Постановление от 16 декабря 2022 г. по делу № А43-12535/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А43-12535/2015


16 декабря 2022 года



Резолютивная часть постановления объявлена 12.12.2022.

Полный текст постановления изготовлен 16.12.2022.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Кузнецовой Л.В.


при участии

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью

«Меттехнологии» ФИО1


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного кредитора –

общества с ограниченной ответственностью «ТАСК»


на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.07.2022 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022

по делу А43-12535/2015


по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТАСК»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Меттехнологии»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании сделки должника недействительной

и о применении последствий ее недействительности,


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, –

ФИО2,


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Меттехнологии» (далее – ООО «Меттехнологии», Общество; должник) конкурсный кредитор должника – общество с ограниченной ответственностью «ТАСК» (далее – ООО «ТАСК», кредитор) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительным договора уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01, заключенного ФИО3 (цедентом) и ООО «Меттехнологии» (цессионарием), и о применении последствий недействительности сделки.

Заявление кредитора основано на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10, 168 и 170 (пункте 1) Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что уступка должнику прав требования осуществлена при злоупотреблении сторонами правом, с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

Суд первой инстанции определением от 19.07.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022, отказал в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ООО «ТАСК» обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 19.07.2022 и постановление от 28.09.2022 и принять новый судебный акт о признании договора уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 недействительным и о применении последствий недействительности сделки.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на наличие совокупности условий для признания спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, из анализа финансового состояния ООО «Меттехнологии» следует возникновение у него признаков неплатежеспособности с июля 2012 года. Приобретение 12.10.2012 права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Компания «ВИД» (далее – ООО «Компания «ВИД», Компания), находящегося в предбанкротном состоянии (заявление о признании Компании банкротом подано в суд 17.12.2012) на сумму 49 234 632 рубля 04 копейки, свидетельствует о злоупотреблении Обществом правом и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. По условиям договора уступки в распоряжение ООО «Меттехнологии» переданы оригиналы исполнительных листов, которые отсутствуют в числе документов должника, переданных конкурсному управляющему; по результатам проведения инвентаризации дебиторской задолженности конкурсный управляющий не выявил наличия задолженности Компании перед Обществом в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек; в бухгалтерском учете и налоговой отчетности должника не отражено право требования в указанном размере; требования ООО «Меттехнологии» в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек не включались в реестр требований кредиторов ООО «Компания «ВИД».

По мнению заявителя жалобы, поскольку на момент заключения договора цессии руководитель и участник Компании ФИО2 имел задолженность перед Обществом в сумме 56 000 000 рублей и являлся поручителем по обязательствам ФИО3, реальной целью заключения договора являлось освобождение ФИО2, как поручителя, от обязательств перед должником по возврату задолженности в сумме 28 000 000 рублей.

Конкурсный управляющий Общества ФИО1 в судебном заседании отклонил доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебные заседания, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 19.07.2022 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, и заслушав конкурсного управляющего должника, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО3 (цедент) и ООО «Меттехнологии» (цессионарий) заключили договор уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования к ООО «Компания «ВИД» в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек, принадлежащее цеденту на основании решений Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 15.10.2010 по делу № 2-9298/10 и от 14.03.2011 по делу № 2-217/11, по цене 26 325 954 рублей 55 копеек. В пункте 2.2.5 договора стороны согласовали, что цессионарий обязан в день подписания договора оплатить приобретенное право требования любым не запрещенным законом способом, в том числе путем зачета встречных требований.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 29.05.2015 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Меттехнологии»; определением от 10.08.2015 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 31.03.2016 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство.

Посчитав, что уступка должнику прав требования осуществлена при злоупотреблении сторонами правом, с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, конкурсный кредитор ООО «ТАСК» оспорил законность данных сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 и 170 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае договор уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 заключен за два года и 7,5 месяца до возбуждения дела о банкротстве Общества (29.05.2015), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежит доказыванию совокупность таких обстоятельств, как совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (причинение в результате ее совершения такого вреда) и осведомленность об этом другой стороны сделки.

Между тем суды первой и апелляционной инстанции не усмотрели у ФИО3 признаков аффилированного (заинтересованного) по отношению к должнику лица, а также наличия у Общества на момент заключения договора уступки признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества.

Суды установили, что договор уступки соответствует требованиям параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и является возмездной сделкой. Должник оплатил приобретенное право требования путем проведения сторонами 12.10.2012 зачета встречных однородных требований на сумму 31 325 954 рубля 55 копеек, в соответствии с которым погашена задолженность ООО «Меттехнологии» перед ФИО3 по спорному договору уступки прав (требований) и договору купли-продажи земснаряда от 12.10.2012 в сумме 31 325 954 рублей 55 копеек и задолженность ФИО3 перед Обществом по договору об уступке прав (требований) от 12.10.2012 № 3153/04-12 в указанном размере. Соглашение о зачете встречных требований от 12.10.2012 не оспаривалось и не признано в установленном законом порядке недействительным.

Факт проведения зачета установлен также апелляционным определением Нижегородского областного суда от 19.07.2019 по делу № 33-6876/2019. Оснований для переоценки обстоятельств, установленных судебным актом суда общей юрисдикции, которое в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации носит преюдициальный характер для настоящего спора, у судов не имелось.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что ООО «Меттехнологии» (цедент) и общество с ограниченной ответственностью «Приволжский Сюрвейер» (цессионарий) заключили договор уступки прав (требований) от 31.10.2012 № 121031/01, по которому цедент уступил, а цессионарий принял право требования с ООО «Компания «ВИД» задолженности в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек, принадлежащее цеденту на основании спорного договора цессии, по цене 20 300 000 рублей. Определением от 26.08.2013 по делу № А43-32909/2012 Арбитражный суд Нижегородской области включил требование ООО «Приволжский Сюрвейер» в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек в реестр требований кредиторов ООО «Компания «ВИД».

При этом наличие у Компании задолженности в сумме 49 234 632 рублей 04 копеек установлено вступившими в законную силу решениями Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 15.10.2010 по делу № 2-9298/10 и от 14.03.2011 по делу № 2-217/11.

Неотражение приобретенного права требования в бухгалтерской и налоговой отчетности должника указывает лишь на ненадлежащую организацию бухгалтерского учета при выполнении хозяйственных операций, но не опровергает подтвержденного иными доказательствами факта передачи реального права требования.

С учетом изложенного, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды сочли, что заключение договора уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 не причинило вред имущественным правам кредиторов, а равно уменьшения активов должника либо увеличения его обязательств.

В любом случае в отсутствие таких условий, как наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, причинение в результате совершения такой сделки вреда имущественным правам кредиторов, даже будучи доказанным, само по себе не имеет правового значения, так как не является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При установленных обстоятельствах суды пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 недействительной сделкой по правилам, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив договор цессии на предмет мнимости его характера, суды установили реальность сделки по передаче должнику прав требования к ООО «Компания «ВИД», поскольку стороны договора совершили действия, направленные на возникновение соответствующих прав и обязанностей; цессионарий произвел оплату приобретенного права требования путем проведения сторонами зачета встречных требований. Направленность волеизъявления ФИО3 и Общества при совершении сделки цессии на достижение других правовых последствий не подтверждена соответствующими доказательствами. Суд апелляционной инстанции признал ссылку кредитора на заключение договора уступки с целью освобождения ФИО2, как поручителя, от оплаты имеющейся перед Обществом задолженности, голословной, основанной на предположениях.

Вместе с тем для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

При таких условиях суды пришли к правомерному выводу об отсутствии у спорного договора уступки признаков мнимой сделки, предусмотренных в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебные инстанции также не усмотрели оснований для признания оспоренной сделки недействительной (ничтожной) по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении кредиторов, в частности, к сделкам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом и как посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзац четвертый пункта 4 Постановления № 63 и пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В то же время в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, тогда как приведенные конкурсным управляющим в обоснование заявления о признании спорных сделок недействительными обстоятельства охватываются составом подозрительных сделок, установленным в статье 61.2 Закона о банкротстве. Рассматриваемые действия сторон сделки не могут быть признаны ничтожными, поскольку являются оспоримыми по специальным правилам законодательства о банкротстве.

В данном случае конкурсный кредитор в поданном заявлении фактически не ссылался на обстоятельства, свидетельствующие о наличии в договоре уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту ее совершения, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанный вывод соответствует правовому подходу, сформулированному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886.

Не выявив у договора уступки прав (требований) от 12.10.2012 № 121012/01 пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок, суды двух инстанций правомерно заключили, что обстоятельства, приведенные ООО «ТАСК» в обоснование заявления об оспаривании сделки, охватываются составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем такая сделка не может быть признана ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку является оспоримой.

При этом суды не усмотрели направленности действий сторон спорной сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их недобросовестного поведения, намерения реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов Общества, признаков совершения сделки со злоупотреблением правом.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответствуют нормам материального и процессуального права.

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и оценкой судами предыдущих инстанций доказательств и по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в судебных актах в обжалованной части выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.07.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 по делу № А43-12535/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТАСК» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


Е.В. Елисеева



Судьи


С.В. Ионычева

Л.В. Кузнецова