Постановление от 13 ноября 2023 г. по делу № А56-69059/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-69059/2021
13 ноября 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 ноября 2023 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Кротова С.М., Герасимовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

ФИО2 (паспорт),

ФИО3 (паспорт),

от АО «Газпромбанк» - представителя ФИО4 (доверенность от 10.03.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 (регистрационный номер 13АП-28978/2023), ФИО2 (регистрационный номер 13АП-28978/2023, 13АП-27699/2023) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2023 по обособленному спору №А56-69059/2021/сд.1 (судья Парнюк Н.В.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО5 об оспаривании сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3,

ответчик: ФИО2,



установил:

ФИО3 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.11.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением арбитражного суда от 11.05.2022 (резолютивная часть объявлена 27.04.2022) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.06.2022.

В арбитражный суд обратился финансовый управляющий с заявлением о признании недействительной сделкой соглашения от 24.10.2020 к брачному договору №78 АБ 7763038 (далее – соглашение), заключенного ФИО3 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде признания автомобиля марки Mercedes-be№z C180 VI№ WDD2050401R235409 2016 года выпуска совместно нажитым имуществом.

Определением от 07.07.2023 арбитражный суд удовлетворил требования финансового управляющего в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 07.07.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

ФИО3 в апелляционной жалобе указывает, что финансовый управляющий настаивал на недействительности сделки по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), тогда как соглашение заключено за пределами годичного периода подозрительности. Апеллянт также настаивает на отсутствии признаков неравноценности, поскольку ФИО2, находясь в браке с должником, регулярно передавала последнему крупные суммы денежных средств, в совокупности сопоставимые с половиной стоимости автомобиля. Должник указывает, что в спорный период не планировал процедуру собственного банкротства, осуществил погашение части обязательств перед АО «Газпромбанк». ФИО3 полагает недопустимым то обстоятельство, что суд первой инстанции при принятии решения по сделке применил иные правовые нормы, нежели те, которые заявлял финансовый управляющий (общегражданские основания).

ФИО2 в апелляционной жалобе заявляет об отсутствии извещения ее о начатом судебном разбирательстве, просит приобщить дополнительные доказательства, подтверждающие, по ее мнению, факт приобретения автомобиля в индивидуальную собственность и несение расходов по обслуживанию и эксплуатации транспортного средства. Податель жалобы также ссылается на совершение сделки за пределами года до возбуждения дела, неосведомленность о цели причинения вреда, а также на отсутствии такого вреда имущественным интересам кредиторов. Настаивая на своей добросовестности, апеллянт утверждает, что спорный автомобиль являлся ее личной собственностью.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В настоящем судебном заседании податели жалоб поддержали свои доводы; представитель кредитора возражал против их удовлетворения и приобщения к материалам дела дополнительных доказательств.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Рассмотрев вопрос о возможности приобщения к материалам дела дополнительных доказательств, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства ФИО2

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» отмечено, что поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

При этом немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 АПК РФ, может в силу части 3 статьи 288 АПК РФ являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Из материалов дела усматривается, что определение арбитражного суда от 14.03.2023 о принятии к производству заявления финансового управляющего и назначения даты судебного заседания направлено по адресу ФИО2, совпадающему с тем, который указан ответчиком в апелляционной жалобе. Почтовое отправление с идентификатором №19085481097440 прибыло в отделение связи 29.03.2023 и 05.04.2023 возвращено отправителю в связи с истечением срока хранения.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

При таких обстоятельствах вопреки доводам ФИО2 в материалы дела представлены доказательства надлежащего извещения ответчика о начатом судебном разбирательстве. Риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий лежит на подателе жалобы.

Апелляционный суд полагает, что оснований для приобщения дополнительных доказательств в таком случае не имеется, поскольку ответчик не был лишен возможности представить их в суд первой инстанции. Обратного не доказано.

Доводы о наличии у ФИО2 юридического образования и опыта работы в правой сфере не влияют на результат разрешения ходатайства о приобщении дополнительных доказательств, а напротив, свидетельствуют о том, что последняя осведомлена о правовых последствиях своих действий.

Приложенные к апелляционной жалобе ФИО2 доказательства не могут быть учтены при разрешении спора в суде апелляционной инстанции. В связи с их поступлением в суд в электронном виде возврату на бумажном носителе не подлежат.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 с 16.11.2012 по 04.12.2020 состоял в браке с ФИО2 Между супругами 21.09.2019 заключен брачный договор.

Впоследствии 24.10.2020 ФИО3 и ФИО2 подписали соглашение к брачному договору, по условиям которого приобретенный в период брака автомобиль Mercedes-be№z C180 VI№ WDD2050401R235409 2016 года выпуска признается собственностью ФИО2

Обращаясь с заявлением о признании соглашения недействительной сделкой, финансовый управляющий указал, что договор заключен в течение одного года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); равноценное встречное исполнение по договору отсутствует (рыночная стоимость автомобиля составляет 1 600 000 рублей); уменьшение размера имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции сослался на статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пришел к выводу, что оспариваемое соглашение совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, повлекло за собой причинение такого вреда кредиторам, которые лишены возможности получить удовлетворение своих требований по причине безвозмездного отчуждения ликвидного имущества должника с целью недопущения обращения взыскания на него.

Суд принял во внимание, что брачный договор (равно как и соглашение к нему) по своей правовой природе не предусматривает встречного исполнения, а с учетом задолженности ФИО3 перед АО «Газпромбанк», существовавшей на дату совершения сделки, должник и ответчик, будучи заинтересованными лицами, посредством оформления соглашения скрывали активы ФИО3

Исследовав материалы обособленного спора, изучив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда, исходя из следующего.

Заявление о признании должника банкротом принято судом 26.11.2021, спорное соглашение заключено 24.10.2020 (в пределах тринадцати месяцев после возбуждения дела).

Следует согласиться с доводами апеллянтов о том, что соглашение не могло быть оспорено по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как по периоду, так и в связи с тем, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (абзац шестой пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление №63).

Однако довод ФИО3 о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, признав соглашение недействительным на общегражданских основаниях, является несостоятельным.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Принимая решение, суд по смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

В соответствии с пунктом 9.1 постановления №63, если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

С учетом изложенного, суд не лишен возможности признать спорную сделку недействительной по иному основанию, нежели указанному заявителем.

Соглашаясь с результатом разрешения обособленного спора, суд апелляционной инстанции, тем не менее, не усматривает признаков недействительности соглашения, предусмотренных статьями 10, 168 ГК РФ.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 №306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 №304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 №305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 №305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 №309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 №307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 №305-ЭС18-18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Совершенная ФИО3 и ФИО2 сделка в полной мере охватывается диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заключение соглашения к брачному договору между заинтересованными лицами в период неплатежеспособности должника, по которому изменяется правовой режим имущества – из совместной собственности супругов в пользу ответчика выбывает ликвидный актив, на половину стоимости которого по общему правилу мог претендовать должник, влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Вопреки возражениям ФИО2 должник на дату совершения сделки обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имел неисполненные обязательства перед АО «Газпромбанк», задолженность перед которым начала формироваться к 24.10.2020.

Требования названного кредитора в последующем признаны судом первой инстанции обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 определением от 05.10.2022 по обособленному спору №А56-69059/2021/тр.3.

Несмотря на то, что должник ссылается на полное погашение некоторых обязательств перед АО «Газпромбанк» в период с марта по май 2020 года, из размещенных в Картотеке арбитражных дел материалов дела (заявления кредитора о включении в реестр) усматривается, что долг сформирован по пяти договорам от 14.06.2018 №13401-ПБ/18, 06.12.2018 №ОКЛ-18/47498, 09.07.2020 №46655-ПБ/20, 15.07.2020 №47755-ПБ/20 и 18.07.2020 №48673/ПБ/20.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40- 177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановлении №63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Более того, согласно позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 №305-ЭС19-20861).

ФИО2, будучи заинтересованным лицом, не могла не знать о наступлении признаков неплатежеспособности своего супруга, невыгодности для последнего условий совершения сделки, поскольку имущество безвозмездно передавалось супруге, лишая кредиторов ФИО3, в частности АО «Газпромбанк», долг перед которым по целому ряду договоров только нарастал с октября 2020 года, возможности получить удовлетворение за счет стоимости доли должника в совместно нажитом имуществе.

Апелляционный суд полагает неубедительными и противоречивыми пояснения ФИО2 о том, что автомобиль изначально являлся ее личной собственностью, поскольку в таком случае необходимости в заключении спорного соглашения не имелось. Исходя из того, что стороны стремятся достигнуть именно тех правовых последствий, которые предусмотрены заключенными между ними сделками, следует признать, что супруги до подписания соглашения полагали автомобиль совместно нажитым имуществом.

Доводы должника о том, что ФИО2 совершила встречное исполнение, передав последнему денежные средства в объеме, составляющем более половины его стоимости, подлежат отклонению по ряду оснований.

Как было указано выше, брачный договор, равно как и соглашения к нему, не предусматривают встречного исполнения. Спорное соглашение не содержит ссылок на проведение расчетов между его сторонами за автомобиль. Какие-либо мотивы заключения соглашения (выплата половины стоимости автомобиля, его приобретение исключительно на доходы ФИО2) в оспариваемом соглашении не отражены.

Должник в возражениях указал, что денежные средства вносились на его расчетный счет наличными через банкомат, что могло быть совершено любым физическим лицом. Доказательств того, что подобные манипуляции производились именно ФИО2, не предъявлено.

Причинно-следственная связь между поступлением на расчетный счет денежных средств в период с 06.09.2020 по 16.10.2020 в размере 951 000 рублей и заключением спорного соглашения не доказана. Установить назначение платежей и их истинную цель не представляется возможным.

Совокупность изложенных фактов свидетельствует о том, что сделка совершена безвозмездно в пользу заинтересованного лица во вред имущественным интересам кредиторов, то есть с недобросовестной целью.

Следует отметить и то, что при формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать как интересы своих кредиторов, имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок. Сделками по отчуждению имущества должник не вправе создавать невозможность исполнения своих обязательств, как уже возникших, так и предполагаемых обязательств в будущем.

Доказательств того, что после отчуждения автомобиля супруге должник располагал достаточным объемом активов для расчета по обязательствам перед АО «Газпромбанк» не представлено, что дополнительно к приведенным фактам свидетельствует о недействительности сделки.

Совокупный долг перед указанным кредитором превышает 6 000 000 рублей.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В данном случае суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что результатом признания сделки недействительной является придание имуществу режима общей совместной собственности, то есть возврат сторон в первоначальное положение.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Существенных нарушений процессуальных норм, влекущих отмену судебного акта по безусловным основаниям, суд апелляционной инстанции также не установил.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд




постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2023 по обособленному спору №А56-69059/2021/сд.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

С.М. Кротов

08 ноября 2023 года