Постановление от 22 января 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-10032/2025-ГК
г. Пермь
23 января 2026 года
Дело № А60-9027/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Пепеляевой И.С., судей Лесковец О.В., Муталлиевой И.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лебедевой Е.В.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу истца,

ФИО1,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 24 сентября 2025 года по делу № А60-9027/2025

по иску Лухманова Александра Сергеевича (ИНН 660606143259)

к обществу с ограниченной ответственностью «П - С - К» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании решения недействительным,

третьи лица: инспекция Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО2 (664606549256)

при участии представителей:

от истца – ФИО3, паспорт, доверенность от 04.03.2024, диплом;

от ответчика – ФИО4, паспорт, доверенность от 20.10.2025, диплом,

в отсутствие представителей третьих лиц, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

ФИО1 (далее – истец, ФИО1) являясь наследником ФИО5, обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «П – С – К» (далее – ответчик, общество «П – С – К») о признании решения финансового управляющего умершего физического лица ФИО5 – ФИО2 от 13.11.2024, которым прекращены полномочия директора общества «П – С – К» ФИО1, а также возложены полномочия директора общества «П – С – К» на ФИО6, недействительным (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены инспекция Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, ФИО2.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.09.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование жалобы апеллянт указывает на то, что в действиях финансового управляющего ФИО2 совместно с директором ФИО7 прослеживается цель лишения и отстранения ФИО1 от корпоративного управления обществом. По мнению истца, исходя из анализа действий финансового управляющего ФИО2, директора общества ФИО7, а также ФИО8, являющейся наследницей 1/5 доли в обществе и заявителем дела о банкротстве ФИО5, очевидной целью указанных лиц является: завладение единоличными правами на владение и пользование недвижимым имуществом, принадлежащим обществу «П-С-К», а де-юре наследникам учредителя общества «П-С-К» (ФИО1 в доле 3/5, ФИО8, ФИО9) с целью сдачи его в аренду третьим лицам для получения необоснованного дохода в свою пользу, а также снижение корпоративного контроля ФИО1, имеющего долю в наследстве 3/5, с одновременным увеличением контроля наследников, в доле по 1/5 у каждой (ФИО8 ФИО9).

Апеллянт отмечает, что решение о смене директора принято финансовым управляющим в отсутствие на то полномочий, поскольку финансовый управляющий не является участником общества, применительно к статьям 7-8 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а является квазиучастником общества, т.к. реализует свои полномочия, предоставленные ему по конктретному банкротному делу на основании положении ФЗ «О несостоятельности» (ст. 213.9, и более специального полномочия абз. 4 п. 6 ст. 213.25). Финансовый управляющий действует не как полноценный участник общества (по своему разумению, по праву участия), а сугубо для достижения конкретных (обозначенных в законе) целей и задач банкротства лица, которое является/являлось контролирующим или единственным участником общества. Полномочия финансового управляющего возникают не в порядке, предусмотренном положениями ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а в порядке, предусмотренном положениями ФЗ «О несостоятельности», на основании судебного акта арбитражного суда по конкретному банкротному делу, с учетом обстоятельств и специфики конкретного банкротства.

Кроме того, по мнению апеллянта, действия финансового управляющего являются неразумными, сведения о наличии образования, а также управленческого опыта у ФИО7 отсутствуют, при этом имеются сведения о привлечении ФИО7 к уголовной ответственности за незаконное лишение граждан возможности пользования принадлежащим им недвижимым имуществом и причинившим им существенный материальный ущерб (убытки). Более того, оспариваемое решение принято в преддверии прекращения производства по делу о банкротстве должника в связи с погашением реестра требований кредиторов должника третьим лицом, что также не может свидетельствовать о разумности действий финансового управляющего.

Истцом также приведены доводы о нарушении его процессуальных прав, со ссылкой на рассмотрение спора по существу в отсутствие представителя истца, поскольку с учетом даты опубликовании судебного акта о переносе даты судебного заседания, у истца отсутствовала возможность ознакомления с материалами дела и качественной подготовки к судебному заседанию. В данном случае имеется грубейшее нарушение судом первой инстанции процессуальных прав истца по настоящему делу.

Ответчик направил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором, ссылаясь на несостоятельность доводов апеллянта, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Кроме того, отзыв на апелляционную жалобу содержит ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.12.2025, заявление ФИО6 об увольнении от 12.08.2025, а также подборка упомянутой судебной практики.

Истец в свою очередь направил возражения на отзыв ответчика, в которых просил удовлетворить апелляционную жалобу, поддержав изложенные в ней доводы.

В приложении к возражениям поименованы следующие документы: выписка из ЕГРЮЛ в отношении общества «П – С – К» по состоянию на 18.01.2026, промежуточные отчеты финансового управляющего от 10.01.2025 и 15.09.2025.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, на ходатайстве о приобщении дополнительных документов настаивал.

Представитель ответчика в судебном заседании доводы апелляционной жалобы отклонил по основаниям, приведенным в отзыве на нее, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным. Поддержал ходатайство о приобщении документов, приложенных к отзыву.

Рассмотрев заявленные истцом и ответчиком ходатайства в порядке статьи 159 АПК РФ, апелляционный суд отказал в их удовлетворении на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, поскольку заявителями в части документов, датированных ранее даты принятия обжалуемого судебного акта, не обоснована невозможность их предоставления в арбитражный суд первой инстанции; документы, датированные после вынесения обжалуемого судебного акта также не подлежат приобщению, поскольку на момент принятия обжалуемого судебного акта данные документы не существовали и не могли быть предметом исследования и оценки суда первой инстанции, соответственно, такие документы не являются дополнительными доказательствами, возможность принятия которых предусмотрена частью 2 статьи 268 АПК РФ. Следовательно, решение суда, принятое без учета документов, датированных после вынесения решения, не может быть признано незаконным и необоснованным по данному основанию, суд апелляционной инстанции проверяет правомерность судебного акта на момент его принятия.

Иные лица в судебное заседание своих представителей не направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, что в порядке статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела без их участия.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество «П – С – К» создано до 01.07.2002, зарегистрировано Администрацией муниципального образования Верхняя Пышма 14.10.1999.

10.12.2002 общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ.

ФИО5 являлся единственным участником и учредителем, которому принадлежала доля в размере 100%.

03.07.2023 ФИО5 скончался (свидетельство о смерти серии <...> от 11.01.2024).

В Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО8 о признании умершего ФИО5 (ИНН <***>(свидетельство о смерти серии <...> от 11.01.2024) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2024 по делу № А60-1572/2024, заявление ФИО8 признано обоснованным, ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества.

Финансовым управляющим на дату признания банкротом утверждена ФИО2

При изучении выписки из ЕГРЮЛ, истцом обнаружено, что 04.02.2025 в отношении сведений о единоличном исполнительном органе общества «П – С – К» были внесены изменения на основании решения финансового управляющего имуществом умершего должника.

13.11.2024 финансовым управляющим ФИО2 принято решение о прекращении полномочий директора общества «П – С – К» - ФИО5 и о возложении полномочий единоличного исполнительного органа на ФИО6

Полагая, что решение о смене директора принято финансовым управляющим незаконно, ФИО1, являющийся сыном умершего ФИО5, и соответственно, наследником его имущества, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

По результатам рассмотрения дела, суд первой инстанции не установил оснований для удовлетворения иска.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, выслушав представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) принятого судебного акта.

При рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции верно установил, что возникшие между сторонами отношения регулируются общими нормами ГК РФ и Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), а также Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), нормы которого носят специальный характер по отношению к корпоративному законодательству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

На основании абзаца 4 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании участников.

В силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет безусловное право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.

Вместе с тем необходимо принимать во внимание следующее.

Если должник до банкротства в связи с наличием у него прав участия (например, будучи единственным или доминирующим участником) в обществе являлся контролирующим его лицом, то осуществление финансовым управляющим должника прав последнего по управлению обществом фактически означает, что к нему переходит и контроль над этим обществом. В силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации такой управляющий обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно. Действуя подобным образом в ситуации, когда должник является единственным участником общества, управляющий тем самым исполняет аналогичную обязанность (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) по отношению к самому должнику (наследственной массе) и его кредиторам.

Материалами дела подтверждается, что ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества по правилам параграфа 4 главы X Закона о банкротстве, финансовым управляющим на дату признания банкротом утверждена ФИО2 (решение Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2024 по делу № А60-1572/2024).

Также материалами дела подтверждается, что ФИО5 на дату смерти являлся 100% участником общества «П – С – К».

В рассматриваемом случае, производя замену исполнительного органа в подконтрольном ФИО5 обществе, финансовый управляющий ФИО2 должна была учитывать его (общества) интересы, основной целью которого является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы доказательства, установив, что оспариваемое решение от 13.11.2024 принято в пределах полномочий финансового управляющего, следовательно, право принимать решения предоставлено финансовым управляющим на основании Закона о банкротстве, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что совокупность обстоятельств, необходимая для признания недействительным оспариваемого истцом решения не доказана, иного в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы оспариваемое решение о смене единоличного исполнительного органа принято финансовым управляющим в целях предотвращения исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, сохранения конкурсной массы.

Так, 27.02.2024 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга внесена запись о недостоверности сведений в отношении учредителя общества ФИО5 в связи со смертью (ГРН: 2246600204596).

20.03.2024 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга принимается решение о предстоящем исключении общества «П – С – К» из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о недостоверности (ГРН: 2246600284929).

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание признание ФИО5 несостоятельным (банкротом) и введение в отношении него процедуры реализации имущества по правилам параграфа 4 главы X Закона о банкротстве, а также наличие среди активов, составляющих наследственную массу ФИО5, 100% доли в уставном капитале общества «П – С – К», финансовым управляющим ФИО2 на основании абзаца 4 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве 13.11.2024 принято решение о прекращении полномочий директора общества «П – С – К» - ФИО5 и о возложении полномочий единоличного исполнительного органа на ФИО6

Таким образом, принимая решение о смене директора, ФИО2, как финансовый управляющий – ФИО5, вопреки убеждению апеллянта, имела на то полномочия, предоставленные ей Законом о банкротстве.

Частью 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлено общее правило, согласно которому при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Поэтому принимаемые финансовым управляющим от имени должника корпоративные решения не должны порождать сомнений в независимости и добросовестности арбитражного управляющего.

Доказательств тому, что на момент принятия оспариваемого решения от 13.11.2024 финансовый управляющий действовал в нарушение интересов должника (наследственной массы), обладал какими либо сведениями, препятствующими избранию ФИО6 на должность директора общества, в материалах дела не содержится (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Принятие оспариваемого решения было обусловлено необходимостью исполнения финансовым управляющим обязанности по обеспечению сохранности имущества должника, предусмотренной Законом о банкротстве. Действуя подобным образом, управляющий исполнял свою обязанность (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) по отношению к самому должнику и его кредиторам. Оснований для иной оценки приведенных обстоятельств апелляционный суд не имеет.

Указание апеллянта на то, что оспариваемое решение принято финансовым управляющим в преддверии прекращения производства по делу о банкротстве ФИО5, в период рассмотрения заявления ФИО10 о намерении погасить реестр требований кредиторов должника, материалами дела не подтверждается. Как следует из картотеки арбитражных дел в удовлетворении заявления ФИО10 о намерении погасить реестр требований кредиторов должника отказано, производство по делу о банкротстве ФИО5 не прекращено, процедура реализации имущества не завершена. Более того, внесение записи о смене единоличного исполнительного органа в ЕГРЮЛ лишь 04.02.2025 обусловлено решением об отказе в государственной регистрации при первом направлении пакета документов, на что финансовым управляющим подавалась соответствующая жалоба в УФНС России по Свердловской области.

Фактически истец, заявляя требования о признании решения о смене директора недействительным, выражает несогласие с кандидатурой назначенного руководителя общества. Вместе с тем, несогласие апеллянта с избранной финансовым управляющим кандидатурой директора, выводы суда первой инстанции не опровергает.

При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства некомпетентности вновь назначенного руководителя общества, что свидетельствует о недоказанности истцом наличия в результате принятия оспариваемого решения убытков или возможность их причинения, что в свою очередь влечет вывод о недоказанности обстоятельств, подтверждающих нарушение принятым собранием решением прав и интересов истца.

Данных о том, что в период осуществления полномочий директора ФИО6 причинил обществу какой-либо вред, не имеется. Напротив, им инициировано дело о взыскании платы за пользование имуществом общества.

Довод истца о том, что финансовый управляющий ФИО2, принимая оспариваемое решение, действовала в интересах иных наследников должника с целью получения от них преференций, отклоняется судом апелляционной инстанции, как не подтвержденный материалами дела. Достоверных доказательств тому, что финансовый управляющий, принимая решение о смене директора, являлась аффилированным или заинтересованным лицом по отношению к другим наследникам должника (ФИО8, ФИО9) не представлено.

Более того, согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении общества «П – С – К», в настоящее время (после принятия судом резолютивной части решения по настоящему делу) директором общества является ФИО11, который до настоящего время исполняет функции руководителя общества.

Следовательно, признание оспариваемого решения (от 13.11.2024) недействительным, в настоящее время в любом случае не направлено на восстановление нарушенного права, в защиту которого заявлен настоящий иск. Назначение на должность директора общества ФИО11 прекращает правовые последствия принятого 13.11.2024 решения.

Подводя итог, назначение директора общества было необходимо для достижения целей процедуры банкротства ФИО5, являющегося на момент его смерти единственным участником и единоличным исполнительным органом общества, возможности защиты, как интересов общества, так и проверки конкурсной массы и ее сохранения; решение о назначении директора принято с соблюдением порядка, в пределах предоставленных финансовому управляющему полномочий, прав истца не нарушает.

С учетом вышеизложенного, в удовлетворении иска отказано правомерно.

Аргументы заявителя апелляционной жалобы по существу спора проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

Доводы апеллянта о допущенных судом нарушениях норм процессуального права, в связи с чем истец был лишен возможности участия в судебном заседании, а также представления дополнительных доказательств в обоснование своих требований, также отклоняются.

Пунктом 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 3 статьи 41 АПК РФ непринятие стороной мер к надлежащей реализации своих процессуальных прав и обязанностей относит на эту сторону все негативные риски, связанные с ненадлежащей защитой собственных прав и законных интересов.

Учитывая, что исковое заявление рассматривалось с 20.02.2025, судебное заседание неоднократно откладывалось, исходя из принципа добросовестности реализации лицами, участвующими в деле, своих прав, истец имел реальную возможность обосновать свою позицию в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции и реализовать право на предоставление доказательств, для чего было предоставлено достаточно времени.

Доказательств того, что он был лишен такого права, не имеется.

Принимая во внимание изложенное, материалами дела не подтверждается обоснованность приведенного в апелляционной жалобе довода, оснований для вывода о нарушении судом первой инстанции процессуальных прав истца, у апелляционного суда не имеется.

Довод же ответчика, изложенный в отзыве на апелляционную жалобу, об отсутствии у истца права на иск был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонен, поскольку нормами пункта 4 статьи 1152 ГК РФ предусмотрено, что принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. Днем открытия наследства является день смерти гражданина (пункт 1 статьи 1114 Кодекса).

Кроме того, согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, содержащимся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом), в связи с чем суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что право ФИО1 на подачу рассматриваемого иска корреспондирует с датой открытия наследства по факту смерти единственного участника общества ФИО5, а отсутствие государственной регистрации прав, а также приостановка в выдаче свидетельства на наследство не отражается на его процессуальных и материальных правах.

Доводы ответчика о необходимости рассмотрения настоящего спора в рамках дела о банкротстве ФИО5, также подлежат отклонению с учетом того, что в качестве правового обоснования иска истец сослался на нормы Закона об обществах с ограниченной ответственностью, то есть на общие основания недействительности решений участников общества, в связи с чем спор не подлежал рассмотрению в рамках дела о банкротстве должника, поскольку корпоративные споры не могут являться предметом рассмотрения в деле о банкротстве, использование механизмов банкротного законодательства для защиты корпоративных прав недопустимо. Тем самым оснований для оставления искового заявления без рассмотрения в рамках настоящего дела не имеется.

Доводы обеих сторон со ссылкой на иную судебную практику отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств.

В настоящем случае, судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства имеющие значение для дела, указанные обстоятельства исследованы полно и всесторонне, нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 24 сентября 2025 года по делу № А60-9027/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

И.С. Пепеляева

Судьи

О.В. Лесковец

И.О. Муталлиева