Постановление от 29 мая 2023 г. по делу № А60-24454/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15424/2020(24,25)-АК

Дело № А60-24454/2019
29 мая 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 мая 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Даниловой И.П.,

судей Гладких Е.О., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 07.03.2017;

от ООО «Пулито»: ФИО4, паспорт, доверенность от 24.01.2023;

от ФИО5: ФИО6, паспорт, доверенность от 28.05.2018;

иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично.

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО7 и должника ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 24 марта 2023 года

о признании недействительными соглашений от 01.06.2016 на содержание супруги и несовершеннолетних детей,

вынесенное в рамках дела № А60-24454/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2, третье лицо: Отдел опеки и попечительства Управления социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области по Ленинскому району г. Екатеринбурга,



установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2019 заявление закрытого акционерного общества «Новоорловский ГОК» (далее – ЗАО «Новоорловский ГОК») о признании ФИО2 (далее – ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом), которое ранее было принято судом в качестве заявления о вступлении в дело, признано обоснованным; в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО8.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2020 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина; финансовым управляющим утверждена ФИО8

24.01.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО8 о признании сделок недействительными, в котором управляющий просил признать недействительными:

- соглашение от 01.06.2016, заключенное между ФИО2 и ФИО5 об уплате ФИО5 денежных средств на ежемесячное содержание в размере 50 000 руб;

- соглашение от 01.06.2016, заключенное между ФИО2 (далее – ФИО2) и его несовершеннолетними детьми ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО9 (далее – ФИО9) в лице их законного представителя ФИО5 (далее – ФИО5) об уплате алиментов ежемесячно в размере 75 000 руб. на содержание каждого несовершеннолетнего ребенка.

17.03.2022 от ФИО5 поступило ходатайство о привлечении к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора Отдел опеки и попечительства Управления социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области по Ленинскому району г. Екатеринбурга. Ходатайство удовлетворено.

08.02.2023 от финансового управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором в качестве последствий недействительности сделок просит взыскать с ФИО5 в конкурсную массу 13 647 641 руб. Уточнение судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2023 года (резолютивная часть оглашена 16.03.2023) заявление финансового управляющего удовлетворено частично. Соглашение от 01.06.2016, заключенное между ФИО2 и ФИО5, по уплате ФИО5 денежных средств на ежемесячное содержание в размере 50 000 руб., признано недействительным. Соглашение по уплате алиментов от 01.06.2016, заключенное между ФИО2 и его несовершеннолетними детьми ФИО9, ФИО9 в лице их законного представителя ФИО5 признано недействительным, в части установления размера алиментного содержания превышающего 30000 руб. на каждого ребенка должника. В остальной части в удовлетворении требований отказано. Применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО5 в пользу конкурсной массы ФИО2 6 782 823 руб. Взыскано с ФИО5 в федеральный бюджет 12000 руб. госпошлины.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий должника и должник ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ссылается на то, что отказывая в применении последствий недействительности нотариального соглашения от 01.06.2016 номер в реестре № 1-1679 на содержание ФИО5 в сумму 50 000 руб. в месяц, суд не учел факты отсутствия у ФИО5 собственного дохода, соразмерного ее тратам, использования денежных средств, незаконно выведенных из конкурсной массы, установленные в споре о признании долгов супругов общими; фактически внесение наличными денежными средствами на свой счет денежных средств в отсутствие собственного дохода и расходование в спорный период ФИО5 более 15 млн. рублей, подтвержденное банковскими выписками. Отмечает, что размер денежных средств на счетах, картах и во вкладах ФИО5, в том числе внесенных на счета в Альба-банке, Сбербанке, Газпромбанке, а также денежных средств, внесенных в кассу ООО «Компания Авто Плюс» за покупку автомобиля, существенно превышает задекларированный доход ФИО5, а также признанную ей сумму алиментов на детей (15 481 193 руб. против 844 940 руб., и 11 582 823 руб.), бремя доказывания иного помимо алиментов, источника получения оставшихся денег (около 4 млн. рублей), возложено на ФИО5 Однако, на протяжении рассмотрения спора ФИО5 не представлено доказательств иного источника происхождения у нее наличных денежных средств в выше указанных размерах. Вывод суда первой инстанции, что денежные средства на покупку автомобиля не связаны с алиментным соглашением, внесение денежных средств через банкоматы не коррелирует с ежемесячными платежами по соглашению, последние не вносились во исполнение алиментных обязательств, в предмет доказывания не входит, источник происхождения денежных средств у ответчика, а отсутствие в материалах дела прямых доказательств принадлежности денежных средств должнику толкуется в пользу заинтересованного лица с правами ответчика, противоречат стандарту доказывания, доказательствам по делу. Вопреки выводам суда, несмотря на отсутствие назначения платежа в прямых переводах на карту от ФИО2 ФИО5 (выписка по счету ФИО2 40817810609980007663, открытому в АО «Альфа-Банк»), подтверждаются систематические переводы в суммах, являющихся предметом именно соглашения о содержании ФИО5 (50 000 рублей в месяц), в т.ч. 14.09.2016 №1396 на сумму 50 000 рублей, 22.09.2016 №2559 на сумму 50 000 руб., 06.11.2016 №665 на сумму 50 000 руб., 17.12.2016 № 315 на сумму 50 000 руб., 27.12.2016 №11976 на сумму 50 000 руб., 21.03.2017 № 10521 на сумму 50 000 рублей, 30.05.2017 №55869 на сумму 50 000 руб. Суд первой инстанции, руководствуясь ошибочным распределением бремени доказывания на заявителя, оставил за ответчиком выявленные на банковских счетах и потраченные наличные денежные средства (988 100 + 355 400 + 3 510 370 + 1 674 500) - всего 6 528 370 руб., что значительно превышает общую сумму по условиям соглашения на содержание ФИО5 от 01.06.2016 (4 000 000 руб.). Считает, что источник происхождения у ФИО5 денежных средств в объеме, значительно превышающем ее доход, является существенным обстоятельством по делу. При наличии выводов судов о ее согласованном участии в выводе денежных средств из конкурсной массы ФИО2, сохранении экономических интересов супругов, доказательств неординарных расходов при отсутствии трудоустройства и собственного дохода, отсутствии договоров дарения денежных средств иными лицами, презюмируются, что 4 000 000 руб. получена ФИО5 из средств, выведенных ФИО2 как из конкурсной массы подконтрольного ему общества, так и своей собственной конкурсной массы в предверии банкротства. При установлении алиментов на детей в сумме 60 000 руб. в месяц при намеренном сокрытии Б-ными от финансового управляющего денег от продажи всего имущества в преддверии банкротства (более 95 млн. руб.) и дебиторской задолженности ООО «ВМЗ «Северный Ниобий» (более 22 млн. рублей), судом фактически легализовано расходование под видом алиментов сокрытого имущества должника и неправомерные действия в банкротстве. Судом проигнорировано полное отсутствие у должника дохода в период исполнения соглашений с 2018 года и по настоящее время, не установлено, из каких средств ФИО2 должен выплачивать алименты на детей 60 000 руб. в месяц до окончания расчетов с кредиторами, т.е. предопределено необоснованное наращивание текущей задолженности в банкротстве или дальнейший нелегальный вывод сокрытых средств из конкурсной массы. Судом установлена реализация ФИО2 в 2016 году квартиры площадью 202 8 кв м по адресу: <...> за 25 000 000 руб., жилого дома с земельным участком по адресу: <...> за 40000000,00 рублей, парковочных мест по адресу: <...> за 4150000 руб., нежилого помещения в <...> за 26 512 000 руб. Таким образом фактически судом в рамках данного спора легализованы действия должника по сокрытию от кредиторов полученных в 2016 году денежных средств и реализован зачет этих средств в счет уплаты должником алиментов будущих периодов при отсутствии у обоих супругов официального дохода более 5 лет подряд. Кроме того, при расчетах выявленных наличных денежных средств на счетах ФИО5 судом не учтены перечисления от иных лиц, перечисления между счетами самой ФИО5, а также суммы, поступившие в 2018 и 2020 по сделкам купли-продажи прежнего автомобиля и двух квартир, принадлежавших ей единолично, ввиду чего двойной учет внесенных наличных денег, в то числе учет личных средств ФИО5 исключен.

В апелляционной жалобе должник просит определение Арбитражного суда Свердловской области 31 января 2022 года по делу №А60-24454/2019 в части признания недействительным соглашения об уплате алиментов от 01.06.2016, заключенного между ФИО2, и его несовершеннолетними детьми ФИО9, ФИО9 в лице их законного представителя ФИО5, а также в части применения последствий недействительности данной сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу конкурсной массы должника 6 782 823 руб. отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего. Указывает на то, что ФИО5 представлен в материалы дела расчет расходов и документы, которые подтверждают затраты на двух несовершеннолетних детей в сумме 161 558 руб. в месяц. Какие-либо возражения по расчету и представленным документам, финансовым управляющим не заявлены. Позиция о том, какие конкретно траты ФИО5 на содержание детей являются чрезмерными финансовым управляющим также не представлена. Доказательства того, что размер алиментов явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумных потребностей ребенка финансовым управляющим не представлены, данное утверждение является голословным. Таким образом, установленная должником с бывшей супругой в соглашении об уплате алиментов сумма, исходит из реальных ежемесячных расходов на детей. Размер алиментов в ежемесячной сумме в 75 000 руб. является нормально необходимым, с учетом уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка. При наличии доказательств реальности несения расходов на содержание детей в указанной сумме, сумма алиментов не может считаться искусственной, направленной на увеличение кредиторской задолженности ФИО2, при этом наличие у должника алиментных обязательств перед своими несовершеннолетними детьми не может свидетельствовать о причинении вреда имущественным правам его кредиторов. По мнению должника, суд первой инстанции необоснованно квалифицировал это соглашение в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника. Также должник полагает, что выплаченные суммы не могут быть взысканы с ФИО5 в силу положений статьи 116 Семейного кодекса Российской Федерации.

Письменные отзывы от лиц, участвующих в деле не поступили в материалы дела.

Представитель ООО «Пулито» доводы апелляционной жалобы финансового управляющего поддерживает в полном объеме, возражает против доводов апелляционной жалобы должника.

Представитель ФИО2 против доводов апелляционной жалобы финансового управляющего возражает. Доводы апелляционной жалобы должника поддерживает в полном объеме.

Представитель ФИО5 против доводов апелляционной жалобы финансового управляющего возражает. Доводы апелляционной жалобы должника поддерживает в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО2 и ФИО5 состояли в зарегистрированном браке (свидетельство о заключении брака серии I-АИ №***, выдано 11 июля 2008 года Отделом записи актов гражданского состояния Октябрьского района города Екатеринбурга Свердловской области).

03 августа 2016 ФИО2 и ФИО5 расторгли брак (свидетельство о расторжении брака II-АИ №***, выдано 15 августа 2016 года Отделом записи актов гражданского состояния Октябрьского района города Екатеринбурга Свердловской области).

01.06.2016 между ФИО2 и ФИО5 заключено соглашение, которое удостоверено ФИО10, временно исполняющей обязанности нотариуса города Екатеринбурга ФИО11, и зарегистрировано в реестре №1-1679.

Согласно пункту 2 соглашения от 01.06.2016 ФИО2 и ФИО5 установили, что в случае расторжения брака, а также в период раздельного проживания до расторжения брака, ФИО2 обязуется уплачивать ФИО5 денежные средства на содержание в размере 50000 рублей, указанная денежная сумма подлежит индексации с учетом инфляции.

01.06.2016 ФИО2 и ФИО5, действующая за своих несовершеннолетних детей ФИО9 и ФИО9, заключили соглашение об уплате алиментов, которое удостоверено ФИО10, временно исполняющей обязанности нотариуса города Екатеринбурга ФИО11, и зарегистрировано в реестре №1-1680.

По соглашению об уплате алиментов от 01.06.2016 ФИО2 обязался уплачивать алименты в размере 75000 руб. на содержание своего несовершеннолетнего сына ФИО9, и 75000 руб. на содержание своего несовершеннолетнего сына ФИО9, указанные денежные суммы подлежат индексации с учетом инфляции.

Полагая, что оспариваемые соглашения являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые сделки совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд усмотрел пороки сделок, выходящих за пределы специальных оснований оспариваемой сделки, в связи с чем счел подлежащими применению положения статей 10 и 168,170 ГК РФ.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) вынесенного судом первой инстанции судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) содержатся разъяснения, в которых указано, что в деле о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, оспариваемые сделки заключены более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

В связи с этим суд первой инстанции, разрешая заявленный спор, правильно исходил из того, что поскольку оспариваемая сделка, совершенна за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, поскольку спорные соглашения заключены 01.06.2016, а настоящее дело о банкротстве возбуждено 21.06.2019, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

В отношении соглашения от 01.06.2016, заключенного между ФИО2 и ФИО5 судом первой инстанции установлено следующее.

Как указано ранее, должник состоял в браке с ФИО5 в период с 11.07.2008 по 30.08.2016.

Согласно пункту 2 Соглашения, стороны установили, что в случае расторжения брака, а также в период раздельного проживания до расторжения брака, ФИО2 обязуется уплачивать ФИО5 денежные средства на содержание в размере 50 000 руб., указанная денежная сумма подлежит индексации с учетом инфляции.

Согласно пункту 3 Соглашения, платежи будут производиться до момента вступления ФИО5 в новый брак и регистрации его в установленном порядке.

В силу пункта 1 статьи 90 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), право требовать предоставления алиментов в судебном порядке от бывшего супруга, обладающего необходимыми для этого средствами, имеют:

бывшая жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка;

нуждающийся бывший супруг, осуществляющий уход за общим ребенком-инвалидом до достижения ребенком возраста восемнадцати лет или за общим ребенком - инвалидом с детства I группы;

нетрудоспособный нуждающийся бывший супруг, ставший нетрудоспособным до расторжения брака или в течение года с момента расторжения брака;

нуждающийся бывший супруг, достигший пенсионного возраста не позднее чем через пять лет с момента расторжения брака, если супруги состояли в браке длительное время.

В материалы дела ФИО5 не представлено доказательств, подтверждающих наличие у нее предусмотренного законом права на получение алиментов от бывшего супруга должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В данных правоотношениях сторонами сделки не могут быть незаинтересованные по отношению к должнику лица в силу прямого указания закона.

Судом установлено, что с момента создания ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» и до 22.10.2015 ФИО2 являлся его руководителем и единственным участником общества.

Решением арбитражного суда от 31.08.2016 ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2018 в рамках дела № А60-2973/2016, заявление конкурсного управляющего ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего учредителя и руководителя ФИО2 признано обоснованным. Суд взыскал с ФИО2 32 226 635,98 руб. в пользу ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий».

В рамках рассмотрения указанного заявления вступившим в законную силу судебным актом установлено, что ФИО2 систематически и неоднократно предпринимались меры по личному уклонению от погашения субсидиарной ответственности по долгам УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» и выводу имущества компании.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что действия ФИО2 привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства должника. При этом судом учтено совершение ФИО2 сделок, в последующем признанных недействительными, в результате совершения которых должнику и его кредиторам был причинен вред.

Кризисная ситуация (как в имущественной сфере подконтрольного должнику общества, так и должника в частности), как правило, возникает не одномоментно, а нарастает до момента появления признаков объективного банкротства.

В рамках дела № А60-2973/2016 судом установлено, что в 2015 году ФИО2, как руководителем ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» совершались сделки с аффилированными лицами, впоследствии признанные судом недействительными, что послужило основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов.

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемое в настоящем обособленном споре соглашение заключено 01.06.2016, то есть уже после возбуждения дела о банкротстве подконтрольного должнику ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий», соответственно на момент заключения соглашения должник не мог не знать о наличии у подконтрольного ему общества признаков неплатежеспособности.

В результате заключения оспариваемого соглашения должник принял на себя обязательство ежемесячно осуществлять перечисление денежных средств в размере 50 000 руб. в пользу своей бывшей супруги.

ФИО5 факт своей трудоспособности не отрицала; ни должником, ни ответчиком не представлено обоснования того, исходя из каких оснований у должника возникла обязанность по содержанию бывшей супруги.

Учитывая данные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что, заключая соглашение о содержании своей бывшей супруги, должник преследовал цель вывода денежных средств из своей собственности на случай его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» с целью недопущения передачи денежных средств кредиторам ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий».

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ субсидиарной является ответственность лица дополнительно к ответственности основного должника.

В силу данной нормы основания привлечения к субсидиарной ответственности устанавливаются законом, иными нормативными актами или условиями обязательства.

Субсидиарная ответственность возникает в момент наступления обстоятельств, с которыми Закон о банкротстве связывает возможность привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Из изложенного следует, что на момент заключения соглашения от 01.06.2016 ФИО2 уже имел обязательства в размере 32 млн. руб. по долгам подконтрольного общества.

Учитывая осведомлённость ФИО2 о неудовлетворительном экономическом состоянии ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий», совершение сделки между близкими родственниками, а именно: между должником и его супругой, фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что как должник, так и ФИО5 не могли не осознавать противоправной цели совершаемой сделки, направленной на вывод ликвидных активов из собственности должника с целью невозможности обращения на него взыскания.

Из указанного следует, что действия сторон спорной сделки были непосредственно направлены на вывод из владения должника денежных средств, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

Соответственно, суд первой инстанции верно признал, что заключение соглашения о содержании должником своей бывшей супруги преследовало цель вывести из собственности должника денежные средства с целью сокрытия данного имущества для избежания обращения на него взыскания в счет неисполненных обязанностей.

Таким образом, поскольку оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом, направлена на отчуждение принадлежащего ФИО2 имущества, заключена после возбуждения дела о банкротстве подконтрольного должнику общества, с учетом последующего привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам данного общества, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что действия должника и ответчика были направлены на уменьшение активов должника, совершенные со злоупотреблением правом, в связи с чем, в данном случае имеются все основания для признания ее недействительной применительно к положениям статьи 168 ГК РФ, как несоответствующей требованиям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, что согласуется с пунктом 9 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Выводы суда первой инстанции в данной части апеллянтами не обжалуются.

В отношении соглашения об уплате алиментов от 01.06.2016, заключенного между ФИО2 и его несовершеннолетними детьми ФИО9, ФИО9 в лице их законного представителя ФИО5 судом первой инстанции установлено следующее.

Согласно пункту 1 Соглашения, стороны установили, что ФИО2 обязался уплачивать алименты в размере 75 000 руб. на содержание своего несовершеннолетнего сына ФИО9, и 75 000 руб. на содержание своего несовершеннолетнего сына ФИО9, указанные денежные суммы подлежат индексации с учетом инфляции.

В данных правоотношениях сторонами сделки не могут быть незаинтересованные по отношению к должнику лица в силу прямого указания закона.

Соглашение об уплате алиментов (размере, условиях и порядке выплаты алиментов) заключается между лицом, обязанным уплачивать алименты, и их получателем (статья 99 СК РФ).

В соответствии со статьей 103 СК РФ размер алиментов, уплачиваемых по соглашению об уплате алиментов, определяется сторонами в этом соглашении. Размер алиментов, устанавливаемый по соглашению об уплате алиментов на несовершеннолетних детей, не может быть ниже размера алиментов, которые они могли бы получить при взыскании алиментов в судебном порядке.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации установлено, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38).

Политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; материнство и детство, семья находятся под защитой государства; мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации (статья 7, часть 3 статьи 19, часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Приведенным положениям Конституции Российской Федерации, обусловливающим необходимость обеспечения на основе общепринятых в социальных государствах стандартов родителям и другим лицам, воспитывающим детей, возможности достойно выполнять соответствующие социальные функции, корреспондируют требования Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), которая исходя из принципа приоритета интересов и благосостояния детей во всех сферах жизни обязывает подписавшие ее государства принимать все законодательные и административные меры к тому, чтобы обеспечить детям необходимые для их благополучия защиту и заботу, принимая во внимание права и обязанности родителей, опекунов и других лиц, несущих за них ответственность по закону (пункт 2 статьи 3 Конвенции).

Для целей поименованной Конвенции ребенком признается лицо, не достигшее 18-летнего возраста, если по закону, применимому к данному ребенку, он не достигает совершеннолетия ранее (статья 1).

В соответствии со статьей 27 ГК РФ ребенок приобретает полную дееспособность ранее 18 при вступлении в брак и эмансипации.

Согласно статье 54 Семейного кодекса Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия).

Родители являются законными представителями ребенка (пункт 1 статьи 64 СК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию.

Семейный кодекс Российской Федерации закрепляет право ребенка на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60) и корреспондирующую этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80).

В соответствии с пунктом 1 статьи 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Реализация родительских прав, связанных с воспитанием и развитием детей, предполагает решение родителями вопросов, в том числе и по материальному обеспечению детей.

Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 данного Кодекса.

Таким образом, оплата алиментов на ребенка является формой его содержания.

Соглашение об уплате алиментов заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение установленной законом формы соглашения об уплате алиментов влечет за собой последствия, предусмотренные пункт 1 статьи 165 ГК РФ. Нотариально удостоверенное соглашение об уплате алиментов имеет силу исполнительного листа (статья 100 СК РФ).

Установленная законом форма соглашения об уплате алиментов в рассматриваемом случае сторонами соблюдена.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 СК РФ ребенок имеет право на получение содержания от своих родителей и других членов семьи в порядке и в размерах, которые установлены разделом V Кодекса.

Суммы, причитающиеся ребенку в качестве алиментов, пенсий, пособий, поступают в распоряжение родителей (лиц, их заменяющих) и расходуются ими на содержание, воспитание и образование ребенка (пункт 2 статьи 60 СК РФ).

Целью взыскиваемых на содержание детей алиментов является обеспечение защиты имущественных интересов ребенка. Взыскиваемые алименты должны быть достаточными для удовлетворения привычных потребностей ребенка.

При этом за ребенком, которому причитаются выплаты сумм в качестве алиментов, пенсий, пособий, признается право собственности на эти суммы, а родители либо лица, их заменяющие, являются распорядителями таких денежных средств, расходование которых определено законом исключительно на содержание, воспитание и образование ребенка.

Таким образом, законом предусмотрены определенные меры по соблюдению интересов детей, в частности имущественных прав ребенка.

Финансовый управляющий и поддерживающий его позицию кредитор ООО «Пулито» полагают, что размер алиментов на содержание детей должника установлен в явно завышенном размере с учетом установленного дохода должника.

Так, согласно ответу УФНС по Свердловской области от 14.11.2022 года:

- в 2016 году ФИО2 получены следующие суммы дохода: ООО ТД ВМЗ Северный Ниобий – 1 380 000 р., Декларация по УСН – 765 157 р. Всего 2 145 157 р.,

- в 2017 году ФИО2 получены следующие суммы дохода: ООО ТД ВМЗ Северный Ниобий – 705 808 р. Декларация по УСН – 3 570 151 р. Всего 4 275 959 р.,

- в 2018-2023 гг. доход отсутствует.

Финансовым управляющим (с учетом последнего уточнения требований от 08.02.2023) произведен расчет суммы на содержание несовершеннолетних детей должника, исходя из величины прожиточного минимума: за период с июня 2016 года по январь 2023 года алименты составляют 916776 рублей, на двоих детей - 1 833 552 (916776 * 2) руб.

Соответственно финансовый управляющий полагает, что соглашение об уплате алиментов на несовершеннолетних детей является недействительным в части, превышающей размер прожиточного минимума.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405 (1,2), недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

Суд первой инстанции верно учел правовую позицию, содержащуюся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.08.2018 по делу № 305-ЭС18-1570, А40-184304/2015, согласно которой в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (Постановление Конституционного Суда РФ от 14.05.2012 № 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (ст. 81 СК РФ).

Особенность настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Действующее семейное законодательство Российской Федерации не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии признаков неплатежеспособности, наличия кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость заключения соглашения от указанных обстоятельств.

В данном случае установление размера выплат по алиментам из расчета величины прожиточного минимума для несовершеннолетних детей, не может в полной мере обеспечивать поддержание достойного уровня жизни детей.

Определяя размер выплат по алиментам, обеспечивающий необходимый баланс между интересами несовершеннолетнего и кредиторов, суд первой инстанции правомерно руководствуется следующим.

В случае, если сумма алиментов явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании, то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ).

Согласно нормам статьи 81 СК РФ минимальный размер алиментов при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Как указано ранее, согласно ответу УФНС по Свердловской области от 14.11.2022 года:

- в 2016 году ФИО2 получены следующие суммы дохода: ООО ТД ВМЗ Северный Ниобий – 1 380 000 р., Декларация по УСН – 765 157 р. Всего 2 145 157 руб., т.е. 178 763 руб. 08 коп. в месяц.

В случае взыскания алиментов в судебном порядке на дату заключения соглашения от 01.06.2016, суд исходил бы из официально подтвержденного дохода должника - 178 763 руб. 08 коп. в месяц, установив размер алиментов в размере ? 60 000 руб. на двоих детей (1/3 официального заработка).

Доводы должника о том, что судом первой инстанции неверно взят период заработной платы для начисления алиментов, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку суд устанавливал их размер за прошедшее время, учитывая необходимый уровень содержания детей.

Кроме того, с момента создания ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» и до 22.10.2015 ФИО2 являлся его руководителем и единственным участником общества.

При этом, судом верно отклонен довод финансового управляющего и кредитора ООО «Пулито» о том, что после 2018 года должник не имел официального источника дохода, соответственно размер алиментов подлежал бы установлению, исходя из размера прожиточного минимума, на основании следующего.

Определяя финансовое положение должника, являющегося учредителем и руководителем действующего предприятия, суд не может руководствоваться только справками НДФЛ.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.02.2023 № 305-ЭС22-10847 содержится позиция, что при рассмотрении данной категории дел подлежит применению статья 83 СК РФ, согласно которой в том случае, если родитель имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) доход, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой сумме.

Подпадание дохода должника под указанные признаки усматривается в настоящем деле, исходя из следующего.

Из материалов обособленных споров об оспаривании сделок должника в рамках настоящего дела следует, что между ФИО2 (продавец) и ФИО12 (покупатель) заключен договор купли-продажи мест в подземном паркинге от 16.08.2016, согласно которому продавец передает в собственность покупателя, а покупатель покупает недвижимое имущество (далее – места в подземном паркинге) по адресу: Свердловская обл., г. Екатеринбург, Ленинский район, ул. Шейнкмана, д. 119, а именно парковочное место №135 (Ле-8951) и №136 (Ле-8952), площадью 16,2 кв.м. и 16,7 кв.м. соответственно, условные номера 66-66-01/310/2011-301 и 66 66 01/310/2011-300.

Согласно пункту 2 договора цена двух мест в подземном паркинге составляет 4150000 руб. Цена договора уплачивается покупателем в течение пяти рабочих дней с даты подписания настоящего договора.

Определением от 05.11.2020 г. по делу №А60-24454/2019 суд отказал в признании данной сделки недействительной, установлен факт произведения в пользу должника оплаты по договору.

02.06.2016 между ФИО2 (продавец) и ФИО13 (покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома (кад. номер 66:25:2901022:576) и земельных участков (кад. номера 66:25:2901022:37, 66:25:2901022:36, 66:25:2901022:190, 66:25:2901022:191, 66:25:2901022:203, 66:25:2901022:204).

В соответствии с пунктом 2 договора отчуждаемое имущество продано за 40 000 000,00 рублей, уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора. 02.06.2016 между ФИО13 и ФИО2 заключено соглашение о зачете, согласно которому стороны пришли к соглашению зачесть сумму задолженности по договору займа от 08.08.2012 в размере 10 000 000,00 руб., а также процентов за пользование займом по ставке 20% годовых за период с 08.08.2012 по 02.06.2016 в размере 7 600 000,00 рублей в счет частичной оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества в <...>.

Определением от 04.12.2020 г. по делу №А60-24454/2019 суд отказал в признании данной сделки недействительной, установлен факт произведения в пользу должника оплаты по договору.

Также у должника имелась дебиторская задолженность - требование к ООО ВМЗ «Северный ниобий» с наступившим сроком исполнения в размере 22 307 428,44 рублей (часть данной дебиторской задолженности и была в последующем направлена на исполнение алиментных обязательств). При этом, заключая соглашение должник точно знал о том, что его требование к ООО ВМЗ «Северный ниобий» реально ко взысканию/исполнению, поскольку являлся контролирующим его лицом - единственным участником. Наличие у должника указанной дебиторской задолженности подтверждается вступившим в законную силу решением Каслинского городского суда Челябинской области от 23.06.2022 по делу №2-172/2022 по иску финансового управляющего должника к ООО ВМЗ «Северный ниобий».

Помимо этого, в мае 2016 года должником была продана за 25 000 000 рублей принадлежащая ему на праве единоличной собственности квартира площадью 202,8 кв.м. по адресу: <...>, кв.*** (из этой суммы 8 000 000 рублей ушло на погашение ипотеки, а 17 000 000 рублей было получено должником).

Исходя из открытых данных Федеральной служба государственной статистики (Росстат), размер денежного вознаграждения лиц, работающих на условиях договора гражданско-правового характера с организацией (по данным выборочного наблюдения доходов населения и участия в социальных программах), размер вознаграждения группы «руководители», начиная с 2016 года составлял от 65 000 руб., с учетом прироста в 2020 году размер вознаграждения составлял 73 000 руб.

С учетом получения должником встречного предоставления по указанным сделкам, учитывая средние данные о зарплате руководителей, несмотря на отсутствие у должника официального источника дохода, признать полное его отсутствие нельзя.

Таким образом, исходя из установленных судом размеров дохода должника, а также необходимости обеспечения несовершеннолетним детям должника достойного уровня жизни, суд первой инстанции правомерно признал обоснованным алиментное содержание в размере 30 000 руб. на каждого ребенка в месяц.

Судом верно не принят представленный расчет ФИО5, согласно которому расходы на содержание детей в месяц составляют 161 558 руб., поскольку не следует отожествлять уровень жизни, необходимый для физического и умственного развития ребенка, с привычным уровнем жизни ребенка, требующего материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы и не соответствующего финансовым возможностям родителя (родителей), т.е. за счет кредиторов.

C учетом наличия у должника обязательств в размере 32 млн. руб. по долгам подконтрольного общества установление размера алиментов на содержание детей в общем размере 150 000 руб. в месяц является явно завышенным, превышающим установленные законом нормы, свидетельствует о направленном выведении активов должника с целью избежать обращения на них взыскания по аналогии с соглашением на содержание супруги от 01.026.2016 года.

Поскольку установленный в соглашении размер алиментов на содержание детей явно превышает разумно достаточные потребности ребенка, заинтересованными лицами не доказано наличие исключительных обстоятельств применительно к нормам статьи 86 СК РФ, суд первой инстанции обосновано также пришел к выводу, что действия должника и ответчика (законного представителя несовершеннолетних) в части установления размера алиментного содержания, превышающего 30 000 руб. на каждого ребенка, были направлены на уменьшение активов должника, совершены со злоупотреблением правом, в связи с чем, в данном случае имеются все основания для признания сделки недействительной применительно к положениям статьи 168 ГК РФ, как несоответствующей требованиям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, что согласуется с пунктом 9 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Определяя последствия недействительности оспариваемых соглашений, суд первой инстанции верно исходил из размера фактически выплаченных должником ФИО5 денежных средств за вычетом размера алиментного содержания несовершеннолетних детей, признанного судом обоснованным.

Расчет алиментного содержания детей произведен следующим образом: 80 месяцев (с июня 2016 года по февраль 2023 года) * (30 000 руб. * 2) = 4 800 000 руб.

Финансовый управляющий и кредитор ООО «Пулито» полагают, что фактически в пользу ФИО5 должником были выплачены следующие суммы:

- Согласно выписке по счету ФИО2 40817810609980007663, открытому в Альфабанке, в период с 14.09.2016 по 28.11.2017 гг. ФИО2 в адрес ФИО5 было перечислено 1 660 000 руб.;

- По счету 40817810109860037143 в АО «Альфа Банк» ФИО5 за спорный период произведены операции по внесению наличных денежных средств через банкоматы на общую сумму 988 100 руб.;

- Согласно выписке по счету 40817810809820029239 в АО «Альфа Банк» ФИО5 произведены операции по внесению наличных денежных средств через банкоматы на общую сумму 355 400 руб.;

- Согласно выписке по счетам ФИО5, предоставленной ПАО «Сбербанк» (счета 40817810916541600000, 40817810616544500000, 42307810716480400000, 40817810916543200000, 42304810916541700000, 40817810916546000000), в период с 29.03.2019 г. по 15.02.2022 прошли перечисления от подконтрольного ФИО2 ООО«ВМЗ «Северный ниобий» в общей сумме 7 292 823 рублей на основании заявления ФИО2

- Согласно выписке по счетам ФИО5 (ПАО «Сбербанк», (счета 40817810916541600000, 40817810616544500000, 42307810716480400000, 40817810916543200000, 42304810916541700000, 40817810916546000000) в спорный период имеются многочисленные операции по зачислению на счета и карты ответчика наличных денежных средств через банкоматы на общую сумму 3 510 370 руб.;

Итого, поступления на счета ФИО5 согласно банковским выпискам составляют 1 660 000 руб. + 988 100 руб. + 355 400 руб. + 7 292 823 рублей + 3 510 370 руб. = 13 806 693 руб..

- В рамках обособленного спора ГУ ВМД России по Свердловской области предоставлен ответ от 19.08.2022 о том, что 05.04.2018 года на имя ФИО5 в ООО «Компания Авто Плюс» приобретено транспортное средство ЛЕКСУС ES250 2018 года выпуска за 2 524 500 руб.

Финансовый управляющий также полагает, что транспортное средство приобретено за счет должника, поскольку у ФИО5 официально подтвержденный доход в данный период отсутствовал.

Вместе с тем, согласно пояснениям ФИО5, за период действия алиментного соглашения (с 01.06.2016 по настоящее время), то есть за шесть с половиной лет она получила денежные средства на общую сумму 11 582 823 рублей, из них от должника 4 590 000 руб. и по заявлению от должника 6 992 823 рублей (платеж 2863 от 01.08.2019 на сумму 300 000 руб. совершен ФИО2).

За указанные 6,5 лет ФИО5 снимала со счета в ПАО «Сбербанк» наличные денежные средства на общую сумму 5 452 700 рублей, часть из них была внесена на счета ПАО «Сбербанк» и АО «Альфа-банк» обратно.

В указанный период ФИО5 снимала полученные на счет денежные средства с целью хранения денежных средств в наличной форме либо проведения расчетов в наличной форме (например, оплата по договорам оказания туристических услуг всегда была только наличными деньгами, погашение кредитов в других банках происходило через внесение наличных денежных средств через банкомат) и вносила на свой счет по мере необходимости совершения безналичных расчетов за услуги и товары, необходимые на содержание детей, либо внесения денежных средств на карту другого банка с целью не платить комиссию за перевод, кроме того в указанный период переводила денежные средства с одного своего счета (карты) на другой для контроля отдельных статей расходов.

Суд первой инстанции признал обоснованным контррасчет ответчика, согласно которому фактически в ее пользу было перечислено 11 582 823 руб., лишь путём безналичных переводов со счетов ФИО2, ООО «ВМЗ «Северный ниобий». При этом, безналичное перечисление денежных средств в качестве исполнения алиментных обязательств подтверждается перекрестной проверкой выписок по банковским счетам должника и его бывшей супруги.

В отношении денежных средств, которые вносились на карты ФИО5 наличными денежными средствами не представлено доказательств того, что денежные средства вносились непосредственно должником во исполнение алиментного соглашения; внесение денежных средств через банкоматы не коррелирует с ежемесячными платежами по соглашению; в предмет доказывания по настоящему спору не входит источник происхождения денежных средств у ответчика в целом; убедительных и разумных доказательств того, что денежные средства через банкоматы вносились во исполнение алиментных обязательств, в материалы дела не представлены.

В отношении покупки транспортного средства ЛЕКСУС ES250 2018 года выпуска за 2 524 500 руб. ФИО5 указала, что автомобиль был приобретен за собственные денежные средства и заемные средства ее сестры ФИО6

На оплату автомобиля были использованы в первую очередь денежные средства, полученные за продажу прежнего автомобиля в размере 850 000 рублей, что подтверждается договором купли-продажи от 30.05.2018, а также личные денежные средства, снятые с вклада в ПАО Газпромбанк 02.06.2018 на сумму 771 000 руб., что подтверждается выпиской по вкладу №40817810848020958230 от 04.10.2022 из банка.

Кроме того, на оплату автомобиля использованы денежные средства сестры ФИО5 - ФИО6, что подтверждается договором срочного банковского вклада с ПАО Газпромбанк от 02.12.2017 и расходным кассовым ордером 57533 от 04.08.2018 на сумму 862722 руб..

Платежи по договору купли-продажи от 05.04.2018 происходили в три очереди, 05.04.2018 в сумме 50 000 рублей, 02.06.2018 в сумме 1 770 000 рублей, 04.08.2018 в сумме 704 500 рублей, что подтверждается квитанциями, предоставленными ООО «Компания АВТО ПЛЮС».

Общая сумма дохода ФИО5, отраженная в налоговых декларациях за 2015, 2016, 2017, 2018 годы составляет 844 940 руб..

Денежные средства, взятые у ФИО6, были возвращены ей с продажи квартиры по адресу <...>, что подтверждается выпиской из Сбербанка за 18.12.2018 года по счету 40817810616544562102.

Рассмотрев данный довод, суд первой инстанции правильно отметил, что отсутствуют основания полагать, что денежные средства на покупку автомобиля были связаны с алиментным соглашением.

Отсутствие в материалах дела прямых доказательств принадлежности денежных средств должнику следует толковать в пользу заинтересованного лица с правами ответчика.

На основании изложенного, применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции верно взыскал с ФИО5 в пользу конкурсной массы ФИО2 6 782 823 руб. (фактическая сумма перечислений в пользу ФИО5 11 582 823 руб. – сумма обоснованных алиментных платежей в пользу детей 4 800 000 руб.).

В связи с изложенным, проверив все иные доводы и аргументы заявителей апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции, признает их несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку они не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Довод должника о том, что в рассматриваемом случае выплаченные алименты в пользу несовершеннолетних детей не могут быть взысканы обратно в силу положений статьи 116 СК РФ, является ошибочным в условиях банкротства должника.

В пункте 3 статьи 1109 ГК РФ установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Вместе с тем в настоящем споре установлены недобросовестные действия сторон сделки.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В силу положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 марта 2023 года по делу № А60-24454/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


И.П. Данилова


Судьи


Е.О. Гладких



Т.В. Макаров