Постановление от 2 августа 2024 г. по делу № А56-38111/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-38111/2023
02 августа 2024 года
г. Санкт-Петербург
/со

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 августа 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Кротова С.М.

судей Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Байшевой А.А.;

при участии:

временного управляющего ФИО1 лично;

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – ФИО4 представитель по доверенности от 18.09.2023;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу временного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.04.2024 по делу № А56-38111/2023/со., принятое по заявлению временного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «А-Висто»,

установил:

24.04.2023 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) поступило заявление ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «А-Висто» (далее – должник, ООО «А-Висто»).

Определением от 06.07.2023 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 31.10.2023, резолютивная часть которого объявлена 27.10.2023, заявление признано обоснованным, в отношении ООО «А-Висто» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО1

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.11.2023 № 215.

18.12.2023 в арбитражный суд от временного управляющего ФИО1 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5.

Определением арбитражного суда от 26.12.2023 заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 11.04.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, временный управляющий обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы временный управляющий указал, что бухгалтерская отчетность генеральным директором ООО «А-Висто» ФИО5 была намеренно искажена. При обороте денежных средств с 1.02.2017 по 31.12.2020 в размере 33 632 309,38 руб. сдавались «нулевые» бухгалтерские балансы.

Также заявитель указал, что в реестр требований кредиторов ООО «А-Висто» включено требование ФИО2 в размере 3 210 000 руб. Требование налогового органа на настоящий момент не рассмотрено судом.

Требование ФИО2 основано на невыплате ООО «А-ВИСТО», ИНН <***> заработной платы за период с 01.02.2017 по 30.09.2019 в размере 3 200 000 руб., что установлено решением Невского районного суда Санкт-Петербурга по делу № 2-1457/2020 (2-8253/2019) от 23 июля 2020 года, вступившего в законную силу Определением судебной коллегии по гражданским судам Санкт-Петербургского городского суда от 08.09.2021 по делу 2-1457/2020. Таким образом, признаки неплатежеспособности возникли - 09.12.2021, а значит руководитель должника обязан был обратиться с заявлением должника в арбитражный суд не позднее 10.01.2021.

В материалы дела поступил отзыв от ФИО5, в котором он возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В ходе судебного заседания 30.07.2024 заявитель и представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 поддержали доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

В соответствии со статьей 18 Федерального закона Российской Федерации от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), изложившей статью 10 Закона о банкротстве в иной редакции, он вступил в силу со дня его опубликования - 01.07.2013 (статья 24 Закона № 134-ФЗ).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ).

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные законные ограничения на их осуществление.

Поскольку, по мнению кредитора, должник с 09.12.2021 был не в состоянии исполнить обязательства перед контрагентами, оценка деятельности единоличного исполнительного органа должника, имевшей место после вступления в силу Федерального закона №266-ФЗ, должна производиться исходя из действующей редакции, при этом ввиду того, что заявление подано кредитором 18.12.2023 процессуально право определяется нормами Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ, главы III.2.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «А-Висто» зарегистрировано 14.10.2011, с этой даты и до настоящего времени генеральным директором и единственным участником должника является ФИО5.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исходя из пункта 4 вышеуказанной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Таким образом, ФИО5 является контролирующим должника лицом по смыслу статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Временный управляющий в своем заявлении просит привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании:

- статьи 61.12 Закона о банкротстве, в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом,

- пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непередачей временному управляющему копий документов для проведения финансового анализа.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае наступления обстоятельств, поименованных в данной норме, в том числе, возникновения признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Заявитель указывает, что признаки неплатежеспособности у должника возникли с 09.12.2021, а значит руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) не позднее 10.01.2023.

Наступление неплатежеспособности заявитель связывает с требованием ФИО2, основанным на невыплате ООО «А-ВИСТО» заработной платы за период с 01.02.2017 по 30.09.2019 в размере 3 200 000 руб.

Данное обстоятельство установлено решением Невского районного суда Санкт-Петербурга по делу № 2-1457/2020 (2-8253/2019) от 23.07.2020, вступившего в законную силу Определением судебной коллегии по гражданским судам Санкт-Петербургского городского суда от 08.09.2021 по делу 2-1457/2020.

Между тем, исходя из положений статьи 2 Закона о банкротстве, наличие задолженности перед отдельными кредиторами о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества не свидетельствует.

Также апелляционная коллегия отмечает, что применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В пункте 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023, разъяснено, что по смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, предоставивших финансирование лицу, являющемуся в действительности неплатежеспособным.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Однако, помимо кредитора-заявителя в реестр требований кредиторов также включены требования уполномоченного органа в виде задолженности по оплате налогов и страховых взносов за 1 квартал 2019 года и 9 месяцев 2019 года.

Таким образом, требования уполномоченного органа возникли до указываемой управляющим даты, в которую руководитель должника должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

Требования иных кредиторов в реестр требований кредиторов должника не включены.

Доказательств наличия у должника обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника, временный управляющий в материалы дела не представил. Наличие текущих обязательств не подлежит учету при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве не имеется, в связи в отсутствием соответствующих обязательств.

Временным управляющим также заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника руководителя должника в связи с непередачей ему руководителем должника копий документов, касающихся хозяйственной деятельности должника.

В силу подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве установлено, что не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу части 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Как следует из части 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете, каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. При этом под фактом хозяйственной жизни понимается сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств.

Вышеуказанные положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно части 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

По смыслу положений подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления N 53, позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 13.10.2017 N 305-ЭС17-9683, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Соответственно, в рамках настоящего спора необходимо проанализировать повлияло ли отсутствие части документов на работу управляющего, повлекло ли это дополнительные расходы, способствовало уменьшению дебиторской задолженности или привело к невозможности оспаривания отдельных сделок должника.

Доказательств того, что у ответчика находится еще какие-либо документы, отражающие экономическую деятельность должника, которые не переданы конкурсному управляющему, заявителем в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Поскольку доказательств, подтверждающих, что невозможность удовлетворения требований кредиторов возникла в результате непередачи временному управляющему копий документов для проведения финансового анализа, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено, оснований для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в названной части также не имеется.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.04.2024 по обособленному спору № А56-38111/2023/со. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


С.М. Кротов

Судьи


Е.А. Герасимова

А.В. Радченко