Решение от 19 июля 2021 г. по делу № А76-1802/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-1802/2021
19 июля 2021 года
г. Челябинск


Резолютивная часть решения оглашена 13 июля 2021 года

Решение изготовлено в полном объеме 19 июля 2021 года

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мухлынина Л.Д. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» ЖЕЛДОРМЕХАНИКА», ОГРН <***>,г. Москва

ФИО2, г. Москва

к обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИМУМ», ОГРН <***>, г. Челябинск,

ФИО3, г. Челябинск

о запрете использования полезной модели,

при участии в судебном заседании:

истца общества с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» ЖЕЛДОРМЕХАНИКА»: ФИО4 представителя, действующей по доверенности от 21.08.2020, личность удостоверена паспортом,

истца ФИО2: ФИО4 представителя, действующей по доверенности от 21.08.2020, личность удостоверена паспортом,

ответчика: ФИО5, представителя, действующей по доверенности от 14.04.2021, личность удостоверена паспортом,

слушателя: ФИО6, личность удостоверена паспортом,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» ЖЕЛДОРМЕХАНИКА» (далее - истец) 13.10.2020 обратилось в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИУМ» (далее - ответчик) с требованием о запрете ответчику, правообладателю зависимой полезной модели «Подбойка», защищённой Патентом № RU 188 054 U1, использовать при производстве и реализации продукта на территории РФ, без получения согласия правообладателя приоритетной полезной модели «Наконечник Лопатки подбойки», защищённой патентом № RU 182 089 U1.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 23.12.2020 дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» ЖЕЛДОРМЕХАНИКА» к обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИУМ» о запрете использования полезной модели было передано на рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19 апреля 2021 года к участию в деле по ходатайству истца в качестве соответчика привлечен ФИО3, г. Челябинск.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02 июля 2021 года к участию в деле по заявлению ФИО2, г. Москва указанное лицо привлечено в качестве соистца.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом в соответствии со ст. 121-123 АПК РФ.

Дело рассматривается в отсутствие представителя ответчика – ФИО3 по правилам ст. 156 АПК РФ.

Истцом в Суде по интеллектуальным правам, а также в Арбитражном суде Челябинской области было заявлено ходатайство об уточнении исковых требований, в котором просит:

- признать полезную модель «ПОДБОЙКА», защищенную Патентом № RU 188 054 U1 зависимой от приоритетной Полезной модели «НАКОНЕЧНИК ЛОПАТКИ ПОДБОЙКИ», защищенной Патентом № RU 182 089 U1.

- запретить ответчику, правообладателю зависимой полезной модели «Подбойка», защищённой Патентом № RU 188 054 U1, использовать при производстве и реализации продукта на территории РФ, без получения согласия правообладателя приоритетной полезной модели «Наконечник Лопатки подбойки», защищённой патентом № RU 182 089 U1 (том 1 л.д. 132-133, том 3 л.д. 36-37).

В соответствии с частью 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

В рассматриваемом случае, требования истца о признании полезной модели ответчика зависимой от полезной модели истца являются дополнительными (новыми) исковыми требованиями, которые не были истцом заявлены в исковом заявлении, в связи с чем, судом отказано в принятии указанных уточнений.

Иной подход привел бы к возможности непрерывного уточнения исковых требований со ссылкой на новые обстоятельства, подтверждаемые новыми доказательствами, что недопустимо по смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ.

Вместе с тем отказ суда в удовлетворении ходатайства об уточнении исковых требований не лишает истца возможности обратиться в суд с самостоятельным иском.

Относительно возможности рассмотрения дела в Арбитражном суде Челябинской области суд отмечает следующее:

Согласно статье 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

В силу статьи 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а в случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами, другими организациями и гражданами.

Для отнесения дела к компетенции арбитражного суда необходимо его соответствие двум критериям: наличие экономического характера спорных правоотношений и соответствующего субъектного состава лиц, участвующих в деле.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что споры между гражданами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, а также указанными гражданами и юридическими лицами разрешаются арбитражными судами, за исключением споров, не связанных с осуществлением гражданами предпринимательской деятельности.

Дела с участием граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя, подлежат рассмотрению арбитражными судами лишь в случаях, прямо установленных федеральными законами вне зависимости от того, что характер спора может не соответствовать критериям, обозначенным в части 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Настоящий спор не подпадает под категории дел, обозначенных специальной нормой права (статья 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 и ФИО3 на дату вынесения судом соответствующих определений о вступления в дело в качестве соответчика и соистца не являлись индивидуальными предпринимателями.

Однако, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что названные выше обстоятельства не подлежат оценке в качестве оснований для передачи дела для направления его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом.

В соответствии с правовым подходом, выраженным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 308-ЭС16-6887, согласно статьям 46, 47 Конституции Российской Федерации, статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04.11.1950; далее - Конвенция), каждому гарантируется право на судебную защиту в справедливом и публичном разбирательстве, в разумный срок посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

В Российской Федерации осуществление правосудия регулируется, в том числе, нормами процессуального законодательства, которое разграничивает компетенцию судов общей юрисдикции и арбитражных судов, устанавливая при этом нормы, определяющие подведомственность споров судам.

Неправильное толкование норм, определяющих компетенцию тех или иных споров, означает, по общему правилу, нарушение гарантированного лицу пунктом 1 статьи 6 Конвенции и статьей 46 Конституции Российской Федерации права на судебную защиту его прав и свобод, так как лишает такое лицо возможности рассмотрения дела компетентным судом.

Вместе с тем, необходимость обеспечения такого элемента права на суд как рассмотрение дела компетентным судом должна оцениваться в совокупности с иными элементами такого права (в том числе на разбирательство в разумный срок и установление правовой определенности), а также с учетом фундаментальных принципов права (среди которых запрет приоритета формального над существом (запрет пуризма)), исходя из фактических обстоятельств конкретных правоотношений, как процессуальных, так и по существу спора, в целях того, чтобы формальное обеспечение какого-либо элемента права на суд не приводило к иллюзорности такого права и нарушению баланса интересов сторон.

Применительно к настоящему случаю необходимо учитывать, что судебное разбирательство началось в октябре 2020 года, настоящее дело было передано Судом по интеллектуальным правам в Арбитражный суд Челябинской области. Судом был собран значительный объем доказательств, определен круг субъектов спорных отношений.

При таких обстоятельствах, в настоящем случае передача дела в суд общей юрисдикции не является мерой, направленной на реализацию принципа справедливого судебного разбирательства, не способствует установлению правовой определенности в спорных правоотношениях в разумные сроки, а значит - не обеспечивает право на суд.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что настоящий спор подлежит рассмотрению в Арбитражном суде Челябинской области.

Ответчик - общество с ограниченной ответственностью «ОПТИМУМ» в материалы дела представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что считает требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению, ввиду того, что использование ответчиком полезной модели истца ничем не доказано. Истец не указывает, какие конкретные действия ответчика он считает противоправными и в чем они выражаются. Считает несостоятельной, недоказанной позицию истца о зависимом характере полезной модели ответчика по отношению к полезной модели истца, учитывая, что данные полезные модели уже сравнивались Роспатентом при рассмотрении дела по возражению истца о признании недействительным патента ответчика на полезную модель №188 054, и решение Роспатента от 08.08.2019, было установлено, что они не совпадают. В нарушение норм материального права истец в обоснование своего иска не обосновывает наличие в независимом пункте формулы полезной модели ответчика каждого признака независимого пункта формулы своей полезной модели, вместо этого, истец сравнивает рефераты, отдельно фрагменты описания, рисунки и другие фрагменты патентов. Истец не представил доказательств нарушения его исключительных прав на полезную модель №182 089, как и доказательств использования данной полезной модели ответчиком (том 1 л.д. 118-122, том 2 л.д. 65-69).

Истцом в материалы дела представлены возражения на отзыв ответчика – ООО «ОПТИМУМ» (том 1 л.д. 132-133).

Ответчик – ФИО3 представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что считает требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению. ФИО3 является автором полезной модели по патенту №188 054. Патентообладателем по указанному патенту является ООО «Оптимум». Право на использование полезной модели принадлежит правообладателю, а не автору полезной модели. При этом законность выдачи патента на полезную модель ООО «Оптимум» №188 054 уже проверялась Роспатентом. Истец не указал, какие конкретно требования предъявлены им к автору полезной модели по патенту №188 054 – ФИО3, и не указал, какими действиями ФИО3 нарушены его права. Считает требования истца к ООО «ОПТИМУМ» также не подлежащими удовлетворению и поддерживает доводы отзыва ООО «ОПТИМУМ» (том 2 л.д. 92-93, том 3 л.д. 27-28).

Истцом в материалы дела представлены возражения на отзыв ответчика – ФИО3 (том 2 л.д. 94-97).

Исследовав и оценив доказательства, представленные в материалы дела, заслушав представителей сторон, арбитражный суд пришел к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в силу следующего.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» ЖЕЛДОРМЕХАНИКА» на основании исключительной лицензии на срок действия патента на территории РФ является обладателем исключительных прав на полезную модель № RU 182 089 U1 «НАКОНЕЧНИК ЛОПАТКИ ПОДБОЙКИ», зарегистрированную Федеральной службой по интеллектуальной собственности, заявка 2018111177, 29.03.2018, дата регистрации: 03.08.2018, автором и патентообладателем которой является ФИО2 (т. 1 л. д. 64-69, том 2 л.д. 5-7).

Общество с ограниченной ответственностью «ОПТИМУМ» является патентообладателем исключительных прав на полезную модель № RU 188 054 U1 «ПОДБОЙКА», зарегистрированную Федеральной службой по интеллектуальной собственности, заявка 2018143943, 11.12.2018, дата начала отчета срока действия патента: 11.12.2018, автором которой является ФИО3 (т. 1 л. д. 70-73).

В тексте искового заявления истец ссылается на то, что полезная модель ответчика, охраняемая Патентом № RU 188 054 U1, является зависимой от полезной модели, охраняемой Патентом № RU 182 089 U1,02.09.2020, в обоснование чего в материалы дела представлено заключение патентоведческой экспертизы от 01.10.2020, проведенной ФИО7 – главным государственным экспертом отраслевого экспертного отдела Федерального государственного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам».

В выводах заключения указано, что на основании приведенных в заключении эксперта доводов, можно сделать вывод, что патент на полезную модель Российской Федерации №188054 с приоритетом от 11.12.2018, патентообладателем которого является ООО «ОПТИМУМ», является зависимым от патента на полезную модель Российской Федерации №182089 с приоритетом 23.03.2018, патентообладателем которого является ФИО2 Следовательно, продукт, произведенный по патенту №188054, нарушает права патентообладателя по патенту №182089 (том 1 л.д. 74-79).

Кроме того, в материалы дела представлен отчет об исследованиях на патентную чистоту объекта «Подбойка для шпалоподбивочной машины ОПТ 09.32.550, КОД СКМТР 3187898827, производства ООО «Оптимум» (ИНН7451052565) в отношении территории Российской Федерации», подготовленный по заказу Отделения экономической безопасности и противодействию коррупции ЛУ МВД Росси на станции Москва-Курская в связи с проведением проверки по сообщению о преступлении КУСП №11034 в заключении которого указано, что проверяемое техническое решение, с учетом представленной заказчиком информации, не обладает чистотой на территории Российской Федерации на дату проведения проверки (2504.2019) (том 2 л.д. 56-64).

Истцами в адрес ответчика – общество «ОПТИМА» направлены требования от 01.09.2020 о прекращении использования полезной модели «Подбойка», охраняемой Патентом № RU 188 054 U1, являющейся зависимой от полезной модели «Наконечник Лопатки подбойки», защищённой патентом на полезную модель № RU 182 089 U1, без разрешения правообладателя; заключить с правообладателем полезной модели, защищенной Патентом № RU 182 089 U1, ФИО2, лицензионный договор в порядке, установленном действующим законодательством РФ; выплате компенсации (том 1 л.д. 18, 19).

В ответах на требования ответчик – ООО «ОПТИМУМ» указал, что патент № RU 188 054 U1 не является зависимым от патента № RU 182 089 U1, в связи с чем, доводы требований от 01.09.2020 считает несостоятельными (том 1 л.д. 20-23), что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

В силу подпункта 8 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации полезная модель является одним из результатов интеллектуальной деятельности, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

Защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих права или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним (подпункт 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1345 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что интеллектуальные права на полезную модель являются патентными правами.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 1345, пункта 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации автору полезной модели, патентообладателю принадлежит исключительное право на полезную модель, в частности исключительное право использования полезной модели в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на полезную модель), в том числе способами, предусмотренными пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на полезную модель.

Согласно статье 1353 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на полезную модель признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующего изобретения, на основании которой федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности выдает патент на полезную модель.

Пунктом 1 статьи 1354 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что патент на полезную модель удостоверяет приоритет полезной модели, авторство и исключительное право на полезную модель.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования промышленного образца в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на промышленный образец.

При этом в силу пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации другие лица, кроме правообладателя, не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

На основании подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.

Если при использовании изобретения или полезной модели используется также каждый признак, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы другого изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета другого изобретения, либо каждый признак, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы другой полезной модели, а при использовании промышленного образца каждый существенный признак другого промышленного образца или совокупность признаков другого промышленного образца, производящая на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение, другое изобретение, другая полезная модель или другой промышленный образец также признаются использованными.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием полезной модели считается, в частности, ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

Использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец;

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное;

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ;

4) осуществление способа, в котором используется изобретение, в частности путем применения этого способа.

Согласно пункту 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации промышленный образец признается использованным в изделии, если такое изделие содержит все существенные признаки промышленного образца, нашедшие отражение на изображениях изделия и приведенных в перечне существенных признаков промышленного образца (пункт 2 статьи 1377 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из вышеуказанной нормы, изделие признается изготовленным с использованием запатентованных промышленного образца или полезной модели, если оно содержит все их существенные признаки.

Истцом в ходе судебного разбирательства было заявлено ходатайство об истребовании у ответчика дополнительных доказательств по делу, о назначении судебной патентоведческой экспертизы, на разрешение эксперта поставить следующие вопросы:

- содержится ли в материалах Патента № RU 188 054 U1 на Полезную модель «ПОДБОЙКА», послуживших основанием для установления ее приоритета – 11.12.2018 каждый признак независимого пункта формулы Патента № RU 182 089 U1 на Полезную модель «НАКОНЕЧНИК ЛОПАТКИ ПОДБОЙКИ», с приоритетом – 29.03.2018?

- является ли Патент № RU 188 054 U1 на Полезную модель «ПОДБОЙКА» зависимым от патента № RU 182 089 U1 на Полезную модель «НАКОНЕЧНИК ЛОПАТКИ ПОДБОЙКИ», по смыслу положений пункта 1 статьи 1358.1 Гражданского кодекса РФ?

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

По смыслу статьи 82 АПК РФ заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Подобный вывод подтверждается правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Президиума от 09.03.2011 N 13765/10.

Учитывая избранный истцом способ защиты своего права, и исходя из предмета рассматриваемого иска, в соответствии с требованиями статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом отказано в удовлетворении заявленных ходатайств, так как для разрешения настоящего спора не требуется привлечение специальных познаний, а также отсутствует необходимость в истребовании дополнительного доказательства.

Кроме того, возражения истца были предметом исследования при рассмотрении Федеральной службой по интеллектуальной собственности вопроса о выдаче обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИМУМ» Патента№ RU 188 054 U1, при этом доводы истца признаны несостоятельными и патент ответчику был выдан.

Согласно пункту 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 5 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Согласно статье 1407 ГК РФ патентообладатель вправе в соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 1252 настоящего Кодекса потребовать публикации в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности решения суда о неправомерном использовании изобретения, полезной модели, промышленного образца или об ином нарушении его прав.

В силу пункта 5 статьи 1252 ГК РФ в случае, если судом установлено, что орудия, оборудование или иные средства главным образом используются или предназначены для совершения нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, такое оборудование, прочие устройства и материалы по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению за счет нарушителя, если законом не предусмотрено их обращение в доход Российской Федерации.

Истцом в качестве доказательства введения в гражданский оборот продукции, нарушающей исключительные права истца на патент № RU 182 089 U1, суду представлено не было.

Ответчик факт производства, предложения к продаже, продажу продукции с использованием всех признаков независимого пункта формулы полезной модели по патенту истца в ходе судебного разбирательства отрицал, указывая, что использует исключительно полезную модель, защищаемую патентом, правообладателем которого и является.

Анализ формул двух патентов позволяет суду установить схожесть используемых в том и другом патенте полезных моделей.

Однако, исходя из разъяснений, данных в пункте 9 Информационного письма от 13.12.2007 № 122, при наличии двух патентов на полезную модель с одинаковыми либо эквивалентными признаками, приведенными в независимом пункте формулы, до признания в установленном порядке недействительным патента с более поздней датой приоритета, действия обладателя данного патента по его использованию не могут быть расценены в качестве нарушения патента с более ранней датой приоритета.

По смыслу указанных разъяснений, наличие двух "конкурирующих" патентов на объекты патентных прав препятствует признанию нарушением действий одного из правообладателей по использованию исключительных прав на принадлежащий ему объект патентных прав, до тех пор, пока соответствующий патент не будет признан недействительным.

Учитывая то обстоятельство, что истцом в материалы дела не представлены доказательства того, что ответчик производит и вводит в гражданский оборот продукцию с использованием всех признаков независимого пункта формулы полезной модели по патенту истца, требование истца о запрете ответчику, правообладателю полезной модели «Подбойка», защищённой Патентом № RU 188 054 U1, использовать при производстве и реализации продукта на территории РФ, без получения согласия правообладателя приоритетной полезной модели «Наконечник Лопатки подбойки», защищённой патентом № RU 182 089 U1 фактически будет означать запрет на использование ответчиком исключительных прав на полезную модель по патенту № RU 188 054 U1, что противоречит сущности исключительного права, установленной пунктом 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации.

То есть, фактически цель истца при подаче рассматриваемого иска прекратить использование в установленном законом порядке выданном и не оспоренном патента № RU 188 054 U1, так как невозможно прекратить использование части полезной модели и части патента.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

На основании ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов (государственной пошлины и судебных издержек) разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.

Истцом - обществом с ограниченной ответственностью «ЭРЭМСИ» при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 6 000 руб., что подтверждается платежными поручениями №4 от 16.09.2020 (том 1 л.д. 13).

Истцом - ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 12 000 руб., что подтверждается чеками-ордерами от 01.04.2021, от 08.05.2021.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцов отказано в полном объеме, государственная пошлина в размере по 6 000 руб. подлежит отнесению на истцов, в остальной части возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, ст. 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требования отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путём подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Судья Л.Д. Мухлынина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru