Постановление от 10 ноября 2022 г. по делу № А33-16301/2019

233/2022-44304(2)



ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-16301/2019к10
г. Красноярск
10 ноября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена «03» ноября 2022 года. Полный текст постановления изготовлен «10» ноября 2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Яковенко И.В., судей: Инхиреевой М.Н., Радзиховской В.В., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3, представитель по

нотариальной доверенности от 18.05.2021, паспорт;

от финансового управляющего имуществом должника - ФИО6

Федоровича ФИО4: ФИО5, представитель по

доверенности от 31.10.2022, паспорт.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

Григорьевны на определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» августа 2022 года по делу № А33-16301/2019к10,

установил:

Банк «ТААТТА» (АО) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – кредитор) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ФИО6 (далее – должник) банкротом.

Определением от 03.06.2019 заявление принято к производству арбитражного суда и назначено судебное заседание на 04.07.2019.

Определением от 12.08.2019 заявление Банка «ТААТТА» (акционерное общество) (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании банкротом должника – ФИО6 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

Решением от 05.12.2019 (резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 28.11.2019) должник признан банкротом, в отношении должника открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

Определением от 03.02.2020 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника - ФИО6.


Определением от 30.06.2020 (резолютивная часть определения объявлена в судебном заседании 29.06.2020) финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

09.10.2020 в Арбитражный суд Красноярского края нарочно поступило заявление финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, уточнённое в порядке ст. 49 АПК РФ, в соответствии с которым заявитель просит:

- признать недействительной сделкой - договор купли-продажи транспортного средства от 18.12.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО2;

- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО6 денежных средств в размере 3 591 000 руб.

Определением от 24.11.2020 заявление принято к производству суда, назначено судебное заседание.

Определением от 22.08.2022 заявление удовлетворено, признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства от 18.12.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г. рождения) в конкурсную массу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г. рождения) денежные средства в размере 3 591 000 руб.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение суда первой инстанции.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия признаков неплатёжеспособности должника на момент совершения спорной сделки, не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку не подтверждено наличие неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки, и не доказано существование и не определен перечень кредиторов, еред которыми должник в момент совершения сделки имел неисполненные обязательства.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 апелляционная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 03.11.2022.

От финансового управляющего в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым последний указывает, что обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил судебный акт суда первой инстанции отменить, изложил доводы апелляционной жалобы, дал пояснения по вопросам суда, представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, отклонил доводы апелляционной жалобы, просит судебный акт суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, изложил возражения по доводам апелляционной жалобы.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного


департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу положений части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Принимая во внимание положения статей 61.1, 61.8, 61.9, пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в подпунктах 1, 2, 6 пункта 1, пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии права у финансового управляющего обратиться в суд в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о признании сделки должника недействительной.

Как следует из материалов дела, между ФИО6 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства от 18.12.2017, согласно условиям которого продавец передает в собственность покупателя (продает), а покупатель принимает (покупает) и оплачивает транспортное средство - Land Rover Range Rover, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VI № ): SALGA2EFXEA132665, номер двигателя SEPS13071411250, номер кузова SALGA2EFXEA132665 (пункт 1 договора). Из условий договора следует, что стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 300 000 руб.

В ходе рассмотрения дела от финансового управляющего поступило ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы, в соответствии с которым заявитель просил суд: назначить по делу судебную экспертизу по определению рыночной стоимости транспортного средства Land Rover Range Rover, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VI № ): SALGA2EFXEA132665, номер двигателя SEPS13071411250, номер кузова SALGA2EFXEA132665, отчужденного по договору купли-продажи транспортного средства от 18.12.2017.

Определением от 10.11.2021 ходатайство финансового управляющего удовлетворено, по делу назначена судебная оценочная экспертиза, проведение экспертизы поручено ФИО8 эксперту общества с ограниченной ответственностью «Независимая оценка».

В материалы дела поступило заключение эксперта № 16/2021, выполненное экспертом общества с ограниченной ответственностью «Независимая оценка» ФИО8. Из представленного экспертного заключения следует, что рыночная стоимость объекта оценки - транспортного средства марки Land Rover Range Rover, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VI № ):


SALGA2EFXEA132665, № двигателя SEPS13071411250, № кузова SALGA2EFXEA132665 по состоянию на 18.12.2017 составляет 3 591 000 руб.

В обоснование недействительности договора купли-продажи финансовый управляющий указывает, что имущество передано должником в пользу ответчика по заниженной цене, в результате совершения сделки произведен вывод имущества из состава активов должника при неравнозначности встречного предоставления по сделке, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

В обоснование признания сделки недействительной конкурсный управляющий ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве возбуждено 03.06.2019. Оспариваемая сделка совершена 18.12.2017, то есть в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 выражена следующая правовая позиция: Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, судом первой инстанции верно указано, что:

1) допустимые доказательства оплаты приобретённого имущества в материалы дела не представлены,


2) представленные ответчиком выписки не подтверждают факт того, что до и после заключения оспариваемого договора ответчиком произведены операции по снятию денежных средства в размере 300 000 руб. и переданы должнику,

3) у ответчика на счетах и вкладах не имелось денежных средств в размере 300 000 руб.

Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода суда о том, что действия должника и ответчика направлены на намеренный вывод имущества должника в целях причинения вреда правам и интересам кредиторов.

Таким образом, с учётом установленных судом первой инстанции обстоятельств, довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии вступившего в силу приговора в отношении должника не имеет самостоятельного значения и не влияет на квалификацию сделки в качестве подозрительной.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что сам факт возбуждения уголовного дела в отношении должника связи с массовым нарушением прав участников долевого строительства (принимая во внимание дело о банкротстве контролируемого должником застройщика), однозначно давал должнику серьёзные основания опасаться будущих уголовно-правовых и гражданско-правовых последствий своего поведения, в том числе в виде значительного объема ответственности.

Это означает, что отчуждение активов должника действительно происходило в период, когда недобросовестное поведение должника уже спровоцировало возникновение у различных кредиторов прав требования к нему, то есть должник на момент совершения спорной сделки объективно находился в условиях фактической неплатежеспособности, несмотря на попытки сохранить формально признаки внешнего благополучия собственной деятельности.

Таким образом, у должника сформировались как объективные условия имущественного кризиса, так и субъективные причины для отчуждения имущества до момента обращения на него взыскания.

В пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из обжалуемого судебного акта следует, что в материалы дела представлено постановление Железнодорожного районного суда от 29.03.2019 по делу № 3/6-163/2019, из содержания которого следует, что ответчик - ФИО2 является матерью супруги должника.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в связи с чем предполагается, что она знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, осведомленность о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана путём применения критерия кратности, явного и очевидного для любого участника рынка (п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022))».

В настоящем деле, как верно отметил суд первой инстанции, цена, установленная в договоре между ответчиком и должником, в 10 раз меньше, чем стоимость автомобиля, установленная в договоре между ответчиком и последующим приобретателем имущества.


Доводы представителя заявителя апелляционной жалобы, озвученные в судебном заседании, о том, что автомобиль приобретался ФИО2 для того, чтобы в дальнейшем передать его её внуку в качестве подарка, а также о том, что автомобиль был приобретён по заниженной стоимости с учётом ненадлежащего технического состояния, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку из материалов дела следует, что в дальнейшем автомобиль был реализован ФИО2 по договору купли-продажи от 30.10.2018 третьему лицу - ФИО9 по цене 3 000 000 руб.

Таким образом, с учётом обстоятельств, установленных в рамках настоящего дела, очевидно, что покупатель автомобиля не может быть признан добросовестным и неосведомленным о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств. При этом, исследование и оценка доказательств произведена судом по правилам статей 64, 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что они не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявитель апелляционной жалобы не представил каких-либо доказательств в их опровержение. Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Апелляционный суд приходит к выводу, что арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку и не допустил нарушений норм материального и процессуального права.

На основании вышеизложенного, Третий арбитражный апелляционный суд полагает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 22 августа 2022 года по делу № А33-16301/2019к10 не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей относится на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 22 августа 2022 года по делу № А33-16301/2019к10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий И.В. Яковенко Судьи: М.Н. Инхиреева В.В. Радзиховская