Постановление от 13 мая 2024 г. по делу № А27-24723/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск                                                                                       Дело № А27-24723/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 6 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 мая 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                       Дубовика В.С.,

судей                                                                  Сбитнева А.Ю.,

                                                                            Хайкиной С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хохряковой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 (№07АП-8066/2021(3)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 по делу № А27-24723/2019 (судья Коптева А.Г.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Формула» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности,


при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – Ольха Н.А. по доверенности от 26.06.2023, паспорт,  



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Формула» (далее – ООО «Формула», должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее - конкурсный управляющий ФИО1, апеллянт) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на приобретение ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) в лизинг дорогостоящих автомобилей, не предназначенных для производственной деятельности, и их отчуждение по заниженной стоимости. Указывает на недостоверность бухгалтерского баланса. Полагает, что признаки неплатежеспособности должника возникли еще в период руководства ФИО2

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ФИО2 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО2 – Ольха Н.А. в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 25.08.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

15.03.2023 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 (доведение до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок)), подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 (недостоверность бухгалтерского баланса) и статью 61.12 (неисполнение обязанности по инициированию дела о банкротстве должника) Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)..

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; о неподтвержденности наличия причинно-следственной связи между поведением ФИО2 и банкротством должника.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО2 с 12.12.2017 по 10.11.2019 являлся руководителем ООО «Формула»; с 06.06.2018 по 24.10.2019 – участником Общества.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, с 11.11.2019 руководство должником осуществляла ФИО3.

Таким образом, ФИО2 подпадает под определение контролирующего должника лица и является субъектом субсидиарной ответственности.

Наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности предусмотрены в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в котором указано, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (пункт 2 Постановления № 53). Это означает, что для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер вреда, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственной связи между соответствующим противоправным поведением и вредом (статья 1064 ГК РФ).

Обстоятельства, имеющие значения для установления наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности указаны в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих, в том числе, обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности должника является подготовка участка к разработке и добыче полезных ископаемых, за исключением нефтяных и газовых участков. Дополнительными видами деятельности должника являются перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами и перевозка грузов неспециализированными автотранспортными средствами. Специфика деятельности должника определяет сложность ведения хозяйственной деятельности, ее зависимость от внешних и внутренних факторов.

Согласно обособленному спору, между Лизингодателем ООО «РЕСО-Лизинг» и ООО «Формула» заключен ряд договоров лизинга, а именно:

- Договор лизинга № 6631СП1-ФОР/03/2018 от 14.09.2018 (автомобиль Mercedes-Benz GLE 350 D 4Matik). Согласно Приложению № 1 «График платежей», ООО «Формула» должно было уплатить в 2019 году лизинговых платежей на общую сумму в размере 4 064 670 рублей;

- Договор лизинга №6083 СП1-ФОР/02/2018 от 12.07.2018 (Lexus LX570). Согласно Приложению № 1 «График платежей», ООО «Формула» должно было уплатить в 2019 году лизинговых платежей на общую сумму в размере 5 111 271 рублей;

- Договор лизинга №5383СП1-ФОР/01/2018 от 09.04.2018 (Audi RS7 Performance). Согласно Приложению № 1 «График платежей», ООО «Формула» должно было уплатить в 2019 году лизинговых платежей на общую сумму в размере 1 588 992 рублей.

Таким образом, за 2019 год подлежали выплате лизинговые платежи в общей сумме 10 764 933 рублей. При этом по состоянию на 31.12.2018 балансовая стоимость активов должника составляла 148 890 000 рублей.

Соответственно, даже если сравнивать общую сумму лизинговых платежей, которая подлежала бы уплате в 2019 году, с балансовой стоимость активов на 31.12.2018, то процентное соотношение будет меньше 8% (7,2%).

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, выплата лизинговых платежей в 2019 году не могла оказать значимого влияния на деятельность Должника и, тем более, повлечь за собой прекращение хозяйственной деятельности.

Относительно доводов апеллянта об отчуждении автомобилей по заниженной стоимости.

Из материалов дела следует, что конкурсным управляющим было подано 3 заявления об оспаривании сделок должника по отчуждению транспортных средств:

- о признании недействительным договора купли-продажи от 27.09.2018 автомобиля Тойота Ленд Крузер 200 YIN JTMCV02J904198171 2016 г.в.. Определением суда от 10.10.2022 отказано в удовлетворении заявления в связи с недоказанностью причинения имущественного вреда правам кредиторов.

- о признании недействительными четырех сделок по отчуждению самоходных машин KOMATSU HD 785-5. Определением суда от 18.10.2022 отказано в удовлетворении заявления в связи с недоказанностью причинения имущественного вреда правам кредиторов и пропуском срока исковой давности.

- о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 24.07.2019 по отчуждению автомобиля Mercedes-Bens GLE 350D 4MATIC 2018 г.в. Определением суда от 13.10.2022 отказано в удовлетворении заявления в связи с недоказанностью причинения имущественного вреда правам кредиторов и пропуском срока исковой давности.

Таким образом, имеются вступившие в законную силу судебные акты, из которых следует, что отчуждение автомобилей Тойота Ленд Крузер 200 и Mercedes-Bens GLE 350D 4MATIC 2018 г.в., приобретение и отчуждение которых, по мнению конкурсного управляющего, стало причиной банкротства, не причинило вреда должнику.

Кроме того, как следует из материалов обособленного спора, 06.02.2019 между ФИО4 (продавец) и ООО «Формула» (покупатель) был заключен договор купли-продажи товара, согласно которому Продавец обязался передать Покупателю Товар ГМП Komatsu HD785-5, надлежащего качества в рабочем состоянии, бывшим в употреблении в порядке и в сроки, предусмотренные указанным Договором, а Покупатель, в свою очередь, обязуется принять Товар от Продавца в порядке и в сроки, предусмотренные указанным Договором (п. 1 Договора).

В соответствии с п. 4 Договора, товар передан Покупателю в момент подписания указанного договора, который имеет силу акта приема-передачи.

В п. 3 Договора установлено, что денежные средства будут переданы в полном объёме Продавцу в срок до 30.04.2019.

Поскольку оплата по Договору купли-продажи товара от 06 февраля 2019г. ООО «Формула» произведена не была, со стороны ООО «Формула» ФИО4 было предложено приобрести в собственность принадлежащее ООО «Формула» транспортное средство LEXUS LX 570, 2018 г.в., VIN: <***>, - в счёт оплаты по Договору купли-продажи товара от 06.02.2019.

В связи с этим 18.07.2019 между ООО «Формула» и ФИО4 был подписан договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому Продавец обязался передать транспортное средство LEXUS LX 570, 2018 г.в., VIN: <***>, а Покупатель обязался принять и оплатить транспортное средство в соответствии с условиями указанного Договора.

Размер стоимости транспортного средства был определён на основании Отчёта №25-07/19 об оценке наиболее вероятной рыночной стоимости транспортного средства LEXUS LX 570, 2018г., р/з Т001АК142, из которого следует, что 10.06.2019 проведен осмотр автомобиля в районе шахты Краснокаменская» г. Киселевска. При осмотре выявлено, что автомобиль технически неисправен, не заводится ДВС, не переключается АКПП, наблюдаются загрязнения и разрывы обивки салона и сидений, повреждения лакокрасочного покрытия кузова, повреждения колесных дисков, затертость стекол, в связи с чем к расчету применен коэффициент Удеф =0,3. Итоговая величина наиболее вероятной стоимости оцениваемого автомобиля определена в размере 1 800 000 рублей.

Указанный отчет и определенная в нем стоимость не оспорены, доказательств несоответствия выводов оценщика не представлено.

В день подписания договора 18.07.2019 между ФИО4 и ООО «Формула» был подписан Акт зачета взаимных требований, согласно которому сторонами был произведён взаимозачёт встречных требований по Договору купли-продажи товара от 06.02.2019 и по Договору купли-продажи транспортного средства от 18.07.2019.

Таким образом, приобретенное транспортное средство LEXUS LX 570 было отчуждено по рыночной стоимости, а доказательств обратного не представлено, в связи с чем оснований для вывода о том, что это отчуждение причинило вред имущественным правам кредиторов не имеется. Вырученные денежные средства использованы для приобретения ГМП Komatsu HD785-5 (гидромеханическую передачу), необходимой Должнику непосредственно для осуществления производственной деятельности.

Из пояснений ответчика следует, что летом 2019 года автомобиль AUDI RS7, находящийся под управлением водителя ФИО5, попал в ДТП на участке открытых горных работ АО «ПОЛЯНЫ» г. Киселевск, на котором ООО «ФОРМУЛА» осуществляла хозяйственную деятельность. Водитель, не справившись с управлением, совершил съезд с технологической дороги и несколько раз перевернулся. Учитывая, что водитель не пострадал, другие участники ДТП отсутствовали, вызов сотрудников ДПС не осуществлялся. После ДТП автомобиль был осмотрен независимым оценщиком, который признал, что восстановление является нецелесообразным.

Согласно консультационной справке № 40-07/19 от 30.07.2019 о наиболее вероятной рыночной стоимости автомобиля AUDI RS 7 performance, 2016 г.в., VIN WUAZZZ4GXGN905368, осмотр автомобиля осуществлялся в г. Киселевске, на участке открытых горных работ АО «ПОЛЯНЫ». Оценщиком отмечено, что автомобиль находится в аварийном техническом состоянии, после ДТП, восстановительный ремонт экономически не целесообразен, наиболее вероятная рыночная стоимость, определенная на дату осмотра 29.07.2019 равна лому металла, затраты на демонтаж, транспортировку и погрузочно-разгрузочные работы которого, превышают стоимость самого лома.

В этой связи указанный автомобиль был снят с учёта.

Как указывает ответчик ФИО2 в настоящее время нахождение автомобиля AUDI RS7 неизвестно, после ДТП транспортное средство находилось на участке открытых горных работ АО «ПОЛЯНЫ», г. Киселевск, накрытое укрывным материалом. Отмечает, что водителем ФИО5, виновным в причинении ущерба ООО «ФОРМУЛА», был добровольно возмещён причинённый ООО «ФОРМУЛА» ущерб путём внесения соответствующих денежных средств в кассу ООО «ФОРМУЛА».

Подтвердить внесение денег ответчик не может, поскольку после продажи доли в уставном капитале, бывшим руководителем ООО «Формула» ФИО2 была осуществлена передача новому руководителю Должника ФИО3 всей бухгалтерской и иной документации Должника ООО «Формула», печатей, штампов, материальных и иных ценностей ООО «Формула».

Запросить подтверждающие документы непосредственно у водителя ФИО5 не представляется возможным, поскольку на сегодняшний день ФИО5 находится в зоне проведения СВО.

Указанные доводы ответчика не опровергнуты, а поскольку они подтверждаются консультационной справкой № 40-07/19 от 30.07.2019 и актом о приеме-передаче дел от 31.10.2019, у суда отсутствуют основания для утверждения о том, что действия ФИО2 по снятию данного автомобиля с учета причинили вред имущественным правам кредиторов.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о том, что действия ФИО2 по искажению бухгалтерского баланса являются недобросовестными действиями, в результате которых требования кредиторов остались неудовлетворенными, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

С осени 2019 года новым участником и руководителем ООО «Формула» стала ФИО3

Ответчиком ФИО2 в адрес ФИО3 была осуществлена передача всей документации Должника (уставные документы, кадровая документация, бухгалтерская документация, печать, штампы и т.д.), в том числе была осуществлена передача электронной базы бухгалтерского и налогового учёта Должника, что подтверждается актом о приеме-передаче дел от 31.10.2019. Данный документ составлен в связи с решением от 31.10.2019 об увольнении с должности директора организации ФИО2 и назначении на должность директора предприятия ФИО3

В соответствии с пунктом 3 Акта о приеме-передаче дел от 31.10.2019, с 01.11.2019 назначенная на должность директора ФИО3 приняла все обязательства по отношению к обществу, предписанные законом и уставом общества.

Согласно пункту 9 выписки из ЕГРЮЛ в отношении должника (Сведения о записях, внесенных в ЕГРЮЛ), заявление по форме Р14001 (о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ) датировано 03.11.2019; также к заявлению приложено решение от 31.10.2019.

Поскольку в материалы дела не представлено достоверных доказательств того, что искажение бухгалтерской отчетности имело место именно в период руководства ответчика ФИО2 и связано с его виновными действиями (бездействием), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения к ФИО2  презумпции, установленной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Управляющим не представлено объяснений относительно того, как наличие в бухгалтерской документации искаженных сведений повлияло на проведение процедур банкротства.

Внесение Ответчиком ФИО2 в кассу предприятия ООО «Формула» денежных средств подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, представленными в материалы дела.

После смены корпоративного контроля ООО «Формула» продолжало вести хозяйственную деятельность, получая от неё доход.

Так, согласно представленной в материалы дела выписке по операциям на расчетных счетах ООО «Формула» 05.11.2019 на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 1 604 270,08 рублей с назначением платежа: «оплата по договору № 09/17 от 01.12.2017г. В том числе НДС 20 % - 267378.35 рублей».

Должник также продолжал осуществлять уплату обязательных платежей в бюджет, о чем свидетельствуют платежи от 05.11.2019 в пользу УФК по Кемеровской области (МИФНС России № 11 по Кемеровской области).

Кроме того по итогам 2019 года должник получил чистую прибыль, то есть доходы от ведения хозяйственной деятельности превышали расходы должника.

Продажа доли в уставном капитале была обусловлена ухудшением здоровья ответчика ФИО2 в 2019 году, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о каком-либо виновном поведении ответчика ФИО2, ставшем причиной банкротства, доказательств безосновательного вывода активов ООО «Формула» не установлено.

Исходя из этого, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670 (3), А1218544/2015).

Конкурсный управляющий указывает, что ответчик должен был обратиться с заявлением о банкротстве должника в суд не позднее 05.09.2019, указывая, что такая обязанность возникла в связи с неисполнением должником решения Арбитражного суда Кемеровской области от 18.07.2019 по делу №А27-11651/2019, в соответствии с которым с должника в пользу ООО «Спецтехника» взыскана задолженность в размере 2 234 000 рублей.

Между тем, данное решение суда вступило в законную силу 09.08.2019. После вынесения решения суда должник продолжал вести хозяйственную деятельность, на его банковские счета продолжали поступать денежные средства в размере, превышающем размер взысканных денежных средств:

- 02.09.2019 на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 2 000 000 рублей с назначением платежа: «Оплата по договору № 09/17 от 01.12.2017г. В том числе НДС 20 %- 333333.33 рублей»;

- 30.08.2019 на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 2 454 625 рублей с назначением платежа: «Оплата по договору № 09/17 от 01.12.2017г. В том числе НДС 20 %- 409104.17рублей»;

- 05.11.2019 на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 1 604 270,08 рублей с назначением платежа: «оплата по договору № 09/17 от 01.12.2017г. В том числе НДС 20 % - 267378.35рублей».

Из реестра требований кредиторов не усматривается, что какие-либо требования кредиторов возникли в период с 9 сентября по 5 ноября 2019 года.

Одной из причин банкротства предприятия явился общий затяжной кризис, в котором находилась вся угольная отрасль, что косвенно подтверждается публикациями в СМИ и принятием нового Распоряжения Правительства Российской Федерации от 13.06.2020 № 1582-р «Об утверждении Программы развития угольной промышленности России на период до 2035 года», в котором выявлены основные системные проблемы в данной сфере.

Судом апелляционной инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно действия (бездействия) ФИО2 привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства Общества.

Несогласие апеллянта с оценкой суда первой инстанции представленных в материалы дела доказательств не является основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 по делу №А27-24723/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


А.Ю. Сбитнев



С.Н. Хайкина