Постановление от 25 декабря 2019 г. по делу № А81-1458/2019

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А81-1458/2019
25 декабря 2019 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 декабря 2019 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16177/2019) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24 октября 2019 года по делу № А81-1458/2019 (судья А.В. Джалцанов), вынесенное по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 18 298 829 рублей 10 копеек в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ямалтехноспецстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


при участии в судебном заседании:

от исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО3 - представитель ФИО4 по доверенности от 16.12.2019 сроком действия до 31.12.2019;



установил:

определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.04.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Ямалтехноспецстрой» (далее - ООО «Ямалтехноспецстрой», должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим ООО «Ямалтехноспецстрой» утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, временный управляющий).

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 15.10.2019 ООО «Ямалтехноспецстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).

ФИО2 (далее – ФИО2) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 18 298 829 руб. 10 коп. в реестр требований кредиторов ООО «Ямалтехноспецстрой».

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.10.2019 в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении его требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- вывод суда первой инстанции об отсутствии у ФИО2 возможности находиться 11.02.2019 в городе Новый Уренгой не является обоснованным;

- в обоснование наличия у него денежных средств в сумме 34 298 829 руб. 10 коп. на дату исполнения им договора цессии № 1/17 от 22.05.2017 ФИО2 представил достаточные доказательства.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, конкурсный управляющий представил в материалы дела отзыв, в котором просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» до начала судебного заседания поступили дополнительные материалы к делу.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

ФИО2, иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.10.2019 по делу № А81-1458/2019 подлежащим изменению или отмене.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и соблюдение условий для включения требования в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

В обоснование заявленных требований на сумму 18 298 829 руб. 10 коп. ФИО2 указал на следующие обстоятельства.

22.05.2017 между ООО «Ямалтехноспецстрой» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор № 1/17 уступки прав (цессии) (том 2, листы дела 32-34), в соответствии с условиями которого цедент передал, а цессионарий принял права (требования) в полном объеме по договору подряда на строительство № 08/13-2 от 25.06.2013, заключенному между ООО «Ямалтехноспецстрой» и закрытым акционерным обществом «Ленуренгойстрой» (далее – ЗАО «Ленуренгойстрой»), на взыскание с ЗАО «Ленуренгойстрой» задолженности по неустойке за несвоевременное окончание строительства и ввода объекта в эксплуатацию за период с 01.01.2014 по 30.12.2015 (пункт 1.1 договора).

Сумма уступаемого права требования определена сторонами в размере 46 325 438 руб. 80 коп. (пункт 1.2 договора).

В соответствии с пунктом 3.1 договора цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 75% от фактически полученной суммы от ЗАО «Ленуренгойстрой» по уступаемому требованию.

Пунктом 3.3 договора предусмотрено, что цессионарий имеет право выплатить договорную сумму досрочно.

В соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 09.06.2017 к договору № 1/17 уступки прав требования (цессии) от 22.05.2017 (том 2, лист дела 35) стороны определили изложить пункт 1.2 договора в следующей редакции: «Сумма уступаемого в соответствии с пунктом 1.1 настоящего договора требования составляет 45 062 165 руб. 43 коп. неустойки за несвоевременное окончание строительства и ввода объекта в эксплуатацию по вине Генподрядчика и 1 236 273 руб. 37 коп. штрафа за задержку ввода объекта в эксплуатацию, а всего - 46 298 438 руб. 80 коп.».

Решением Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.12.2018 по делу № 2-3288/2018 (том 1, листы дела 17-23) с ЗАО «Ленуренгойстрой» в пользу ФИО2 взыскана пеня в размере 45 062 165 руб. 43 коп., штраф в размере 1 236 273 руб. 37 коп. и 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Согласно расписке от 11.02.2019 (том 2, лист дела 31) директором ООО «Ямалтехноспецстрой» ФИО5 от гражданина ФИО2 наличными денежными средствами была получена сумма в размере 34 723 829 руб. 10 коп. Указанная сумма денежных средств была передана ФИО2 в соответствии с условиями договора уступки прав (цессии) № 1/17 от 22.05.2017. Обязательства ФИО2 перед ООО «Ямалтехноспецстрой» по договору уступки прав (цессии) выполнены в полном объеме, претензий к нему не имеется.

Однако апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 08.04.2019 по делу № 2-3288/2018 (том 1, листы дела 24-30) решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.12.2018 по делу № 2-3288/2018 изменено, с ЗАО «Ленуренгойстрой» в пользу ФИО2 по договору № 1/17 уступки прав (цессии) взыскано 21 500 000 руб. неустойки.

ФИО2 полагает, что сумма, которую цессионарий должен был выплатить цеденту по условиям договора № 1/17 уступки прав (цессии), составляет 21 500 000 руб. X 75% = 16 125 000 руб., в связи с чем, с учетом выплаты ФИО2 в пользу ООО «Ямалтехноспецстрой» 34 723 829 руб. 10 коп., заявитель полагает, что на стороне ООО «Ямалтехноспецстрой» возникло неосновательное обогащение в размере 18 298 829 руб. 10 коп. (34 423 829 руб. 10 коп. - 16 125 000 руб.).

В этой связи ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований ФИО2, исходил из того, что документы, достоверно подтверждающие передачу заявителем должнику 34 723 829 руб. 10 коп., не представлены, что является основанием для отказа во включении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункт 26 Постановления № 35).

Как правильно указал суд первой инстанции, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, в подтверждение исполнения ФИО2 обязанности по оплате уступленного права (требования) в материалы дела представлена расписка на сумму 34 723 829 руб. 10 коп.

Определениями от 29.08.2019 и 04.09.2019 арбитражный суд предлагал ФИО2 представить доказательства наличия у него финансовой возможности предоставления денежных средств в размере 34 723 829 руб. 10 коп., доказательства внесения оплаты из наличных средств.

В качестве доказательств наличия у него финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в сумме 34 723 829 руб. 10 коп. ФИО2 представил справку формы 2-НДФЛ за 2009 год; справку формы 2-НДФЛ за 2010 год; справку формы 2-НДФЛ за 2011 год; договор вексельного займа от 23.04.2018; акт приема-передачи векселей от 25.04.2018; договор купли-продажи автомобиля № КРЛ/ВК-009150 от 07.05.2018 с актом приема-передачи, справки из ГИБДД и копии ПТС автомобиля; договор купли-продажи акций от 02.11.2011; справку (выписку) по счету о движении денежных средств из публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» (далее – ПАО «Банк «Сантк-Петербург»); выписку по долларовому счету из публичного акционерного общества «РОСБАНК» (далее – ПАО «РОСБАНК»); выписку по рублевому счету из ПАО «РОСБАНК»; выписку по счету в евро из ПАО «РОСБАНК»; договор процентного займа № 1 от 01.02.2019.

Исследовав представленные в материалы дела документы и доказательства, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что они не являются достоверными и достаточными доказательствами наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в сумме 34 723 829 руб. 10 коп. в связи со следующим.

1. ФИО2 в материалы дела представлены справки по формам 2-НДФЛ за 2009-2011 год (том 2, листы дела 36-38), согласно которым общая сумма дохода за 2009-2011годы составляла 10 636 096 руб. 61 коп.

Вместе с тем, справки по формам 2-НДФЛ за 2009-2011 год содержат сведения об общих доходах ФИО2 за период более чем восьмилетней давности, предшествующей дате передачи денежных средств должнику, что никак не может отражать действительные доходы ФИО2 за период, предшествующий дате передачи денег – 11.02.2019.

Справки по формам 2-НДФЛ за период, предшествующий дате передачи денежных средств должнику (например, за 2017-2018 год), ФИО2 в материалы дела не представлены.

Конкурсным управляющим представлена в материалы дела справка по форме 2-НДФЛ за 2018 год, согласно которой общая сумма дохода ФИО2 за 2018 год составляла всего 185 000 руб.

При этом, как правильно отменил суд первой инстанции, ФИО2 за период более восьми лет неизбежно должен был нести расходы на проживание, питание и иные расходы на поддержание собственной жизнедеятельности.

В материалах дела отсутствуют достоверные доказательства того, что денежные средства, полученные ФИО2 в качестве дохода, были направлены им именно на предоставление денежных средств должнику, а не на личные нужды.

2. В соответствии с договором вексельного займа от 23.04.2018, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью «ДС Констракшн» (займодавец) и ИП ФИО2 (заемщик) (том 2, листы дела 39-43), займодавец передает в собственность заемщику 5 векселей (ВГ 0227994- 0227998), место составления – доп.офис № 9055/0753 Санкт-Петербург Северо-Западного банка публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России»), срок платежа – по предъявлении, но не раньше 24.04.2018, общей номинальной стоимостью 1 500 000 руб.

Вместе с тем, ФИО2 в материалы дела не представлены оригиналы векселей, не представлены доказательства предъявления векселей к платежу и передаче в связи с этим оригиналов векселей в банк (ПАО «Сбербанк России»).

Также ФИО2 не представлены доказательства получения наличным способом либо поступления на расчетный счет денежных средств от реализации векселей.

Кроме того, проставленная на договоре вексельного займа дата заключения - 23.04.2018, а также дата предъявления векселей к исполнению - с 24.04.2018 не позволяет сделать вывод о получении ФИО2 денежных средств в преддверии передачи денежных средств должнику - 11.02.2019.

Помимо этого, согласно общедоступным сведениям с программы Контур-фокус ФИО2 является учредителем и генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «ЛИГАГРУПП» (ИНН <***>), которое было учреждено обществом с ограниченной ответственностью «ДС Констракшн» и являлось участником ООО «ЛИГАГРУПП» до 06.06.2018, что свидетельствует об аффилированности общества с ограниченной ответственностью «ДС Констракшн» с ФИО2 (том 3, листы дела 87-91).

Кроме того, в представленном ФИО2 акте приема-передачи векселей от 25.04.2018 указывается на договор вексельного займа от 23.04.2019. Такая ошибка может свидетельствовать о его действительном составлении не в 2018, а в 2019 году.

Суд первой инстанции также правильно отменил, что у ИП ФИО2 25.04.2019 наступил срок исполнения обязательств по возврату суммы займа (1 500 000 руб.), а также процентов за пользование займом (12% годовых), что составляет 1 680 000 руб.

Таким образом, даже если исходить из реальности данного договора, финансовое положение ФИО2 к 25.04.2019, напротив, требовало дополнительных свободных денежных средств в размере 1 680 000 руб., что никак не соотносится с финансовой возможностью передать 11.02.2019 крупную денежную сумму должнику.

Реальность иных источников для исполнения им своих обязательств по займу заявитель не раскрыл.

При этом ИП ФИО2 не представлены доказательства возврата заемных денежных средств, с учетом наступления срока возврата займа 25.04.2019.

Таким образом, договор вексельного займа от 25.04.2018 не свидетельствует о наличии у ФИО2 денежных средств на дату передачи денежных средств должнику - 11.02.2019.

3. В соответствии с договором купли-продажи автомобиля от 07.05.2018, заключенным между ФИО2 (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург» (покупатель) (том 2, листы дела 44-51), продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить бывший в эксплуатации автомобиль: год выпуска - 2016, цвет - темно-зеленый.

Стоимость автомобиля устанавливается в размере 1 530 000 руб.

Указанный договор купли-продажи заключен 07.05.2018, то есть более чем за 9 месяцев до даты передачи денежных средств по расписке от 11.02.2019.

При этом доказательства поступления денежных средств в размере 1 530 000 руб., полученных от реализации автомобиля, на расчетный счет ФИО2 с последующем их снятием в преддверии 11.02.2019 ФИО2 не представлены, а, напротив, данное обстоятельства опровергается представленными ФИО2 выписками по расчетным счетам.

Кроме того, указанная в договоре сумма в размере 1 530 000 руб. несоизмерима с размером денежных средств, переданных должнику по расписке от 11.02.2019, в сумме 34 744 079 руб. 10 коп.

4. В соответствии с договором купли-продажи акций от 02.11.2011, заключенным между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) (том 2, листы дела 52-76), продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и обязуется оплатить обыкновенные бездокументарные акции, эмитент: ЗАО «Лесогорский лесозавод № 1», количество акций: 334 акции, номинальная стоимость одной акции: 100 рублей, государственный регистрационный номер выпуска акций: 1-01-20727-J.

Цена акций, передаваемых по договору, составляет 4 745 000 руб.

Указанный договор купли-продажи заключен 02.11.2011, то есть более чем за 7 лет до даты передачи денежных средств по расписке от 11.02.2019.

При этом доказательства поступления денежных средств в размере 4 745 000 руб., полученных от реализации акций, на расчетный счет ФИО2 с последующем их снятием в преддверие 11.02.2019 ФИО2 не представлены .

Кроме того, указанная в договоре сумма в размере 4 745 000 руб. несоизмерима с размером денежных средств, якобы переданных должнику по расписке от 11.02.2019. в размере 34 744 079 руб. 10 коп.

5. Согласно справке ПАО «Банк «Санкт-Петербург» между банком и ФИО2 заключен договор № 48/0112/19-00119746 от 14.02.2019 (л/с № <***>) (том 2, листы дела 77-82), первое поступление денежных средств на расчетный счет ФИО2 произведено 15.02.2019.

Таким образом, содержание представленной ФИО2 справки ПАО «Банк «Санкт-Петербург» с выпиской о движении денежных средств не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, так как согласно позиции ФИО2 и представленной расписке денежные средства в размере 34 744 079 руб. 10 коп. были переданы должнику 11.02.2019, то есть до открытия расчетного счета в ПАО «Банк «Санкт-Петербург».

Исходя из указанного, представленная ФИО2 справка ПАО «Банк «Санкт-Петербург» с выпиской о движении денежных средств не подтверждает наличие у ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в размере 34 744 079 руб. 10 коп. на 11.02.2019.

6. Как следует из выписки по долларовому счету в ПАО «РОСБАНК» (том 2, листы дела 83-84), на расчетный счет <***> поступило 10 000 $ согласно назначению платежа: как изъятая по приговору Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 23.12.2016 (судом был отменен арест денежных средств в сумме 10 000 $). Указанная сумма 10 000 $ в период с 25.01.2017 по 27.01.2017 была снята с расчетного счета. Иные операции по долларовому счету не осуществлялись.

7. Как следует из выписки по евро-счету в ПАО «РОСБАНК» (том 3, листы дела 38-74), на расчетный счет <***> поступило 114 000 евро согласно назначению платежа: как изъятая по приговору Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 23.12.2016 (судом был отменен арест денежных средств на сумма 114 000 евро), а также поступило: 13.02.2017 – 4 000 евро, 02.06.2017 – 5,98 евро, 25.10.2017 – 71,94 евро, всего – 118 077,92 евро. Указанная сумма - 118 077,92 евро - в период с 27.01.2017 по 20.11.2017 была полностью израсходована (снятие, перечисление). Иные операции по евро-счету не осуществлялись.

8. Как следует из выписки по рублевому счету в ПАО «РОСБАНК» (том 2, листы дела 85-150, том 3, листы дела 1-37) за период с 17.04.2017 по 11.02.2019 (период, предшествующий дате передачи денежных средств), на расчетный счет ФИО2 поступили денежные средства на общую сумму 5 326 207 руб. (строка – кредит), из которых были потрачены (перечислены, сняты) денежные средства на сумму 5 304 461 руб. 93 коп., то есть на дату передачи денежных средств (11.02.2019) на рублевом счету ФИО2 остаток денежных средств составлял всего 21 745 руб. 07 коп. (5 326 207 руб. – 5 304 461 руб. 93 коп.).

Более того, согласно выписке по рублевому счету последняя операция, предшествующая дате 11.02.2019, была проведена 23.10.2018, после чего вплоть до 18.02.2019 движения по рублевому счету отсутствовали.

Учитывая активную экономическую и предпринимательскую деятельность заявителя распространять на него обыкновения потребительского поведения, в частности, хранение денежных средств дома в течение многих лет, у суда нет оснований.

К тому же условия договора цессии о размере вознаграждения по цессии получении денежных средств в размере 25% от фактически полученной суммы от дебитора (ЗАО «Ленуренгойстрой») не предполагают разумным использование всех долгое время хранимых сбережений на оплату цессии без гарантий реального исполнения со стороны дебитора и без фактического исполнения на момент передачи денег.

Таким образом, что на дату передачи денежных средств – 11.02.2019 - на расчетных счетах ФИО2 находились денежные средства всего на сумму 21 745 руб. 07 коп., последняя операция по расчетному счету была проведена 23.10.2018, что свидетельствует об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности передать должнику денежные средства в заявленном размере.

Таким образом, представленные ФИО2 выписки по расчетным счетам в ПАО «РОСБАНК» также не подтверждают наличие у ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику денежные средства, а, напротив, свидетельствуют о том, что на дату якобы передачи денежных средств должнику (11.02.2019) ФИО2 достаточной суммой (34 744 079 руб. 10 коп.) не располагал.

9. В соответствии с договором процентного займа № 1 от 01.02.2019 (том 3, листы дела 75-76), заключенным между ФИО2 (заемщик) и ФИО7 (займодавец), займодавец в срок не позднее 04.02.2019 передает заемщику денежные средств в размере 9 000 000 рублей, под 9% годовых, сроком на 1 год.

Вместе с тем, ФИО2 не представлены доказательства передачи денежных средств по договору процентного займа № 1 от 01.02.2019, а также не представлены доказательства зачисления денежных средств на расчетные счета ФИО2, то есть отсутствуют доказательства заключения договора процентного займа № 1 от 01.02.2019.

Напротив, из представленных ФИО2 выписок по расчетным счетам не прослеживается поступление либо перечисление денежных средств на расчетные счета ФИО2 в каком-либо размере в указанный период (01.02.2019-04.02.2019).

Таким образом, как правильно заключил суд первой инстанции, заявителем в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ФИО2 приобрести финансовой возможности предоставить указанную в расписке сумму должнику, а также доказательства передачи должнику денежных средств по договору уступки права требования.

Более того, временный управляющий указывает, что на счета должника заемные средства, полученные от ФИО2, не поступали, кассовые книги должника, иная бухгалтерская документация, на основании которой можно было бы установить получение должником и оприходование денежных средств, якобы полученных от ФИО2, заявителем и должником в материалы дела не представлены.

ООО «Ямалтехноспецстрой» в материалы дела не представлены доказательства того, каким образом полученные денежные средства в размере 34 744 079 руб. 10 коп. были израсходованы должником.

В соответствии со сведениями МИФНС № 2 по Ямало-Ненецкому автономному округу у ООО «Ямалтехноспецстрой» по состоянию на 11.02.2019 действовал только один расчетный счет в Банке ВТБ (ПАО) (том 1, лист дела 61).

Иные два расчетных счета закрыты 09.02.2015 и 26.07.2016, то есть задолго до 11.02.2019.

Согласно выписке по расчетному счету Банка ВТБ (с 01.09.2013 по 29.07.2019) (том 1, листы дела 62-72) за весь период действия расчетного счета общая сумма оборотов составила 3 610 425 руб., при этом последняя операция по расчетному счету должника совершалась 01.07.2016, денежные средства на расчетный счет должника в 2019 году не поступали в каком-либо размере.

В материалах дела также отсутствуют сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражались в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

Данные обстоятельства также опровергают позицию заявителя об уплате им денежных средств должнику в размере 34 744 079 руб. 10 коп. по представленной расписке от 11.02.2019.

Кроме того, при обращении 22.11.2018 с исковым заявлением в Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа ФИО2 заявил ходатайство об отсрочке уплаты госпошлины в размере 50 000 руб., указывая на оплату им государственной пошлины в размере 10 000 руб. и отсутствие у него возможности уплатить государственную пошлину в полном объеме - 60 000 руб. (том 1, лист дела 73).

В подтверждение указанных доводов ФИО2 были представлены: копия трудовой книжки о работе генеральным директором в ООО «Торгинвест»; уведомление ООО «Торгинвест» о том, что в период с 31.07.2018 по 24.10.2018 заработная плата сотрудникам не начислялась и не выплачивалась, хозяйственная деятельность не осуществлялась; справка о доходах физического лица за 2018 год (по форме 2-НДФЛ), согласно которой общая сумма дохода ФИО2 за 2018 год составляла 185 000 руб. (том 1, листы дела 71-84).

Определением Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 26.11.2018 ФИО2 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины (том 1, листы дела 85-86).

Данные обстоятельства имели место менее чем за три месяца до предполагаемой даты передачи денежных средств по расписке 11.02.2019, свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 возможности предоставить денежные средства должнику в размере 34 744 079 руб. 10 коп. по представленной расписке от 11.02.2019.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правильно заключил, что документы, достоверно подтверждающие передачу заявителем соответствующих денежных сумм должнику, ни должником, ни заявителем не представлены.

В этой связи требования ФИО2 не могут считаться прошедшими проверку на достоверность.

Более того, утверждение заявителя об оплате уступленного требования противоречит условиям договора цессии.

По смыслу пункта 3.1. договора цессии № 1/17 от 22.05.2017 сторонами заключен договор инкассо-цессии (цессии для целей взыскания).

Сутью такого договора является оказание услуг по взысканию долга. А для обеспечения возможности оказания такой услуги цедент передает цессионарию полноценное право с прямо прописанным в договоре или подразумеваемым заданием попытаться добиться погашения долга должником.

В пункте 22 информационного письма от 17.11.2004 N 85 «Обзор практики разрешения споров по договору комиссии» Президиум ВАС РФ указал, что такой договор не является договором комиссии, а представляет собой непоименованный договор.

В настоящее время возможность регулирования таких отношений нормами о свободе договора, а в части, не противоречащей договору – нормами об уступке требования, легализована абзацем 4 пункта 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки".

Сложившаяся судебная практика также подтверждает легальность использования участниками оборота конструкции инкассо-цессии (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11.02.2019 по делу N 306-ЭС18-16390, А65-31592/2017; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.03.2019 N 306-ЭС18-19885 по делу N А65-31604/2017; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.12.2018 по делу N 306-ЭС18-16762, А65-31593/2017).

Речь идет о заключении сторонами договора об уступке требования, согласно условиям которого цессионарий вовсе не платит за уступаемое право, но обязуется предпринять усилия к взысканию долга с должника и перечислить цеденту полученные средства, за вычетом определенной части, остающейся у цессионария в качестве вознаграждения.

В данном случае заявитель не обязан был оплачивать цессию, а обязан был перечислить цеденту 75% от фактически полученной от должника в основном обязательстве неустойки. Оставшиеся 25% он мог удержать у себя в качестве вознаграждения за услуги по взысканию.

Никаких доказательств фактического взыскания с дебитора заявитель не представил.

Поэтому утверждение заявителя о том, что он якобы оплатил должнику 75% от суммы неустойки, указанной в договоре цессии и причитающейся, по расчету должника, ему от контрагента ЗАО «Ленуренгойстрой» противоречит содержанию самого договора уступки, согласно которому обязательства оплачивать уступку у заявителя не было.

При этом заявитель не представил никаких разумных объяснений тому, по какой причине он стал действовать вопреки условиям договора.

Какой экономический интерес имелся у него в том, чтобы предоставлять цеденту собственные денежные средства.

Все это свидетельствует о недостоверности заявлений подателя жалобы о передаче денежных средств должнику.

Основания для удовлетворения заявления ФИО2 о включении требования в размере 18 298 829 руб. 10 коп. в реестр требований кредиторов ООО «Ямалтехноспецстрой» у суда первой инстанции отсутствовали.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24 октября 2019 года по делу № А81-1458/2019 (судья А.В. Джалцанов), вынесенное по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 18 298 829 рублей 10 копеек в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ямалтехноспецстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16177/2019) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


О.В. Зорина

Судьи


С.А. Бодункова

М.В. Смольникова