Постановление от 29 декабря 2022 г. по делу № А31-10911/2019

582/2022-69618(2) @



ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-10911/2019
г. Киров
29 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2022 года. Полный текст постановления изготовлен 29 декабря 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Кормщиковой Н.А., судей Дьяконовой Т.М., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия в судебном заседании представителей сторон

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Костромской области от 17.08.2022 по делу № А31-10911/2019

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Конфидэнс Банк»

о признании недействительным договора поручительства от 31.10.2014,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Фармлига» (далее - должник, Общество, ООО «Фармлига») конкурсный управляющий ФИО3 (далее - управляющий, к/у ФИО3, податель жалобы) обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением о признании недействительным договора поручительства от 31.10.2014, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Конфидэнс Банк» (далее – ООО КБ «Конфидэнс Банк», Банк) и применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 21.12.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено закрытое акционерное общество «Структура».

Конкурсный управляющий ФИО3 и ООО «ФК Гранд Капитал» заявили ходатайства об объединении в одно производство с настоящим заявлением для совместного рассмотрения в деле № А31-10911/2019 заявления


ООО КБ «Конфидэнс Банк» в об установлении требований кредитора и включении задолженности в размере 42 332 446 руб. 85 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 17.08.2022 ходатайства об объединении в одно производство обособленных споров отклонены, в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано.

Конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО2 (далее – ФИО2) с принятым определением суда не согласились, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий ФИО3 в апелляционной жалобе отмечает, что договор поручительства от 31.10.2014 года является недействительным, так как предоставление займа аффилированным лицом служит целям поддержания функционирования аффилированного должника и такой займ является притворной сделкой, которая прикрывает собой корпоративные отношения, Отмечает, что согласно выписки из ЕГРЮЛ в отношении должника ООО «Фармлига» единственным участником является АО «Фармрегион», которое в свою очередь является одним из учредителей ООО КБ «Конфидэнс Банк» с долей участия 1,96 %, действующими участниками которого являются ФИО2, АО «Медиа Мост» ИНН <***> (9,75%), АО «Фармлига», АО «Фармрегион», ЗАО «Фармальянс», ФИО4, при этом в период с 07.11.2014 по 27.08.15 одним из учредителей ООО «Фармлига» являлся ФИО2. Более того, генеральными директорами ООО «Фармлига» являлись ФИО5 и ФИО6, то есть учредители в ООО «Стройдевелопер», в котором учредителем также является ФИО4. Таким образом, кредитор ООО КБ «Конфидэнс Банк» является аффилированным лицом с должником и как следует из оспариваемого договора, денежные средства перечислены для внугригрупповых целей для приобретения акций лица, входящего в одну группу с должником и ООО КБ «Конфидэнс Банк». Отмечает, что в рассматриваемом случае, у одного члена группы были изъяты денежные средства в пользу другого члена этой группы, причем данное изъятие было обеспечено поручительством третьего участника данной группы, следовательно, есть основания полагать, что действия, направленные на совершение упомянутых операций, обсуждались на внутригрупповых переговорах, в их основе лежит достигнутая членами группы договоренность. К тому же поручительство ООО «Фармлига», как лица аффилированного с заемщиком и заимодавцем не имеет логического объяснения с точки зрения Гражданского кодекса Российской Федерации как надлежащего обеспечения, направлено на реализацию скрытых целей прикрытия займа якобы надлежащим обеспечением исключительно в целях соблюсти нормативы ЦБ РФ при кредитовании, а не оформить надлежащее обеспечение. Управляющий указывает, что ООО КБ «Конфидэнс Банк» не соблюдало требования законодательства и нормативных актов Банка России в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма в части представления в уполномоченный орган необходимых сведений по операциям, подлежащий обязательному контролю, и идентификации выгодоприобретателей клиентов, при этом кредитной организацией проводились сомнительные транзитные операции, а Банк России


неоднократно применял в отношении ООО КБ «Конфидэнс Банк» меры надзорного реагирования, в том числе четыре раза вводил ограничения на привлечение вкладов населения. Подчеркивает, что с учетом установленной фактической аффилированности между кредитором ООО КБ «Конфидэнс банк», основным должником по договору на открытие кредитной линии - ЗАО «Структура», должником - ООО «Фармлига», кредитор ООО КБ «Конфидэнс банк», как контролирующее лицо должника через бенифициара ФИО2, председателя правления ФИО7 не мог не знать, что на дату заключения кредитного договора качество обслуживания долга должно быть оценено как «среднее», и «плохое» и также, что кредит будет невозвратным. Обращает внимание на то, что Банк не обращался ни к ЗАО «Структура», ни к ООО «Фармлига» с требованием о возврате суммы задолженности довольно продолжительное время (с 2014 года по 2019 год), что не соответствуют требованиям Положения Банка России от 02.03.2012 N 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и фактически были направлены на вывод денежных средств па подконтрольные ФИО2 структуры. Более того, как следует из заключения о финансовом состоянии кредитной организации ООО КБ «Конфидэнс Банк» per. № 970 (г.Косторома) от 04.06.2018 ООО Фармлига», ЗАО «Структура» входит в неформализованную группу «Высшая Лига», находящуюся под управлением и контролем ФИО2, следовательно, оспариваемый договор поручительства является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а также является сделкой во исполнение договора о покрытии, который очевидно обсуждался на внутригрупповых переговорах с участниками группы, в том числе ФИО8, за ранее выведенные активы (кредитные денежные средства). Кроме того, заключение договора поручительства, не обеспеченного какими-либо активами от ООО «Фармлига», свидетельствует о злоупотреблении своим правом со стороны должника, так как у сторон договора не было намерений достижения заявленной цели (получение дополнительного обеспечения исполнения обязательств ЗАО «Структура»), а единственной целью заключенного договора поручительства было создание видимости соблюдения требований ЦБ РФ к ссудным задолженностям и формирования искусственной задолженности, предъявленной для включения в реестр требований должника (ООО «Фармлига») в ущерб другим кредиторам.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на несогласие с мотивировочной частью определения. Отмечает, что привлечен к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика по заявлению о привлечению к субсидиарной ответственности, рассматриваемому в рамках дела о банкротстве ООО «Фармлига» и имеет право выразить несогласие с определением суда. Считает, что судом сделан не мотивированный вывод, изложенный на странице 6 обжалуемого акта о вхождении ООО «Фармлига», ООО КБ «Конфиденс Банк» и ЗАО «Структура» в одну группу компаний (аффилированные лица), которые имели общие экономические интересы, а участие в обеспечительных сделках являлось их обычной финансово-хозяйственной деятельностью, поскольку никаких сведений о наличии связей между ООО КБ «Конфидэнс Банк» ЗАО «Структура» и должником материалы


дела не содержат, а законом не предусмотрена автоматическая аффилированность заемщика, Банка и поручителя (при его наличии) при законной (обоснованной) выдаче кредита. В этой связи полагает необходимым исключить из мотивировочной части на странице 6 предложение «Судом установлено и сторонами не оспаривается, что ООО «Фармлига», ООО КБ «Конфиденс Банк» и ЗАО «Структура» входили в одну группу компаний (аффилированные лица), имели общие экономические интересы, а участие в обеспечительных сделках являлось их обычной финансово-хозяйственной деятельностью».

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 27.10.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 28.10.2022 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий ООО КБ «Конфидэнс Банк» в лице ГК «АСВ» доводы обеих апелляционных жалоб отклонил, по мотивам, подробно изложенным в письменном отзыве.

Участвующие по делу лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом; направили апелляционному суду ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.

15.12.2022 от конкурсного управляющего ФИО3 в апелляционный суд поступили дополнительные письменные пояснения.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 26.12.2013 между Банком (кредитор) и ЗАО «Структура» (заемщик) подписан договор на открытие кредитной линии № <***> (далее кредитный договор) согласно которому кредитор открывает заемщику кредитную линию в сумме 46 260 000 рублей на приобретение акций ОАО «Минское»; срок действия кредитной линии до 25.12.2020 года; за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты за пользование кредитом в размере 12% процентов годовых.

Пунктами 2.1 и 2.2 кредитного договора установлено, что для выдачи кредита открыт ссудный счет N 45208810400000000149, а датой выдачи кредита по клиентам банка является дата зачисления соответствующей суммы на расчетный счет клиента.

Кредит предоставляется путем перечисления средств на расчетный счет заемщика несколькими суммами в пределах общей суммы договора. За открытие кредитной линии с заемщика взимается единовременный платеж в сумме 0,5% процента от лимита кредитной линии (2.4. кредитного договора).

Дополнительным соглашением № 1 от 30.08.2017 года к кредитному договору № <***> стороны изменили размер процентов за пользование кредитом, согласовав их в размере 9,25% годовых.


26.12.2013 Банк перечислил ЗАО «Структура» 46 260 000 рублей.

При этом в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № <***> Банком заключены договоры поручительства от 31.10.2014 с ЗАО «ФармЛига» (после изменения - АО «Фармлига»); от 31.10.2014 с ООО «ФармЛига», от 28.08.2014 с ООО «Интерлогистика» (12.03.2015 прекратило деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Планета»), от 28.08.2014 и от 20.10.2014 с ООО «ТрестРесурс» (10.12.2015 прекратило деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Ясное солнышко», которое прекратило деятельность 29.01.2019), по условиям которых поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора и в качестве обеспечения по кредитному договору представляет денежные средства (депозит) по договору банковского вклада и обязуется отвечать за неисполнение обязательств заемщика перед кредитором в полном объеме в погашении основного долга, плановых процентов и неустойки по Кредитному договору, в полном объеме, указанном в пункте 1.3, а также возмещение судебных издержек по взысканию долга и других расходов кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по кредитному договору заемщиком (пункт 2.1 договора поручительства).

Пунктом 2.2 и 2.4 договора поручительства установлено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств по кредитному договору поручитель и заемщик отвечают перед кредитором солидарно и поручитель согласен на право кредитора потребовать как от заемщика, так и от поручителя досрочного возврата всей суммы кредита, процентов за пользование кредитом, неустоек и других платежей по кредитному договору в случаях, предусмотренных кредитным договором.

Пунктом 2.4.1. договор поручительства предусмотрено, что поручитель несет солидарную ответственность с другими поручителями также в случае смерти заемщика либо другого поручителя и обязуется отвечать за любого нового должника по кредитному договору.

К поручителю, исполнившему обязательство заемщика по кредитному договору, переходят все права кредитора по этому обязательству (пункт 2.6. договор поручительства).

В нарушение условий кредитного договора ЗАО «Структура» сумму кредита и проценты в полном объеме не возвратило.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 20.07.2018 по делу № А31-5798/2018 ООО КБ «Конфидэнс Банк» признано несостоятельным (банкротом), функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее- Агентство, ГК «АСВ»).

В связи с наличием просроченной задолженности Агентство направило в адрес ЗАО «Структура», АО «Фармлига», ООО «Фармлига» и ООО «Планета» как поручителей по кредитному договору № <***>, требования о возврате кредитов и начисленных процентов за пользование кредитами.

Неисполнение требований Агентства послужили основанием для обращения Банка в Арбитражный суд Костромской области.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 06.08.2019 по делу А31-1471/2019, оставленным без изменением Постановлением Второго


арбитражного апелляционного суда от 06.04.2021 исковые требования удовлетворены, в пользу Банка с ЗАО «Структура», АО «Фармлига», ООО «Фармлига» и ООО «Планета» взыскано солидарно 37 780 000 долга, 4 352 446 рублей 85 копеек процентов, а также 200 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, также с ЗАО «Структура» в пользу Банка взыскано 1 838 000 рублей задолженности, 198 428 рублей 46 копеек процентов по договору на открытие кредитной линии № 7317-2016 от 19.09.2016 года, 2 840 000 рублей задолженности, 328 300 рублей 49 копеек процентов по договору на открытие кредитной линии № 5027-2013 от 15.11.2013 года.

В то же время решением Арбитражного суда Костромской области от 13 мая 2020 года по делу № А31-10911/2019 в отношении ООО «Фармлига» введена процедура конкурсного производства, утвержден конкурсный управляющий ФИО9.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 18 августа 2020 года по делу № А31-10911/2019 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Фармлига», конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Ссылаясь на недействительность договора поручительства от 31.10.2014 года, заключенного с ООО «Фармлига» в обеспечение исполнения обязательств ЗАО «Структура», конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением о признании его недействительным на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывы на них, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1.3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями


законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Согласно статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. При отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно.

Положениями части 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Как установлено в пункте 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и не денежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

В соответствии с пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской


Федерации).

При этом, как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством", кредитор вправе требовать возбуждения как дела о банкротстве основного должника, так и поручителя. Кредитор имеет право на установление его требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (в том числе, если поручитель несет субсидиарную ответственность), а при наличии нескольких поручителей - и в деле о банкротстве каждого из них.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", если поручитель и должник отвечают солидарно, то для предъявления требования к поручителю достаточно факта неисполнения либо ненадлежащего исполнения основного обязательства. При этом кредитор не обязан доказывать, что он предпринимал попытки получить исполнение от должника, в частности направил претензию должнику, предъявил иск и т.п. (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом по правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску оспаривающего такой договор лица, чьи права или охраняемые законом интересы он нарушает.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых


вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим, для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Между тем, факт ненадлежащего исполнения обязательств по кредитному договору, обеспеченному поручительством должника, подтверждается судебными актами, что в силу пункта 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетельствует о его действительности, при этом доказательств недобросовестных действий со стороны Банка и должника, предшествующих заключению договора


поручительства не представлено, обязательства по предоставлению денежных средств по кредитному договору Банком исполнено в полном объеме, к тому же сделка поручительства не предусматривает встречного исполнения со стороны кредитора, в связи с чем оснований полагать, что имеет место быть ничтожность или мнимость оспариваемого договора у коллегии судей не имеется.

К тому же частичный возврат заемных денежных средств по кредитному договору не подтверждает доводов управляющего о наличии в действиях сторон злого умысла, так как само по себе то обстоятельство, что должник является участником спорной сделки не может свидетельствовать о противоправном характере спорных сделок.

Более того, из представленных материалов дела документов следует и судом первой инстанции установлено, что ООО «Фармлига», ООО КБ «Конфиденс Банк» и ЗАО «Структура» входили в одну группу компаний (аффилированные лица), имели общие экономические интересы, соответственно, участие в обеспечительной сделке является основанием для признания наличия экономической целесообразности для поручителя в заключении такой сделки.

Согласно пункту 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" при рассмотрении требования о признании недействительным договора поручительства (залога) по обязательству заинтересованного лица могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса), каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора, была ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица надлежащим образом обеспечена (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п., а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. По соответствующей проблематике, начиная с декабря 2015 года, выработана достаточно обширная судебная практика, определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности (например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308- ЭС16-1475, от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 N 305-ЭС18-15086(3) и т.д.).

Так, в частности, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство


само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305- ЭС18-17611).

К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие: участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

Однако ни одно из перечисленных обстоятельств не установлено, при этом согласно подходу высшей судебной инстанции (определение от 15.02.2019 N 305-ЭС18-17611 по делу N А41-14638/2016), действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Тот факт, что имущественное положение одного из нескольких поручителей не позволяет в полном объеме рассчитаться по основному долгу, не свидетельствует о причинении обеспечительной сделкой вреда иным кредиторам поручителя или о получении займодавцем необоснованного контроля над ходом процедуры несостоятельности. Напротив, принятие в обеспечение нескольких поручительств от входящих в одну группу лиц, имущественных масс каждого из которых недостаточно для исполнения обязательства, но в совокупности покрывающих сумму задолженности, является обычной практикой, структурирование отношений подобным образом указывает на разумный характер поведения кредитора.

Таким образом, коллегия судей приходит к выводу, что материалах дела отсутствуют доказательства, которые в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника, достаточных для квалификации действий сторон, как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки недействительной.

Поскольку спорный договор заключен 31.10.2014 до возбуждения производства о признании должника несостоятельным (банкротом) (20.12.2019),


при этом заявление о признании недействительной сделки подано 13.10.2021, ООО КБ «Конфидэнс Банк» заявило о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности срок исковой давности согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Применительно к оспариванию сделок должника в деле о банкротстве следует учитывать пункт 1 статьи 61.9. Закона о банкротстве, в соответствии с которым заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Законом.

В пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2. или 61.3. Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции,


законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

В рассматриваемом случае решением Арбитражного суда Костромской области от 13 мая 2020 года утвержден конкурсный управляющий ФИО9, а определением от 18 августа 2020 года ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Фармлига» и конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

При этом утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Как следует из решения Арбитражного суда Костромской области от 06.08.2019 по делу № А31-1471/2019, ООО «Фармлига» было привлечено к участию в указанном деле в качестве ответчика, данное решение размещено в открытом доступе в Информационной системе «Картотека арбитражных дел», следовательно, сведения о спорной сделке должны были быть известны еще арбитражному управляющему ФИО9, утвержденному 13.05.2020; кроме того, указанное решение обжаловалось в апелляционном порядке ООО ФК «Гранд Капитал» с направлением 29.01.2021 копии апелляционной жалобы в адрес конкурсного управляющего ФИО3, которая согласно сведениям информационного ресурса «Отслеживание почтовых отправлений» была им получена 04.02.2021.

Согласно статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Таким образом, поскольку настоящее заявление подано в суд первой инстанции 13.10.2021, то есть по истечении более года с момента утверждения конкурсного управляющего (13.05.2020), срок исковой давности для обжалования сделок пропущен, что является в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации самостоятельным основанием для отказа в иске.

Так, если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока материалы дела не содержат, в связи с чем вывод суда первой инстанции о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по оспариванию сделок соответствует нормам права и имеющимся в материалах дела документам и является правомерным.

По существу заявленного в рамках настоящего обособленного спора


требования, доводы конкурсного управляющего ФИО3 о мнимости сделки по основаниям, установленными ст. 10, 168, 170 ГК РФ, ранее уже были предметом рассмотрения арбитражного суда в рамках дела № А31-1471/2019, к участию в котором ООО «Фармлига» было привлечено, и им дана надлежащая правовая оценка судами первой и апелляционной инстанций.

Указанный судебный акт в силу положений ст. 69 АПК РФ является преюдициальным и должен быть учтен при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Вопросы квалификаций сделок как совершенных в целях корпоративного финансирования либо в целях реализации договоров покрытия не относятся к предмету рассмотрения настоящего разбирательства.

При изложенных обстоятельствах, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, коллегия судей не находит оснований согласиться с доводами апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3

Также апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения второй апелляционной жалобы, заявителем которой является ФИО2, поскольку суд апелляционной инстанции не установил наличия правовых оснований для изменения мотивировочной части обжалуемого определения суда. Вывода суда, не соответствующего установленным по делу обстоятельствам и противоречащего имеющимся в деле доказательствам, подлежащего исключению из мотивировочной части определения, апелляционным судом не установлено, следовательно, данная позиция подателя жалобы подлежит отклонению.

Судебный акт принят при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены по приведенным доводам не имеется.

Апелляционные жалобы являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 17.08.2022 по делу № А31-10911/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фармлига» в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-


Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Н.А. Кормщикова

Судьи Т.М. Дьяконова

Е.В. Шаклеина

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 15.12.2021 9:49:36Кому выдана Шаклеина Елена ВитальевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 15.12.2021 9:49:51

Кому выдана Кормщикова Наталья Александровна Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 15.12.2021 9:50:26

Кому выдана Дьяконова Татьяна Михайловна