Постановление от 28 апреля 2025 г. по делу № А40-149858/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-12359/2025

Дело № А40-149858/20
г. Москва
29 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 апреля 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.Н. Григорьева, А.А. Дурановского

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.01.2025 по делу №А40-149858/20 (9-253) о признании недействительным соглашение о расторжении договора купли-продажи нежилого помещения, кадастровый номер 24:50:0700218:260, площадью 1099,4 к.вм., этаж № 1, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...> Октября, д. 2 «Г», стр. № 1, пом. 2, заключенное 19.06.2018 между ФИО2 и ФИО1 и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>, дата рождения 29.09.1980, Место рождения Азербайджан, адрес 108814 г. Москва, <...> дом.3, корп.2),

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО3 по дов. от 01.08.2022

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 12.09.2024

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.09.2020 возбуждено дело о банкротстве ФИО2 по заявлению кредитора ИП ФИО4

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6, о чем опубликована информация в газете «Коммерсантъ» от 18.12.2021.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2022 финансовому управляющему отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным (ничтожным) соглашения о расторжении договора купли-продажи нежилого помещения от 19.06.2018 к ФИО1.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2022 определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2022 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.03.2023 определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Определением от 31.01.2025 Арбитражный суд города Москвы признал недействительным соглашение о расторжении договора куплипродажи нежилого помещения, кадастровый номер 24:50:0700218:260, площадью 1099,4 к.вм., этаж № 1, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...> Октября, д. 2 «Г», стр. № 1, пом. 2, заключенное 19.06.2018 между ФИО2 и ФИО1.

Применил последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО1 на нежилое помещение, кадастровый номер 24:50:0700218:260, площадью 1099,4 к.вм., этаж № 1, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...> Октября, д. 2 «Г», стр. № 1, пом. 2, и восстановил право собственности ФИО2 путём внесения записи в ЕГРН.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от финансового управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

От ФИО4 поступили письменные пояснения на апелляционную жалобу, которые приобщены судом к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ФИО4 возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник 05.03.2018 заключил сделку с ФИО1 по приобретению в собственность нежилого помещения площадью 1099,4 к.вм., этаж №1, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...> Октября, д. 2 «Г», стр. № 1, пом. 2 с кадастровым номером 24:50:0700218:260 (далее по тексту – нежилое помещение, помещение).

Цена помещения, определенная сторонами договора в сумме 12 236 000 (двенадцать миллионов двести тридцать шесть тысяч) руб., оплачена покупателем, что подтверждает пункт 3 заключенного договора.

Государственная регистрация перехода права зарегистрирована 20.03.2018.

Вместе с тем, 02.07.2018 зарегистрировано прекращение возникшего на основании договора купли-продажи нежилого помещения от 05.03.2018 права собственности ФИО2

Однако, как пояснил финансовый управляющий, прекращение права собственности зарегистрировано в связи с имеющимся соглашением о расторжении договора купли- продажи нежилого помещения от 19.06.2018, но положения о возврате уплаченных денежных средств обратно соглашение не содержит.

Согласно объяснениям, полученным от должника соглашение о расторжении договора купли-продажи нежилого помещения от 19.06.2018 ФИО2 не заключал и не подписывал, в Росреестр не сдавал, денежные средства ему никто не возвращал.

С учетом изложенного, финансовый управляющий посчитал, что сделка по расторжению договора купли-продажи является безденежной.

Кроме того, как следует из заявления, имеется расхождение в сведениях, предоставленных по запросам финансового управляющего из Единого государственного реестра недвижимости.

Так, сведения о прекращении права собственности ФИО2 содержатся в выписке из ЕГРН на правообладателя № КУВИ-001/2022-21146120 от 15.02.2022. Дата прекращения права – 02.07.2018.

Однако, выписка из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости №КУВИ-001/2022-21159530 от 15.02.2022 не содержит сведений о зарегистрированных правах и правообладателях объекта недвижимости.

Исходя и содержания (п. 2.4) выписки из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости № КУВИ-001/2022-21185697 от 15.02.2022 право собственности за ФИО1 было зарегистрировано.

При этом выписка содержит дополнительную запись о регистрации перехода (прекращения) права собственности ФИО1 от 02.07.2018 – № 24:50:0700218:260-24/122/2018-10 от 05.04.2021. Запись внесена на основании Заявления о государственном кадастровом учёте недвижимого имущества и (или) государственной регистрации прав на недвижимое имущество и не содержит сведений о последующем правообладателе помещения.

Таким образом, совокупность обстоятельств даёт основание финансовому управляющему полагать, что соглашение о расторжении договора купли-продажи нежилого помещения от 19.06.2018 ничтожно.

Финансовый управляющий считает сделку недействительной на основании п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. ст. 10 и 168 ГК РФ, как совершенную в период подозрительности с целью вывода активов, при неравноценном встречном исполнении, в отсутствие экономического обоснования отчуждения ликвидного имущества, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов ввиду недостаточности в конкурсной массе имущества и денежных средств для погашения задолженности.

Повторно рассматривая настоящий спор и удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред кредиторам должника.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Оспариваемая сделка совершена 02.07.2018, то есть в трехлетний период, предшествующий принятию заявления о банкротстве ФИО2 к производству (09.09.2020 г.).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 3 ст. 213.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности.

Так, решением Щербинского районного суда города Москвы от 04 февраля 2021 года по делу № 2-1539/2021 установлено, что ФИО4 обратился в суд с иском к ответчику ФИО2 с иском, в котором просит взыскать с ответчика в его пользу сумму в размере 34 705 132,72 рубля. В обосновании исковых требований указано, что на основании решения Центрального районного суда города Красноярска от 29.01.2018 года по гражданскому делу №2-1547/2018 гражданин ФИО7 имел перед ФИО4 долговое обязательство в размере 36 705 132,72 рублей. 28 мая 2018 года указанная сумма задолженности была выплачена гражданином ФИО7 представителю ФИО4 по гражданскому делу № 2-1547/2018 – ФИО2, о чём последним была выдана расписка. Часть указанной суммы в размере 2 000 000,00 рублей была передана ФИО4 10 сентября 2018 года ФИО2, что подтверждается распиской. Остальная сумма ФИО2 не была передана. Исковые требования ФИО4 к ФИО2 о возмещении имущественного вреда удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО4 сумму имущественного вреда в размере 34 654 739,73 рублей.

Исходя из изложенного, с 28.05.2018 года у ФИО2, возникло долговое обязательство перед ФИО4, которое не выполнено по настоящее время.

Следовательно, имеют место признаки неплатежеспособности ФИО2 на момент совершения оспариваемой сделки.

Судом первой инстанции установлено, что сделка для должника ФИО2 носила безвозмездный характер.

Как следует из материалов дела, должник 05 марта 2018 года заключил с ФИО1 Договор купли-продажи Имущества по цене 12 236 000 руб.

В соответствии с п. 3 Договора купли-продажи Имущества, Цена Имущества была оплачена Должником при его заключении. Кроме того, согласно п. 5 Договора купли- продажи расчеты между сторонами были произведены в полном объеме, что явилось основанием не подписывать между сторонами отдельный акт приеме-передачи Имущества, а считать Имущество переданным на основании Договора купли-продажи.

Государственная регистрация перехода права собственности на Имущество за Должником была зарегистрирована Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю (далее - Регистрирующий орган) 20 марта 2018 года.

Таким образом, сторонами условия Договора купли-продажи были исполнены (Должник оплатил Цену Имущества, ФИО1 передал Имущество Должнику), то есть обязательства сторон прекратились их надлежащим исполнением. Переход права собственности на Имущество был зарегистрирован Регистрирующим органом.

Как следует из установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, 02 июля 2018 года Регистрирующим органом было зарегистрировано прекращение права собственности Должника на Имущество.

Прекращение права собственности Должника было осуществлено на основании соглашения о расторжении Договора купли-продажи от 19.06.2018 г.

В соответствии с условиями Соглашения оно является актом приема-передачи Имущества от Должника ФИО1, при этом Должник передает Имущество свободное от каких-либо прав третьих лиц на него, в том числе Имущество не находится под арестом или судебным спором.

При этом каких-либо условий о возврате ФИО1 Должнику Цены имущества Соглашение о расторжении не содержит.

Переход права собственности на Имущество от ФИО1 к Должнику был зарегистрирован Регистрирующим органом 02 июля 2018 года.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ФИО1 в материалы дела был представлен отзыв (с дополнением) на заявление Финансового управляющего (т. 1, л.д. 22-27), с приложением расписок от имени Должника, а именно: расписки, датированной 05 марта 2018, о рассрочке оплаты Цены имущества в срок до 31 мая 2018 года (далее - Расписка о рассрочке); расписки, датированной 19 июня 2018 года, согласно которой Должник якобы подтверждает возврат ФИО1 Цену Имущества в сумме 12 236 000 (двенадцать миллионов двести тридцать шесть тысяч) руб. по Соглашению о расторжении (далее - Расписка при расторжении) (т.1, л.д. 27-29).

В отношении расписки от 05.03.2018, в отзыве ФИО1 указал, что «Должник просил отсрочку оплаты Цены Имущества до 31 мая 2018 года без наложения обременения», а в отношении расписки от 19.06.2018 указал, что он «20.06.2018 после обращения ко мне сотрудника Росреестра, оформил с Должником расписку о возврате денежных средств и мы сдали ее в Росреестр» (т.1, л.д.25).

Вместе с тем, в материалах дела содержится опись документов к заявлению от 29.06.2018 № MFC-0009/2018-37558-1, принятых ведущим документоведом ФИО8 29.06.2018 в 18 часов 57 минут (т.2., л.д. 81), при этом расписки опись не содержит.

Таким образом, утверждение ФИО1 в части представления в Регистрирующий орган Расписки при расторжении совместно с Должником не соответствует представленным доказательствам.

В ходе рассмотрения данного обособленного спора Должником было заявлено о фальсификации доказательств и назначении почерковедческой экспертизы (т.1, л.д. 53),

Финансовым управляющим также было заявлено о проведении почерковедческой экспертизы (т.1, л.д. 49).

В свою очередь, ФИО1 возражал против доводов заявления о фальсификации доказательств (т.2, л.д. 65). В частности, ФИО1 указал, что, во-первых, Соглашение о расторжении и Расписка при расторжении сдавались в Регистрирующий орган сторонами, то есть Должником и ФИО1, в связи с чем ФИО1 ходатайствовал о проведении экспертизы подписи Должника на описи документов, сданных в регистрирующий орган 19 июня 2018 года.

При новом рассмотрении обособленного спора Определением от 25.09.2024 Арбитражный суд г. Москвы в целях проверки заявления Финансового управляющего и Должника о фальсификации доказательств назначил судебную экспертизу, которая была поручена ФБУ РФЦСЭ при Министерстве Юстиции России.

В материалы дела поступило заключение эксперта ФИО9 № 6806/06-3-24 от 28.10.2024 г.

В Заключении эксперта при ответах на вопросы суда сделаны следующие выводы:

- Подписи от имени Должника, расположенные на Расписке о рассрочке, Соглашении о расторжении, заявлении о государственном кадастровом учете недвижимости имущества от 19.06.2018 №MFC-0009/2018-34978-1 выполнены самим Должником. При этом подпись Должника, расположенная на Расписке о рассрочке по мнению эксперта выполнена под действием каких-то «сбивающих» факторов, вероятнее всего, обусловленных обстановочным характером ее выполнения.

- Подпись Должника на Расписке при расторжении в подтверждение получения от ФИО1 Цены Имущества выполнена не Должником, а другим лицом с подражанием каким-либо подлинным подписям Должника.

Как следует из новых доводов возражений ответчика, Должник «в конце апреля 2018 года при посредничестве знакомых Ответчика обратился к последнему для урегулирования задолженности ФИО10 перед Ответчиком в рамках мирового соглашения по делу А33-22435/2016». ФИО10 согласился передать право собственности на Имущество Должнику при условии его оплаты до 31 мая 2018 года».

Мировым соглашением по делу A33-22435/2016 был прекращен спор между Ответчиком и ФИО10 о взыскании с последнего задолженности в размере 12 930 900 рублей. Арбитражный суд утвердил мировое соглашение Определением от 22.12.2016 (т.1, л.д.95-98). В указанном Определении указано: «В судебном заседании стороны ходатайствовали об утверждении мирового соглашения, представили суду проект мирового соглашения, подписанного обеими сторонами».

В соответствии с условиями мирового соглашения ФИО10 передает в счет погашения денежного долга, на общую сумму 12 930 900 (двенадцать миллионов девятьсот тридцать тысяч девятьсот) рублей, состоящую из основного долга 3 200 000 (три миллиона двести тысяч) рублей и процентов на сумму 9 730 900 (девять миллионов семьсот тридцать тысяч девятьсот) рублей передает, а ФИО1 принимает в собственность нежилое помещение №2, условный номер 24:50:000000:12716:2, общей площадью 1099,40 кв. м., расположенное по адресу: Россия, <...> Октября, дом 2г, стр. №1».

Согласно ч. 2 ст. 140 АПК РФ мировое соглашение должно содержать согласованные сторонами сведения об условиях, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой.

Мировое соглашение заключается в отношении предъявленных в суд исковых требований (ч. 2.1 ст. 140 АПК РФ).

Судом первой инстанции было установлено, что условия мирового соглашения исполнены. Право собственности на Имущество перешло к Ответчику.

Таким образом, у ФИО10 отсутствовала задолженность перед Ответчиком.

В связи с этим довод Ответчика в возражениях о том, что к нему обратился Должник для урегулирования задолженности ФИО10 перед Ответчиком не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку задолженность у ФИО10 перед Должником отсутствовала, в связи с утверждением арбитражным судом мирового соглашения между ними по делу A33-22435/2016.

Как следует из доводов апеллянта, Должник обратился к нему «при посредничестве знакомых Ответчика для урегулирования задолженности ФИО10»

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем, Ответчик не представляет каких-либо доказательств такого обращения со стороны Должника.

При этом, в своих объяснениях по настоящему делу от 27.07.2022 (т.1, л.д. 25) Ответчик указал, что Должник обратился к нему от имени ФИО10

Таким образом, письменные объяснения Ответчика данные по данному обособленному спору являются внутренне противоречивыми и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку задолженность ФИО10 перед Ответчиком отсутствовала, и соответственно у Должника отсутствовала необходимость обращаться к Ответчику с предложением об ее урегулировании путем передачи Должнику в собственность Имущества.

Из доводов апеллянта также следует, что Должник попросил Ответчика о рассрочке до 31.05.2028 без наложения обременения на Имущество (п. 5 ст. 488 ГК РФ).

По мнению ответчика, Расписка о рассрочке, которую дал Должник, подтверждает, что при подписании Договора купли-продажи денежные средства Ответчику не передавались. В частности, Ответчик указывает, что Расписка о рассрочке опровергает презумпцию исполнения Договора купли-продажи Должником в части оплаты Цены имущества.

Вместе с тем, Расписка о рассрочке не может являться таким безусловным доказательством, в связи с тем, что Расписка о рассрочке может свидетельствовать только о том, что Должник обращался к Ответчику за рассрочкой и не может свидетельствовать о том, что такая рассрочка была предоставлена.

Объясняя необходимость сдачи в Регистрирующий орган Расписки при расторжении, Ответчик указал на требование Регистрирующего органа, поскольку Договор купли-продажи содержал условие о произведенной оплате Цены имущества при подписании Договора купли-продажи.

Ответчик указал, что «20.06.2018 после обращения сотрудника Росреестра апеллянтом была оформлена с Должником расписка о возврате денежных средств для сдачи ее в Росреестр» (т.1, л.д.25).

Между тем, в материалах дела содержится опись к заявлению от 29.06.2018 №MFC-0009/2018-37558-1, принятому ведущим документоведом ФИО8 29.06.2018 в 18 часов 57 минут (т.2., л.д. 81) о том, что Расписку при расторжении в Регистрирующий орган сдавал не Должник, а Ответчик.

Более того, условия Договора купли-продажи (п.3) подтверждают, что Ответчик отказал Должнику в рассрочке платежа. Отказ в предоставлении рассрочки косвенно подтверждается тем фактом, что Ответчик предоставил в Регистрирующий орган Расписку при расторжении, которую Должник не подписывал согласно Заключению эксперта, а не Расписку о рассрочке.

Помимо изложенного, утверждение Ответчика, что он подписал Договор купли продажи с указанием в нем (п.3.) получения оплаты Цены по просьбе Должника, который не хотел, чтобы Имущество оставалось без наложения обременения (залога в силу закона), вызывает обоснованное сомнение. Поскольку, как указал сам апеллянт, Ответчик не был знаком с Должником до заключения Договора купли-продажи, не имел с ним ни деловых, ни личных взаимоотношений.

В связи с этим, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заключение Договора купли-продажи и передача неизвестному лицу Имущества без получения оплаты, без залога и оформления должным образом рассрочки противоречит общепринятым условиям деловых взаимоотношений.

Кроме того, в соответствии с п. 5 ст. 488 ГК РФ если иное не предусмотрено договором купли-продажи, с момента передачи товара покупателю и до его оплаты товар, проданный в кредит, признается находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате товара.

Таким образом, в случае если Должник бы действительно обращался к Ответчику с просьбой о рассрочке оплаты Цены Имущества, стороны могли бы предусмотреть в договоре, что до момента оплаты Цены имущества оно не находится в залоге у Ответчика.

Кроме того, суд полагает возможным согласиться с доводами конкурсного кредитора относительно того, что Расписка о рассрочке могла быть подписана задним числом с целью передачи Имущества третьему лицу и вывода его из конкурсной массы при банкротстве Должника. Никаких доказательств о существовании данной расписки на момент подписания Договора купли продажи Ответчиком не предоставлено.

Таким образом, доводы апеллянта, изложенные в возражениях в суде первой инстанции, а также в апелляционной жалобе, противоречат ранее данным объяснениям Ответчика, являются внутренне противоречивыми и непоследовательными.

Учитывая противоречивое поведение сторон при заключении сделок (указание в договоре на произведенную оплату, указание в расписке на отсутствие оплаты, указание в расписке на получение возвращенных ответчиком денег), суд первой инстанции обоснованно признал требования финансового управляющего должника обоснованными.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункта 1 Постановления № 25).

Эстоппель - принцип, в соответствии с которым лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства. Иными словами, он означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, что имеет место в настоящем случае.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некоей хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В данном случае поведение Ответчика (апеллянта) при заключении Договора купли-продажи и Соглашения о расторжении согласно выводам суда первой инстанции, является непоследовательным, противоречивым, его объяснения данные на разных стадиях настоящего спора являются противоречивыми, что позволяет сделать вывод о том, что Ответчик утратил право на возражения.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции обоснованно применил принцип «эстоппель».

Суд учитывает ссылки финансового управляющего на то, что на обстоятельства передачи денег ответчику при подписании договора купли-продажи указано не только в п.3 договора, но и в п.5 договора, где указано о том, что расчет между сторонами произведен полностью.

Спорное соглашение не содержит указаний на причинй расторжения договора купли-продажи, не имеется условий о возврате денежных средств, в то время как в условиях договора, как изложено ранее, имелось положение, фиксирующее передачу денежных средств.

При таком установленном в подписанном сторонами договоре купли-продажи условии о том, что денежные средства за нежилое помещение получены продавцом, бремя доказывания обратного переходит на ответчика. Вместе с тем, ссылок на такие доказательства ответчиком не представлены.

Таким образом, данные доказательства, подтвержденные документально, свидетельствуют о том, что обжалуемые сделки являются недействительными как преследующие цель вывода ликвидного актива Должника.

Оспариваемая сделка была совершена Должником безвозмездно.

Доказательств обратного от ответчика и должника в материалы дела не поступили.

Недобросовестные действия лиц по отчуждению имущества были направлены на создание условий для невозможности их взыскания за счет принадлежавшего ему имущества.

Заключение Должником оспариваемых сделок было направлено на уменьшение конкурсной массы, что свидетельствует о нарушении прав и законных интересов его кредиторов, а также о злоупотреблении правом со стороны Должника.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки, произошло безвозмездное отчуждение имущества должника.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Кроме того, о злоупотреблении сторонами правом при заключении сделки свидетельствует совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Судом первой инстанции установлено, что в материалах дела имеется прямое доказательство тому, что ФИО2 передал денежные средства ФИО1 при покупке спорной недвижимости, о чем имеется прямое указание в договоре, тогда как сам ФИО1 дает прямое пояснение о том, что при расторжении сделки он ФИО2 денежные средства не возвратил, подтверждая факт безденежности оспариваемой сделки - соглашения о расторжении договора.

Экспертным заключением также установлено, что в расписке о возврате ФИО1 ФИО2 денежных средств подпись последнему не принадлежит.

Данное обстоятельство является доказательством не только тому, что ФИО2 в действительности денежные средства не возвращались, но и ещё одним доказательством тому, что ФИО2 ФИО1 денежные средства при приобретении спорного имущества передавал, поскольку, если бы в действительности, как указывает ФИО1, сделка по приобретению ФИО2 недвижимости являлась безденежной, то отсутствовала бы необходимость указывать в договоре от 05 марта 2018 года, что денежные средства оплачены в полном объеме, а также отсутствовала бы необходимость подделывать подпись в расписке от ФИО2 о том, что ему, якобы, денежные средства возвращены.

Как было указано выше, Должник по состоянию на 28 мая 2018 года имел задолженность перед конкурсным кредитором ФИО4 в размере 36 654 739,73 руб., что подтверждается вступившим в законную силу решением Щербинского районного суда г. Москвы от 04.02.2021 по делу 2-1539/2021), а также имел в собственности спорное Имущество.

В тоже время, 19.06.2018 (через 22 дня после возникновения кредиторской задолженности) Должник передает в собственность Ответчику Имущество на основании Соглашения о расторжении, которое не предусматривает возврат Должнику оплаты Цены имущества.

Расписку при расторжении договора купли-продажи (согласно заключению эксперта, Должник не подписывал) о возврате Ответчиком денежных средств, полученных по расторгаемому Договору купли-продажи, предоставил в Регистрирующий орган лично.

Должник в своих объяснениях по настоящему обособленном спору указывает, что «Соглашение о расторжении договора купли-продажи нежилого помещения от 19.06.2018 я с ФИО1 не заключал, не подписывал, в Росреестр не сдавал, деньги в сумме 12 236 000 руб. передал при подписании договора купли-продажи» (т.1 л.д. 35).

В Заключении эксперта указано, что подписи от имени Должника, расположенные на Расписке о рассрочке, Соглашении о расторжении, выполнены самим Должником.

Таким образом, как со стороны Ответчика, так и со стороны Должника при заключении Договора купли-продажи, Соглашения о расторжении имеются признаки злоупотребления правом. Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями Должника и Ответчика, данными в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора и Заключением эксперта.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Согласно ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.01.2025 по делу №А40-149858/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: О.В. Гажур

Судьи: А.Н. Григорьев

А.А. Дурановский

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.