Постановление от 28 января 2026 г. ФАС МО (ФАС Московского округа)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

29.01.2026

Дело № А41-66329/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 20.01.2026

Полный текст постановления изготовлен 29.01.2026

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Аталиковой З.А.,

судей Красновой С.В., Лазаревой И.В.,

при участии в заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО1: адвокат Зазвонов Д.К. по доверенности от 05.07.2024

от Администрации муниципального образования «Городской округ Черноголовка»: ФИО2 по доверенности от 11.04.2025

от Комитета лесного хозяйства Московской области: не явился

от индивидуального предпринимателя ФИО3: не явился

от муниципального бюджетного учреждения «Служба благоустройства»: не явился

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение Арбитражного суда Московской области от 24 июня 2025 г. и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18 сентября 2025 г. по делу № А41-66329/2024

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1

к Администрации муниципального образования «Городской округ Черноголовка»

о взыскании убытков в размере 11 577 445,45 руб., морального вреда в размере 3 000 000 руб.

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Комитет лесного хозяйства Московской области, индивидуальный предприниматель ФИО3, муниципальное бюджетное учреждение «Служба благоустройства»,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ИП ФИО1, предприниматель, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к Администрации муниципального образования «Городской округ Черноголовка» (далее - администрация, ответчик) о взыскании материального ущерба в размере 11 577 445,45 руб., вызванного незаконными действиями по демонтажу (сносу) объекта капитального строительства - нежилого здания на металлических сваях размером 11 x 9 м, материал стен - дерево, установлены дверь, окна, оборудованного трубой отопления и спутниковой антенной, подключенного к электроэнергии воздушным способом с использованием СИП (самонесущий изолированный провод) от здания кафе «Очаг», расположенного по адресу: <...>, а также о взыскании морального вреда в размере 3 000 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Комитет лесного хозяйства Московской области (далее – Мособлкомлес), индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3), муниципальное бюджетное учреждение «Служба благоустройства» (далее – МБУ «Служба благоустройства», далее совместно – третьи лица).

Решением Арбитражного суда Московской области от 24 июня 2025 г., оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18 сентября 2025 г., требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить с направлением дела на новое рассмотрение. В обоснование кассационной жалобы истец ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, в частности, о нарушении порядка сноса спорного объекта, полагает, что судами необоснованно не применены либо применено неверно положения статей 15, 16, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 55.32 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Отводов составу суда не поступило.

От МБУ «Служба благоустройства» поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие представителя.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца доводы кассационной жалобы поддержал, представитель ответчика возражал против ее удовлетворения.

Надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания третьи лица в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, явку своих представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, выслушав представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения при рассмотрении спора норм материального права, соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, на лесном участке в квартале 7 выдел 30 Ногинского сельского участкового лесничества Ногинского филиала ГКУ МО «Мособллес», вблизи городского округа (г.о.) Черноголовка, выявлен факт возведения деревянного объекта (одноэтажного деревянного здания) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке для строительства.

Согласно акту выездного обследования территории от 26 января 2023 г., составленному Комиссией по вопросам самовольного строительства на территории муниципального образования «Городской округ Черноголовка» (далее – комиссия), вблизи дома 41А по улице Полевая г. Черноголовка Московской области возведен объект завершенного капитального строительства: нежилое здание. На момент осмотра здание закрыто, хозяйственная деятельность не ведется, подход к зданию расчищен от снега.

Администрацией вынесено постановление о сносе объекта, признанного самовольной постройкой и поскольку в течении установленного срока объект добровольно не демонтирован индивидуальным предпринимателем, был осуществлен демонтаж строения силами привлеченного по государственному контракту подрядчика.

Ссылаясь на причинение убытков, вызванных незаконными действиями по сносу объекта, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском, мотивировав требования тем, что подрядчик в лице ИП ФИО3 4 марта 2024 г. произвел демонтаж строения, принадлежащего истцу; личные вещи, которые находились в момент сноса внутри строения, были вывезены (уничтожены) подрядчиком; временное сооружение, установленное истцом на земельном участке, не являлось объектом капитального строительства, а представляло собой сборно-разборную конструкцию, которую можно перемещать; действия администрации по демонтажу временного строения и уничтожения имущества являются незаконными.

Судами установлено, что ИП ФИО1 был уведомлен о необходимости сначала предоставить данные о полученных в установленном порядке разрешениях на строительство, разрешении на ввод объекта в эксплуатацию и регистрации права собственности на объект, и ввиду отсутствия таких документов решением комиссии от 26 мая 2023, спорный объект признан самовольно возведенным строением, так как создан на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, и разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, а также без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений.

Решение вместе с уведомлением о демонтаже объекта направлены предпринимателю заказным письмом и одновременно на фасадной стене объекта было размещено уведомление с предложением лицу, осуществившему его строительство, в добровольном порядке в срок до 24 июля 2023 г. самостоятельно осуществить демонтаж объекта, освободить его от имеющихся предметов быта (вещей обихода).

Также письмом от 26 декабря 2023 г. № 02-13/3618 администрация уведомила ИП ФИО1 о необходимости в срок до 31 января 2024 г. самостоятельно произвести демонтаж объекта.

27 февраля 2024 г. администрацией вынесено постановление № 169 о сносе объекта.

4 марта 2024 г. в присутствии сотрудников администрации, директора МБУ «Служба благоустройства», заместителя г.о. Черноголовка, заместителя директора МУП «Управление эксплуатации» производилось вскрытие объекта, о чем составлен акт с описью имущества и адресом места ответственного хранения (территория МБУ «Служба благоустройства»: <...> стр. 1); от подписания акта вскрытия ИП ФИО3 отказалась, о чем составлен соответствующий акт.

В рамках заключенного между администрацией (заказчик) и ИП ФИО3 (подрядчик) муниципального контракта от 5 марта 2024 г. № 05/02/24 на выполнение работ по сносу выявленного объекта капитального строительства подрядчиком представлены документы от 7 марта 2024 г.: акт о приемке выполненных работ (форма КС-2), справка о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3), счет на оплату.

14 марта 2024 г. заказчиком составлен акт о выявленных недостатках и направлен мотивированный отказ № 02-13/552, согласно которому условия контракта выполнены не в полном объеме, а именно: не демонтированы сваи с оголовками (в количестве 30 штук), железные столбы (2 штуки), железная балка (1 штука), не произведена планировка территории (ров/канава не засыпаны); вывезенное в ходе проведения работ по сносу имущество, находившиеся внутри объекта, не передано на хранение в МБУ «Служба благоустройства».

В письме от 19 марта 2024 г. подрядчик сообщил о том, что в ходе демонтажа не было выявлено металлических, деревянных частей объекта капитального строительства и хранимого в нем имущества, пригодного для дальнейшей эксплуатации, и поэтому не представилось возможным обеспечить транспортировку и складирование в специально отведенные места.

Заказчиком неоднократно направлялись мотивированные отказы от 26 марта 2024 г., от 3 апреля 2024 г. (с фотографиями), от 8, 15, 25 апреля 2024 г., от 6, 17, 29 мая 2024 г., от 10 июня 2024 г., от 3 июля 2024 г., с уведомлением подрядчика о том, что снос объекта не завершен, имущество не передано на хранение в МБУ «Служба благоустройства».

Обжалованное ИП ФИО3 решение администрации от 1 июля 2024 г. об одностороннем отказе от исполнения контракта решением арбитражного суда от 15 ноября 2024 г. по делу № А41-68531/2024 признано законным, решением антимонопольного органа от 11 сентября 2024 г. подрядчик включен в реестр недобросовестных поставщиков.

Возражая против удовлетворения иска, администрация указывала, что в срок, установленный для ответа и представления документов, от предпринимателя не поступила информация по запросам от 7 февраля 2023 г., от 26 декабря 2023 г.; по истечении установленного уведомлением от 27 мая 2023 г. срока объект добровольно не демонтирован.

Также администрацией указано, что 19 февраля 2024 г. предприниматель обращался с просьбой продлить время для легализации им объекта или сноса - до конца лета 2024 года; ранее (весной 2023 года) истец в своем обращении указывал, что объект будет узаконен или снесен в добровольном порядке самостоятельно. Однако никаких действий не предпринял и документов, свидетельствующих о своих действиях по легализации объекта, не представил.

Администрацией неоднократно предпринимались попытки вручить письма от 7 февраля 2023 г., от 26 декабря 2023 г., решение комиссии № 1, распоряжение от 26 декабря 2023 г. предпринимателю, о чем последний был уведомлен при обращении, также указано на размещение информационных уведомлений о демонтаже с предоставлением времени на добровольный снос.

Кроме того, Администрация ссылалась на отсутствие доказательств, подтверждающих факт принадлежности спорного имущества истцу и его нахождения на момент сноса объекта на земельном участке, в том числе доказательств приобретения у третьих лиц строительных материалов.

При разрешении спора суды руководствовались положениями статей 11, 12, 15, 16, 151, 210, 393, 1064 ГК РФ, учитывали разъяснения, изложенные в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 3 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами № 145, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 31 мая 2011 г., при исследовании и оценке обстоятельств дела и представленных доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании материального ущерба, суды исходили из отсутствия в материалах дела доказательств противоправности действий (бездействия) ответчика, а также наличия прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими неблагоприятными для истца последствиями.

Судами отмечено, что приведенные истцом доводы относительно причинения администрацией ущерба носят предположительный характер, материалами дела не подтверждаются; документального подтверждения наличия у ответчика умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда (отсутствие иных добросовестных целей) в материалах дела не имеется.

При проявлении должной заботливости и осмотрительности собственника имущества ИП ФИО1 знал и должен был знать о предстоящем сносе объекта и мог позаботиться о сохранности своего имущества (при его наличии).

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании морального вреда, суды, отметив, что гражданское законодательство Российской Федерации не предусматривает возможности взыскания компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав, исходили из отсутствия в материалах дела доказательств нарушения ответчиком каких-либо неимущественных прав истца и причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца и действиями ответчика.

Между тем, судами при рассмотрении спора судами первой и апелляционной инстанций неверно определены характер спорных правоотношений и правовая природа оснований заявленного требования, как следствие, не исследованы обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, неправильно применены нормы права.

В настоящем деле, требуя возложения Администрацию гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, предприниматель настаивал на том, что органы публично-правового образования не обеспечили сохранность демонтированного объекта и находившихся в нем на момент демонтажа вещей, не возвратили спорное имущество собственнику, чем причинили ему убытки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием (статья 16 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 и № 7 от 24 марта 2016 г « О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 12 Постановления N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления N 7, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В силу пункта 3.1 статьи 222 ГК РФ решение о сносе самовольной постройки либо решение о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями принимается судом либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 настоящей статьи, органом местного самоуправления поселения, городского округа (муниципального района при условии нахождения самовольной постройки на межселенной территории).

Органы местного самоуправления принимают в порядке, установленном законом решение о сносе самовольной постройки в случае, если самовольная постройка возведена или создана на земельном участке, в отношении которого отсутствуют правоустанавливающие документы и необходимость их наличия установлена в соответствии с законодательством на дату начала строительства такого объекта, либо самовольная постройка возведена или создана на земельном участке, вид разрешенного использования которого не допускает строительства на нем такого объекта и который расположен в границах территории общего пользования (подпункт 1 пункта 4 статьи 222 ГК РФ).

При разрешении спора суды констатировали факт самовольности постройки и наличие у органа местного самоуправления оснований для ее сноса, а также соблюдение процедуры отдельно отмечая этапы извещение собственника о необходимости сноса.

Тогда как, в данном случае предприниматель обосновывает исковые требования некачественным исполнением подрядчиком привлеченным Администрацией обязательств в рамках государственного контракта обязательств, в результате чего было утрачено имущество, которое должно было быть передано на хранение.

Исходя из фактических обстоятельств спора, предприниматель настаивал на том, что спорное строение носило временный характер в подтверждение чего ссылался на заключение эксперта от 16 мая 2024 г. № 24/05-58, при этом не оспаривал факт его размещения на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке для размещения постройки.

Судами первой и апелляционной инстанций в рамках настоящего дела установлен факт наличия на стороне ИП ФИО3 (подрядчик) договорной обязанности по исполнению муниципального контракта от 5 марта 2024 г. № 05/02/24 на выполнение работ по сносу выявленного объекта капитального строительства.

Между тем от оценки доводов Предпринимателя, указывающего на то, что вывезенное в ходе проведения работ по сносу имущество, находившиеся внутри объекта, а также годные к повторному использованию элементы конструкции и строительные материалы, оставшиеся после его демонтажа, не переданы на хранение в МБУ «Служба благоустройства», суды уклонились.

В соответствии с требованиями к выполнению работ, установленными приложением № 5 к контракту подрядчик должен был обеспечить транспортировку и складирование в специально отведенные заказчиком места металлических и деревянных частей объекта и хранимого в нем имущества.

В подтверждение наличия имущества, находящегося внутри спорного объекта на момент его сноса, истец указывал на видеофиксацию данного факта сотрудником подрядной организации с указанием заинтересованных лиц, присутствующих при сносе и описании имущества.

Кроме того, в материалах дела содержится акт вскрытия объекта самовольного строительства от 04 марта 2024 года с обширным перечнем имущества, включающего мебель, личные вещи, бытовую технику.

В письменных пояснениях Администрация ( т. 2 л.д. 103) подтвердила факт составления акта с описью имущества.

В материалы дела представлены письма Администрации в адрес ИП ФИО3, согласно которым, требования контракта выполнены не в полном объеме, в том числе имущество не передано на хранение МБУ «Служба благоустройства».

Решением Арбитражного суда Московской области от 15 ноября 2024 отказано в удовлетворении иска ИП ФИО3 о признании незаконным решения Администрации о расторжении муниципального контракта.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции без исследования данных доказательств, с учетом отсутствия их опровержения со стороны администрацией, не было основания для вывода о недоказанности обстоятельств, связанных с наличием в снесённом строении имущества предпринимателя и ненадлежащим исполнением, привлечённым подрядчиком своих обязанностей.

Предъявляя требования к Администрации, истец указывает на наличие прямой причинно-следственной связи между действиями недобросовестного подрядчика, привлечённого Администрацией и возникновением на стороне истца убытков.

Отклоняя представленное предпринимателем в качестве доказательства заключение № РСЗ-024-24, которым установлена стоимость уничтоженных строительных материалов и затрат на восстановительные работы в сумме 2 518 445,45 руб., суды указали, что оно отражает восстановительную стоимость, однако не приняли во внимание, что в случае уничтожения имущества именно его восстановительная стоимость и является реальным ущербом по смыслу статьи 15 ГК РФ.

Кроме того, истец ссылался на то, что фактически имущество из самовольно размещенного строения вывезено 04 марта 2024 , в то время как муниципальный контракт заключен 05 марта 2024.

Указанные противоречия не получили должной судебной оценки.

В отношении требований истца о взыскании морального вреда суды указали на то, что гражданское законодательство Российской Федерации не предусматривает возможности взыскания компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав.

Согласно части 1 статьи 151 ГК РФ, пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума № 33) гражданин вправе требовать компенсации морального вреда в случае причинения ему физических или нравственных страданий действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага, нарушающими его личные неимущественные права и/или нарушающими его имущественные права.

Если моральный вред причинен действиями или бездействием, нарушающими имущественные права гражданина, он подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2 статьи 1099 ГК РФ).

В указанных случаях при взыскании компенсации морального вреда в судебном порядке компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав (пункт 3 постановления Пленума № 33).

При этом моральный вред компенсируется независимо от возмещения имущественного вреда (пункт 3 статьи 1099 ГК РФ, постановления Пленума № 33).

Поскольку вывод судов о наличии или отсутствии причинения имущественного вреда истцу, в настоящем случае признан необоснованным, сделанным при неполно выясненных обстоятельствах, вывод об отказе в удовлетворении требования о взыскании морального вреда также признается преждевременным.

В силу требований части 4 статьи 15 АПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным, то есть принято при соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Учитывая вышеизложенное, без исследования обозначенных обстоятельств выводы судебных инстанций об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца являются преждевременными.

Таким образом, поскольку обстоятельства, имеющие существенное значение для целей рассмотрения настоящего дела, судами первой и апелляционной инстанции в полном объеме не установлены, при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций не выполнены требования статей 71, 170, 268, 271 АПК РФ, обжалуемые судебные акты подлежат отмене на основании частей 2, 3 статьи 288 АПК РФ, дело следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора, в том числе исследовать доводы истца о некапитальном характере постройки, после чего проверить соблюдение процедуры сноса (демонтажа), предложить истцу конкретировать вменяемые Администрации неправомерные действия, в случае установления факта утраты имущества истца, определить виновное лицо, а также исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, и по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 24 июня 2025 г. и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18 сентября 2025 г. по делу № А41-66329/2024 отменить, указанное дело направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий – судья З.А. Аталикова

Судьи: С.В. Краснова

И.В. Лазарева