Постановление от 18 марта 2024 г. по делу № А45-22960/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск Дело № А45-22960/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 18 марта 2024 года


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кривошеиной С. В.

судей Павлюк Т. В., ФИО2 Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белозеровой А. А. рассмотрел апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (№07АП-1227/2024) на решение от 27 декабря 2023 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-22960/2023 (судья Ануфриева О. В.) по исковому заявлению Леви Страусс энд Ко. (Levi Strauss & Co.) (страна США), к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (г. Бердск, ОГРНИП 304550736600340), о взыскании компенсации в сумме 110 000, 00 руб., судебные расходы в сумме 346, 30 руб.,



У С Т А Н О В И Л:

Леви Страусс энд Ко. (Levi Strauss & Co.) (страна США) (далее – истец, компания) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО1) о взыскании компенсации в сумме 110 000 руб., судебные расходы в сумме 346, 30 руб.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.12.2023 исковые требования удовлетворены частично, суд взыскал с предпринимателя в пользу компании компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 648389, 290506, 470344, 290506 в сумме 80 000 руб.; почтовые расходы в размере 106, 41 руб.; расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 145, 46 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 127 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.12.2023 по делу № А45-22960/2023 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции: Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Леви Страусе энд Ко. (Levi Strauss & Со.) (страна США) компенсацию за нарушение исключительных прав на серию товарных знаков № 648389 №290506, №470344, №290506 в сумме 10 000 руб.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает на то, что не был извещен о начавшемся судебном процессе; что заявленный размер компенсации не соответствует принципам разумности и справедливости; товарные знаки являются фактически группой знаков одного правообладателя; тот факт, что ответчик ранее уже привлекался к ответственности за нарушение интеллектуальных прав не должен препятствовать снижению размера компенсации до разумных и справедливых размеров при наличии оснований для такого снижения.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) отзыв на апелляционную жалобу в материалы дела не поступил.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда), в судебное заседание апелляционной инстанции представителей не направили.

В порядке части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ суд рассмотрел апелляционную в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, а также видеозапись покупки товара, приобщенную к материалам дела, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, Компания Леви Страусс энд Ко. (Levi Strauss & Co.) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных, в том числе в отношении товаров 18, 25 классов МКТУ –кожа и имитация кожи, изделия из них, не относящиеся к другим классам; одежда, обувь, головные уборы; одежда, а именно джинсы (далее - «Товарные знаки»):

- LEVI’S, зарегистрированный в Роспатенте под № 405522;

- LEVI’S, зарегистрированный в Роспатенте под № 290506;

, зарегистрированный в Роспатенте под № 648389;

, зарегистрированный в Роспатенте под № 470344.

Истцу стало известно, что 04.09.2022 в торговой точке магазин «Мода Джинс», расположенной по адресу <...>, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками №405522, №290506, №648389 и №470344, а именно: шорты джинсовые синего цвета с надписью LEVI'S белого цвета на красном фоне, расположенные на маленьком кармашке джинс, на поясе джинс расположена нашивка коричневого цвета с изображением в виде расположенных по центру брюк, растягиваемых в противоположные стороны двумя лошадьми, управляемыми ковбоями в шляпах и с хлыстами в руках. Под ногами у лошадей расположены витиеватые широкие ленты с белой внутренней окантовкой, на которых расположена надпись «PATENTED MAY 201873», выполненная стандартным шрифтом белого цвета, заглавными буквами, при этом слово PATENTED расположено на левой ленте, а остальная часть надписи расположена на правой ленте. Под изображением расположена надпись «EVERY GARMENT GUARANTEED». На этикетке красного цвета вертикально расположена надпись LEVI'S белого цвета. Также на этикетке коричневого цвета изображением в виде расположенных по центру брюк, растягиваемых в противоположные стороны двумя лошадьми, управляемыми ковбоями в шляпах и с хлыстами в руках. Под ногами у лошадей расположены витиеватые широкие ленты с белой внутренней окантовкой, на которых расположена надпись «PATENTED MAY 201873» выполненная стандартным шрифтом белого цвета, заглавными буквами, при этом слово PATENTED расположено на левой ленте, а остальная часть надписи расположена на правой ленте. Стоимость товара составляет 1990 рублей.

Факт покупки подтверждается оригиналом кассового чека от 04.09.2022, содержащим сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, наименование продавца, адрес.

Процесс осмотра торговой точки и закупки товара фиксировался посредством ведения видеозаписи на основании статей 10, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В порядке досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, которая была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, что послужило основанием обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования частично, исходил из доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца, отсутствия оснований для снижения размера компенсации ниже нижнего предела, установленного законом.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены (изменения), исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно части 1 статьи 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10), исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

В силу вышеизложенных норм юридически значимыми обстоятельствами для разрешения настоящего спора является установление принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки, указанные в иске, факт предложения к продаже и реализации ответчиком спорного товара с признаками контрафактности, а также подтверждение ответчиком легальности происхождения спорного товара.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Часть 1 статьи 75 АПК РФ предусматривает, что письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном данным Кодексом.

Материалами дела подтверждено, что истец является правообладателем исключительных прав на товарные знаки №405522, №290506, №648389 и №470344.

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате продажи без согласия правообладателя товаров, подтверждается материалами дела, а именно:

- видеозаписью реализации товара в торговой точке ответчика;

- кассовым чеком, содержащим сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, наименование продавца, адрес;

- фотографией спорного товара.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 Постановления №10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям статей 67, 68 АПК РФ, предъявляемым к доказательствам по делу.

Видеозапись покупки отображает внутренний и внешний вид торговой точки ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс оплаты, выдачу чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующее приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующего приобщенному к материалам дела.

Ответчик достоверность отраженных в видеозаписи сведений не опроверг, о фальсификации видеозаписи не заявил; не представил доказательств того, что указанная в видеозаписи торговая точка не имеет к нему отношения.

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно принята в качестве надлежащего доказательства видеозапись покупки спорного товара.

Таким образом, руководствуясь вышеуказанными нормами права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что совокупность имеющихся в деле доказательств надлежащим образом подтверждает факт реализации спорного товара ответчиком.

Из пункта 162 Постановления № 10 следует, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции, сравнив обозначения, зарегистрированные истцом как товарные знаки и товар, приобретенный у ответчика судом установлено сходство до степени смешения с товарными знаками №405522, №290506, №648389 и №470344, исключительные права на который принадлежит истцу.

Приобретенный товар не имеет средств идентификации защиты, присущих лицензионному продукту, что свидетельствует о контрафактности товара.

При этом ответчик не представил соответствующих документов и разрешений на продажу, выданных правообладателем товарных знаков.

Исследовав реализованный ответчиком товар, иные доказательства из материалов дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности факта продажи ответчиком товара, с нарушением исключительных прав истца на спорные товарные знаки, в отсутствие доказательств предоставления истцом ответчику прав на использование каким-либо способом спорных товарных знаков.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о незаконном использовании ответчиком спорных товарных знаков истца.

Ответчик указывает, что товарные знаки истца 405522, №290506, №648389, №470344 являются группой (серией) товарных знаков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

При этом под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент. Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение. Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

Учитывая распределение бремени доказывания по данной категории дел (доказывание законности использования обозначения и, как следствие, отсутствие нарушения, лежит на ответчике), именно ответчику следует доказать, что товарные знаки, в защиту которых предъявлен иск, фактически устанавливают охрану одного и того же обозначения в разных вариантах, имеют отличия, не изменяющие существо товарного знака, и вне зависимости от варианта воспроизведения обозначения в глазах потребителей воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость.

Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств, что спорные товарные знаки истца воспринимаются потребителями как одно обозначение.

В соответствии со статьями 1252, 1515 ГК РФ, обладатели исключительных прав на товарные знаки вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от 10 000 руб. до 5 000 000 в руб., определяемой по усмотрению суда, исходя из характера нарушения либо 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. Указанная мера применяется по выбору обладателя прав на товарные знаки вместо возмещения убытков.

Правообладатель вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Как следует из пункта 59 Постановления № 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Из искового заявления следует, что истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №405522, №290506, №648389 и №470344, в размере 110 000 руб.

В абзаце третьем пункта 60 Постановления № 10 разъяснено, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Из пункта 62 Постановления № 10 следует, что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных абзацем вторым пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд устанавливает сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Иными словами, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Заявляя о взыскании компенсации в размере 110 000, 00 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки №405522, №290506, №648389 и №470344, истец ссылается на известность продукции истца на рынке, объем реализуемой ответчиком продукции, индивидуализированной товарным знаком, грубость нарушения, выразившуюся в виде неоднократного нарушения ответчиком исключительных прав правообладателей, а также предложения к продаже и других товаров, индивидуализированных товарными знаками, принадлежащими истцу.

Принимая во внимания указанные обстоятельства, а также факт неоднократного нарушения и привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания компенсации (подтверждается наличием вступившего в законную силу судебного акта по иску к ответчику о взыскании компенсации за незаконное использование объектов интеллектуальной собственности А45-8535/2023), оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции правомерно определил размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №405522, №290506, №648389 и №470344 в сумме 80 000 руб.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-2988, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3088, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-4299.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для применения положений, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, касающихся снижения судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ. При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик не заявлял ходатайство о снижении размера компенсации ниже низшего предела, им не были представлены в материалы дела документы, подтверждающие необходимость снижения размера взыскиваемой компенсации ниже низшего предела.

Доказательств, свидетельствующих о наличии фактических обстоятельств, соответствующих обозначенным в Постановлении № 28-П критериям, ответчик не представил.

Ответчик какого-либо обоснования несоразмерности заявленной истцом компенсации не указал.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что распространение контрафактной продукции, негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя и нарушает права потребителей, поскольку потребители вводятся в заблуждение при покупке товаров, полагая, что приобретают качественный лицензионный товар.

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

Ответчиком не представлено доказательств того, что размер заявленной истцом компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, не представлено доказательств того, что нарушение не носит грубый характер, ответчик предпринимал попытки проверки партии товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц при наличии такой возможности.

При этом, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Доказательств, свидетельствующих о том, что нарушение прав истца осуществлено ответчиком вследствие обстоятельств непреодолимой силы, суду не представлено.

Приведенные ответчиком обстоятельства не свидетельствуют о наличии фактических обстоятельств и условий, подтверждающих возможность снижения суммы компенсации в определенном судом размере, оснований для вывода о карательном характере определенной судом сумме компенсации не имеется, равно как и о нарушении баланса интересов сторон спора.

Более того, как указано выше, ответчик привлекался к гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателей.

В связи с изложенным, суд первой инстанции правомерно посчитал возможным снизить размер заявленной истцом компенсации и взыскать с ответчика 80 000 руб. за использование четырёх товарных знаков истца.

Судом первой инстанции, с учетом результатов рассмотрения иска, правильно распределены документально подтвержденные судебные расходы - отнесены на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Суд апелляционной инстанции, проверив довод подателя жалобы о ненадлежащем извещении о рассмотрении судом первой инстанции искового заявления, пришел к выводу о его неправомерности в связи со следующим.

По общему правилу лицо, участвующее в деле, должно предпринять все разумные и достаточные меры для получения судебных извещений по месту своего нахождения и несет соответствующие риски непринятия таких мер (часть 6 статьи 121 АПК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Статья 9 АПК РФ устанавливает, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Определение арбитражного суда от 09.10.2023, направленное ответчику по адресу места его жительства, в соответствии с закрытыми сведениями, размещенными в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, по состоянию на 09.10.2023, возвращено органом почтовой службой за истечением срока хранения (код почтового отправления 630 976 854 928 92).

Согласно пункту 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

В пункте 67 Постановления № 25 указано, что юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

Данная правовая позиция согласно пункту 68 Постановления № 25 подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Таким образом, осуществляющее предпринимательскую деятельность лицо должно обеспечить возможность получения адресованной ему корреспонденции, направленной в установленном порядке, в противном случае такое лицо несет риск возникновения неблагоприятных последствий неполучения судебных извещений (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

То, что ответчик не обеспечил получение поступающей в его адрес, являющийся согласно сведениям ЕГРИП, его адресом регистрации, корреспонденции, в том числе судебных извещений, арбитражный суд оценивает исходя из положений части 2 статьи 9 АПК РФ, согласно которой ответчик несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, поступивших по его адресу, указанному в ЕГРЮЛ; доказательства нарушения правил почтовой доставки органом связи отсутствуют.

При таких обстоятельствах ответчик признается надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства дела (часть 4 статьи 121, пункт 2 части 4 статьи 123 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, оснований для отмены (изменения) решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд


П О С Т А Н О В И Л:


решение от 27 декабря 2023 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-22960/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».






Председательствующий С. В. Кривошеина


Судьи Т. В. Павлюк


ФИО2