Постановление от 22 августа 2024 г. по делу № А50-3292/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3728/2021(14,15)-АК

Дело № А50-3292/2021
22 августа 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2024 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 22 августа 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Темерешевой С.В., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Саранцевой Т.С.,

при участии:

заявитель жалобы ФИО1 (лично), паспорт,

от заявителя жалобы ФИО2 – ФИО3, доверенность от 20.06.2022, паспорт,

от ФИО4 – ФИО5, доверенность от 04.10.2022, паспорт,

от ООО «СК «Регион-Нефть» (в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел») – конкурсный управляющий ФИО6, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле – не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 25 марта 2024 года

о признании ничтожными договоров купли-продажи транспортного средства от 11.01.2020 между должником и ФИО7, от 19.07.2020 между ФИО7 и ФИО8, от 11.01.2020 между должником и ФИО2, ФИО1, применении последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А50-3292/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ОЙЛ-Сервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО9, АНО Экспертный центр «Аналитика», ООО «Центр автомобильного ремонта», ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ИП ФИО16 (ИНН <***>), ФИО17,



установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2021 ООО «ОЙЛ-Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО18.

27.10.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего (с учетом последних уточнений) о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению транспортного средства марки TOYOTA LANDCRUISER 200, 2015 г.в., VIN <***> по договору купли-продажи транспортного средства № 01/2020 от 11.01.2020, заключенному между ООО «Ойл-Сервис» и ФИО7; договору купли-продажи транспортного средства от 19.07.2021, заключенному между ФИО7 и ФИО8. Просит применить последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО8, ФИО2, ФИО1 возвратить спорный автомобиль должнику.

Определениями от 02.02.2023, 04.05.2023, 06.06.2023, 16.08.2023, 28.09.2023 к участию в споре в качестве третьих, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9, АНО Экспертный центр «Аналитика», ООО «Центр автомобильного ремонта», ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ИП ФИО16 (ИНН <***>), ФИО17.

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство о назначении экспертизы представители ООО СК «Регион Нефть» и ФИО9 ходатайство поддерживали.

Определением от 16.08.2023 назначена экспертиза для определения стоимости автомобиля, ее производство поручено ООО «НКЦ «Эталонъ» (эксперт ФИО19), производство по обособленному спору приостановлено на срок проведения экспертизы.

03.10.2023 в арбитражный суд поступило экспертное заключение № 18-Э от 22.09.2023.

07.11.2023 от ФИО1 поступила рецензия на заключение эксперта №323/2023, письменные пояснения.

Определением от 21.11.2023 возобновлено производство по заявлению, судебное разбирательство отложено. Эксперт ООО НКЦ «Эталонъ» ФИО19 вызван в судебное заседание для дачи пояснений по экспертизе и ответу на вопросы.

18.01.2024 от эксперта поступили письменные ответы на вопросы ФИО2 и на заключение (рецензию) № 323/2023 к заключению эксперта № 18-Э от 22.09.2023.

21.02.2024 от ФИО1 в материалы дела поступила письменная консультация специалиста.

В судебном заседании 22.02.2024 был заслушан эксперт, который ответил на вопросы участвующих в деле лиц.

От ФИО2 поступили возражения на заключение эксперта, дополнительные возражения по экспертному заключению.

В судебном заседании 14.03.2024 представителем ФИО2 устно заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, с учетом возражений по проведенной судебной экспертизе, при этом письменное ходатайство не представлено, денежные средства на депозитный счет суда не внесены, экспертная организация не определена.

ФИО1 в судебном заседании ходатайство поддержала.

Исследовав экспертное заключение №18-Э от 22.09.2023, приняв его как доказательство по делу, а также в отсутствие надлежащим образом оформленного ходатайства о назначении повторной экспертизы, отсутствии оплаты экспертизы, предложенной экспертной организации, экспертов суд в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы отказало.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.03.2024 (резолютивная часть от 14.03.2024) признаны ничтожными договоры купли-продажи транспортного средства (TOYOTA LANDCRUISER 200, 2015 г.в.) от 11.01.2020 между должником и ФИО7, от 19.07.2020 между ФИО7 и ФИО8, от 11.01.2020 между должником и ФИО2, ФИО1 Применены последствия недействительности сделок в виде возврата указанного автомобиля должнику.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 и ФИО1 обжаловали его в апелляционном порядке, просят определение отменить в полном объеме, принять по делу новый судебный акт.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает, что обстоятельства сделок по продаже спорного автомобиля 11.01.2020, 17.07.2021 подтверждают наличие дефектов (неполадки в двигателе) /поломок (повреждения форсунок, нарушение перелива в цилиндре, задиры в цилиндрах, повреждения блока и пр.) спорного транспортного средства на момент продажи, действительную стоимость транспортного средства, равную 400 000 руб., и получение денежных средств ООО «ОЙЛ-Сервис» в лице генерального директоров ФИО9; финансовая возможность покупки ФИО7, ФИО8 спорного автомобиля подтверждена; продажа транспортного средства в адрес третьих лиц не была связана с предполагаемым банкротством ООО «ОЙЛ-Сервис», а по причине дорогостоящего ремонта. Наличие поломок и дефектов подтверждается представленными в материалы дела (т.3 л.д. 78, 83, 84) оригиналами акта дефектовки от 23.12.2019, заказ-нарядом № ЦЗРН-058754 от 23.12.2019, счетом № ЦРК-26097 от 23.12.2019. Полагает, что ФИО7 (муж сестры бывшей жены ФИО2) и ФИО8 (тетя ФИО1) не являются аффилированными лицами по отношению к должнику в силу Закона о банкротстве. Рыночная стоимость транспортного средства в момент продажи в размере 400 000,00 руб. подтверждена только одним не оспоренным сторонами заключением эксперта № 016-20 от 10.01.2020. ФИО2 пользовался спорным автомобилем на основании доверенностей, дающих права только на управление транспортным средством, что не свидетельствует о совершении сделки в его пользу; данные ЦАФАП не подтверждают, что пользователем являлся ФИО2, лица, управлявшие транспортным средством не идентифицировать; заинтересованность в совершении сделок подтверждена ФИО7 и ФИО8 в отзывах, представленных в материалы дела 25.01.2023 и 27.02.2023; ФИО1 на дату продажи транспортного средства 11.01.2020 находилась в процессе расторжения брака с бывшим генеральным директором должника ФИО9, в сделке не участвовала, документы не подписывала, в полис страхования включена не была. Передача ФИО7 и ФИО8 денежных средств по спорным сделкам подтверждается в их отзывах и в подписанных двусторонних договорах купли-продажи, должник в лице ФИО9 не опровергает получение денежных средств и договора займа № 02/2020 от 11.01.2020, о фальсификации указанных документов сторонами не заявлялось. Выражает несогласие с непринятием судом в качестве доказательств дефектовки от 23.12.2019, заказ-наряда № ЦЗРН-058754 от 23.12.2019, счета № ЦРК-26097 от 23.12.2019, ссылаясь, что документы выданы организацией, специализирующейся на ремонтах автомобилей марки Тойота, в рамках уголовного дела не исследовались, заказ-наряды в иных обособленных спорах были составлены иными организациями (ИП ФИО20), письмом ООО «Центр автомобильного ремонта» от 30.01.2024 исх. № 07 подтверждается несохранение документов по вине центра, судом оценка этому письму не дана. В опровержение выводов суда относительно недоказанности ремонта спорного транспортного средства материалами дела апеллянт отмечает, что арбитражным судом подлинники документов от ИП ФИО16/ФИО2 никогда не запрашивались, равно как и первичные документы, в частности, о закупе деталей, месте ремонта, использования денежных средств, полученных от ФИО2 за ремонт, тогда как акты выполненных работ являются надлежащим доказательством того, что услуги по ремонту действительно оказаны; ИП ФИО16 представлен приходный кассовый ордер о получении денежных средств от ФИО2, относящийся к бланкам строгой отчетности, подтверждающий получение денежных средств; о фальсификации документов заявлено не было. Относительно финансовой возможности ФИО2 произвести ремонт ссылается на расписки от 10.10.2022 на сумму 710 290 руб., от 08.02.2023 на сумму 997 424,90 руб., справки о доходах ФИО17, подтверждающие его возможность предоставить заем ФИО2, при этом судом не запрашивались доказательства возврата денежных средств ФИО2 в адрес ФИО17 Проведение ремонта транспортного средства в 2020 г. подтверждается ответом ООО «АвтоЭксперт-Пермь», установление дефектов транспортного средства также подтверждается письмом ООО «КОМПАНИЯ» от 14.10.2023. В договоре купли-продажи от 11.01.2020 указано, что ремонт на дату продажи еще не произведен. Исходя из данных ФАЦАП, в дату ремонтов 10.10.2022 и 08.02.2023 автомобиль не передвигался. Отмечает, что законодательством РФ не предусмотрено ведение кассовой книги индивидуальными предпринимателями, в связи с чем, у ИП ФИО16 при нахождении на патентной системе или на системе упрощенного налогообложения такая обязанность в любом случае отсутствовала. Кроме того, заявляет о необоснованности отказа судом в проведении повторной судебной экспертизы об определении рыночной стоимости спорного транспортного средства по причине ненадлежащего оформления ходатайства, поскольку ст. 87 АПК РФ не предусмотрено каких-либо требований к оформлению ходатайства о назначении повторной экспертизы, срок заявления ходатайства (после перерыва в судебном заседании) объективно препятствовал в представлении сведений об экспертной организации. Считает заключение эксперта от 22.09.2023 недопустимым доказательством по данном делу, не подтверждающим иную рыночную стоимость спорного транспортного средства, чем установленную сторонами и оспариваемыми договорами, в связи с неверным применением экспертами пробега транспортного средства; уровня величины износа автомобиля в размере 40%; при ответе на оба вопроса экспертизы экспертом самостоятельно сделан вывод о применении 40% износа, не основываясь на действующем законодательстве и фактическим материалах дела; непроведением корректировки на различие конструктивно-технических характеристик сравниваемых транспортных средств (применена стоимость аналога, противоречащая его же скриншотам объявлений, имеются прочие нарушения по аналогам). Эксперт не воспользовался своим правом уточнения характеристик транспортного средства по идентификационному номеру, на стр. 10 указал на наличие у него всей необходимой информации об объекте оценки.

ФИО1 в своей жалобе обращает внимание на отсутствие в материалах дела доказательств того, что ФИО1 является пользователем спорного автомобиля и сделка совершена в ее интересах, т.к. является притворной именно в отношении ФИО1 Никаких документов относительно спорных сделок ФИО1 не подписывала, стороны сделок не являлась. Сделка с ФИО8 (тетя ФИО1) совершена только в июле 2021 г., через полтора года после сделки с участием должника, причина ее заключения не была связана с родственными связями между ними. ФИО8 не является аффилированным лицом по отношению к должнику в силу Закона о банкротстве. Данные ЦАФАП не подтверждают, что пользователем являлась ФИО1, лица за управлением транспортным средством не идентифицировать. Необходимость приобретения спорного транспортного средства у ФИО1 отсутствовала в связи с наличием в ее собственности иного автомобиля (Хундай, гос. № В472УУ159). В полис страхования ФИО1 была включена наряду с иными лицами, а именно: с 10.01.2020 по 09.01.2021 к управлению были допущены ФИО21 (водитель), ФИО7 (собственник), ФИО2 (водитель), ФИО22 (водитель), ФИО23 (водитель), ФИО9 (водитель), с 12.03.2021 по 05.08.2022 были допущены ФИО7 (собственник), ФИО2 (страхователь, водитель), ФИО21 (водитель), ФИО23 (водитель), ФИО1 (водитель), с 19.07.2021 по 18.07.2022 – ФИО1 (водитель), ФИО2 (водитель), ФИО8 (страхователь, собственник), с 20.07.2022 по 07.11.2022 – ФИО1 (водитель), ФИО2 (водитель), ФИО8 (страхователь, собственник), при этом апеллянт полагает недоказанным использование автомобиля именно ФИО1, заявление со стороны ФИО1 на включение в полис не оформлялось, с 07.11.2022 в полис страхования транспортного средства ФИО1 включена не была.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника, третьего лица ФИО9 поступили отзывы на апелляционные жалобы, согласно которым вынесенное определение считают законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

Конкурсным управляющим также заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие.

ООО СК «Регион Нефть» в лице конкурсного управляющего представлены письменные возражения на апелляционные жалобы, в их удовлетворении просит отказать.

От ФИО1 поступили возражения на отзыв ФИО9, а также возражения относительно повышенного стандарта доказывания в отношении нее.

От ФИО2 поступили возражения на отзыв ФИО5 (представитель ФИО9), возражает против его приобщения ввиду отсутствия доказательств его направления в адрес третьих лиц ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО10, ФИО15

Кроме того ФИО2 указывает, что ФИО22 в рамках дела № 3-14-4812024 содержится в ФКУ ИК-29 ГУФСИН России по Пермскому краю, что стало известно 19.06.2024 (письмо приложено), в связи с чем, полагает необходимым отложить судебное разбирательство (в суде апелляционной инстанции) ввиду неизвещения ФИО22 о дате и времени судебного заседанияа.

Также ФИО2 представлены возражения относительно приобщения отзывов конкурсных управляющих должника и ООО СК «Регион Нефть», со ссылкой на то, что в его адрес отзывы не направлялись, с текстом не знаком.

Кроме того от ФИО2 поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы рыночной стоимости автомобиля, просит поручить ее проведение ООО «Департамент оценочной деятельности», с приложением ответа экспертной организации, а также ходатайство о приобщении к материалам дела платежного документа о внесении на депозит суда денежных средств для проведения экспертизы.

В судебном заседании представителем ФИО2 представлен оригинал чека по операции от 25.06.2024 на сумму 45 000 руб., подтверждающий внесение на депозит апелляционного суда денежных средств на оплату заявленной судебной экспертизы.

С учетом представления 20.06.2024 в материалы дела сведений о фактическом нахождении третьего лица ФИО15 в июне 2024 г. в ФКУ ИК-29 ГУФСИН России по Пермскому краю, отсутствием этих сведений у суда ранее указанной даты сведения, что препятствовало направлению определения о принятии апелляционной жалобы к производству и назначении судебного заседания ФИО15 в ИК-29, апелляционный суд отложил судебное разбирательство с целью надлежащего извещения ФИО15

Ходатайство ФИО2 о назначении судебной экспертизы принято судом к рассмотрению.

Вопрос о приобщении к материалам дела отзывов на апелляционные жалобы и возражения на них отложен и будет рассмотрен при рассмотрении жалоб по существу.

Определением от 09.08.2024 произведена замена судьи Чухманцева М.А. на судью Темерешеву С.В. После замены судьи рассмотрение спора производится сначала.

От ФИО22 (генеральный директор ООО «Эрида») поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы ответчика ФИО1 в его отсутствие.

Судом установлено, что в ФКУ ИК-29 ГУФСИН России по Пермскому краю находится ФИО22, от которого поступило ходатайство о рассмотрении жалоб в отсутствие, суд полагает, что все участвующие в споре лица, в том числе ФИО15 извещены надлежащим образом.

Судом рассматривается ходатайство ФИО2 о проведении повторной экспертизы.

ФИО1 указанное ходатайство поддерживает, настаивает на его удовлетворении.

Представители ФИО4 и ООО «СК «Регион-Нефть» против удовлетворения ходатайства возражали.

Рассмотрев указанное ходатайство, апелляционный суд не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Аналогичное ходатайство было заявлено в суде первой инстанции, в его удовлетворении было отказано, экспертное заключение № 18-Э от 22.09.2023 принято судом в качестве надлежащих доказательств, незаконным не признано, мотивы отказа в назначении повторной экспертизы приведены судом в обжалуемой определении. Отказ в удовлетворении ходатайства обусловлен несоблюдением заявителем ходатайства порядка предъявления ходатайства, требований к такому ходатайству.

Нарушение заявителем данного порядка и требований ФИО2 и ФИО1 не отрицаются.

Вопреки утверждению ФИО2, у него имелось достаточно времени для подготовки и представления в суд ходатайства о назначении повторной экспертизы. Согласно изложенной ФИО2 хронологии движения настоящего спора, экспертное заключение от 22.09.2023 поступило в материалы дела 03.10.2023, 18.01.2024 от эксперта поступили в суд письменные ответы на указанные ФИО2 замечания по экспертизе и представленную ФИО1 рецензию на экспертное заключение, 22.02.2024 эксперт дал пояснения в судебном заседании, после чего судебное разбирательство было отложено на 14.03.2024.

Указанное свидетельствует об отсутствии у ФИО2 объективных причин невозможности подготовки и своевременного представления суду надлежащего ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы.

Таким образом, В удовлетворении ходатайства судом отказано обосновано; данный отказ является следствием несовершения заявителем необходимых соответствующих действий, риск наступления неблагоприятных последствий которых относится на заявителя ходатайства (ст. 9 АПК РФ).

Обращаясь в апелляционный суд с ходатайством о назначении повторной судебной экспертизы, его заявитель пытается нивелировать последствия своего процессуального поведения, получить новое доказательство на стадии апелляционного производства; такую реализацию процессуальных прав нельзя признать добросовестной.

Более того, суд апелляционной инстанции полагает недоказанным наличие оснований для проведения по спору повторной судебной экспертизы.

Доводы ФИО2 о признании экспертом тех или иных дефектов своего заключения оспариваются другими участвующими в споре лицами, которые данные обстоятельства отрицают.

В ходатайстве о назначении повторной судебной экспертизы его заявителем приведены те же замечания на экспертное заключение, что приведены в суде первой инстанции. В отношении заявленных ФИО2 недостатков экспертизы экспертом представлены письменные пояснения, затем даны устные пояснения, замечания ответчиков опровергнуты, что позволило суду признать экспертное заключение надлежащим доказательством по спору. С учетом представленных экспертом пояснений по заключению, оснований полагать подготовленное им экспертное заключение неполным либо недостоверным не имеется.

При таких обстоятельствах ходатайство ФИО2 о назначении по спору повторной судебной экспертизы удовлетворению не подлежит.

ФИО1 доводы своей апелляционной жалобы поддержала в полном объеме, настаивая на ее удовлетворении.

Представитель ФИО2 доводы своей жалобы поддержал, полагая их обоснованными, настаивал на отмене определения.

Представитель ФИО9 и конкурсный управляющий ООО СК «Регион Нефть» поддержали позиции, изложенные в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Из содержания жалобы следует, что ответчиком ФИО1 судебный акт обжалуется в части сделок, совершенных с ней, при этом из существа спора следует, что предметом оспаривания является цепочка последовательных взаимосвязанных сделок по отчуждению транспортного средства должника, с учетом чего пересмотру подлежит судебный акт в полном объеме. Возражений против пересмотра судебного акта в полном объеме апеллянтом и другими участвующими в деле лицами не заявлены.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Пермского края от 24.02.2021 принято к производству заявление ООО СК «Регион-Нефть» о признании ООО «ОЙЛ-Сервис» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 03.11.2021 ООО «ОЙЛ-Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО18

В ходе соответствующей процедуры конкурсным управляющим установлено выбытие из активов должника автомобиля марки TOYOTA LANDCRUISER 200, 2015 г.в., VIN <***> посредством заключения цепочки сделок – договоров купли-продажи между должником ФИО7 от 11.01.2020 № 01/2020, ФИО7 и ФИО8 от 19.07.2021.

Из представленных в материалы дела документов следует, что спорный автомобиль выбыл из собственности должника в пользу ФИО7 по договору от 11.01.2020 № 01/2020, подписанного генеральным директором ФИО9, в соответствии с которым стоимость автомобиля составляла 400 000 руб., указанная сумма передана при подписании договора в полном объеме (п. 2 договора). Транспортное средство передано по акту приема-передачи, в п. 1.3 которого указано, что согласно диагностике автомобиля (акт дефектовки № 23.12.2019, заказ-наряд № ЦЗРН-058754 от 23.12.2019, счет № ЦРК-26097 от 2312.2019, № ЦРЗН-058754 от 23.12.2019) необходимо произвести ремонтные работы ввиду выхода из строя топливных форсунок, перелива топлива в цилиндре, задиры на цилиндрах, необходимости замены блока, форсунов, головок блока и прочих неисправностей.

19.07.2021 спорный автомобиль был отчужден ФИО7 в пользу ФИО8 по договору купли-продажи транспортного средства, стоимость составляет 400 000 руб., уплачена при подписании договора в полном объеме. Автомобиль передан по акту приема-передачи от 19.07.2021, о состоянии автомобиля продавец осведомлен, претензий не имеет, наличие дефектов не отражено.

Полагая указанную цепочку сделок недействительной, конкурсный управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением, в качестве правового обоснования указывая п. 2 ст. 174, ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, пришел к выводу о фактическом совершении сделки по выбытию спорного автомобиля от 11.01.2020 и 19.07.2021 от должника в пользу ФИО2, не смотря на отсутствие оформленного договора купли-продажи между ФИО8 и ФИО2, поскольку пользователями автомобиля, исходя из данных ЦАФАП, ФИО2 и ФИО1, ФИО2 не отрицал, что с даты реализации 11.01.2020 автомобиль фактически не выбывал из его владения. При этом суд признал цепочку сделок купли-продажи от 11.01.2020 и 19.07.2021 ничтожными в силу притворности (п. 2 ст. 170 ГК РФ), а прикрываемая сделка – договор купли-продажи между ООО «ОЙЛ-Сервис» и ФИО2, ФИО1, признана судом недействительной сделкой на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В качестве последствий недействительности сделки применил возвращение спорного транспортного средства должнику, поскольку автомобиль имеется в наличии (находится у ФИО2).

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого определения исходя из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В п. 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу положений п.2 ст.174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (п. 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду. Реституция в соответствии со ст. 167 ГК РФ может быть применена в этом случае только тогда, когда сделка, которую прикрывает притворная, также недействительна. При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу ст. 170 ГК РФ, притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 постановления от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из п. 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае из материалов дела следует, что дело о банкротстве возбуждено 24.02.2021, оспариваемые сделки совершены в период 11.01.2020 по 19.07.2021, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, сделки могут быть оспорены как по указанной специальной норме закона о банкротстве, таки и по общегражданским основаниям.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции установлено, что в договоре от 11.01.2020 № 01/2020 между должником и ФИО7 стоимость спорного автомобиля указана 400 000 руб., денежные средства, согласно условиям договора, были переданы при подписании договора.

Автомобиль был передан по акту приема-передачи, в п.1.2 акта указано, что в соответствии с актом дефектовки №23 от 23.12.2019, заказ-наряда №ЦРЗН-058754 от 23.12.2019, счета №ЦРК-26097 от 23.12.2019 автотранспортному средству необходимо провести ремонтные работы в виду выхода из строя топливных форсунок, перелива топлива в цилиндре, задиры на цилиндрах, необходимости замены блока, форсунок, головок блока, прочих неисправностей.

Суду представлен отчет №016-20, подготовленный АНО Экспертный центр «Аналитика» от 10.01.2020, где стоимость автомобиля определена в сумме 391 546 руб.

ФИО7 в своем отзыве указал, что он является учредителем и директором ООО «Тракдеталь», ООО «Евродеталь», имел на дату покупки финансовую возможность приобретения автомобиля на указанных в договоре с должником услвоиях, что подтверждает бухгалтерской отчетностью указанных организаций, полагает себя добросовестным приобретателем автомобиля (л.д.49 т.1).

Далее по договору купли-продажи транспортного средства от 19.07.2021 спорный автомобиль был продан ФИО7 ФИО8 по цене 400 000 руб., по условиям договора денежные средства были переданы при подписании договора в полном объеме.

Исходя из пояснений ФИО7, денежные средства от ФИО8 он получил наличными денежными средствами.

ФИО8 в своем отзыве (л.д.33 т.2) указала, что является добросовестным приобретателем, цена устанавливалась продавцом на основании представленного отчета об оценке, она цену не устанавливала, сделка не является единой как указывается конкурсным управляющим. Также ФИО8 отметила, что поскольку ФИО2 был ранее арендатором указанной машины у ФИО7, то она передала данное транспортное средство для управления ФИО2, который осуществлял пользование автомобилем, его ремонт, проходил ТО на взаимовыгодных с ней условиях.

В обоснование наличия финансовой возможности приобретения автомобиля ФИО8 в суд первой инстанции представлен договор купли-продажи объекта недвижимости от 14.12.2016 за 2 720 000 руб., договор купли-продажи комнаты от 20.12.2014 за 930 000 руб.

Из пояснений ФИО2 следует, что ремонтом спорного автомобиля с 2020 г. занимался он, покупателя для ФИО7 искал он, ФИО8 как покупателя нашел он, далее занимался эксплуатацией и ремонтом автомобиля, также указал, что автомобиль всегда находился в его пользовании, сначала на основании доверенности от ООО «Ойл-Сервис» от 01.11.2017, затем от ФИО8, указал, что автомобиль на дату судебного разбирательства находится в собственности ФИО2 (возражения от 19.04.2023, объяснения от 07.03.2024). Также в возражениях от 19.04.2023 Плешивых указал, что пользовался спорным автомобилем на основании доверенностей по договоренности со следующими собственниками после ООО «Ойл-Сервис».

Кроме того, ФИО2 пояснял суду первой инстанции, что оплата от ФИО7 была произведена в полном объеме, оплата была оформлена ФИО9 как возврат займа по договору процентного займа № 02/2020 от 11.01.2020, а также подписал акт взаимозачета, представлено письмо в адрес ФИО7

При этом ФИО7 данные обстоятельства взаимоотношений сторон по взаимозачету суду в отзыве не раскрывал, сослался на передачу должнику наличных денежных средств.

В суде первой инстанции представлена копия договора займа №02/2020 от 11.01.2020 (л.д.188 т.2), из которой усматривается, что ООО «Ойл-Сервис» в лице ФИО2 по доверенности от 23.12.2019 заключил с ФИО9 договор займа, по которому ФИО9 предоставляется заем в сумме 400 000 руб., доказательств передачи денежных средств, подлинник договора займа суду не представлены, акт взаимозачета, письмо в адрес ФИО7 не представлены.

Из пояснений ФИО9 от 26.10.2023 следует, что договор купли-продажи от 11.01.2020 им был подписан по просьбе ФИО2, ФИО7 при подписании договора не было, никаких заемных отношений с ООО «Ойл-Сервис» у него не было, автомобилем он никогда не пользовался, регистраций прав занимался ФИО2, о других собственниках автомобиля узнал из настоящего спора, с 2020 года автомобилем пользовалась ФИО1, что подтверждается приобщенными в дело сведениями из ГКУ «ЦБДД» о передвижении спорного транспортного средства, где за период с 10.07.2020 по 27.07.2021, с 02.11.2022 по 26.06.2023 имеются фотографии ФИО1 как водителя и пассажира данного автомобиля.

Из представленных суду сведений о выданных полисах ОСАГО в отношении спорного автомобиля следует, что:

- с 10.01.2020 по 09.01.2021 к управлению транспортным средством были допущены ФИО21 (водитель), ФИО7 (собственник), ФИО2 (водитель), ФИО22 (водитель), ФИО23 (водитель), ФИО9 (водитель);

- с 12.03.2021 по 05.08.2022 были допущены ФИО7 (собственник), ФИО2 (страхователь, водитель)), ФИО21 (водитель), ФИО23 (водитель), ФИО1 (водитель);

- с 19.07.2021 по 18.07.2022 – ФИО1 (водитель), ФИО2 (водитель), ФИО8 Г еннадьевна (страхователь, собственник);

- с 20.07.2022 по 07.11.2022 – ФИО1 (водитель), ФИО2 (водитель), ФИО8 (страхователь, собственник).

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ФИО1 в порядке ст. 70 АПК РФ признала, что ФИО8 является сестрой ФИО12 (мать ФИО1).

Представитель ФИО2 в ходе судебного разбирательства в порядке ст. 70 АПК РФ признал, что ФИО23 является бывшей женой ФИО2, представил копию свидетельства о расторжении брака, ФИО7 является мужем сестры ФИО23 (бывшая жена ФИО2).

Таким образом, суд первой инстанции установил, что с даты выбытия спорного автомобиля из собственности должника, фактическими пользователями автомобиля на протяжении всего периода, помимо иных физических лиц являлся ФИО2, ФИО1, ФИО2 подтвердил, что спорный автомобиль с даты его реализации 11.01.2020 фактически не выбывал из его владения.

При этом суд отнесся критически к пояснениям ФИО7 в части передачи по договору купли-продажи денежных средств в размере 400 000 руб., поскольку каких либо доказательств передачи денежных средств ни со стороны ФИО7, ни со стороны должника суду не представлено. Бухгалтерская отчетность Обществ, представленная ФИО7, в которых он являлся учредителем и директором, не подтверждает наличие у него на 11.01.2020 (дата заключения договора) наличных денежных средств в сумме 400 000 руб. для передачи должнику, сведений о снятии денежных средств со счета, либо иной документ, подтверждающий оборот наличных денег в подтверждение оплаты по договору не представлен.

Должником принятие наличных денежных средств в кассу должника с последующей выдачей денег из кассы также не представлено, денежные средства на расчетный счет должника не поступали. Представленный ФИО2 договор займа не подтверждает передачу ФИО9 денежных средств в сумме 400 000 руб., связь данных денег с договором с ФИО7 никак не подтверждена, иных доказательств оборота средств не представлено (ст.65 АПК РФ).

Кроме того, в материалах дела имеются разрозненные сведения о порядке оплат, представленные ФИО7 и ФИО2

С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к выводу, ФИО7 оплата по договору не производилась, иного не доказано (ст. 65 АПК РФ).

К пояснениям ФИО8 о передаче по договору купли-продажи денежных средств в размере 400 000 руб. суд также отнесся критически.

Исходя из пояснений ФИО7, денежные средства он получил в наличной форме, при этом передача денег не зафиксирована, кроме фразы в договоре, что денежные средства были переданы. Представленные договоры купли-продажи имущества в подтверждение наличия денежных средств датированы 2016 г. и 2014 г., то есть денежные средства где то хранились ФИО8 до 19.07.2021, чтобы передать их ФИО7, где хранились денежные средства, как они передавались, как были использованы ФИО7, информации суду не представлено.

Также судом учтено отсутствие кого либо интереса как у ФИО7, так и ФИО8 в приобретении спорного транспортного средства, поскольку, исходя из документов, автомобилем с января 2020 г. фактически пользовались ФИО2 и ФИО1; ФИО8 никогда не получала полис ОСАГО как водитель автомобиля.

Из представленных суду сведений из ГКУ «ЦБДД» по сведениям ЦАФАП с 10.07.2020 передвижение на спорном автомобиле зафиксировано со стороны ФИО2 и ФИО1.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

ФИО2 являлся учредителем должника в период с 23.03.2015 по 26.09.2019, в спорный период работал в ООО «Ойл-Сервис» в должности генерального директора по общим вопросам.

ФИО1 являлась юристом должника, женой (на дату судебного разбирательства бывшая жена) ФИО9 - учредителя, генерального директора должника.

ФИО7 являлся родственником ФИО2, ФИО8 являлась родственницей ФИО1 То есть указанные лица являются фактически аффилированными по отношению к должнику, позиция ФИО2 и ФИО1 об обратном признается ошибочной, основанной на неправильном толковании норм права.

Суд первой инстанции установил, что спорный автомобиль TOYOTA LANDCRUISER 200 выбыл из владения должника безвозмездно в период, когда у должника имелась задолженность перед ООО СК «Регион нефть», которая включена в реестр должника и не погашена.

Поскольку материалами дела доказано, что спорный автомобиль выбыл из владения должника с целью уберечь его от взыскания со стороны кредиторов должника в преддверии банкротства, фактическим владельцем спорного автомобиля является ФИО2, несмотря на отсутствие оформленного на него договора купли-продажи со стороны ФИО8, пользователями автомобиля, исходя из данных ЦАФАП, являются ФИО2 и ФИО1, суд первой инстанции пришел к безусловному выводу, что выбытие автомобиля из владения должника был завершен сделкой от 11.01.2020 с ФИО2, ФИО1

ФИО2 и ФИО1 в своих жалобах указанное не опровергают.

С учетом указанного, судом первой инстанции сделки купли-продажи от 11.01.2020 от 19.07.2021 между должником и ФИО7, ФИО7 и ФИО8 правомерно признаны ничтожными по признаку притворности (п.2 ст.170 ГК РФ).

В апелляционных жалобах указанные выводы не оспариваются, иными участвующими в деле лицами они также не опровергнуты.

Вопреки позиции апеллянтов, указание в тексте договора по получение денежных средств за имущество, в отсутствие соответствующей расписки, финансовой возможности произвести оплату, доказательством получения денежных средств по договору не является; суд первой инстанции верно отметил, что в фактически денежных средств по оспариваемым сделкам не передавалось, соответственно, сделки являются безденежными.

Конкурсный управляющий в обоснование требований указывал, что спорный автомобиль был приобретен должником у ООО «Итом-Прогресс» (ИНН <***>) за 3 400 000 руб.

Согласно условиям договора купли-продажи от 11.01.2020, стоимость спорного автомобиля согласована сторонами в сумме 400 000 руб., при этом в качестве обоснования такой стоимости ФИО7 был представлен отчет АНО Экспертный центр «Аналитика» (привлечено к участию в споре третьим лицом без самостоятельных требований) № 016-20 от 10.01.2020 об оценке рыночной стоимости автомобиля TOYOTA LANDCRUISER 200, VIN <***>, с учетом акта дефектовки от 23.12.2019, согласно которому стоимость автомобиля определена в сумме 391 546 руб.

Конкурсным управляющим представлен суду отчет об оценке рыночной стоимости автомобиля № М3484/1 от 22.02.2023, из которого следует, что рыночная стоимость спорного автомобиля на 11.01.2020 – 3 120 000 руб., на 27.07.2021 – 3 240 000 руб.

В ходе рассмотрения настоящего спора была проведена судебная экспертиза, представлено экспертное заключение № 18-Э от 22.09.2023, в соответствии с которым рыночная стоимость спорного автомобиля по состоянию на 11.01.2020 – 3 096 000 руб., по состоянию на 19.07.2021 – 3 211 000 руб., с учетом повреждений, указанных в акте дефектовки от 23.12.2019 ООО «Центр автомобильного ремонта» стоимость на 11.01.2020 составляла 1 483 000 руб.

При этом при назначении экспертизы судом первой инстанции была дана оценка доводам ФИО1 и ФИО2 в части необходимости учета при проведении оценки заказ-наряда №113 от 11.07.2021.

На указанное экспертное заключение поступила рецензия на заключение эксперта №323/2023, письменные ответы эксперта на вопросы ФИО2 и на заключение (рецензию) №323/2023 к заключению эксперта №18-Э от 22.09.2023, письменная консультация специалиста № 393/2024.

Дефектовка №23 от 23.12.2019, заказ-наряд №ЦРЗН-058754 от 23.12.2019, счет №ЦРК-26097 от 23.12.2019 не приняты судом первой инстанции в качестве доказательств наличия повреждений автомобиля.

При этом отмечено, что в рамках иных обособленных спорах судом рассматривались документы, на основании которых производилась оценка транспортных средств должника и затем транспортные средства по заниженной стоимости передавались третьим лицам.

Заказы-наряды исследовались в рамках уголовного дела.

Из ответов ООО «Центр автомобильного ремонта» следует, что сведений о выдаче заказа-наряда №ЦРЗН-058754 от 23.12.2019, счета № ЦРК-26097 от 23.12.2019, дефектовки № 23 от 23.12.2019 не имеется, документов не сохранилось, ремонтные работы по указанным документам не производились и не оплачивались.

Доказательств фактического произведения ремонта автомобиля на дату заключения сделок суду не представлено (ст.65 АПК РФ). Также суд критически отнесся к представленным ФИО2 документам по производству ремонта автомобиля, поскольку подлинников документов суду не представлено, акты от ИП ФИО16 о производстве работ не свидетельствуют; первичных документов, в частности, о закупе деталей, месте ремонта, использования денежных средств, полученных от ФИО2 за ремонт, суду не представлено (ст.65 АПК РФ).

Оснований для несогласия с указанными выводами суда, соответствующими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, у апелляционного суда не имеется.

ФИО2 и ФИО1, возражая по выводам экспертам, указывают на неверное использование пробега автомобиля, на неверное применение износа транспортного средства в размере 40%, не проведена корректировка на различие конструктивно-технических характеристик с объектами-аналогами.

В свою очередь, 18.01.2024 экспертом суду представлены пояснения, в которых эксперт подробно ответил на претензии, предъявляемые к экспертизе, в том числе эксперт указал, что использованный им пробег в размере 238 000 руб. был взят как наиболее близкий к исследуемому периоду из сервиса Автотеки, что подтверждается представленными к экспертному заключению документами, указанный участниками и в рецензиях пробег определен на дату 04.11.2023, что выпадает из периода проведения экспертизы (22.09.2023), соответственно, эксперт не мог получить данные, на которые указано в возражениях, дата пробега 240 000, установленная в Автотеке, установлена на 04.11.2023, то есть за пределами периода проведения экспертизы; приведенная в рецензии выборка объектов-аналогов, по сути, не опровергает выводы эксперта о средней цене автомобиля на даты оценки, что следует из расчетов рецензентов, при этом эксперт особо отмечает, что не имеет возможности оценивать все объекты, имеющиеся на рынке, выборка сделана по наиболее близкому временному диапазону предложений, а также региону продажи, также эксперт особо указал, что не брал во внимание предложения рынка, выставляемого автосалонами, так как цена автосалона некорректна, зависит от многих факторов, с учетом представленных аналогов рецензентами, средняя цена определена выше – 3 309 750 руб., что, однако, совпадает со средней ценой, определенной экспертом, 3 096 000 руб. и 3 211 000 руб.; претензии в части неправильного применения износа не обоснованы, поскольку износ брался в 40%, с учетом устранимых дефектов в ответе на 2 вопрос при наличии дефектовки и предполагаемого ремонта, а при ответе на 1 вопрос - 50,4%, соответственно, никаких некорректных данных в отчете не имеется, данные подтверждаются соответствующей таблицей и расчетами эксперта. Иные претензии не влияют на выводы экспертизы, признаются судом необоснованными.

Поскольку судом принято экспертное заключение №18-Э от 22.09.2023 как доказательство по делу, отсутствует надлежащим образом оформленное ходатайство о назначении повторной экспертизы, отсутствие оплаты экспертизы, отсутствии предложенной экспертной организации, экспертов, судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы судом.

Также суд первой инстанции критически отнесся к документам, представленным ФИО2 в подтверждение финансовой возможности произвести ремонт 10.10.2022 на сумму 710 290 руб., 08.02.2023 на сумму 997 424,90 руб. Суду представлены расписки, подтверждающие получение денежных средств от ФИО17, при этом доказательств возврата денежных средств на 31.12.2023 (срок возврата) не представлено; из представленных документов не усматривается, что ФИО17 в спорный период снимались наличные денежные средства для передачи ФИО2, подлинники документов суду не представлены, нотариальное заверение расписок не подтверждает фактическую передачу денежных средств. Кроме того, произведение ремонта на период 2022 и 2023 год не подтверждает наличие повреждений на 11.01.2020.

При этом судом обоснованно отмечено, что поскольку указано на неисправность двигателя, то не понятно, для чего неисправный автомобиль перегонялся для ремонта в г. Ижевск, тогда как в г. Перми имеются автосервисы для ремонта аналогичных автомобилей, что подтверждается обращением в ООО «Центр автомобильного ремонта» в г.Перми.

Разумные пояснения данному обстоятельству не представлены и суду апелляционной инстанции.

Кроме того, в период с 06.02.2023 по 09.02.2023 автомобиль не мог находиться на ремонте в г.Ижевск, поскольку по сведениям ЦАФАП в указанный период зафиксировано его передвижение по г.Пермь.

К пояснениям апеллянтов о порядке передвижении автомобиля в указанный период апелляционный суд относится критически.

Также из материалов дела следует, что ИП ФИО16 не находится на патентной системе налогообложения, как им указано в отзыве, по сведениям ЕГРИП с 01.02.2022 он перешел на упрощенную систему налогообложения, переход на патентную систему в ЕГРИП не зафиксирован.

Доказательств получения денежных средств от ФИО2 за ремонт, помимо копии квитанций к приходным кассовым ордерам не представлено, кассовая книга не представлена (ст.65 АПК РФ).

Документы по производству ремонта представлены суду только 08.08.2023, то есть спустя почти год с даты поступления в суд заявления об оспаривании сделки.

Кроме того, согласно данным сервиса Автотека, спорный автомобиль выставлялся на продажу 25.08.2022 за 4 500 000 руб., 18.10.2022 за 3 600 000 руб. и за 4 200 000 руб., оценка «Авито» - 3 845 400 руб., что также подтверждает отсутствие повреждений автомобиля даже на октябрь 2022 г., то есть спустя 2 года после даты совершения сделки. Более того, с учетом подтверждения владения автомобилем ФИО2, определения им самим стоимости автомобиля в диапазоне 3 600 000 руб. – 4 500 000 руб., дополнительно опровергает его доводы о соответствии цены продажи автомобиля по оспариваемым сделкам рынку.

С учетом указанного, суд соглашается с доводами управляющего и участвующих в деле лиц, что рыночная стоимость спорного автомобиля должна определяться без учета повреждений, то есть на 11.01.2020 рыночная стоимость составляла не менее 3 096 000 руб., в указанной сумме судом оценивается ущерб, причиненный должнику заключением спорных сделок.

Оснований для несогласия с указанными выводами суда не имеется.

Совокупность установленных по обособленному спору свидетельствует о том, что сделки между ООО «Ойл-Сервис» и ФИО7, ФИО7 и ФИО8 совершены ее сторонами для вида, ее стороны ограничились лишь оформлением договоров, не совершив действий по его исполнению и заведомо не намеревались его исполнять, то есть в действительности стороны сделки не имели намерений создать соответствующие сделке купли-продажи автомобиля правовые последствия. Как до 11.01.2020 так и после указанной даты спорное транспортное средство из владения бенефициаров ООО «Ойл-Сервис» не выбывал, фактически сделка купли-продажи в отношении автомобиля TOYOTA LANDCRUISER 200 была совершена между ООО «Ойл-Сервис» и ФИО2, ФИО1 11.01.2020.

В результате совместных действий должника и ответчиков ФИО2, ФИО1 выведено имущество должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, тем самым причинен вред их имущественным интересам.

Данная цепочка сделок является не единственной, направленной на вывод активов должника; аналогичные сделки уже признаны недействительными вступившими в законную силу судебными актами в рамках настоящего дела, на что обоснованно обратил внимание конкурсный управляющий кредитора ООО СК «Регион Нефть».

При изложенных обстоятельствах следует признать правомерными выводы суда о наличии в действиях должника и ответчиков, совершивших мнимую сделку с указанной противоправной целью, злоупотребления правом.

При таком положении суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего, признав сделки купли-продажи между ООО «Ойл-Сервис» ФИО7 от 11.01.2020, между ФИО7 и ФИО8 от 19.07.2021 ничтожными ввиду притворности, а договор купли-продажи от 11.01.2020 между ООО «Ойл-Сервис» ФИО2, ФИО1 – недействительным по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как причиняющая вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку по указанной сделке из владения должника выбыло имущество рыночной стоимостью не менее 3 096 000 руб., оплата по сделке должником не получена, сделка является безденежной.

Указанные выводы судебной коллегией признаны правомерными, оснований для их переоценки не установлено.

В соответствии с п.2 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Согласно п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Судом установлено, что спорный автомобиль фактически находится у ФИО2, который может его возвратить должнику.

Учитывая данные обстоятельства, суд применил последствия недействительности сделки в виде возврата спорного транспортного средства должнику правильно.

Доводы заявителей апелляционных жалоб фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 25 марта 2024 года по делу № А50-3292/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


С.В. Темерешева





М.С. Шаркевич