Постановление от 2 ноября 2020 г. по делу № А41-13373/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5457/2020

Дело № А41-13373/19
02 ноября 2020 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2020 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю.,

судей Досовой М.В., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 17 февраля 2020 года по делу № А41-13373/19 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

при участии в заседании:

от ФИО4 – лично, представлен паспорт;

от ФИО2 – лично, представлен паспорт; ФИО5, доверенность от 05.12.2019;

от ФИО3,– ФИО5, доверенность от 05.12.2019;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежащим образом;



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 22 октября 2019 года ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

Финансовый управляющий ФИО3 ФИО6 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании брачного договора от 12 октября 2016 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2, недействительным.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17 февраля 2020 года брачный договор от 12 октября 2016 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, признан недействительным.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований финансового управляющего должника.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 223, 266, 268 АПК РФ.

В судебном заседании ФИО2 и её представитель поддержали доводы апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции отменить.

ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со ст. 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации в картотеке арбитражных дел.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 12.10.2016 между ФИО3 и его супругой ФИО2 был заключен брачный договор, согласно условиям которого супруги установили, что право собственности супругов на земельный участок общей площадью 2604 кв.м. с кадастровый номером 50:49:0010104:103 и жилой дом, площадью 476,9 кв.м. с кадастровым номером 50:49:0010104:211, расположенные по адресу: <...>, переходит в раздельную собственность супруги должника ФИО2.

По мнению финансового управляющего, указанная сделка является недействительной на основании положений п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку совершена с целью причинения вреда кредиторам должника.

Определением суда первой инстанции заявление финансового управляющего удовлетворено.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд согласен с определением суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно статье 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника - гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пункты 1 и 2 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Как установлено судом, спорная сделка совершена 12.10.2016, т.е. после 01.10.2015 года.

Финансовый управляющий указал, что спорный брачный договор заключен 12.10.2016, заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято к производству 22 марта 2019 года, следовательно, оспариваемая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Другой стороной по брачному договору, в чью пользу произошло отчуждение объектов недвижимости, является супруга должника - ФИО2.

В обоснование своего заявления финансовый управляющий указывает, что оспариваемый договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 Постановления N 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Так, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято к производству 22.03.2019, следовательно, оспариваемая сделка была совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения оспариваемой сделки, должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

Наличие признака неплатежеспособности должника подтверждается наличием неисполненных обязательств перед ФИО4, которая подтверждается вступившим в законную силу решением Одинцовского городского суда по делу № 2-9691/2016 от 06 октября 2016 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, другой стороной сделки по оспариваемому договору выступила супруга должника – ФИО2, являющаяся заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Таким образом, при наличии неисполненных обязательств, передача всего своего ликвидного недвижимого имущества супруги, без доказательств встречного предоставления носит подозрительный характер.

Кроме того, как установлено судом первой инстанции при вынесении оспариваемого судебного акта, брачный договор был заключен между сторонами 12.10.2016, то есть после вынесения решения Одинцовского городского суда по делу № 2-9691/2016 от 06 октября 2016 года.

Согласно п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Пунктом 1 ст. 45 Семейного кодекса РФ установлено, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга.

При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

При этом, в силу п. 1 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Следовательно, при разделе имущества в соответствии с положениями Семейного кодекса Российской Федерации должник имел бы право получить значительно больше имущества или денежных средств.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим доказана вся совокупность условий, необходимых для признания брачного договора от 12.10.2016 недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 указанного закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО2, сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Как следует из апелляционной жалобы, ФИО3 и ФИО2 состояли в брачных отношениях с 1993 года. Брак был расторгнут между сторонами лишь 17.04.2018.

Следовательно, спорная сделка совершена должником с заинтересованным лицом, в связи с чем осведомленность ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемой сделки презюмируется.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недействительности брачного договора на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что на момент заключения брачного договора (12 октября 2016 года) решение Одинцовского городского суда по делу № 2-9691/2016 от 06 октября 2016 года не вступило в законную силу не может быть принят во внимание, поскольку срок исполнения заемного обязательства ФИО3 перед ФИО4 наступил 01 июля 2013 года, т.е. до совершения оспариваемой сделки.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2 и отмены определения суда первой инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17 февраля 2020 года по делу № А41-13373/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий


С.Ю. Епифанцева

Судьи


М.В. Досова

А.В. Терешин