Постановление от 23 сентября 2025 г. по делу № А56-47661/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-47661/2021
24 сентября 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Радченко А.В., Серебровой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б., при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 11.07.2024), от ТСЖ «8-я Совесткая,54» - представителя ФИО3 (доверенность от

01.04.2025), ФИО4 (паспорт),

от ФИО5 – представителя ФИО6 (доверенность от 19.08.2024),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5 (регистрационный номер 13АП-13199/2025) и ФИО1 (регистрационный номер 13АП-13197/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.04.2025 по делу № А56-47661/2021 (судья Парнюк Н.В.) о завершении процедуры реализации имущества и освобождении от обязательств, принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО4, ходатайства о завершении процедуры и выплате вознаграждения по делу несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

установил:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 15.12.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением арбитражного суда от 03.10.2022 должник признан банкротом, в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Определением арбитражного суда от 14.06.2024 ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением арбитражного суда от 16.07.2024 финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в ходе процедуры банкротства, выплате вознаграждения, представил отчет о результатах процедуры, а также доказательства проведения необходимых мероприятий в ее ходе.

Должник заявил ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве, сославшись на погашение реестра требований кредиторов.

Кредитор ТСЖ «8-я Советская, 54» (далее – ТСЖ) заявило ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, а кредитор ФИО5 против прекращения производства по делу о банкротстве возражал.

Определением арбитражного суда от 18.04.2025 процедура реализации имущества ФИО1 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина.

Этим же судебным актом финансовым управляющим в деле о банкротстве должника установлено фиксированное и стимулирующее вознаграждение за процедуру реализации имущества, а именно: ФИО4 - в размере 7 483,18 рублей и 1 330 000,07 рублей; ФИО8 - 17 516,82 рублей и 856 652,23 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО5 выражает несогласие с определением от 18.04.2025 в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, просит судебный акт в указанной части отменить и принять иное решение.

ФИО5 настаивает на том, что финансовый управляющий не просил освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств. Обращение ФИО1 в суд с заявлением о банкротстве преследовало недобросовестные цели – с самого начала процедуры у должника отсутствовали реальные признаки неплатежеспособности, а ФИО1 было выгодно любым обманным путем ввести в отношении себя процедуру банкротства с целью прекращения взыскания по исполнительным документам, снятия арестов с имущества должника и иных ограничений распоряжения этим имуществом и затягивания расчетов с кредиторами. Финальный отчет управляющего подтвердил указанные выше обстоятельства: у должника после реализации части имущества и всех расчетов с кредиторами осталось 2,8 млн рублей и дом с земельным участком по стоимости как минимум превышающей в 2-3 раза все заявленные требования кредиторов. Кредитор обращает внимание на требование отца ФИО1 – ФИО9 о включении задолженности по договору займа в сумме более 215 млн рублей, основанное на мнимых договорах займа, которое в итоге оставлено без удовлетворения. Названное требование являлось попыткой получить контроль над процедурой и затянуть ход ее рассмотрения. Податель жалобы указывает на активную процессуальную позицию должника, обжаловавшего все судебные акты в настоящем деле. Должником также были предприняты все возможные попытки по предотвращению реализации принадлежащих ей объектов недвижимости, позиция должника в отношении данных объектов на протяжении рассмотрения дела была противоречивой. ФИО1 намеренно перед подачей

в суд заявления о признании ее несостоятельной (банкротом) сменила адрес своей регистрации из квартиры № 16, расположенной по адресу: <...> на <...> уч. 8. Должник также неоднократно предоставлял в суд в качестве доказательств документы, не соответствующие действительности, таким образом пытаясь ввести суд в заблуждение; оспаривал торги, препятствовал расчетам с кредиторами. ТСЖ обращало внимание суда на то, что ФИО1, получая на протяжении всей процедуры банкротства доход, которая она не включала в конкурсную массу, ни разу не обращалась к управляющему за получением прожиточного минимума, не предпринимала какие-либо попытки трудоустроиться, а также пользовалась и продолжает пользоваться услугами группы дорогостоящих юристов. При этом, должник умышленно признавал на всем протяжении дела долги перед искусственно создаваемыми кредиторами, такими как ее отец – ФИО9, а также ФИО10 Суд первой инстанции не дал оценки данным обстоятельствам.

ФИО1 в апелляционной жалобе не согласна с тем, что суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества. Должник просит отменить определение от 18.04.2025 и принять по делу новый судебный акт о прекращении производства по делу.

По мнению должника, суд первой инстанции незаконно объединил в одно производство вопросы по рассмотрению отчета управляющего, прекращения производства по делу и выплате сумм процентов управляющим, однако в дальнейшем судом в отдельное производство выделен вопрос о выплате сумм процентов и рассмотрен в отдельном судебном заседании, однако как указано выше решение по процентам принято в обжалуемом определении, а решение по вопросу прекращения производства по делу отсутствует.

Должник полагает, что в связи с полным погашением требований кредиторов суд первой инстанции обязан был прекратить производство по делу. Ходатайство должника о прекращении производства судом не рассмотрено. При этом финансовым управляющим не выполнены в полном объеме мероприятия, направленные на обнаружение имущества и формирование конкурсной массы: управляющим не осуществлены действия по возврату в конкурсную массу автомобиля Хендэ Солярис, Фольксваген Транспортер, а также прицепов к легковым автомобилям, не истребовано имущество должника стоимостью 3 млн рублей, необоснованно удерживаемое ООО «Бизнес Клуб «Юнона».

В отзыве ТСЖ поддерживает апелляционную жалобу ФИО5, ссылается на факты сокрытия должником своих доходов.

Финансовый управляющий и ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу должника возражают против ее удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании его участники поддержали позиции, изложенные в своих процессуальных документах.

Законность и обоснованность определения суда от 18.04.2025 в обжалуемой части проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156, части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие извещенных надлежащим образом иных лиц, участвующих деле о банкротстве, с учетом доводов каждого апеллянта в отсутствие возражений по пределам обжалования.

В силу пункта 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) после

завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Как усматривается из отчета финансового управляющего от 27.03.2025, подготовленного по результатам проведения процедуры реализации имущества гражданина, в реестр требований кредиторов гражданина в третью очередь включены требования девяти кредиторов в общем размере 20 043 919,31 рублей, из которых залоговый кредитор с суммой требований 5 499 726,28 рублей; основной долг по требованиям, не обеспеченным залогом – 11 518 465,43 рублей, штрафные санкции – 3 025 727,60 рублей. Сумма начисленных в ходе процедуры мораторных процентов составила 3 542 441,79 рублей. Реестр требований кредиторов закрыт 09.12.2022.

Судом также признаны обоснованными и подлежащими погашению в счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, имущества требования ФИО11 на сумму 339 118,30 рублей, ФИО12 на сумму 120 084,79 рублей, ФИО13 на сумму 1 177 069,86 рублей.

Размер текущей задолженности по всем очередям удовлетворения составил 5 055 376,22 рублей.

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим выявлено имущество, подлежащее реализации (земельный участок в Ленинградской области площадью 1 314 кв.м и сооружение на нем площадью 129,9 кв.м; транспортное средство Киа Оптима 2019 года выпуска; квартира в Санкт-Петербурге (ул. 8-ая Советская, д.54, лит.А, кв.16)). Названные активы проданы на торгах, в результате чего в конкурсную массу поступило 31 237 890 рублей.

За счет сформированной конкурсной массы удалось полностью погасить требования кредиторов (текущая и реестровая задолженность, «зареестровые» требования), а также выплатить мораторные проценты.

Признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено. Сделки должника оспорены финансовым управляющим, в признании их недействительными судом отказано.

Полагая, что все мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы, окончены, а расчеты с кредиторами завершены, финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры банкротства. Впоследствии управляющий также просил установить сумму вознаграждения и процентов по нему, принимая во внимание, что в деле о банкротстве принимали участие несколько арбитражных управляющих.

Должник направил в суд ходатайство о прекращении процедуры банкротства на основании абзаца седьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Из материалов дела следует, что рассмотрение вопросов: о завершении процедуры банкротства, выплате вознаграждений управляющим, а также ходатайство о прекращении производства по делу, - назначены в одном судебном заседании.

Кредиторы (ТСЖ и ФИО11) возражали против освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Проанализировав все вышеизложенное, суд первой инстанции признал наличие оснований для завершения процедуры реализации имущества должника и не усмотрел препятствий к освобождению ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Вопреки доводам ФИО1 суд первой инстанции обоснованно принял решение о совместном рассмотрении вопросов о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества и прекращении производства по делу, а также об установлении размера вознаграждения управляющих.

Требование о завершении процедуры банкротства и требование о ее прекращении носят взаимоисключающий характер, потому их объединение целесообразно. То обстоятельство, что суд первой инстанции провел отдельное судебное заседание по вопросу об установлении размера вознаграждения управляющих, однако не вынес отдельный судебный акт по спору № А56-47661/2021/возн.1, а изложил мотивы принятия решения о распределении вознаграждения и его результат в обжалуемом определении, не создает оснований для отмены определения от 18.04.2025. Права непосредственных участников обособленного спора № А56-47661/2021/возн.1 не нарушены.

Согласно части 3 статьи 270 АПК РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

В обжалуемом определении изложены мотивы принятия решения во всем заявленным и назначенным к рассмотрению вопросам – о завершении процедуры банкротства, о выплате вознаграждений финансовым управляющим, а также об отсутствии оснований для прекращения производства по делу. Отсутствие в резолютивной части судебного акта отдельного решения по ходатайству ФИО1 о прекращении производства по делу правового значения не имеет. Как было указано выше, прекращение производства и завершение процедуры банкротства носит взаимоисключающий характер, а значит, выбрав одно из них, суд первой инстанции фактически отказал в удовлетворении второго.

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что в данном случае имелись все основания для завершения процедуры реализации имущества: цели процедуры банкротства достигнуты – управляющим в результате проведенных мероприятий сформирована конкурсная масса в объеме, достаточном для полных расчетов по всем обязательствам ФИО1 Доводы должника о том, что управляющий не провел мер по розыску автомобилей и иного движимого имущества, подлежат отклонению.

Вопреки ошибочному мнению ФИО1 целью процедуры банкротства является исключительно удовлетворение требований кредиторов в полном объеме. Как только такая цель достигнута (обнаружено имущество, достаточное для полного расчета), оснований для проведения каких-либо иных мероприятий по наполнению конкурсной массы (оспаривание сделок, розыск и возврат имущества) не имеется. В противном случае процедура банкротства трансформируется в процедуру

взыскания дебиторской задолженности в интересах должника (наполнение/увеличение личных активов должника, которые не могут быть направлены на расчеты с кредиторами в отсутствие необходимости проведения таких расчетов - требования кредиторов уже обеспечены достаточным объемом сформированной конкурной массы). В такой ситуации должник фактически получает возможность использовать финансового управляющего как личного менеджера и (или) юриста, который представляет его интересы в имущественных отношениях с третьими лицами, а равно необоснованно пользуется инструментами, предоставленными финансовому управляющему Законом о банкротстве. Подобная ситуация недопустима.

Как верно утверждают кредиторы и финансовый управляющий, прекращение процедуры банкротства на основании, предусмотренном абзацем седьмым пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, подразумевает ситуацию, когда погашение произведено добровольно должником или третьими лицами, выразившими такое намерение (статьи 113, 125 Закона о банкротстве).

С учетом пункта 1 и абзаца второго пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве после признания должника банкротом все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, а все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Таким образом, то обстоятельство, что в данном деле управляющий сформировал конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов по всем очередям удовлетворения, и произвел полный расчет по обязательствам ФИО1, не создает оснований для прекращения производства по делу, а лишь свидетельствует о качественно выполненной работе управляющего и достаточности обнаруженных активов должника.

Следует обратить внимание и на то, что процедура банкротства инициирована самой ФИО1, которая должна была осознавать перспективы ее окончания и правовые последствия своих действий. Суд апелляционной инстанции исходит из того, что добросовестный интерес должника, обращающегося в суд с заявлением о своем банкротстве, заключается именно в том, чтобы сложить с себя непосильные долговые обязательства, удовлетворив при этом требования кредиторов в максимально возможном размере и на основании принципов соразмерности и пропорциональности.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1 суд апелляционной инстанции не усматривает.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство

установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

Приведенных выше обстоятельств, препятствующих освобождению должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, по доводам апелляционной жалобы ФИО5 и возражениям ТСЖ судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что в данном деле за четырехлетний период его рассмотрения, все заявленные требования кредиторов погашены в полном объеме. Единственным законным интересом кредиторов является получение полного удовлетворения требований. Процедура банкротства гражданина носит социально-реабилитационный, а не карательный характер, потому оснований для неприменения общего правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, которых на данном этапе рассмотрения дела фактически не имеется (все погашены), суд апелляционной инстанции не усматривает.

ФИО5 и ТСЖ не объяснили, каким образом освобождение должника от дальнейшего исполнения обязательств, не заявленных в процедурах банкротства ФИО1, нарушает их права и законные интересы.

Приведенные ФИО5 факты сводятся к тому, что должник занимал активную процессуальную позицию в данном деле, возражал против продажи имущества, обжаловал действия управляющих и т.д., тем самым затягивая расчеты с кредиторами. Несмотря на то, что подобное поведение действительно повлекло увеличение срока процедуры банкротства, защита собственных интересов в деле не может быть признана злоупотреблением правом. В материалах дела отсутствуют достаточные доказательства тому, что единственной целью ФИО1 при обращении в суд с заявлением о банкротстве являлось получение рассрочки по исполнению обязательств и освобождение имущества из-под арестов. Кредиторы получили возмещение имущественных потерь за счет выплаты мораторных процентов, а также удовлетворение своих требований силами финансового управляющего. При этом судебные акты о введении процедуры реструктуризации,

реализации имущества по мотиву отсутствия у должника признаков неплатежеспособности обжалованы/ отменены не были.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

С учетом того, что судебный акт пересматривался только в части выводов о завершении процедуры банкротства и освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств (возражения по вопросу установлении размера вознаграждения финансовым управляющим не заявлены), суд апелляционной инстанции полагает возможным по собственной инициативе в порядке статьи 179 АПК РФ исправить опечатку, допущенную в резолютивной части постановления, объявленной в судебном заседании 10.09.2025, указав в абзаце первом, что определение оставлено без изменения в обжалуемой части.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 пунктом 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.04.2025 по делу № А56-47661/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова

Судьи А.В. Радченко

А.Ю. Сереброва