Постановление от 24 апреля 2025 г. по делу № А65-19388/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail:info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-19388/2024
г. Самара
25 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена: 16 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено: 25 апреля 2025 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Драгоценновой И.С.,

судей Поповой Е.Г., Корастелева В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Королевой А.С.,

с участием:

от Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани - представитель ФИО1, (доверенность от 03.04.2025),

от общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» - представитель ФИО2, (доверенность от 24.07.2024),

от УФНС России по Республике Татарстан - представитель ФИО1, (доверенность от 01.04.2025),

от общества с ограниченной ответственностью «Русмед» - представитель не явился, извещено,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, в зале № 3, дело по апелляционной жалобе Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2024 года по делу № А65-19388/2024 (судья Абдрафикова Л.Н.),

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>),

к Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани,

к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены:

УФНС России по Республике Татарстан,

Общество с ограниченной ответственностью «Русмед»,

о признании недействительным решения налогового органа от 18.01.2024 №172 в части и обязании устранить допущенное нарушение прав и законных интересов заявителя,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани (далее - ответчик), о признании недействительным решения налогового органа от 18.01.2024 №172 в части и обязании устранить допущенное нарушение прав и законных интересов заявителя.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены УФНС России по Республике Татарстан, Общество с ограниченной ответственностью «Русмед» (далее – третьи лица).

В ходе рассмотрения дела судом от заявителя поступил частичный отказ от заявления, заявитель отказался от требований о признании недействительным оспариваемого решения в части доначисления НДС по следующим периодам и организациям:

1. ООО «Профи Кон» 3 квартал 2019 г. на сумму 8 833, 33 руб., 2 квартал 2019 г. 14 500 руб., 2. ООО «Ремстройсервис» 2 квартал 2021 г. на сумму 2200 руб.,

3. ООО «Азимут»3 квартал 2020 г. в сумме 49 883 руб.,

4. ООО «АСЛ Групп» 2 квартал 2021 г. в сумме 22 260 руб.,

5. ООО «Мерас» за 4 квартал 2021 г. в сумме 185 292 руб.,

6. ООО «Hyp-СК» за 3 квартал 2022 г. в сумме 476 421, 26 руб., а всего на сумму 759 389,59 руб. и соответственно по суммам начисленных штрафов и пеней на вышеуказанные суммы НДС.

В указанной части производство по заявлению прекращено.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2024 года заявленные требования удовлетворены. Признано недействительным решение Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г.Казани № 172 от 18.01.2024 о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в размере 11 662 314, 41 руб., а также пени и штрафов, начисленных по ст. 122 НК РФ в соответствующем размере.

На Инспекцию Федеральной налоговой службы России по Московскому району г.Казани возложена обязанность устранить допущенное нарушение прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания».

С Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г.Казани в пользу общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

Не согласившись с выводами суда, Инспекция Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявленных требований ООО «Поволжская Строительная Компания» отказать.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное исследование судом обстоятельств дела, неправильное применение норм материального права.

В жалобе указывает на то, что судом не были исследованы представленные налоговым органом доказательства, не дана оценка доводам инспекции.

Податель жалобы полагает, что в ходе проведения выездной налоговой проверки на основании совокупности установленных инспекцией в ходе проверки обстоятельств и имеющихся в материалах доказательств установлены факты нереальности хозяйственных операций заявителя со спорными контрагентами.

Инспекция в ходе проверки пришла также к выводу об умышленном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, путем заключения формальных договоров со спорными контрагентами.

Судом первой инстанции неправомерно отклонен довод налогового органа об установлении налоговым органом реальных поставщиков ТМЦ, аналогичных поставленных ООО «Азатстрой»: ООО «Кама профиль», ООО «ЦФК Регион трейд», ООО «Парапет», ООО «КЛК».

При этом, у спорных контрагентов отсутствуют лицензии допуска СРО, необходимых для осуществления работ (услуг). По результатам выездной налоговой проверки инспекция пришла к выводу, что сделки, оформленные со спорными контрагентами являются формальными, направленными не на осуществление финансово-хозяйственной деятельности и получение прибыли, а оформлены с целью получения необоснованной налоговой экономии в виде увеличения суммы налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций.

Налоговый орган считает, что в ходе контрольных мероприятий получен и представлен суду значительный объем доказательств, подтверждающих взаимоотношения заявителя со спорными контрагентами: ООО «ТЕХНОИНВЕСТСТРОЙ», ООО «МГС-ИНВЕСТ», ООО «АФОН», ООО «ФОРЕСТГРУПП», ООО «СК "КРИСТАЛЛ», ООО «ВЕКТОР», ООО «ГЕРМЕС», ООО «ТПК ЭНЕРГИЯ», ООО «РЕКОН», ООО «АЗАТСТРОЙ», ООО «КЛИНЭКСПЕРТ ПОВОЛЖЬЕ», ООО «КОМПЛЕКТСТРОЙКАЗАНЬ», ООО «ПАРТНЕР», ООО «ГРАНД», ООО «ПРАГМАТИКА», ООО «ПФК «СУАР», ООО «ПРОЕКТ», не отвечающим критериям достоверности, поскольку не отражают реально проведенных хозяйственных операций.

Общество с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» апелляционную жалобу отклонило по мотивам, изложенным в отзыве на нее, ссылается на тол, что налоговый орган по тексту жалобы еще раз, но в краткой форме, приводит свои доводы в обоснование фиктивности взаимоотношений общества со спорными контрагентами, подробная оценка которым уже дана судом первой инстанции в обжалуемом решении.

Представители УФНС России по Республике Татарстан, Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани в судебном заседании поддержали доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители общества с ограниченной ответственностью «Русмед» не явились, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, в связи с чем, апелляционная жалоба, в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ, рассмотрена в их отсутствие.

Рассмотрение апелляционной жалобы отложено с 05.02.2025 на 26.02.2025.

О времени и месте нового судебного заседания лица, участвующие в деле, поставлены в известность определением об отложении судебного разбирательства.

Информация о принятии, отложении апелляционной жалобы, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители общества с ограниченной ответственностью «Русмед», УФНС России по Республике Татарстан, Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани не явились, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, в связи с чем, апелляционная жалоба в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ рассмотрена в их отсутствие.

Рассмотрение апелляционной жалобы отложено с 26.02.2025 на 31.03.2025.

О времени и месте нового судебного заседания лица, участвующие в деле, поставлены в известность определением об отложении судебного разбирательства.

Информация о принятии, отложении апелляционной жалобы, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Представители УФНС России по Республике Татарстан, Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани в судебном заседании поддержали доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители общества с ограниченной ответственностью «Русмед» не явились, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, в связи с чем, апелляционная жалоба в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ рассмотрена в их отсутствие.

Рассмотрение апелляционной жалобы отложено с 31.03.2025 на 16.04.2025.

О времени и месте нового судебного заседания лица, участвующие в деле, поставлены в известность определением об отложении судебного разбирательства.

Информация о принятии, отложении апелляционной жалобы, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Представители УФНС России по Республике Татарстан, Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани в судебном заседании поддержали доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Поволжская строительная компания» в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители общества с ограниченной ответственностью «Русмед» не явились, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, в связи с чем, апелляционная жалоба в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ рассмотрена в их отсутствие.

Апелляционная жалоба на судебный акт арбитражного суда Республики Татарстан рассмотрена в порядке, установленном ст.ст.266-268 АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу с учетом доводов апелляционной жалобы, отзыва, письменных пояснений, выступлений представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Материалами дела подтверждаются следующие фактические обстоятельства.

Налоговым органом проведена выездная налоговая проверка ООО «ПСК» по всем налогам, сборам и страховым взносам за период с 01.01.2019 по 31.12.2021, по налогу на добавленную стоимость с 01.01.2022 по 30.09.2022.

По результатам проверки вынесено решение №172 от 18.01.2024 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 и п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде взыскания штрафных санкций в размере 288 597 руб., доначислены налоги на общую сумму 22 844 205 руб., в том числе налог на добавленную стоимость (НДС) в размере 12 421 704 руб., налог на прибыль организаций в размере 10 422 501 руб.

Основанием для начисления НДС и налога на прибыль организаций послужили выводы налогового органа о нарушении проверяемым налогоплательщиком положений ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172, 252 НК РФ, выразившимся в оформлении формальных сделок с контрагентами: ООО «Профи КОН», ООО «Азатстрой», ООО «МГС-Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Гермес», ООО «Афон», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «СК «Кристалл», ООО «Ремстройсервис», ООО «Партнер», ОО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектстройКазань», ООО «Проект», ООО «Прагматика», ООО «Гранд», ООО «ПФК «Суар», ООО «НУР-СК».

Налогоплательщик, не согласившись с решением Инспекции, обжаловал его в апелляционном порядке в Управление Федеральной налоговой службы России по Республике Татарстан.

Решением Управления от 31.05.2024 №2.7- 18/016449@ решение Инспекции №172 от 18.01.2024 отменено в части доначисленных сумм налога на прибыль организации, а также соответствующих сумм штрафных санкций, итого на сумму 10 422 501 руб., 1 988 630 руб., в остальной части решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Заявитель, не согласившись с решением налогового органа от 18.01.2024 №172 в части обратился в суд с настоящим заявлением.

Судом первой инстанции в обжалуемом решении приведены мотивы и ссылки на нормативно-правовые акты, на основании которых вынесен судебный акт.

Анализируя и оценивая представленные сторонами в материалы дела доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из оспариваемого в части решения налогового органа, основанием для начисления НДС и налога на прибыль организаций послужили выводы налогового органа о нарушении проверяемым налогоплательщиком положений ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ, которое выразилось в оформлении формальных сделок с контрагентами: ООО «Профи КОН», ООО «Азатстрой», ООО «МГС-Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Гермес», ООО «Афон», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «СК «Кристалл», ООО «Ремстройсервис», ООО «Партнер», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектстройКазань», ООО «Проект», ООО «Прагматика», ООО «Гранд», ООО «ПФК «Суар», ООО «НУР-СК» (далее – спорные контрагенты).

В проверяемом периоде Общество осуществляло поставку и строительно-монтажные работы, основными заказчиками являлись: ООО «Русмед», ООО «СК «Арконт», ООО «Армада Строй», ООО «Спецгазстройком Казань», ООО «Нефтегазстрой», ООО «Газпром Трансгаз Казань», ООО «Газпром Газомоторное Топливо», ООО «Аттис», ООО «Центр-Сервис», ООО «Техноремстрой-Казань», ООО «Инжиниринговая Компания «Метрологические системы».

В рамках осуществления финансово-хозяйственной деятельности, заявитель в бухгалтерском и налоговом учете отразил операции со спорными контрагентами:

- ООО «Афон», ООО «Вектор», ООО «Гермес», ООО «Гранд», ООО «КомплектстройКазань», ООО «МГС-Инвест», ООО «НУР-СК», ООО «Партнер», ООО «Прагматика», ООО «Проект», ООО «Профи КОН», ООО «Рекон», ООО «Ремстройсервис», ООО «СК «Кристалл», ООО «Техноинвестстрой», ООО «ТПК Энергия», ООО «Форестгрупп» по выполнению строительно-монтажных работ;

- ООО «Азатстрой», ООО «ПФК «Суар» по поставке товара (плита ПЖ, линокром ТКП(10), воронка ТехноНИКОЛЬ ВБ, праймер битумный AguaMast (16 кг/18 л), фасонное изделие согласно чертежу Ral 5005, парапет согласно чертежу Ral 5005, отлив 380 мм Ral 9003 0.5 мм. отлив 150 Zn мм 0.5, отлив 575 мм Ral 5005 2,0 м, примыкание 50*150 0.5 мм 2.0 м, примыкание 50*150 0.5 мм 1.25 м, примыкание 50*150 0.5 мм 1.4 м. и т.д.).

По мнению налогового органа, данные контрагенты не выполняли для ООО «ПСК» работы, не осуществляли поставку товаров, налогоплательщиком создан формальный документооборот в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по спорным контрагентам.

Обобщая доводы инспекции, основанием для выводов проверяющего органа о создании Обществом «фиктивного документооборота» с указанными организациями с целью уменьшения подлежащих уплате сумм НДС послужило следующее:

- у спорных контрагентов отсутствовали ресурсы, необходимые для осуществления реальной хозяйственной деятельности (имущество, земельные участки, транспортные средства, производственные активы, складские помещения, транспортные средства);

- в отношении контрагентов ООО «Профи Кон», ООО «Афон», ООО «Гермес», ООО «Форестгрупп», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «СК «Кристалл», ООО «Проект», ООО «Партнер», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектСтройКазань», ООО «Гранд», ООО «ПФК «Суар», ООО «НУР-СК», ООО «МГС-Инвест» внесены сведения о недостоверности сведений в отношении руководителей (учредителей) организаций и/или адресе (месте нахождения) организаций;

- отсутствие работников для выполнения работ, оказания услуг. Также отсутствие работников, привлеченных по договорам гражданско-правового характера;

- согласно анализу расчетных счетов спорных контрагентов движение денежных средств носило транзитный характер. Денежные средства, перечисленные ООО «ПСК» «проблемным» организациям выводятся из хозяйственного оборота и в последующем списываются на выдачу наличных, на пополнение корпоративной карты, либо направляются на расчетные счета организаций за товары, материалы (коробка оконная, рама оконная, створка с уплотнителем, за стеклопакеты), услуги спецтехники, клининговые услуги;

- ООО «ПСК» имеет свидетельство о допуске к работам: строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, снос объектов капитального строительства по договору строительного подряда №1941 от 14.03.2019, выданной Саморегулируемой организацией Ассоциация «Объединение строительных организаций Татарстана», Ассоциация «ОСОТ». При этом, у спорных контрагентов отсутствуют лицензии допуска СРО, необходимых для осуществления работ (услуг);

- работы выполненные спорными контрагентами ООО «Афон», ООО «Гермес», ООО «Прагматика», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «Строительная Компания «Кристалл» предъявлены налогоплательщику позже, чем аналогичные работы сданы в адрес Заказчиков.

Заявитель в обоснование заявленных требований сослался на то, что Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие: об умышленных действиях ООО «ПСК», направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок со спорными контрагентами, с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий между обществом и спорными контрагентами в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам).

По мнению заявителя материалы проверки не содержат сведений применительно к обществу, которые свидетельствовали бы о непроявлении обществом должной осмотрительности, в оспариваемом решении отсутствуют доказательства получения заявителем налоговой выгоды в противоречие с требованиями п.1 ст.54.1 НК РФ; не установлено фактов дробления бизнеса, применения пониженных налоговых ставок, налоговых льгот или специальных налоговых режимов; оспаривание реальности приобретения заявителем сторонних организаций (контрагентов) для исполнения обязательств по договорам подряда, а равно, утверждения о сокрытии дохода (выручки) от налогообложения.

В связи с чем, по мнению заявителя, вывод налогового органа о неправомерном применении заявителем налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям со спорными контрагентами документально не подтвержден, фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан обоснованным

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон, приведенные в заявлении, отзывах и дополнениях к ним, относимость и допустимость доказательств, их достаточность и взаимную связь, с учетом положений статьи 71 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» установил следующее.

Пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ установлен запретна уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

На основании п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Пунктом 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщику предоставлено право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В силу пп. 2 п. 2 ст. 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении, в частности, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В соответствии с п. 1 ст. 172 налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п.п. 2.1, 3, 6 - 8 ст. 171 НК РФ.

Следовательно налоговый орган, установив по результатам мероприятий налогового контроля совокупность обстоятельств, указывающих на несоблюдение нормативного запрета п. 1 ст. 54.1 НК РФ или условий, предусмотренных п. 2 ст. 54.1 Кодекса, вправе скорректировать налоговые обязательства налогоплательщика, сформированные в результате действий, направленных на получение необоснованной налоговой экономии (нарушение пределов осуществления прав при исчислении налогов).

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством.

Положения НК РФ также не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств. Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Согласно статье 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты.

Также положениями Федерального закона № 402-ФЗ предусмотрено, что своевременное и качественное оформление первичных учетных документов, передачу их в установленные сроки для отражения в бухгалтерском учете, а также достоверность содержащихся в них данных обеспечивают лица, составившие и подписавшие эти документы.

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ.

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога.

В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг), исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет.

Таким образом, при расчете налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

П. 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Из письма ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@ «О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

В связи с указанным, налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

При этом об умышленных действиях налогоплательщика могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, установленные факты осуществления транзитных операций между взаимозависимыми или аффилированными участниками взаимосвязанных хозяйственных операций, в том числе через посредников, с использованием особых форм расчетов и сроков платежей, а также обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности и т.п.

Письмом ФНС России от 31.10.2017 №ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" указанные разъяснения были дополнены.

Так, в соответствии с указанным письмом, положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

При взаимодействии налогоплательщика с формально независимыми лицами в ряде случаев об умышленности действий могут свидетельствовать обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершения ряда неслучайных действий (операций), подчиненных единой цели - возможности отражения заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

Также, при проведении мероприятий налогового контроля в целях устранения последствий нарушений в виде неуплаты налогов устанавливаются фактические обстоятельства, связанные с использованием полученной налоговой экономии, которые позволят определить, в чьих интересах оформлены соответствующие сделки (операции).

В подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ законодатель фактически ограничил право учесть расходы и вычеты по сделке при исполнении ее лицом, не указанным в первичных документах.

Таким образом, в рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ), и (или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

На основании п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

При установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что такая сделка (операция) не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения и совершения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Суд первой инстанции по результатам анализа материалов дела, представленных сторонами пояснений и доказательств, сделал вывод об отсутствии в оспариваемом решении налогового органа неоспоримых доказательств нарушения заявителем п. 1 ст. 54.1 НК РФ. При этом суд исходил из следующего.

Как неоднократно пояснялось заявителем налоговому органу в ходе проверки и указано в заявлении, все договоры ООО «ПСК» заключало со спорными контрагентами после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагентов для проверки добросовестности и благонадежности, заявителем были запрошены и получены от организаций-контрагентов все документы по должной осмотрительности.

Судом установлено, и налоговым органом не оспорено, что в проверяемом налоговом периоде контрагенты числились в ЕГРЮЛ, зарегистрированы в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет, исков и исполнительных производств в отношении спорных контрагентов не возбуждалось, как должники по налогам и сборам не числилось, в реестре недобросовестных поставщиков не значились, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать о неблагонадежности указанных контрагентов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Судом правомерно отклонены доводы налогового органа о внесении записи о недостоверности сведений о юридическом лице в отношении контрагентов налогоплательщика ООО «Профи Кон», ООО «Афон», ООО «Гермес», ООО «Форестгрупп», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «СК «Кристалл», ООО «Проект», ООО «Партнер», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектСтройКазань», ООО «Гранд», ООО «ПФК «Суар», ООО «НУР-СК», ООО «МГС-Инвест», поскольку данное обстоятельство, с учетом периода взаимоотношений заявителя с ними и дат внесения указанных записей в ЕГРЮЛ, не является безусловным основанием для отказа в возмещении НДС.

Прекращение деятельности контрагента в связи с ликвидацией (исключением из ЕГРЮЛ) не может свидетельствовать о ее неблагонадежности. При данной процедуре налоговым органом проводятся мероприятия по проверке организации и в случае выявления нарушений, в том числе сомнительных сделок, получение организациями необоснованной налоговой выгоды) назначается выездная налоговая проверка, что сделано не было. Приведенные выше юридические лица исключены из ЕГРЮЛ на основании решений регистрирующего органа в соответствии с положениями ст. 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Вместе с тем, суд верно указал, что нарушение контрагентами заявителя своих налоговых обязанностей не может вменяться в вину заявителю и само по себе не может являться доказательством получения заявителем, как налогоплательщиком, необоснованной налоговой выгоды.

Суд верно указал, что отсутствие контрагентов на момент проведения выездной налоговой проверки по месту их нахождения, и прекращение их деятельности в последующих периодах, не свидетельствует о невозможности осуществления данными организациями заявленной в учредительных документах предпринимательской деятельности в спорный период.

По тем же основаниям подлежит отклонению довод налогового органа о непредставлении контрагентами налогоплательщика документов, поскольку само по себе непредставление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности, а заявитель не может нести бремя негативных последствий и ответственность за недобросовестное поведение третьих лиц.

Кроме того, данное обстоятельство может являться лишь основанием для привлечения указанных лиц к ответственности в соответствии со ст. 126 НК РФ, но не для отказа в применении налоговых вычетов и учета затрат ООО «ПСК».

Относительно утверждений налогового органа по непредставлению контрагентами налогоплательщика (ООО «Азатстрой», ООО «ПФК Суар») на проверку сертификатов на товар, судом также верно указано, что в соответствии с п. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Согласно ст. 9 закона № 402-ФЗ первичным документом признается документ, оформляющий факт хозяйственной жизни и составляющийся сторонами при его совершении, содержащий перечисленные реквизиты.

Сертификат качества не подтверждает факт совершения хозяйственной операции, не опосредует собой возникновение, прекращение либо изменение прав и обязанностей сторон хозяйственных отношений, следовательно, сертификат качества не являются первичным учетным документом.

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

С учетом изложенного суд верно указал, что сертификаты качества не являются документами, служащими основанием для исчисления и уплаты налогов, либо подтверждающими правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, указанные документы не подлежат обязательному хранению.

Судом правомерно отклонен довод налогового органа об отсутствии спецификаций к Договору по взаимоотношениям с ООО «Азатстрой».

Согласно материалам дела в рамках договора поставки №25 от 25 апреля 2019 года заключенного между ООО «Азатстрой» и ООО «ПСК» осуществлялась поставка ТМЦ для осуществления своей непосредственной деятельности.

В ходе проверки по требованию налогового органа, заявителем представлены первичные документы, договор, УПД, акты выполненных работ за проверяемый период, по поставке строительных материалов (фасонное изделие, парапет, отлив и т.д.). Все изделия, поставленные ООО «Азатстрой» имели определённые размеры, которые нужны были для строительства объекта. При этом товар забирался силами ООО «ПСК» на автомобиле, который находится в аренде ЛАДА ЛАРГУС г/н В 820 ОУ716 (договор аренды представлен в ходе проверки).

Кроме того, как следует из пояснений представителя заявителя, фактически ТМЦ поставлялись по телефонным заявкам, Спецификация между сторонами не оформлялась. Более того, из анализа условий договора следует возможность поставки товара иными способами, в отсутствие Спецификаций.

С учетом изложенного по данному эпизоду суд верно указал, что в данном случае спецификация не является документом обязательным для подтверждения права на налоговый вычет, поскольку налогоплательщик представил все необходимые документы, предусмотренные ст. 172 НК РФ, в подтверждение факта принятия товара от поставщика и его оприходования, а именно: договор, УПД, акты выполненных работ, счета-фактуры. Указанные документы являются самостоятельными документами, подтверждающими принятие товара, на основании которых налогоплательщик правомерно оприходовал товар.

Правомерно отклонен судом довод налогового органа об установлении налоговым органом реальных поставщиков ТМЦ, аналогичных поставленных ООО «Азатстрой»: ООО «Кама профиль», ООО «ЦФК Регион трейд», ООО «Парапет», ООО «КЛК».

Из пояснений представителя налогоплательщика и представленных в материалы дела документов следует, что закупка ТМЦ осуществлялась заявителем для выполнения строительно-монтажных работ, то есть закупка продукции была вызвана производственной необходимостью по выполнению заявителем взятых на себя обязательств перед заказчиком в рамках иного договора.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что инспекцией не учтено, что потребность заявителя в ТМЦ для выполнения работ строительно-монтажных работ на своих объектах определяется производственной необходимостью по оснащению ТМЦ бригад. Налоговым органом не составлен товарный баланс фактически поступивших в адрес налогоплательщика товаров, не исследован вопрос потребности заявителя в данных материалах, не проанализирована потребность Общества в поставленных ему этой организацией ТМЦ с учетом объема выполняемых обществом работ и поставленных другими поставщиками сходных товаров. Вывод налогового органа не подтверждается документально.

Доводы налогового органа о неявке руководителей «проблемных» организаций – контрагентов (ООО «Гермес», ООО «Афон», ООО «Ремстройсервис», ООО «Проект», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектстройКазань», ООО «Прагматика») налогоплательщика правомерно отклонены судом, поскольку неявка руководителей контрагентов на допрос или отказ его от руководства компанией не является безусловным основанием для отказа в учете затрат по налогу на прибыль и вычетов по НДС.

Вместе с тем, неявка руководителей вышеуказанных организаций на допрос в налоговый орган не может свидетельствовать об умышленности действий заявителя, направленных на сокрытие информации о финансово-хозяйственных взаимоотношениях с организациями. Данные факты налоговым органом не доказаны, подконтрольность и аффилированность проверяемого налогоплательщика с указанными организациями налоговым органом не доказана.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство. Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

Указанный вывод налогового органа о номинальности должностных лиц контрагентов не является достаточным подтверждением фиктивности сделок с ООО «ПСК», поскольку первичные документы данных организаций подписаны лицами, значащимися руководителями организаций согласно ЕГРЮЛ.

Дополнительно в качестве доказательства фиктивности сделок заявителя с ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Ремстройсервис» налоговый орган сослался на Протокол допроса свидетеля ФИО3 (руководителя ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой») от 28 мая 2024 года; постановление о предоставлении результатов оперативно- розыскной деятельности от 27 декабря 2023 года; постановление о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия обследования помещений, зданий, сооружений, участком местности и транспортных средств от 25.12.2023 г.; протокол обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 26.12.2023 г.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о критическом отношении к представленным проверяющим органом документам, поскольку Налоговый кодекс Российской Федерации устанавливает четкую процедуру сбора доказательств, исходя из которых следует, что сбор доказательств после окончания проверки (то есть после составления справки о проведенной проверке) и вне рамок дополнительных мероприятий налогового контроля не правомерен.

Допрос свидетеля - это действие, которое по закону может проводиться в ходе выездной налоговой проверки.

Таким образом, проведение допроса свидетелей после окончания выездной проверки и вне дополнительных мероприятий налогового контроля является нарушением установленного законом порядка сбора доказательств.

Как следует из позиции, изложенной в письме ФНС России от 23.04.2014 №ЕД-4-2/7970@, где указано, что использование допросов свидетелей, проведенных вне рамок налоговых проверок, в качестве доказательств совершенного налогоплательщиком правонарушения по уже завершенной налоговой проверке является неправомерным и противозаконным.

Положения НК РФ не позволяют проводить налоговому органу мероприятия налогового контроля после окончания выездной налоговой проверки и срока на проведение мероприятий дополнительного налогового контроля. Допрос свидетелей должен осуществляться в пределах срока проведения выездной налоговой проверки.

В качестве доказательства нереальности взаимоотношений с контрагентами ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой» налоговый орган сослался на протокол допроса свидетеля (руководителя) контрагентов ФИО3 (протокол допроса от 28 мая 2024 года), т.е. за пределами срока выездной налоговой проверки (28.12.2022 г. по 24.08.2023 г.), и вне рамок дополнительных мероприятий налогового контроля.

Допрос свидетелей должен осуществляться в пределах срока проведения выездной налоговой проверки. Из взаимосвязанного толкования положений ст. ст. 88, 89, 93, 93.1 (п. п. 1 и 1.1) и ст. 101 НК РФ следует, что истребование у налогоплательщика, его контрагентов или иных лиц (в том числе государственных органов) документов, касающихся деятельности налогоплательщика, допускается лишь в период проведения в отношении этого налогоплательщика налоговой проверки либо дополнительных мероприятий налогового контроля (п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 57).

Частью 3 ст. 64 АПК РФ определено, что не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

С учетом приведенных положений, суд правомерно счел протокол допроса свидетеля - ФИО3 от 28 мая 2024 года недопустимым доказательством по делу. При этом, из анализа представленного протокола допроса следует, что ведение им реальной деятельности в 2019-2020 г. в указанном протоколе допроса не отрицалась, вопросы касаемо взаимоотношений с заявителем при осуществлении допроса 28 мая 2024 г. ФИО3 не задавались, в то время как, взаимоотношения между заявителем и ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой» имели место в 2019-2021 г.

Вместе с тем, в рамках выездной налоговой проверки в отношении заявителя 23.08.2023 г. налоговым органом проведен допрос ФИО3, где он подтвердил, что учреждал и руководил ООО «МГС-Инвест» и ООО «Техноинвестстрой», что данные организации осуществляли деятельность по купли-продаже строительных материалов и выполнения общестроительных работ под его непосредственным руководством, назвал место расположение данных организаций, указал на наличие штата, вид налогообложения - ОСН, назвал объекты на которых вышеуказанные организации выполняли СМР. Также им был назван основной заказчик- ООО «Газпром трансгаз Казань», подтвердил наличие взаимоотношений с ООО «ПСК», указал данные лиц, с которыми имел взаимоотношения, виды работ, выполненных возглавляемыми им организациями, подтвердил, что подписи на документах, представленных ему налоговым органом на обозрение (в том числе на договорах субподряда, датированных 2021 г., КС-2, КС-3, датированных 2021 г.) его, указал, что нанимал для работы ИП, самозанятых и физических ли расплачивался с ними наличкой и перечислением на карту.

Предоставленные налоговым органом в материалы дела постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 27 декабря 2023 года, постановление о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия обследования помещений, зданий, сооружений, участком местности и транспортных средств от 25.12.2023 г., протокол обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 26.12.2023 г., выписка из тетради с записями, по мнению суда, не имеют прямого отношения к выездной налоговой проверке в отношении заявителя и не опровергают реальность сделок с контрагентами ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Ремстройсервис» и т.д. в спорный период.

Так в протоколе обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 26.12.2023 г. перечислены только вещи (в том числе, папки с документами ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Ремстройсервис», печати ООО «Ремстройсервис»), изъятые из помещения, расположенного по адресу: РТ, <...> Б. При этом, приговоров о привлечении к уголовной ответственности лиц, причастных к неправомерному формированию налоговых вычетов по НДС в особо крупном размере, уходе от налогообложения, легализации доходов, полученных преступным путем, а также совершения незаконных банковских операций, не принято. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Период и контрагенты вышеуказанных организаций, сделки, по которым имеют место, факты неправомерного формирования налоговых вычетов по НДС в особо крупном размере, уходе от налогообложения, легализации доходов, полученных преступным путем, а также совершения незаконных банковских операций не установлены.

Таким образом, выемка документов в рамках оперативно-розыскных мероприятий не может являться основанием для утверждения о создании Обществом фиктивного документооборота с ООО «МГС- Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Ремстройсервис» и т.д.

Из содержания выписок из тетради с записями, изъятыми при выемке, также невозможно идентифицировать наличие или совершение заявителем неправомерных действий со спорными контрагентами.

С учетом изложенного суд правомерно критически относится к представленным налоговым органом документам, в частности постановлению о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 27 декабря 2023 года, постановлению о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия обследования помещений, зданий, сооружений, участком местности и транспортных средств от 25.12.2023 г., протоколу обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 26.12.2023 г., выписке из тетради с записями, ввиду несоответствия данных документов критериям допустимости и относимости доказательств.

Судом также правомерно отклонен довод налогового органа о том, что спорные контрагенты не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия работников, складских помещений, имущества, транспортных средств, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №305-КГ16-10399, отсутствие материальных и трудовых ресурсов у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести реальную хозяйственную деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «ПСК», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Инспекцией в ходе проверки не опровергнута возможность привлечения спорных контрагентов для исполнения заключенных с заявителем договоров.

Так из анализа взаимоотношений заявителя с ООО «Профи Кон» (Договора № 4/19 от 09.10.2019 г., № 3/19 от 09.10.2019 г., № 4/18 от 23.07.2018 г., № 6/18 от 22 августа 2018 г., № 7 от 01.04.2021 г.) налоговый орган, в подтверждение своих доводов о фиктивности взаимоотношений, сослался на отсутствие денежных потоков, отвечающих нормальной финансово-хозяйственной деятельности организации, отсутствие расчетов за аренду офисов, помещений, спецтехники и т.д., списание денежных средств на счета юридических лиц, поставляющих продукцию для монтажа пластиковых окон.

Однако, согласно подписанным первичным документам налогоплательщика со спорным контрагентом ООО «Профи Кон», данная организация осуществляла работы по ремонту систем вентиляций, замене кондиционеров с сопутствующими работами, в том числе по договору от 2018 г.

Налоговым органом по эпизоду взаимоотношений с ООО «Профи Кон» указано, что у ООО «Профи Кон» 16.04.2014 г. открыт счет в ПАО АКБ «Ак Барс». Вместе с тем, проверяющим органом предоставлена выписка из расчетного счета ООО «Профи Кон» по периоду только с 01.01.2019 г. по 07.04.2023 г.

При этом, согласно выписке из расчетного счета за период с 01.01.2019 г. по 07.04.2023 г., предоставленной налоговым органом, ООО «Профи Кон» осуществляет операции по выплате зарплаты, оплаты налогов, страховых взносов, по оплате поставленных ТМЦ и выполненных СМР.

Также свидетельством того, что ООО «Профи Кон» осуществляет деятельность по ремонту вентиляций и установлению систем кондиционирования подтверждают также иные приходные операции от организаций, заказывающих у ООО «Профи Кон» аналогичные работы, в частности:

30.07.2021

ООО "АРМИ"

1658224080

275055,95

Оплата по счету № 28 от 28.07.2021 г за работы по ремонту системы вентиляции по договору подряда № 9/21 от 28.07.2021 Сумма 275055-95 В т.ч. НДС (20%) 45842-66

30.07.2021

ООО "АРМИ"

1658224080

312090,30

Оплата по счету № 27 от 28.07.2021 г за работы по ремонту системы вентиляции по договору подряда № 8/21 от 28.07.2021 Сумма 312090-30 В т.ч. НДС (20%) 52015-05

30.07.2021

ООО "АРМИ"

1658224080

273354,95

Оплата по счету № 29 от 28.07.2021 г за работы по ремонту системы вентиляции по договору подряда № 10/21 от 28.07.2021 Сумма 273354-95 В т.ч. НДС (20%) 45559-16

Следовательно у ООО «Профи Кон» по расчетному счету имеются операции, свидетельствующие о ведении данной компании финансово-хозяйственной деятельности, в том числе по профилю оказываем услуг - ремонт систем вентиляции и кондиционирования.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно, не могут свидетельствовать о несовершении заявителем хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорным контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

То есть, именно налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом.

В рассматриваемом случае суд верно указал, что приведенные в оспариваемом решении доводы налогового органа не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на Общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг).

Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ, а именно не проверено, имеются ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не собраны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций).

Юридические лица и предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды. Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагенты налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) или налогоплательщик имели возможность влиять на определение условий совершаемых ими друг с другом сделок, а контрагент налогоплательщика или сам налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой они принадлежат, были связаны в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Однако, в нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирм, с которыми заключены сделки; факты имитации хозяйственных связей с фирмами; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности.

Отсутствует доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем.

В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась.

В оспариваемом решении налоговым органом также сделан вывод о том, что согласно представленных налогоплательщиком документов, а именно актов о приемке выполненных работ, работы, выполненные спорными контрагентами ООО «Афон», ООО «Гермес», ООО «Прагматика», ООО «Азимут», ООО «Мерас», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «Строительная Компания «Кристалл» предъявлены налогоплательщику позже, чем аналогичные работы сданы в адрес Заказчиков.

Ответчик сослался на то, что по объекту «Ж/д №24 по ул. К. Маркса, Вахитовского района РТ» работы по акту субподрядчиком ООО «Афон» предъявлены ООО «ПСК» 28.10.2019, тогда как Обществом данные работы выполнены и сданы ООО «Армада Строй» 19.08.2019;

по объекту «Ж/д №24 по ул. К. Маркса, Вахитовского района РТ» работы по акту субподрядчиком ООО «Гермес» выполнены и предъявлены ООО «ПСК» 18.10.2019, тогда как Обществом аналогичные работы выполнены и сданы ООО «Армада Строй» по акту (КС-2) №1 от 19.08.2019, отчетный период с 01.08.2019 по 19.08.2019;

по объекту РТ, Дрожжановский район, п. Новое Ильмово, инв. № 26116 работы по акту выполненных работ спорным контрагентом ООО «Форестгрупп» предъявлены налогоплательщику 30.10.2019, тогда как ООО «ПСК» данные работы выполнены и сданы ООО «Русмед» по акту (КС-2) №1 от 29.08.2019;

по объекту РТ, Высокогорский район, н.п. Высокая гора, ул. Б. Красная, инв. №58542 работы по акту выполненных работ спорным контрагентом ООО «ТПК Энергия» предъявлены налогоплательщику 17.12.2019, тогда как ООО «Поволжская Строительная Компания» данные работы выполнены и сданы ООО «Русмед» 29.11.2019;

по объекту «Здание ГРП ЭПУ «Чистопольгаз» по адресу: РТ, Чистопольский район, н.п. Чистопольские Выселки (инвентарный №2817) Работы ООО «Русмед» сданы 31.07.2019 (акт №1 от 31.07.2019), а субподрядчиком ООО «Вектор» работы выполнены и предъявлены только 04.09.2019 и т.д.

Вышеизложенное послужило основанием для выводов Инспекции о недостоверности представленных на проверку документов и неосуществлении спорных работ контрагентами.

Между тем, как верно указал суд, именно осуществленные налогоплательщиком хозяйственные операции, а не документальное их оформление в соответствии со ст. 146 НК РФ являются объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость.

Судом правомерно отклонены указанные доводы проверяющего органа, поскольку расхождение в датах подписания или составления актов обосновано заявителем тем, что генеральный подрядчик отвечает перед заказчиком за качество и полноту выполнения работ, соответствие работ смете и условиям договора подряда, в связи с чем после фактического окончания работ субподрядчиком их результат сначала сдается генеральным подрядчиком заказчику и только после его приемки заказчиком с субподрядчиком подписывается акт выполненных работ. Указанный порядок сдачи генеральным подрядчиком строительных работ заказчику в случае их выполнения субподрядчиком (полностью или частично) является общепризнанным обычаем делового оборота в сфере строительства, позволяет минимизировать риски генерального подрядчика в части ответственности за все работы, выполненные, в том числе и субподрядчиком, перед заказчиком (вне зависимости от количества субподрядчиков). Принятие работ у субподрядчика по акту без возражений, без предварительной сдачи их заказчику может повлечь дополнительные расходы в виде отказа заказчика подписать акт у генерального подрядчика с необходимостью исправить недостатки самостоятельно, при невозможности переложения этой обязанности на субподрядчика ввиду принятия у него работ.

С учетом изложенного суд правомерно отклонил довод налогового органа о направленности действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного уменьшения налогового бремени посредством применения налоговых вычетов по НДС. Обратное Инспекцией в ходе судебного разбирательства по делу достоверно опровергнуто не было.

Дополнительно в подтверждение фиктивности сделки, заключенной с ООО «ТПК «Энергия», налоговый орган указал, что заявителем указаны неверные реквизиты лица, фактически осуществившего СМР на объектах Заказчика, а именно вместо ООО «ТПК «Энергия» указан ИП ФИО4 (КС-3 № 1 от 17.12.2019 г. и КС-2 № 3 от 17.12.2019 г., где в графе «Подрядчик»).

Вместе с тем, как верно указал суд, действующее законодательство (см. ст. 9, 10 ФЗ РФ «О бухгалтерском учете») позволяет вносить исправления в первичные учетные документы, бухгалтерские регистры, бухгалтерскую отчетность.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что в целях устранения недостатков в первичной документации, заявителем представлены правильные КС-3 № 1 от 17.12.2019 г. и КС-2 № 3 от 17.12.2019 г.

С учетом вышеизложенного суд сделал правильный вывод, что действующее законодательство регулирует внесение исправлений уже отраженных в первичных учетных документах сведений, тогда как не предусматривает порядок дооформления первичных документов, то есть заполнения строк, которые ранее не были заполнены, указав, что такое дооформление не противоречит требованиям закона.

Судом также отмечено, что Акты по форме КС и регистры бухгалтерского учета не являются единственным и безусловным основанием для подтверждения факта оприходования работ и для подтверждения права на налоговые вычеты по НДС.

Кроме того, допущенные в оформлении первичных документов нарушения в данном случае не касались существа хозяйственной операции и цены (работ, услуг), в том числе размера применяемого вычета по НДС, что не препятствовало осуществлению налогового контроля.

Выводы налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов (ООО «Афон», ООО «Вектор», ООО «Гермес», ООО «МГС-Инвест», ООО «Ремстройсервис», ООО «СК «Кристалл», ООО «ТехноИнвестСтрой», ООО «Форестгрупп», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектСтройКазань», ООО «Партнер», ООО «Проект», ООО «Рекон») членства в реестре саморегулируемых организаций и согласования кандидатур привлекаемых субподрядчиком с заказчиками и генподрядчиками, как подтверждение невозможности выполнения работ спорными контрагентами, правомерно отклонен судом, поскольку в соответствии со ст. 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации в ред. с 01.07.2017 и разъяснениями Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации в письме от 28 февраля 2018 г. №7157-ТБ/02 и от 15 января 2020 г. №568-ТБ/02, а также от 27 июня 2018 года №27346-ХМ/02 согласно пунктам 1 и 2 статьи 5 Федерального закона от 1 декабря 2007 г. №315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» по общему правилу членство субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности в саморегулируемых организациях является добровольным.

Федеральными законами могут быть предусмотрены случаи обязательного членства в такой организации.

В соответствии с ч. 2 ст. 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации работы по договорам о строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства, заключенным с застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, региональным оператором, должны выполняться только индивидуальными предпринимателями или юридическими лицами, которые являются членами саморегулируемых организаций в области строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, за исключением случаев, установленных частями 2.1 и 2.2 статьи 52 Кодекса. Работы по договорам о строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства, заключенным с иными лицами, могут выполняться индивидуальными предпринимателями или юридическими лицами (субподрядчиками), не являющимися членами таких саморегулируемых организаций.

Следовательно, если субподрядчик заключает договоры непосредственно с генподрядчиком, членство в СРО для субподрядчика не обязательно. Так, нормы ФЗ от 03.07.2016 №372-ФЗ, установили возможность привлечения на субподряд лиц для выполнения работ по строительству, не являющихся членами саморегулируемых организаций. Это правило действует с 1 июля 2017 года - членство в СРО не требуется субподрядчикам и иным лицам, которые не заключают прямые договоры строительного подряда с застройщиками, техзаказчиками и т.д.

Как установил суд и следует из материалов дела, ООО «ПСК» не является застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, региональным оператором, соответственно наличие членства в СРО привлекаемыми им субподрядными организациями не является обязательным.

Кроме того, в соответствии с п. 2.1 ст. 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации (в редакции от 03.07.2016 ФЗ №372-ФЗ) индивидуальный предприниматель или юридическое лицо, не являющиеся членами саморегулируемых организаций в области строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, могут выполнять работы по договорам строительного подряда, заключенным с застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, региональным оператором, в случае, если размер обязательств по каждому из таких договоров не превышает трех миллионов рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 53 Градостроительного кодекса РФ строительный контроль проводится лицом, осуществляющим строительство, а также застройщиком или заказчиком в случае осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта на основании договора. При этом свидетельство о допуске требуется только лицу, привлекаемому застройщиком или заказчиком для осуществления строительного контроля на основании договора.

ООО «ПСК», имеющее свидетельство о допуске к работам по организации строительства, вправе осуществлять строительный контроль, однако, указанным выше субподрядчикам для выполнения работ, которые являются частью комплекса по организации строительства, не требуется получение в установленном законом порядке свидетельства о допуске к работам.

Право на применение вычета по НДС не ставится действующим законодательством в зависимость от согласования субподрядчика с заказчиком и от наличия/отсутствия членства в СРО у конкретного субподрядчика.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 27.04.2023 г. по делу №А65-12962/2022, от 08.06.2023 г. по делу №А12-5740/2022, от 19.05.2022 г. по делу №А65-4118/2021, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 №11АП-19439/2023 по делу №А65-20639/2023.

Выявление налоговым органом налоговых разрывов, возникших между заявителем и «проблемными» организациями, по цепочкам спорных контрагентов ООО «Профи Кон», ООО «Азатстрой», ООО «МГС-Инвест», ООО «Техноинвестстрой», ООО «Гермес», ООО «Афон», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «Вектор», ООО «Рекон», ООО «СК «Кристалл», ООО «Ремстройсервис», ООО «Партнер», ООО «Клинэксперт Поволжье», ООО «КомплектстройКазань», ООО «Проект», ООО «Прагматика», ООО «Гранд», ООО «ПФК «Суар», ООО «НУР-СК», в том числе последующих звеньев, не может вменяться в вину ООО «ПСК», поскольку организации-контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых налогоплательщик не может и не должен нести ответственность.

При этом, сведения о налоговых разрывах по спорным контрагентам, полученные инспекцией из внутренней программы АСК НДС-2, являются лишь поводом для проведения налоговым органом контрольных мероприятий, направленных на выяснение обстоятельств возникновения такого расхождения между данными налоговых деклараций налогоплательщиков. Между тем, такие сведения, сами по себе, в рассматриваемом случае не могут являться предусмотренным законом основанием для налоговых доначислений обществу.

Кроме того, в силу прямого указания закона (п. 3 ст. 54.1 НК РФ) нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства РФ о налогах и сборах (а не отражение операции по реализации, приведший к неуплате налогов – нарушение налогового законодательства) не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В рассматриваемом случае заявителем в материалы дела представлены доказательства сформирования источника возмещения НДС на первом звене, в связи с чем реальность оказания работ и поставки ТМЦ в производственном процессе заявителя налоговым органом, в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ, не оспорена.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Пунктом 1 названной выше статьи, и п. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами.

Судом верно указано, что приведенные Инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении заявителем хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данными организациями сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Также в оспариваемом решении не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов.

Так, налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой. Следовательно, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Тем более, Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3- го и прочих звеньев, что подтверждается в том числе Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД5- 9/947@, из которого следует, что Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Кроме того судом верно отмечено, что ни заявитель, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом.

Исходя из письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

В свою очередь, на налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Таким образом налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Так, декларации по НДС проходят автоматизированную камеральную налоговую проверку.

Для этого используется АСК «НДС-2» (письмо ФНС России от 05.05.2016 № ЕД4-15/8122). Эта система в автоматическом режиме проверяет, правильно ли рассчитан НДС и заявлены вычеты (возмещение); анализирует данные деклараций по НДС, сопоставляя их с данными деклараций всех контрагентов.

АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов. В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает, заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв.

Следовательно, уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом.

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений. В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации. Общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов.

Согласно требованиям налогового законодательства (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий. Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах.

Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о непроявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ.

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Суд первой инстанции, исходя из оценки представленных в материалы дела заявителем доказательств в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, сделал правильный вывод о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по сделкам со спорными контрагентами.

Установленные судом факты, свидетельствуют об ошибочности выводов налогового органа, основанных на неполном выяснении обстоятельств взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами, на ненадлежащих доказательствах, противоречивых показаниях свидетелей, информации не относимой к периоду проверки, противоречивости выводов налогового органа, поскольку по ряду контрагентов при аналогичных обстоятельствах и схожих документах, представленных на проверку, возражения налогоплательщика были приняты.

Инспекция сослалась также на минимальные отчисления контрагентами НДС, однако достоверность налоговой отчётности, представленной контрагентами, не может опровергаться лишь незначительной итоговой суммой НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных налоговых вычетов.

Аналогичный вывод содержит Определение ВС РФ от 14.05.2020 по делу А42- 7695/2917.

В рассматриваемом случае, как указывалось ранее, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами в адрес заявителя, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой отчетности и полноту уплаты налогов контрагентами факты.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 года, факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

При таких обстоятельствах суд правомерно признал обоснованным довод заявителя об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны.

Тогда как спорные контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались.

Так, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента (письмо Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 N 3-7-07/84, письмо Минфина РФ от 31.12.2008 N 03-02-07/2-231, письмо Минфина РФ от 29.11.2013 N 03-02- 07/1/51753).

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанными контрагентами необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и спорных контрагентов, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагентов, взаимозависимости указанных контрагентов, «обналичивания» денежных средств налогоплательщиком, а наличие разрывов 2-го, 3-го и последующих звеньев по данным АСК НДС-2 само по себе не могут свидетельствовать об искусственности совершенных заявителем сделок.

Оценив действия заявителя при заключении договоров, суд сделал правильный вывод о проявлении заявителем должной осмотрительности. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы.

Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется.

При этом выводы проверяющих о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом фактами.

С учетом изложенного судом в действиях заявителя и контрагентов не установлена недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

Довод налогового органа об отсутствии полной оплаты в адрес спорных контрагентов, правомерно отклонен судом, поскольку само по себе неперечисление контрагентам денежных средств не может являться основанием для отказа налоговым органом в вычете по НДС, так как положения ст. ст. 171, 172 НК РФ не связывают право на налоговый вычет по НДС с оплатой товаров, работ (услуг).

Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 07.02.2023 г. по делу № А65-5360/2022.

Из материалов дела следует, что расчеты с контрагентами произведены заявителем не запрещенным законодательством способом. Все операции налогоплательщиком учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным. Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами.

Относительно доводов налогового органа о наличии непогашенной кредиторской задолженности заявителя перед контрагентами ООО «Афон», ООО «Форестгрупп», ООО «ТПК Энергия», ООО «АСЛ Групп», ООО «Строительная компания «Кристалл», ООО «Гранд», налоговым органом не учтено, что взыскание сумм дебиторской задолженности является правом, а не обязанностью, которым контрагент может не воспользоваться. Кроме того, непринятие мер по истребованию задолженности у контрагента (налогоплательщика) не может служить признаком получения необоснованной налоговой выгоды со стороны налогоплательщика.

Довод налогового органа об отсутствии оплаты, поскольку представлено уведомление об уступке прав требования (ООО «Афон», ООО «Строительная компания «Кристалл») также подлежит отклонению ввиду следующего.

Так проверяющий орган указал, что в соответствии с представленным уведомлением об уступке прав требования от 01.10.2022 ООО «Афон» уступило долг ООО «Беркут» в части на сумму 2 958 971,71 руб. на основании Договора субподряда №15-10-С от 18.10.2019. Из анализа движения денежных средств на расчетных счетах ООО «ПСК» и ООО «Беркут» оплата по договору уступки прав требования от 01.10.2022, не установлена. ООО «Беркут» 01.12.2023 исключен из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

В соответствии с представленным уведомлением об уступке прав требования от 11.11.2022 ООО «СК «Кристалл» уступило долг ООО «Смайл Гейт» в части на сумму 1 671 220 руб. на основании Договора субподряда №12-10-С от 01.10.2021. Из анализа движения денежных средств на расчетных счетах ООО «ПСК» и ООО «Смайл Гейт» оплата по договору уступки прав требования от 11.11.2022, не установлена. 09.02.2024 ООО «Смайл Гейт» исключен из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности

В соответствии с п. 2 ст. 51 ГК РФ юридическое лицо считается созданным со дня внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц.

Правоспособность юридического лица возникает в момент его создания и прекращается в момент внесения записи о его исключении из единого государственного реестра юридических лиц (п. 3 ст. 49 ГК РФ).

Согласно действующему законодательству, регистрация юридических лиц осуществляется налоговыми органами. Налоговый орган, зарегистрировавший организацию в качестве юридического лица и поставивший ее на налоговый учет, тем самым признал ее право на заключение сделки и право нести определенные законом права и обязанности.

В данном случае, применение гарантий прав налогоплательщика не может быть поставлено в зависимость от выполнения им обязанностей, не предусмотренных законодательством. Налогоплательщик отвечает только за свои частные и публично-правовые действия (бездействие) и не отвечает за действия (бездействие) иных лиц. Исполнение функции налогового контроля за деятельностью контрагентов не может быть возложено на налогоплательщика, а является прямой обязанностью налоговых органов. Возложение указанной обязанности на налогоплательщика противоречит общим принципам функционирования гражданского оборота, участниками которого являются налогоплательщики при совершении хозяйственных операций.

Из анализа взаимоотношений заявителя с ООО «СК «Кристалл» судом установлено наличие заключенного Договора субподряда № 12-10-С от 01.10.2019 г.

Налоговый орган указал, что в период с 01.10.2019 г. по 25.12.2019 г. у ООО «СК «Кристалл» не было открытых счетов, при этом в договоре имеются сведения о реквизитах счета, который в период взаимоотношений Общества с ООО «СК «Кристалл» не действовал.

Между тем, налоговым органом предоставлена выписка по расчетному счету ООО «СК «Кристалл», из которой усматриваются многочисленные операции, свидетельствующие о ведении данной организацией финансово-хозяйственной деятельности.

Согласно вышеуказанной выписке ООО «СК «Кристалл» вносило оплату за аренду помещений, офисов:

15.01.2019

ООО Меркурий

1216014713

10000,00

Оплата по счету № б/н от 15.01.2019 за аренду. Сумма 10000-00 Без налога (НДС)

20.02.2019

ООО Волжский

1216028635

6800,00

Оплата по счету № УС-172 от 30.03.2018 за аренду офиса по договор аренды № 15/2018-ао Сумма 6800-00 Без налога (НДС)

13.03.2020

ИП ФИО5

771800396685

6000,00

Оплата по счету № 10 от 25.02.2020 г. За аренду помещения согласно договора б/н от 02.02.2020 г. за март 2020 г. Сумма 6000-00 Без налога (НДС)

30.03.2020

ИП ФИО5

771800396685

6000,00

Оплата по счету № 16 от 25.03.2020 г. За аренду помещения согласно договору б/н от 02.02.2020 г. за апрель 2020 г. Сумма 6000-00 Без налога (НДС)

оплачивало налоги (НДФЛ, прибыль и т.д.) и страховые сборы, приобретало и реализовывало ТМЦ, СМР и т.д.

Судом установлено, что задолженность по Договору субподряда № 12-10-С от 01.10.2019 г. в размере 888 780 руб. погашена заявителем поставкой ТМЦ, что подтверждается Актом взаимозачета № 1 от 31 марта 2021 г., Актом сверки взаимных расчетов от 31 марта 2021 г., счет- фактурой № 3 от 22.02.2021 г., Товарной накладной № 2 от 22.02.2021г.

Сумму задолженности в размере 1 671 220 руб. ООО СК «Кристалл» переуступило ООО «Смайл Гейт» по договору от 11.11.2022, соответствующее уведомление о состоявшейся переуступке Общество предоставило в материалы налоговой проверки.

Отсутствие взыскания ООО «Беркут» кредиторской задолженности у Общества не свидетельствует о недобросовестности налогоплательщика и не является основанием для отказа в вычете по НДС, так как вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на основании счета-фактуры поставщика (п. 2 ст. 169, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ). Доказательств, свидетельствующих о согласованности действий заявителя и спорных контрагентов (в том числе ООО «Беркут»), а также совершении иных действий, направленных на создание искусственного документооборота и получение налоговой экономии, в ходе проверки не выявлено. Факт непогашения кредиторской задолженности, в силу тех или иных сложившихся обстоятельств должника, не является основанием для отказа в принятии налоговых вычетов по НДС при представлении в налоговый орган всех документов, предусмотренных НК РФ.

По взаимоотношениям налогоплательщика с ООО «Афон» суд правомерно исходил из аналогичной позиции.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что налоговым органом не опровергнут факт реальности спорных поставок, работ.

Получение заявителем товара от спорных контрагентов и последующая их реализация заказчикам Общества, и в том числе выполнение работ, налоговым органом не опровергнуты, сговор с целью получения необоснованной налоговой выгоды не доказан (документально не подтвержден). То, что, контрагент нарушил свои налоговые обязательства, не подтверждает получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Заявляя свое право на налоговый вычет, налогоплательщик не должен представлять документы, подтверждающие фактическую уплату налога всей цепочкой поставщиков. Налогоплательщик не несет ответственности за недобросовестные действия своего контрагента. Налоговая недобросовестность контрагентов второго, третьего и последующих звеньев не является признаком получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, так как он не отвечает за действия контрагентов своих поставщиков, исполнителей и подрядчиков. В материалах проверки нет ссылки на доказательства того, что общество (или его должностные лица), перечислив денежные средства спорным контрагентам, впоследствии получили данные денежные средства обратно.

В рассматриваемом случае инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок Общества через спорных контрагентов с "техническими" организациями с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий общества и "техническими" организациями в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность "технических" организаций и использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным поставкам.

При этом факты, установленные налоговым органом в отношении контрагентов второго, третьего и последующего звена, правового значения для существа рассматриваемого спора не имеют.

Общество не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, что соответствует сформировавшейся правоприменительной практике, в соответствии с которой налогоплательщик, заявляющий НДС к возмещению, при отсутствии фактов злоупотребления правом, не отвечает за последствия неисполнения поставщиком налоговых обязанностей.

Суд верно сослался на непредставление налоговым органом в данном случае доказательств, свидетельствующих о том, что общество действовало без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов. Отсутствуют в материалах дела доказательства, которые указывали бы на осведомленность налогоплательщика о тех нарушениях налогового законодательства, которые допускаются его контрагентами, поэтому данный вывод инспекции является несостоятельным.

Таким образом, налоговым органом не представлено бесспорных доказательств того, что для целей налогообложения налогоплательщик в налоговом учете отразил операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, что деятельность общества и его контрагентов скоординирована в связи с аффилированностью, и что имело место простая перепродажа услуг, направленная на получение заявителем налоговой выгоды вне связи с осуществлением реальных сделок.

При таких обстоятельствах имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений со спорными контрагентами, доводы проверяющих об ином, о создании обществом формального документооборота с названными контрагентами правомерно отклонены судом как основанные на предположениях.

В рассматриваемом случае, указывая на минимизацию налоговых обязательств за счет использования «технических» организаций, не исчисливших НДС, налоговый орган не учел, что в случае отсутствия поступления в бюджет НДС вследствие неправомерных действий контрагентов первого, второго и более дальних звеньев это является основанием для предъявления налоговых претензий к этим компаниям и контролирующим их лицам. При этом неправомерно возлагать ответственность за неуплату на налогоплательщика, если между ним и контрагентами не доказан сговор (Определение ВС РФ от 28.05.2020 г. №305-ЭС19-16064, п. 6 письма ФНС от 28.07.2020 г. № БВ-4-7/12120).

Иная трактовка означала бы возложение ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, на покупателя, у которого не было возможности предотвратить это нарушение (Определение ВС от 14.05.2020 г. № 307-ЭС19-27597, п. 5 письма ФНС от 28.07.2020 г. № БВ-4-7/12120).

Судебная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии в оспариваемом решении налогового органа достаточных доказательств для подтверждения оснований для привлечения к налоговой ответственности, налоговым органом не доказано, что заявитель действовал без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство.

Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

На момент осуществления хозяйственных операций с заявителем контрагенты являлись самостоятельными юридическими лицами, состояли на налоговом учете, были зарегистрированы в ЕГРЮЛ, по адресу, указанному в первичных документах, при этом руководителем организаций значилось лица, которые указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных в материалы дела.

Данные организации имели расчетные счета в банках, сдавали налоговую отчетность, в том числе по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль. Контрагенты осуществляли самостоятельную финансово-экономическую деятельность и не были подконтрольны заявителю. Доказательств обратного, налоговым органом не представлено.

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Доводы налогового органа о выявленных нарушениях не носят бесспорный характер и опровергаются указанными выше фактами и доказательствами.

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд правомерно счел необоснованными выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанными контрагентами, поскольку налоговым органом не доказана согласованность и умышленность действий заявителя и контрагента, а также направленность на создание видимости гражданско-правовых отношений целью которых является получение заявителем необоснованной налоговой выгоды

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

С учетом изложенного, суд сделал правильный вывод о том, что налоговый орган не доказал факт получения заявителем необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорными контрагентами.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылался налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности заявителя, относятся исключительно к деятельности рассматриваемых контрагентов.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на заявителя, являющегося покупателем товаров.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

В пунктах 1,3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в связи с чем предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны; представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В рассматриваемой ситуации налоговым органом не представлено достоверных и достаточных доказательств в подтверждение доводов о нереальности спорных хозяйственных операций, связанных с приобретением ТМЦ, выполнения работ, недобросовестности общества и направленности его действий на получение необоснованной налоговый выгоды. Достоверность представленных обществом документов и сведений, связанных с использование спорных комплектующих и работ, налоговым органом не опровергнута, оснований для доначисления НДС у инспекции не имелось.

С учетом изложенного, поскольку судом не установлено наличие умысла в действиях заявителя, судом верно указано на необоснованность привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, по п. 1, 3 ст. 122 НК РФ.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания частей 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту;

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Принимая во внимание изложенное, суд сделал правильный вывод о незаконности решения инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г.Казани № 172 от 18.01.2024 о привлечении общества с ограниченной ответственностью «ПСК» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в размере 11 662 314, 41 руб., а также пени и штрафов, начисленных по ст. 122 НК РФ в соответствующей части, удовлетворив требования заявителя в указанной части.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

В материалах выездной налоговой проверки отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что налогоплательщик действовал совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Приведенные налоговым органом в решении выводы не свидетельствуют о несовершении хозяйственных операций со спорными контрагентами, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Из оспариваемого решения не следует, что налоговый орган выявил ошибки и иные противоречия в представленных налоговых декларациях указанными организациями. Выездные налоговые проверки в отношении указанных организаций на проводились.

Если действительно рассматриваемые организации уплачивали налоги в размере не соответствующем реальным налоговым обязательствам, это может свидетельствовать о невыполнении контролирующим органом обязанности по выявлению налогового правонарушения.

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и не допустил нарушения процессуального закона, в связи с чем, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

Решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь ст. ст. 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2024 года по делу №А65-19388/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий И.С. Драгоценнова

Судьи Е.Г. Попова

В.А. Корастелев