2021.

Определением от 19.02.2021 (резолютивная часть 18.02.2021) в отношении должника введена процедура наблюдения.

Денежные средства в период с 23.01.2018 по 16.04.2019 в общей сумме 1 552 950 руб. перечислены ответчику, что следует из выписок о движении денежных средств по расчетному счету должника, при этом в назначении платежей указано «оплата по договору АТСФ 01/16 от 16.01.2016 за аренду транспортного средства», «оплата по договору 12/А/2017 от 23.11.2017».

Договоры аренды в материалы дела не представлены.

22.02.2019 в связи с возникшей потребностью должником был согласован вопрос о заключении договора аренды транспортного средства для начальника участка ООО «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» (г. Когалым) с ФИО5, согласован размер ежемесячной аренды в сумме 105 000 руб. При этом в письме должника отражено, что ранее аналогичный договор был заключен в гр. ФИО2 Арендная плата составляла 105 000 руб., включая налог НДФЛ 13 %.

В ходе рассмотрения дела в отношении ФИО5 подтверждено и не опровергнуто конкурсным управляющим, что транспортные средства предоставлялись должнику, который использовал их в своей производственной деятельности. При этом договоры аренды с ФИО5 заключены после заключения аналогичных договоров с ФИО2

В ходе рассмотрения дела о банкротстве ООО Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» установлено, лицами, участвующими в деле не оспорено, что должник в г. Когалым осуществлял работы по капитальному ремонту скважин, принадлежащих ООО «Лукойл-Западная Сибирь». Должник заключал аналогичные договоры аренды автомобилей с иными сотрудниками (ФИО6, ФИО5, ФИО7). Руководитель должника ФИО8 направлял в налоговый орган запрос с целью получения информации относительно налоговых последствий в случае заключения договоров аренды транспортных средств.

Согласно ответу ОМВД России по г. Лангепасу от 27.12.2023 на имя ФИО2 зарегистрировано с 05.06.1997 ГАЗ 311000, с 14.06.2013 по настоящее время Шевроле Нива, в период с 21.03.1992 по 03.03.2020 ВАЗ 21061, 04.03.2020 государственная регистрация прекращена по заявлению владельца.

Согласно страховому полису Югория (период страхования 29.04.2017 по 29.04.2018) договор в части транспортного средства ГАЗ 3110/Волга заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

Налоговым агентом ООО Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» за период 2016-2019 гг. представлены сведения о доходах ФИО2

ФИО2 являлся работником ООО Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» (подразделение в г. Когалым) в период с 05.11.2014 по 28.02.2019.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал, что с расчетного счета должника на счет ответчика ФИО2 перечислены денежные средства, в назначении платежа отражена оплата по договору АТСФ 01/16 от 16.01.2016, а также по договору № 12/А/2017 от 23.11.2017 за аренду транспортного средства. На дату совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, о чем не мог не знать ответчик, являвшийся работником должника, то есть аффилированным лицом. При этом договоры (основания перечисления) не представлены, доходы за аренду транспортного средства не отражены в налоговой отчетности ответчика; отсутствует экономическая необходимость у должника в аренде транспортного средства ответчика. По мнению заявителя, указанные платежи являются недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3-5 вышеназванного пункта.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (абзац 4 пункта 9 Постановления № 63).

Из материалов рассматриваемого дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 18.01.2021, оспариваемые платежи совершены в период с 23.01.2018 по 16.04.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные платежи осуществлены в счет оплаты за аренду транспортного средства по договорам № АТСФ 01/16 от 16.01.2016 и № 12/А/2017 от 23.11.2017, даты заключения которых относятся к периоду за пределами периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

ФИО2 не относится к лицу, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником либо к лицу, аффилированному к должнику в соответствии с Законом РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», обратного не доказано.

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), аффилированность (заинтересованность) сторон может быть не только юридической, но и фактической, при которой сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений.

Действительно, ФИО2 являлся работником ООО Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» (подразделение в г. Когалым) в период с 05.11.2014 по 28.02.2019. Однако из материалов дела не следует, что ответчик знал или должен был знать в силу должностных обязанностей о финансовом состоянии должника.

Конкурсный управляющий не раскрыл, каким образом ФИО2 мог узнать о неисполненных обязательствах должника, ходатайств об истребовании соответствующих сведений не заявил.

Участвующие в деле лица не подтвердили наличие у ФИО2 возможности определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителей должника либо оказания определяющего влияния на руководителей должника иным образом, в частности, на заключение сделок и определение их условий.

Какие-либо доказательства того, что ФИО2 осуществлял реальные полномочия по управлению должником, определял его действия, извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, достаточных доказательств осведомленности ФИО2 о признаках неплатежеспособности должника либо о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, об ущемлении интересов кредиторов в материалах дела не имеется, в связи с чем вменение ему подобной презумпции конкурсным управляющим представляется недостаточно обоснованным.

Поскольку заинтересованность ФИО2 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве по отношению к должнику не доказана, при отсутствии иных доводов суд апелляционной инстанции признает недоказанным заинтересованность ответчика ФИО2 к должнику.

В отсутствие такого фактора как аффилированность сторон сделки, значение имеет момент, когда добросовестный и разумный контрагент мог с очевидностью понять, что должник является неплатежеспособным и, соответственно, заключение сделки влечет причинение вреда имущественным интересам кредиторов. Таких доказательств конкурсный управляющий суду не представил.

В ходе рассмотрения обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности суды первой, апелляционной и кассационной инстанций последовательно изложили позицию о том, что по результатам 2019 года должник вел производственную деятельность, которая приносила прибыль, имел в собственности дорогостоящее имущество. Определение суда от 22.12.2023 по делу № А29-16172/2020 вступило в законную силу.

Ухудшение финансового состояния должника связано с действиями контролирующих должника лиц, направленных на вывод денежных средств должника, передачу всего имущества в аренду на невыгодных условиях и расторжение договоров с основными контрагентами.

Арендные платежи должника в пользу ФИО2 за период с 23.01.2018 по 16.04.2019 во исполнение договоров аренды являются сделками должника, которые могут быть оспорены в рамках дела о его банкротстве. Однако исполнение по действительной сделке может быть оспорено как сделка, имеющая признаки преимущественного удовлетворения требований (статья 61.3 Закона о банкротстве), но не может быть оспорено как сделка, совершенная с целью причинения вреда и причинившая вред.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Применительно к настоящему спору на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве арендные платежи могут быть оспорены, например, если они существенно превышали договорные ставки арендной платы, либо совершены во исполнение договора, признанного недействительным (ничтожным) по причине его вредоносности в части согласованной ставки арендной платы, значительно превышающей рыночный уровень таких ставок.

В рассматриваемом споре договоры аренды не признаны судом недействительными, доводы о существенном отклонении размера платежа по аренде от рыночной стоимости аренды конкурсным управляющим надлежащим образом не подтверждены. Представленные заявителем в материалы дела доказательства отражают лишь стоимость продажи соответствующих автомобилей, а не стоимость их аренды. Ходатайств о назначении судебной экспертизы в рамках рассмотрения спора не заявлено.

Таким образом, при действительности договоров аренды правовых оснований для признания платежей, во исполнение которых они осуществлены, недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (при отсутствии неравноценности встречного предоставления и недоказанности заинтересованности сторон), у суда не имеется.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Однако необходимо учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 ГК РФ, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в пункте 86 Постановление № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Пунктом 1 Постановления № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Доводы конкурсного управляющего сводятся к указанию на перечисление спорных платежей в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица при неравноценном встречном предоставлении, что полностью охватываются диспозицией нормы статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апеллянт не представил доказательств, свидетельствующих о совершении сделок сторонами со злоупотреблением правом, не указал на пороки сделок, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении сделки стороны действовали намеренно, исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела отсутствуют.

Следует также отметить, что понятие сделки применительно к ее оспариванию в рамках дела о несостоятельности необходимо рассматривать в широком значении, в частности, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе, наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору).

В то же время сами по себе исполнительские сделки, учитывая, что при осуществление платежей достижение цели заключается непосредственно в совершение самого платежа, не могут быть признаны мнимыми по основаниям статьи 170 ГК РФ.

Предметом оспаривания в настоящем споре являются не лежащие в основаниях платежей правоотношения, а конкретные исполнительские сделки – безналичные платежи, которые фактически произведены, что подтверждается выписками по счету должника и лицами, участвующими в деле не оспаривается.

Таким образом, основания для признания оспариваемых платежей мнимыми отсутствуют.

Ответчик имел в собственности транспортные средства, которые он мог передать должнику для оказания транспортных услуг.

Согласно страховому полису Югория (период страхования 29.04.2017 по 29.04.2018) договор в части транспортного средства ГАЗ 3110/Волга заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что после заключения договоров аренды автомобиль фактически должнику не передавался, остался в пользовании ФИО2, который продолжал использовать его для своих нужд.

Также из материалов дела не следует, что перечисленные денежные средства остались под фактическим контролем должника и (или) его контролирующих лиц.

Экономическая целесообразность в оформлении договора аренды для должника могла заключаться в экономии издержек на содержание собственного автопарка. Конкурсный управляющий не приводит доказательств фактического несения должником расходов по содержанию арендуемого автомобиля, несмотря на наличие у него выписки о движении денежных средств по расчетным счетам должника.

Основания полагать, что бремя содержания спорного имущества нес должник, у суда отсутствуют, конкурсный управляющий таких доказательств не представил.

Вопреки доводам конкурсного управляющего об отсутствии полного объема документов суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО2, как бывший работник должника, не обладает всей документацией должника, в том числе, касающейся исполнения им трудовых функций в период совершения спорных сделок, в связи с чем в силу объективных причин ограничен в представлении документальных доказательств, подтверждающих использование спорных автомобилей в служебных целях.

Документы об отправлении в командировку в рассматриваемый период должны быть у работодателя ООО «НК «Мастер-Нефть». Командировочная документация у работника не имеется, не выдается, а хранится у предприятия-работодателя, как и путевые листы.

В постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 25.02.2025 по делу № А29-16172/2020, оставленному без изменения постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 26.06.2025, установлено, что ООО НК «Мастер-Нефть» неоднократно заключало аналогичные договоры аренды с работниками; в суде апелляционной инстанции был представлен договор № АТСФ 01/01/17 аренды транспортного средства от 30.12.2016, заключенный между ФИО6 (Арендодатель) и должником (Арендатор). Аналогичные договоры заключались и с иными работниками должника, в частности, с ФИО5, ФИО7, ФИО9 В письме № 559 от 05.09.2016, направленным генеральным директором ООО «НК «Мастер-Нефть» ФИО8 в адрес Инспекции ФНС России по г. Усинску Республики Коми, должник просил разъяснить возможные налоговые последствия, ожидающие компанию и сотрудника Общества при заключении с ним гражданско-правового договора аренды, а также представлен ответ на данный запрос (письмо № 06-18/07140 от 04.10.2016). При этом, как отражено в постановлении от 25.02.2025, в отношении ООО НК «Мастер-Нефть» проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2018 по 30.06.2020 (решение от 08.12.2021 № 09-15/4), однако нарушений в части рассматриваемых арендных правоотношений ООО НК «Мастер-Нефть» не выявлено.

Суд первой инстанции обратил внимание на письмо от 22.02.2019 № 152, в котором отражено, что в связи с возникшей потребностью должником был согласован вопрос о заключении договора аренды транспортного средства  для начальника участка ООО «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» (г. Когалым) с ФИО5, согласован размер ежемесячной аренды в сумме 105 000 руб. При этом в письме должника указано, что ранее аналогичных договор был заключен в гр. ФИО2 Арендная плата составляла 105 000 руб., включая налог НДФЛ 13 %.

Довод апеллянта о том, что суд самостоятельно приобщил данное письмо к материалам дела, признается несостоятельным, поскольку указанное письмо было предметом рассмотрения и оценки в рамках обособленного спора о признании сделок недействительными с ответчиком ФИО5 по настоящему делу. Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.02.2025 по делу № А29-16172/2020 (З-145110/2023), оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025, в удовлетворении заявления отказано.

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод.

Соответственно, заявленное апеллянтом обстоятельство не является основанием для отмены оспариваемого определения, не привело к принятию неправильного судебного акта и не нарушило права конкурсного управляющего, обратного не доказано.

Ходатайств о фальсификации представленных доказательств в суд не поступало.

Как указывалось ранее, ФИО2 в спорный период являлся работником ООО Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» в подразделение в г. Когалым.

При рассмотрении обособленного спора по делу № А29-16172/2020 (З-145110/2023) судами установлено, что собственных транспортных средств (кроме спецтехники для работы на буровых) у подразделения в г.Когалыме не имелось, что не опровергнуто конкурсным управляющим.

В течение периода действия договоров арендная плата вносилась должником ежемесячно, без существенных просрочек.

Судебная коллегия обращает внимание, что распределение бремени доказывания вытекает из процессуального правила, закрепленного в части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которому каждое лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Следовательно, именно на стороне, заявляющей о недействительности сделки, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ лежит бремя доказывания обстоятельств, указывающих на то, что данная сделка в действительности не исполнялась, либо исполнялась формально без реального создания тех последствий, на достижение которых направленная соответствующая договорная конструкция, причинила вред иным лицам.

Однако конкурсный управляющий таких доказательств не представил.

Таким образом, основания для признания оспариваемых сделок недействительными по статьям 10, 168, 170 ГК РФ отсутствуют.

Ссылка апеллянта на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Республики Коми от 22.12.2023 по делу № А29-16172/2020 (З-97124/2022), которым платежи в пользу ФИО10 признаны недействительными, отклоняется апелляционной коллегией, поскольку не имеет для настоящего спора преюдициального значения, судебный акт принят по обстоятельствам, не тождественным установленным по настоящему делу, и не опровергает правильность выводов обжалуемого определения.

Поскольку обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетов всех обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 08.07.2025 по делу № А29-16172/2020 (З-145145/2023) оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтяная Компания «Мастер-Нефть» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи


Е.Н. Хорошева


Т.М. Дьяконова


А.С. Калинина