Постановление от 12 мая 2024 г. по делу № А51-26934/2017

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-26934/2017
г. Владивосток
13 мая 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 мая 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей А.В. Ветошкевич, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-1149/2024

на определение от 12.02.2024

судьи Р.Б. Алимовой

по делу № А51-26934/2017 Арбитражного суда Приморского края

заявлению финансового управляющего о признании договоров купли-продажи нежилых помещений от 04.12.2019, заключенных между ФИО2 и ФИО1, применении последствий недействительности сделки,

по делу по заявлению ФИО2 о несостоятельности (банкротстве)

в отсутствие лиц, участвующих в деле о несостоятельности (банкротстве)

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – должник) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 14.12.2017 заявление должника принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Решением суда от 31.01.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющем утвержден ФИО3.

Определением суда от 26.04.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением суда от 01.06.2022 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

В рамках настоящего дела о банкротстве 24.08.2021 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения от 04.12.2019, с применением последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, общей площадью 12,6 кв.м., расположенного по адресу: <...> кв. 112б, кадастровый номер: 25:28:040009:9185 (далее – жилое помещение с кадастровым номером 25:28:040009:9185), восстановив соответствующую запись об этом в Едином государственном реестре недвижимости.

В последующем в рамках настоящего дела о банкротстве от финансового управляющего 08.09.2021 поступило заявление о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения от 04.12.2019, с применением последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, общей площадью 12,6 кв.м., расположенного по адресу: <...> кв. 112а, кадастровый номер: 25:28:040009:9186 (далее – жилое помещение с кадастровым номером: 25:28:040009:9186), восстановив соответствующую запись об этом в Едином государственном реестре недвижимости.

В порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд объединил производством для совместного рассмотрения указанные заявления.

Определением суда от 10.08.2022 в качестве ответчиков привлечены ФИО1, ФИО5, ФИО6.

По ходатайству финансового управляющего определением суда от 12.08.2022 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной кадастровой службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю осуществлять регистрационные действия в отношении спорных жилых помещений.

Определением суда от 16.11.2022 в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО7, ФИО8.

Определением суда от 25.04.2023 назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного имущества; проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Алькор» ФИО9 (ИНН <***>; юридический адрес: <...>). Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

В материалы дела поступили заключения эксперта от 02.06.2023 № 11-2/23 и от 05.12.2023 № 80-23.

Финансовый управляющий уточнил заявленные требования, просил взыскать с ФИО1 рыночную стоимость жилых помещений в размере, определенной оценщиком.

Определением суда от 12.04.2024 заявления финансового управляющего удовлетворены, признаны недействительными сделки:

-договор купли-продажи жилого помещения от 04.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО1 в отношении жилого помещения с кадастровым номером 25:28:040009:9185;

-договор купли-продажи жилого помещения от 04.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО1 в отношении жилого помещения с кадастровым номером 25:28:040009:9186;

Применены последствия недействительности сделок:

- с ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 взысканы денежные средства в размере 1 419 700 руб.

- с ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 денежные средства в размере 1 419 700 руб.

С ФИО1 в конкурсную массу должника взыскано 52 500 руб. судебных расходов, в том числе 15 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящих заявлений и ходатайства о принятии обеспечительных мер, а также 37 500 руб. расходов, подлежащих выплате эксперту.

ФИО1 восстановлено право требования к ФИО2 в сумме 1 800 000 руб.

Суд определил, что обеспечительные меры, принятые определением суда от 12.08.2022 сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Финансовому отделу Арбитражного суда Приморского края поручено перечислить с депозитного счета денежные средства в сумме 37 500 руб. ООО «Алькор» (получатель) по соответствующим реквизитам.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Обратил внимание суда, что приобретенные им спорные жилые помещения находились в непригодном для проживания состоянии, требовали капитального ремонта, в связи с чем стоимость приобретения жилых помещений была ниже рыночной. Указал, что приобрел жилое помещение с кадастровым номером 25:28:040009:9186 за 900 000 руб. на основании договора купли-продажи от 04.12.2019; стоимость ремонтных работ составила 837 407,5 руб., стоимость строительных материалов составила 700 039,65 руб., всего на ремонт затрачено 1 537 447,15 руб. (договор на выполнение ремонтно-отделочных работ № 182/19 с ООО «Строительное управление №1»); с учетом стоимости приобретенного помещения, размер затрат на его покупку и ремонт составил 2 437 447,15 руб. Данное помещение продано ФИО1 26.11.2020 за 2 500 000 руб. Также ФИО1 приобретено жилое помещение с кадастровым номером 25:28:040009:9185 за 900 000 руб. на основании договора купли-продажи от 04.12.2019; стоимость ремонтных работ составила 838 807,5 руб., стоимость строительных материалов составила 662 754,35 руб., всего на ремонт затрачено 1 501 561,85 руб. (договор на выполнение ремонтно-отделочных работ № 183/19 с ООО «Строительное управление №1»); с учетом стоимости приобретенного помещения, размер затрат на его покупку и ремонт составил 2 401 561,85 руб. Данное помещение продано ФИО1 16.11.2020 за 2 500 000 руб.

Апеллянт считал, что представленными в дело доказательствами опровергаются доводы финансового управляющего о фиктивном совершении первоначальных сделок по приобретению спорных квартир в 2019 году, с целью сокрыть активы должника от обращения на них взыскания в банкротную массу. По тексту жалобы ее податель указал, что он приобрел указанные квартиры в 2019 году, не зная о том, что в отношении продавца введена процедура банкротства. Никаких обременений (ограничений) на данное имущество в ЕГРН не было, оно не находилось в реестре залогов, сделки прошли регистрацию в органе Росреестра. При этом апеллянт заплатил за спорные помещения свои личные деньги продавцу, нанял строительную организацию для производства капитального ремонта квартир и продал эти квартиры в отремонтированном состоянии с учетом произведенных за его счет вложений. Выразил несогласие с заключениями эксперта ООО «Алькор» ФИО10, полагал, что они являются неполными, так как эксперт не разрешил вопрос относительно объекта оценки в полном соответствии с вопросами, поставленными арбитражным судом, а также поскольку экспертом не принята во внимание стоимость продажи этого и аналогичного объекта, что значительно завысило его стоимость. Податель жалобы указал, что оценивая объекты-аналоги, эксперт сделал вывод о необходимости «косметического ремонта» объекта оценки, при этом экспертом не учтено, что стоимость ремонта каждого помещения составляла более 1 500 000 руб., и, следовательно, указанные квартиры на дату их приобретения ФИО1 требовали именно капитального ремонта и значительных затрат на приведение их в жилое состояние. Также экспертом не приняты во внимание договоры на выполнение ремонтно-отделочных работ, фактические расходы на работы и материалы по нему, тогда как судом на разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «какова рыночная стоимость жилых помещений, по адресу: <...>, кв. 112б и кв. 112а, по состоянию на 04.12.2019 г., 04.12.2020, с учетом их состояния, в том числе на основании понесенных расходов на переустройство и ремонт помещения?». Полагал, что эксперт не разрешил вопрос, поставленный перед ним судом, в части стоимости понесенных мной расходов на переустройство и ремонт данных помещений. Считал, что определенная в экспертном заключении рыночная стоимость названных жилых помещений не соответствует рыночной стоимости предмета оценки, указана экспертом без учета всех понесенных ответчиком затрат на ремонт, стоимости дальнейшей продажи объектов недвижимости. По мнению подателя жалобы заключения эксперта нарушают его права, поскольку взысканная с него в конкурсную массу стоимость недвижимого имущества составляет 2 839 400 руб., в то время как арбитражным судом восстановлено право требования ФИО1 к ФИО2 в сумме 1 800 000 руб. Разница составляет более 1 039 400 рублей. По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно отказал в назначении дополнительной судебной экспертизы.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 02.05.2024.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между должником (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером 25:28:040009:9185. Объект недвижимости оценен сторонами договора в сумме 900 000 руб. (пункт 3 договора купли-продажи от 04.12.2019).

Одновременно между должником и покупателем 04.12.2019 заключен договор купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером: 25:28:040009:9186. Объект недвижимости оценен сторонами договора в сумме 900 000 руб. (пункт 3 договора купли-продажи от 04.12.2019).

Указанные договоры прошли государственную регистрацию в Управлении Росреестра по Приморскому краю.

Финансовый управляющий, сославшись на заключение договоров купли-продажи жилых помещений от 04.12.2019 в процедуре реализации имущества без его согласия, что в силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пункта 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) влечет их ничтожность, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего), в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Пунктом 1 статьи 174.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180 ГК РФ).

В рассматриваемом случае суд установил, что оспариваемые сделки (04.12.2019) совершена после признания должника банкротом (31.01.2018) в отношении имущества, которое подлежало включению в конкурсную массу, без участия финансового управляющего, вопреки прямому запрету на распоряжение конкурсной массой.

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал договора купли-продажи жилых помещений недействительными (ничтожными) сделками применительно к абзацу третьему пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы ответчика о том, что он не знал о факте банкротства ФИО2, судебная коллегия отмечает, что процедура банкротства является публичной, судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются в публичном федеральном ресурсе «Картотека арбитражных дел», на момент совершения оспариваемых договоров купли-продажи жилых помещений должник уже был признан банкротом (31.01.2018), сведения о наличии в отношении должника дела о банкротстве были размещены в общедоступных источниках информации (сообщение в ЕФРСБ от 16.02.2018 № 2451604; сообщение в газете «Коммерсантъ» от 22.02.2018 № 33 (6271) стр.15). Принимая во внимание изложенные факты, доводы апеллянта в указанной части отклоняются.

Рассмотрев доводы апеллянта относительно заключений эксперта от 02.06.2023 № 11-2/23 и от 05.12.2023 № 80-23, коллегия отмечает следующее.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что в порядке статьи 82 АПК РФ по ходатайству финансового управляющего проведена судебная экспертиза, в материалы дела представлены заключения эксперта ООО «Алькор» ФИО9 от 02.06.2023 № 11-2/23 и от 05.12.2023 № 80-23, согласно которых:

- рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером: 25:28:040009:9185 составила 1 419 700 руб.;

- рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером: 25:28:040009:9186 составила 1 419 691 руб.

Представленные заключения эксперта оценены судом первой инстанции, признаны надлежащими доказательствами, поскольку по форме и содержанию соответствуют требованиям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и не оспорены лицами, участвующими в деле, в частности покупателем.

Отклоняя доводы апеллянта о том, что оспариваемые сделки по приобретению спорных квартир совершены с учетом их непригодного для проживания состояния, не являются фиктивными и не преследовали цель скрыть активы должника от обращения на них взыскания, коллегия отмечает, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 24.09.2018 № 308-ЭС18-6318, о недобросовестности приобретателя может свидетельствовать не только заинтересованность, но приобретение имущества по многократно заниженной цене, отсутствие встречного предоставления.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определениях Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Отсутствие прямой юридической аффилированности между сторонами сделок без учета других обстоятельств дела не означает отсутствие у ответчика признаков заинтересованности по отношению к должнику и иным сторонам сделок, при том, что наличие юридической аффилированности не исключает необходимость учитывать аффилированность фактическую, которая проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В заключениях эксперта от 02.06.2023 № 11-2/23 и от 05.12.2023 № 80-23 сделан вывод о том, что рыночная стоимость жилого помещения кадастровый номер: 25:28:040009:9185 составляет 1 419 700 руб.; рыночная стоимость жилого помещения кадастровый номер: 25:28:040009:9186 составляет 1 419 691 руб.

При этом в определении Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 и в Обзоре правовых позиций Верховного Суда РФ по вопросам частного права за декабрь 2021 года, приведена правовая позиция, в соответствии с которой если цена сделки отличалась от рыночного уровня на 30%, это не говорит о ее существенном расхождении с рыночной ценой и не может само по себе свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника.

Принимая во внимание вышеизложенную правовую позицию, установленная договорами купли-продажи цена спорных жилых помещений на 57,74% ниже ее рыночной стоимости, очевидно свидетельствует о существенном расхождении с рыночной ценой. Таким образом, разумные экономические мотивы совершения оспариваемых сделок на предусмотренных в них условиях, а также мотивы поведения сторон в процессе их исполнения отсутствуют.

Более того, экспертом произведена корректировка на состояние отделки, согласно данным, опубликованным в «Справочнике оценщика недвижимости – 2019 «Квартиры. Корректирующие коэффициенты и характеристики рынка недвижимости на основе рыночной информации». В связи с указанным довод апеллянта об отсутствии ремонта в спорных жилых помещениях, который повлиял на цену реализации спорных жилых помещений, отклоняется.

Коллегия отклоняет аргументы ответчика о необоснованности отказа судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы в силу следующего.

Повторная экспертиза в силу части 2 статьи 87 АПК РФ назначается в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов. Таких обстоятельств коллегией по результатам изучения заключения эксперта не установлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Суд самостоятельно определяет, какие доказательства имеют отношение к рассматриваемому делу, и оценивает их в совокупности с позиций относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи.

Несогласие апеллянта с заключениями судебной экспертизы и выводами суда первой инстанции, основанными на оценке данных доказательств, произведенных с соблюдением норм процессуального законодательства, не порождает возникновения сомнений в обоснованности заключений эксперта при отсутствии предоставления заявителем ходатайства (статья 65 АПК РФ) доказательств наличия противоречий в выводах эксперта.

Коллегией установлено, что изложенные в заключениях выводы содержат ответы на все поставленные судом вопросы, все выводы эксперта соответствуют требованиям федеральных стандартов оценки, какие-либо противоречия выводов в заключениях отсутствуют. Таким образом, основания, предусмотренные частью 2 статьи 87 АПК РФ, для назначения повторной экспертизы отсутствуют.

Поскольку указанные сделки совершены несостоятельным должником в отсутствие согласия финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно заключил, что они являются ничтожными применительно к абзацу третьему пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Поскольку на дату принятия судом первой инстанции судебного акта спорное имущество за ответчиком не зарегистрировано, судом в соответствии со статьей 167 ГК РФ, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в размере рыночной стоимости жилых помещений в общем размере 2 839 400 руб. Суд первой инстанции восстановил право требования ФИО1 к должнику в сумме 1 800 000 руб., оплаченной за спорные жилые помещения. Судом определено, что обеспечительные меры, принятые определением суда от 12.08.2022, сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Апелляционная коллегия не усматривает оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции и признает, что все существенные обстоятельства дела судом установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

Находясь в процедуре реализации имущества, должник в силу прямого указания закона (пункт 5 статьи 213.25 закона о банкротстве) ограничен в возможности распоряжения принадлежащим ему имуществом, в том числе денежными средствами.

Таким образом, мотивы и цели совершения должником оспариваемых договоров купли-продажи правового значения для настоящего спора не имеют, поскольку не свидетельствуют о законности сделки по самостоятельному распоряжению должником жилыми помещениями; Закон о банкротстве допускает совершение оспариваемых сделок исключительно финансовым управляющим имуществом должника либо с его согласия.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными.

Разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, не опровергают выводов суда, а сводятся к несогласию подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

С учетом итогов рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1 понесенные при ее подаче расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ не подлежат возмещению апеллянту.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 12.02.2024 по делу №А51-26934/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

Судьи

А.В. Ветошкевич

Т.В. Рева