Постановление от 2 апреля 2021 г. по делу № А40-108548/2018

№ 09АП-10353/2021

Дело № А40-108548/18
г. Москва
02 апреля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 02 апреля 2021 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

ПАО Сбербанк, ЗАО «Еврострой»на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 января 2021 года

по делу № А40-108548/18, принятое судьей Е.В. Луговик,

об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Еврострой»


при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ЗАО «Еврострой» – ФИО7 по дов. от 11.01.2021,

от ПАО Сбербанк – ФИО8 по дов. от 08.04.2019,

от ФИО4 – ФИО9 по дов. от 16.03.2021,

от ФИО5 – ФИО10 по дов. от 05.09.2019,

от ФИО6 – ФИО10 по дов. от 06.06.2018,

от ФИО2 – ФИО11 по дов. от 09.06.2020,

от ФИО3 - ФИО11 по дов. от 30.09.2020,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2018г. в отношении ЗАО «Еврострой» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО12.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №237 от 22.12.2018г.

Определением суда от 09.12.2019г. ФИО12 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утверждена ФИО13


В Арбитражный суд города Москвы 03.09.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО12 о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Еврострой».

В Арбитражный суд города Москвы 06.06.2019 поступило заявление ООО «СМУ Строймонтажсервис» о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 19.07.2019 заявление ООО «СМУ Строймонтажсервис» принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением суда от 03.10.2019 к участию в обособленном споре в качестве соистца привлечено ООО «Инжиниринговая компания СПИГО», являющееся конкурсным кредитором ЗАО «Еврострой».

Определением суда от 14.02.2020 заявления конкурсного управляющего и ООО «СМУ «Строймонтажсервис» объединены в одно производство для совместного рассмотрения.


Определением суда от 20.08.2020 в качестве соответчика по обособленному спору привлечена ФИО3.


Арбитражный суд города Москвы определением от 18 января 2021 года, руководствуясь ст. ст. 9, 10, 32, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», отказал в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ЗАО «Еврострой».

Не согласившись с принятым определением, ПАО Сбербанк, ЗАО «Еврострой» подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить, привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

В обоснование своей позиции ПАО Сбербанк указывает, что судом первой инстанции вынесено определение в отсутствие надлежащим образом извещенного и не привлеченного в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ликвидатора - ФИО14.

Вступившими в законную силу судебным актами в рамках процедур несостоятельности банкротства ФИО5 и ФИО6, являвшихся учредителями должника, отказано ЗАО «Еврострой» во включении в реестр требований кредиторов по причине отсутствия первичной документации (договоры займа), а также ввиду отсутствия доказательств наличия предпринимательской цели заключения договоров (Определение Верховного Суда РФ от 07.06.2018 №305-ЭС16-20992(3) по делу №А41-77824/2015). Таким образом, контролирующими должника лицами осуществлены действия, направленные на вывод наиболее ликвидного актива (денежных средств) со счетов должника, в отсутствие какой-либо документации. Взаиморасчеты между ЗАО «Еврострой», ФИО5 и ФИО6 не могли привести к получению прибыли ЗАО «Еврострой», а предоставление займов осуществлялось в связи с фактом их участия в обществе (определения Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2020 по делу №А40-66893/19-30-62 Ф и от 21.12.2020 по делу А40-66887/2019-184-74).

Также судом первой инстанции не дана оценка нотариально удостоверенным показаниям одного из бывших работников ЗАО «Еврострой», который указывает, что фактически деятельность ЗАО «Еврострой» контролировали именно его акционеры - ФИО5 и ФИО6, которые принимали решения по всем принципиальным вопросам деятельности предприятия и группы компаний. Таким образом, руководство деятельностью должника со стороны указанных ответчиков было не только юридическим, но и фактическим.

Судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам конкурсного управляющего, касающимся сделок по отчуждению дорогостоящего недвижимого имущества, которые совершены ФИО2 в преддверии объявления процедуры ликвидации и принятия заявления о банкротстве ЗАО «Еврострой» (16.05.2018 - дата принятия решения о ликвидации; заявление о банкротстве принято арбитражным судом 01.06.2018)

Судом первой инстанции также не дана оценка обстоятельствам привлечения руководства должника к налоговой ответственности, за правонарушения, совершенные в 2016 году.


В обоснование своей позиции конкурсный управляющий ЗАО «Еврострой» указывает, что суд не определил дату возникновения объективного банкротства Должника.

Конкурсный управляющий критически оценивает заключение аудитора ООО «ПартнерГрупп».

Выводы суда сделаны на основании отчетности, не прошедшей обязательный аудит.

Доводы конкурсного управляющего о появлении признаков неплатежеспособности в 2016 году не получили оценку суда.

Так, суд не дал никакой оценки доводам о том, что в течение 2016 года ЗАО «Еврострой» погашало свои текущие обязательства не за счет поступлений от собственной деятельности, а за счет привлеченных кредитных средств.

Кредиторская задолженность ЗАО «Еврострой» накапливалась и не погашалась на протяжении 2016 и 2017 годов.

Таким образом, по итогам деятельности ЗАО «Еврострой» в 2016 году его контролирующие лица должны были выявить признаки несостоятельности (банкротства) общества и принять решение об обращении в суд с заявлением о признании его несостоятельным.

Лица, контролирующие Должника, не обратились в суд с заявлением о признании Должника банкротом.

С заявлением о признании общества банкротом никто из контролирующих лиц не обратился, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Еврострой».

ФИО2 (и ФИО3) подлежит привлечению к ответственности, поскольку совершал сделки, признанные недействительными, в период его деятельности у Должника из конкурсной массы пропали транспортные средства.

ФИО4 подлежит привлечению к ответственности, поскольку совершал недействительные сделки.

ФИО5 и ФИО6 подлежат привлечению к ответственности как бенефициары Должника и лица, фактически контролирующие его деятельность.

ФИО5 и ФИО6 фактически руководили группой компаний, в которую входил Должник.

ФИО5 и ФИО6 принимали решения о заключении Должником сделок, что также свидетельствует о наличии контроля над Должником.

ФИО5 и ФИО6 являлись бенефициарами Должника и группы компаний, в которую он входил.

Отчет №43/09-20-1 об оценке рыночной стоимости пакета из 500 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Еврострой» конкурсный управляющий оценивает критически.


В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представители заявителей апелляционных жалоб поддержали их доводы и требования, представители ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 возражали против их удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалоб в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется.


Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ опубликован на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в "Российской газете" от 04.08.2017 N 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 N 31 (часть I) ст. 4815.

В силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ).

Поскольку заявление конкурсного кредитора подано в суд после 01.07.2017, рассмотрение заявления производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.


Рассматриваемые действия контролирующих лиц были совершены до появления в Федеральном законе "О несостоятельности (банкротстве)" главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)".

По этой причине в рассматриваемом случае следует применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией закона, и новые процессуальные нормы.


Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ЗАО «Еврострой», ФИО2 занимал должность генерального директора должника в периоды с 01.05.2008 по 01.07.2016, с 08.07.2017 по 15.05.2018.

ФИО4 занимал должность генерального директора в период с 02.07.2016 по 07.07.2017.

С 16.05.2018 до утверждения конкурсного управляющего ликвидатором ЗАО «Еврострой» являлся ФИО14

Акционерами ЗАО «Еврострой» являются Белиловский (50%), ФИО5 (50%).


Обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11, 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы указывают следующие основания: непередача имущества и документов должника конкурсному управляющему; непринятие мер, направленных на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.08.2019 года удовлетворено заявление конкурсного управляющего, у бывшего генерального директора ЗАО «Еврострой» ФИО2 истребованы 74 единицы транспортных средств. Определение вступило в законную силу 02.09.2019, однако истребуемое имущество передано не было.


Вместе с тем, при рассмотрении арбитражным судом заявление конкурсного управляющего о взыскании судебной неустойки в размере 10 000,00 руб. за каждый день просрочки исполнения Определения Арбитражного суда г. Москвы от 19.08.2019г. по делу № А40-108548/18 об истребовании у ФИО2 имущества, документов и сведений установлено, что у бывшего генерального директора ЗАО «Еврострой» не имелось объективной возможности передать транспортные средства.

Согласно ответу МО ГИБДД ТНЭР № 3 ГУ МВД России по г. Москве, по состоянию на 06.08.2019 по данным специального программного обеспечения Федеральной информационной системы Госавтоинспекции за ЗАО «Еврострой» зарегистрировано 32 единицы транспортных средств. Все транспортные средства в количестве 32 единиц и указанные в определении суда от 19.08.2019 самоходные машины и другие виды техники, принадлежащие ЗАО «Еврострой» на момент увольнения ФИО2, находились в долгосрочной аренде у различных юридических лиц на основании договоров аренды. При увольнении указанные договоры аренды, договоры купли-продажи, документация о двух опасных производственных объектах передана бывшим руководителем ликвидатору ФИО14 по актам приема-передачи.


Кроме того, указанные транспортные средства, принадлежащие ЗАО «Еврострой», в количестве 32 единиц, самоходные машины и иные виды техники находятся в залоге ПАО «Восточный экспресс банк», соответственно, паспорта транспортных средств находятся в ПАО «Восточный экспресс банк», что подтверждается письмом банка от 20.04.2018, а также определением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2019 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности перед банком, обеспеченной залогом имущества ЗАО «Еврострой».

Представленные в материалы дела акты возврата техники от 14.05.2018, подписанные ФИО2 за день до его увольнения с должности генерального директора общества, подтверждают факт передачи техники ЗАО «Еврострой», а не ФИО2


Как следует из материалов дела, в период с 16.05.2018 по 12.12.2018 ЗАО «Еврострой» находилось в процедуре ликвидации, ликвидатором общества был утвержден ФИО14

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2018 по настоящему делу о признании ЗАО «Еврострой» несостоятельным (банкротом) на ликвидатора общества возложена обязанность по передаче конкурсному управляющему в трехдневный срок бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

В период проведения процедуры ликвидации общества ликвидатор ФИО14 не обращался к должнику с заявлением о передаче документов или материальных ценностей к ФИО2, транспортные средства находились на балансе и в пользовании ЗАО «Еврострой», доказательств обратного в материалы дела не представлено.


В судебном заседании 03.12.2020 представитель конкурсного управляющего изменила ранее изложенную в заявлении позицию относительно даты возникновения признаков объективного банкротства ЗАО «Еврострой», указав, что признаки банкротства у должника имелись по состоянию на 29.03.2016 г., следовательно, руководитель должника ФИО2 был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) не позднее 29.04.2016. В обоснование своей позиции конкурсный управляющий указывает на наличие кредиторской задолженности перед ЗАО «Клио» на сумму 935 252 руб. 85 коп., возникшей 28.03.2016.


ФИО2 возражал на указанные доводы конкурсного управляющего, представил заключение аудитора от 05.06.2020 об отсутствии у ЗАО «Еврострой» признаков банкротства по состоянию на 31.12.2016.

Согласно данным бухгалтерской отчетности за 2016 год, долгосрочные обязательства ЗАО «Еврострой» составили 2 563 452 (тыс. руб.), краткосрочные обязательства – 4 968 849 (тыс. руб.), а балансовая стоимость активов составила 8 229 855 (тыс. руб.), следовательно, ЗАО «Еврострой» на 31.12.2016 за счет активов было способно оплатить все долги перед кредиторами.


При этом, действующее законодательство о несостоятельности, в том числе п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве, рассматривает неплатежеспособность в качестве общего признака несостоятельности юридического лица.

Сам по себе факт наличия задолженности перед кредитором, не исполненной в течение трехмесячного срока, не является достаточным основанием для обращения руководителя с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд. При наличии этих признаков у внешнего по отношению к должнику лица (кредитора) возникает право на обращение в суд с заявлением о банкротстве.

Данная правовая позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801.

Как следует из представленного в материалы дела заключения аудитора ООО «ПартнерГрупп» от 05.06.2020, составленного на основании бухгалтерской отчетности ЗАО «Еврострой» за 2016, 2017 годы, электронной выгрузки бухгалтерской программы ЗАО «Еврострой» 1С:Предприятие – Бухгалтерия предприятия, БИТ: финанс за период с 01.01.2012 по 15.05.2018, признаки объективного банкротства ЗАО «Еврострой» по состоянию 31.12.2016 отсутствовали.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что у ЗАО «Еврострой» по состоянию на 29.03.2016, 31.12.2016 отсутствовал основной признак несостоятельности - неплатежеспособность, так и отсутствовала обязанность обратиться с заявлением о признании должника банкротом.


По мнению конкурсного управляющего, ФИО15, занимавший должность генерального директора ЗАО «Еврострой» в период с 02.07.2016 по 07.07.2017, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку совершил ряд сделок по отчуждению ликвидного имущества должника (транспортных средств) по заниженной стоимости, а также не принял мер по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Вместе с тем, в нарушение ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено надлежащих, достоверных доказательств приведенных выше доводов. Заявление конкурсного управляющего о признании сделок должника по отчуждению транспортных средств принято к производству, рассматривается в настоящем деле о банкротстве, судебного акта на момент рассмотрения настоящего обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделки не принято.

В материалы обособленного спора конкурсным управляющим не представлено доказательств отчуждения транспортных средств по заниженной стоимости, равно как и доказательств наличия признаков банкротства общества в период руководства ФИО15


Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного института юридического лица (ст. 10 ГК РФ).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов управления должника, прямое или опосредованное участие в капитале, либо в управлении). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.


В обоснование заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности участников ЗАО «Еврострой» ФИО5, ФИО6 конкурсный управляющий указывает следующие обстоятельства: намеренное создание правоотношений с аффилированными структурами в целях увеличения кредиторской задолженности общества, вывода имущества ЗАО «Еврострой», заключение договоров займа с должником.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на обязанность ФИО5, ФИО6 проведения собрания участников общества для решения вопроса об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.


Возражая на указанные доводы конкурсного управляющего ответчики пояснили, что ФИО6, ФИО5 с 07.07.2017 не осуществлялось фактического контроля за хозяйственной деятельностью общества. ФИО6, ФИО5 и ФИО2 принято решение о проведении внеочередного общего собрания акционеров, где избрать генеральным директором ЗАО «Еврострой» сроком до 29.06.2018г. с должностным окладом 500 000 рублей в месяц, с верхним порогом принятия решений по заключаемым сделкам единолично – 250 миллионов рублей.


Указанное обстоятельство не отменяет обязанности участников общества, предусмотренной абзацем третьим п. 3.1 ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», вместе с тем, конкурсным управляющим не представлено доказательств, обосновывающих дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности.


Довод конкурсного управляющего о заключении договоров займа между ЗАО «Еврострой» и ФИО6 в период с 2015 по 2017 отклонен судом первой инстанции, поскольку опровергается определением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020 по делу № А40-66893/2019, вступившим в законную силу, которым ЗАО «Еврострой» отказано во включении в реестр требований ФИО6 требований в размере 197 928 834,82 руб. ввиду недоказанности факта заключения договоров.


Договоры займа, заключенные между должником и ФИО5, конкурсным управляющим в материалы настоящего обособленного спора не представлены. Арбитражным судом города Москвы в деле о банкротстве ФИО5 (№ А40-66887/2019) вопрос об обоснованности требований ЗАО «Еврострой» к ФИО5 на основании договоров займа не разрешен.

Соглашение об уступке права требования от 31.01.2018, заключенное между ЗАО «Еврострой» и ООО «Ленхард Девелопмент», определением суда по настоящему делу от 28.10.2020 признано недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности (обязательство) ООО «Ленхард Девелопмент» перед ЗАО «Еврострой» в размере 22 065 178 рублей 31 копейка.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что по состоянию на дату заключения оспоренной сделки ФИО5 не являлся участником ООО «Ленхард Девелопмент».


В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Однако, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.


В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим факта совершения участниками общества сделок, в результате совершения которых наступили признаки объективного банкротства либо существенно ухудшилось финансовое положение должника.


Доводы конкурсного управляющего о выявлении признаков преднамеренного банкротства обоснованность заявления о привлечении к субсидиарной ответственности не подтверждают. Вопрос о привлечении к ответственности за преднамеренное банкротство подлежит разрешению в установленном законом порядке.

Согласно п.1 ст.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В п.9.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Пленум №53) указывается, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».


С учетом установленных по обособленному спору обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не доказано, что по состоянию на указанную конкурсным управляющим дату у должника имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, а также о недоказанности заявителем факта возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, которое могло бы быть принято в качестве основания для обращения руководителя с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем заявление конкурсного управляющего, конкурсных кредиторов о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.


Ввиду отсутствия оснований привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, суд первой инстанции указал, что ФИО3 так же не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.


Таким образом, с учетом установленных по делу фактических обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных Законом о банкротстве, для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.


Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционных жалоб, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им отклонены.

По мнению конкурсного управляющего, дату возникновения объективного банкротства ЗАО «ЕВРОСТРОЙ» не определил суд.

Конкурсный управляющий фактически перекладывает свою обязанность доказывания момента наступления объективного банкротства ЗАО «ЕВРОСТРОЙ» на суд, что противоречит действующему законодательству.

В свою очередь, за время рассмотрения судом первой инстанции заявления о привлечении Ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий неоднократно называл разные даты наступления объективного банкротства, предполагая, что суду самостоятельно нужно выбрать определенную дату.

Так, следуя логике конкурсного управляющего, критический момент объективного банкротства ЗАО «ЕВРОСТРОЙ» тянулся на протяжении более двух лет - с 29.03.2016г. по 01.06.2018г.


Конкурсный управляющий критически оценивает заключение аудитора ООО «ПартнерГрупп».

Однако за период рассмотрения заявления в суде первой инстанции конкурсный управляющий не оспорил данное заключение.

Конкурсные кредиторы, являющиеся профессиональными участниками финансового рынка (ПАО «СБЕРБАНК», АО «Российский капитал»), заключили кредитные договоры, соглашения о предоставлении банковских гарантий с 2016 по 2018 год, проверяя представленные ЗАО «ЕВРОСТРОЙ» документы.


Конкурсный управляющий ошибочно отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному Кредитору.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказан факт неплатежеспособности ЗАО «ЕВРОСТРОЙ» на 29.03.2016, 31.12.2016.


Конкурсный управляющий перечисляет доводы о наличии признаков руководства группой компаний со стороны учредителей должника. При этом в качестве основополагающего доказательства им приводится Протокол опроса ФИО16

Вместе с тем, указанный Протокол не может являться доказательством по настоящему делу в связи с отсутствием признака относимости.

Так, в данном опросе приводятся слова неустановленного лица относительно схемы управления ООО «Ленхард Девелопмент», что не относится к делу о несостоятельности ЗАО «ЕВРОСТРОЙ». Сам ФИО16 не являлся сотрудником ЗАО «ЕВРОСТРОЙ».

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции данные доводы не нашли своего подтверждения, а в отношении требований о возврате займов Арбитражным судом г.Москвы было отказано (Определение Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020г. по делу №А40-66893/2019, Определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2020г. по делу №А40-66887/2019-184-74).


Конкурсный управляющий критически оценивает Заключение специалистов ООО «САБ Бюро» (ОГРН <***>) №43/09-20-1 от 10.09.2020г. о стоимости 50% акций.

При этом за период рассмотрения заявления в суде первой инстанции конкурсный управляющий не оспорил данное заключение.


Конкурсный управляющий указывает, что в период деятельностиФИО2 были заключены 14 трудовых договоров с работниками, направленные нанеобоснованное увеличение их заработной платы.

Однако данный довод в суде первой инстанции конкурсным управляющим не заявлялся.


Как устанвоил суд первой инстанции, на момент увольнения ФИО2 с должности генерального директора транспортные средства находились на балансе и в пользовании ЗАО «Еврострой».

Судом первой инстанции установлено, что у ФИО2 отсутствовала объективная возможность передачи транспортных средств.

Факт направления конкурсным управляющим различных заявлений в органы МВД не является основанием для привлечения к ответственности контролирующих лиц.

Исследование вопроса о стоимости принадлежащего на праве собственности ФИО2 отчужденного имущества не относится к предмету спора.


Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 января 2021 года по делу № А40-108548/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ПАО Сбербанк, ЗАО «Еврострой» – без удовлетворения.


Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.



Председательствующий судья: В.С. Гарипов


Судьи: Р.Г. Нагаев


И.М. Клеандров


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.