Постановление от 27 марта 2023 г. по делу № А56-150051/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Санкт-Петербург

27 марта 2023 года

Дело №А56-150051/2018/суб.1


Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2023 года.


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Кротова С.М., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

- от ООО «ВТС»: представителя ФИО2 по доверенности от 16.11.2021;

- от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 15.03.2023;

- от ООО «Лидер»: представителей ФИО5 и ФИО6 по доверенностям от 14.02.2022 и 17.03.2023;

- конкурсного управляющего ФИО7 по паспорту;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2382/2023) конкурсного управляющего ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/суб.1 (судья Климентьев Д.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний Хоссер»,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – ООО «Лидер») 30.11.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний Хоссер» (далее – ООО «Группа компаний Хоссер») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 07.12.2018 заявление ООО «Лидер» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 18.03.2019 заявление ООО «Лидер» признано обоснованным, в отношении ООО «Группа компаний Хоссер» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО8.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.03.2019 № 56.

Решением суда первой инстанции от 20.05.2020 ООО «Группа компаний Хоссер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 23.05.2020 № 90.

Определением суда первой инстанции от 11.08.2020 арбитражный управляющий ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Группа компаний Хоссер».

Определением суда первой инстанции от 02.09.2020 конкурсным управляющим ООО «Группа компаний Хоссер» утвержден ФИО10.

Конкурсный управляющий ФИО10 24.11.2020 (зарегистрировано 26.11.2020) обратился в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Группа компаний Хоссер» за несвоевременную подачу заявления о банкротстве общества и за непередачу документации предприятия.

Определением суда первой инстанции от 01.02.2021 заявление конкурсного управляющего ФИО10 принято к производству. Обособленному спору присвоен № А56-150051/2018/суб.1.

Определением суда первой инстанции от 30.07.2021 производство по обособленному спору № А56-150051/2018/суб.1 приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по обособленному спору № А56-150051/2018/уб.1.

Определением суда первой инстанции от 15.02.2022 арбитражный управляющий ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Группа компаний Хоссер».

Определением суда первой инстанции от 18.03.2022 конкурсным управляющим ООО «Группа компаний Хоссер» утвержден ФИО7.

16.09.2022 конкурсный управляющий ФИО7 посредством автоматизированной информационной системы «Мой Арбитр» направил в суд первой инстанции ходатайство об уточнении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Протокольным определением суда первой инстанции от 22.09.2022 производство по обособленному спору № А56-150051/2018/суб.1 возобновлено; заявленные конкурсным управляющим ФИО7 уточнения приняты в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 26.12.2022 в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Группа компаний Хоссер» отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО7, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 26.12.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/суб.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, в постановлении от 15.08.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/уб.1 суд кассационной инстанции установил непередачу ответчиком документации общества по дебиторской задолженности организации, что является безусловным основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности; действия ответчика были направлены на сокрытие активов и злонамеренное наращивание кредиторской задолженности.

В письменных пояснениях общество с ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – ООО «Лидер») поддержало доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО7

В отзыве ФИО3 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО7 и представители ООО «Лидер» поддержали доводы апелляционной жалобы. Представитель ФИО3 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве. Представитель общества с ограниченной ответственностью «ВТС» (далее – ООО «ВТС») выразил свою правовую позицию по существу спора.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, ФИО3 является единственным участником ООО «Группа компаний Хоссер» с долей участия в размере 100% уставного капитала, а также руководителем общества с момента создания юридического лица 16.09.2003 по 14.05.2020.

В соответствии с правовой позицией заявителя ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на бездействие ФИО3 по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Группа компаний Хоссер» и непередачу документации общества.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, конкурсный управляющий обратился в суд первой инстанции с заявлением по настоящему делу.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы спора доказательства, заявление конкурсного управляющего оставил без удовлетворения.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых тем же Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума № 53) также разъяснено, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

Как следует из пункта 8 постановления Пленума № 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума № 53).

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

Заявитель полагает, что у должника, начиная с 30.09.2018 появились объективные признаки несостоятельности, ввиду чего с заявлением о признании ООО «Группа компаний Хоссер» банкротом ответчику надлежало обратиться не позднее 30.10.2018, тогда как с соответствующим требованием обратился конкурсный кредитор 30.11.2018.

Как указал заявитель, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.07.2018 по делу А56-898/2018 с ООО «Группа компаний Хоссер» в пользу ООО «Лидер» взыскано 28 160 000 руб. основного долга, 8 524 840 руб. неустойки, а также 167 446 руб. 20 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Конкурсный управляющий связывает появление у должника признаков неплатежеспособности с моментом вынесения вышеуказанного судебного акта, поскольку его неисполнение впоследствии послужило основанием для возбуждения производства по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве).

Вместе с тем, как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801).

Наличие задолженности должника перед отдельным кредитором само по себе не влечет риска банкротства юридического лица в связи с тем, что его активы и пассивы постоянно находятся в движении, и не может рассматриваться арбитражным судом как объективно свидетельствующее о неплатежеспособности должника и достаточное для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, однако в рассматриваемом случае доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника по состоянию на 30.10.2018, не представлено.

Само по себе наличие у общества неисполненных обязательств перед кредитором, на которые указывает заявитель, не может расцениваться как подтверждение возникновения у общества признаков объективного банкротства.

Аналогичная позиция сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500.

Из пояснений ФИО3 следует, что им предпринимались попытки по урегулированию сроков оплаты задолженности и по её частичному погашению (26.09.2018 – 1 000 000 руб., 02.10.2018 – 3 000 000 руб.). В целях получения денежных средств и расчетов по обязательствам, должник принял участие в электронном аукционе «Оказание услуг по техническому обслуживанию и эксплуатации лифтов». ООО «Группа компаний Хоссер» 11.12.2018 было признано победителем аукциона и должно было представить банковскую гарантию. Со стороны ПАО «Совкомбанк» было принято положительное решение о выдаче банковской гарантии, однако на расчетный счет Должника судебными приставами был наложен арест, в связи с чем не удалось оплатить сумму, необходимую для банковской гарантии. Как следствие, ООО «Группа компаний Хоссер» и генеральный директор ФИО3 были включены в реестр недобросовестных поставщиков. Данное обстоятельство привело к затруднению в осуществлении привычной деятельности по исполнению существующих и заключению новых государственных контрактов; привело к ухудшению репутации должника; приостановило подписание договоров, находящихся на стадии заключения.

Исходя из данных пояснений апелляционным судом какого-либо злоупотребления в действиях ответчика не установлено. Заявитель не доказал, что при наличии у должника неисполненных и непосильных к исполнению обязательств он злонамеренно продолжал наращивать кредиторскую задолженность.

При этом заявитель также не указал, какие финансовые обязательства ООО «Группа компаний Хоссер» возникли в период с 30.10.2018 по 30.11.2018, то есть не доказал, какие финансовые убытки понесли конкурсные кредиторы в результате бездействия ответчика (пункт 12 постановления Пленума № 53).

Таким образом, заявителем не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя ООО «Группа компаний Хоссер» ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи управляющему документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет осуществлять основные мероприятия процедуры банкротства, в частности, установить всех контролирующих должника лиц, наличие оснований для привлечения их и иных лиц к ответственности, взыскать дебиторскую задолженность, вернуть иное имущество должника, оспаривать сделки и пополнять конкурсную массу иным образом.

Невозможность совершения указанных действий является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 постановления Пленума № 53).

В связи с этим законодателем установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием контролирующего лица в части передачи конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Указанные в данной норме обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий как заявитель по спору в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ должен доказать, что неисполнение ФИО3 обязанности по представлению документов должника, подтверждающих его активы, повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Следовательно, является существенным вопрос о наличии причинно-следственной связи между непередачей документов и невозможностью формирования конкурсной массы.

При анализе настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) и обособленных споров № А56-150051/2018/истр.1, № А56-150051/2018/истр.2, судом первой инстанции установлено, что ФИО3 конкурсному управляющему были переданы все имеющиеся в его распоряжении сведения и документы ООО «Группа компаний Хоссер».

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку вопрос передачи ответчиком конкурсному управляющему всей документации общества установлен вступившими в законную силу судебными актами, в силу части 2 статьи 69 АПК РФ оснований полагать обратное не имеется.

Помимо этого, конкурсный управляющий не раскрывает, какая именно документация не была передана ответчиком, ссылаясь лишь на постановление суда кассационной инстанции от 15.08.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/уб.1, в котором было установлено наличие вины ФИО3 в причинении убытков ООО «Группа компаний Хоссер» ввиду непередачи документов, свидетельствующих о принятых мерах по взысканию дебиторской задолженности.

В то же время ФИО3 передал все договоры, акты сдачи-приемки выполненных работ, оборотно-сальдовые ведомости, претензии и доказательства направления претензий в адрес контрагентов.

Конкурсным управляющим в свою очередь не представлен перечень необходимых непреданных документов, доказательства наличия этих документов у ответчика, а также причинно-следственную связь между непередачей такой документации и существенным затруднением проведения процедуры банкротства.

Поскольку документы должника, необходимые для формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, были переданы конкурсному управляющему, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в указанной части.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на постановление суда кассационной инстанции от 15.08.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/уб.1 и выводы, указанные в нем, как на основание для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Действительно, постановлением суда кассационной инстанции от 15.08.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/уб.1 оставлен без изменения судебный акт о взыскании с ФИО3 в конкурсную массу должника 181 765 860 руб. 19 коп. убытков.

Вместе с тем данный судебный акт не имеет преюдициального значения для определения наличия оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Законодатель выработал подход, при котором разграничена гражданская ответственность лица, являющегося руководителем, на субсидиарную ответственность и взыскание убытков.

С учетом разграничения ответственности руководителя, аналогичные действия, с учетом фактических обстоятельств, не могут быть вменены в качестве как гражданской, так и корпоративной (субсидиарной) ответственности. Иной подход привел бы к двойному наказанию за одно и то же нарушение.

При указанных обстоятельствах, поскольку с ФИО3 в рамках обособленного спора № А56-150051/2018/уб.1 уже взыскано 181 765 860 руб. 19 коп. убытков за непередачу документов, свидетельствующих о принятых мерах по взысканию дебиторской задолженности, он не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по тому же основанию.

В связи с этим суд первой инстанции правильно и обоснованно в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности отказал.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2022 по обособленному спору № А56-150051/2018/суб.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.



Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи


С.М. Кротов


Н.А. Морозова