Постановление от 7 декабря 2023 г. по делу № А70-15404/2021

1146/2023-74487(2) Р

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-15404/2021
07 декабря 2023 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 07 декабря 2023 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В., судей Аристовой Е.В., Целых М.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11773/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 04 октября 2023 года по делу № А70-15404/2021 (судья Поляков В.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки, совершенной в пользу ФИО2, недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промнефтегазпроект» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 31.08.2022 (резолютивная часть от 24.08.2022) заявление Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области признано обоснованным, общество с ограниченной ответственностью «Промнефтегазпроект» (далее – ООО «Промнефтегазпроект», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий ФИО3 23.08.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании в качестве единой сделки платежей, совершенных ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) в период с 27.12.2018 по 28.08.2020, на общую сумму 1 477 800 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.10.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, признана недействительной сделка по перечислению с 22.04.2019 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 121 600 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Промнефтегазпроект» денежных средств в размере 1 121 600 руб., в удовлетворении остальной части заявления отказано, с ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой

инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- спорные платежи были совершены ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 в счет погашения его обязательств перед последним по возврату займа, предоставленного ему по договору займа № 01/2 от 15.01.2014;

- оснований считать ФИО2 контролирующим должника лицом не имеется, в связи с чем суд первой инстанции необоснованно посчитал предоставленный им ООО «Промнефтегазпроект» по договору займа № 01/2 от 15.01.2014 заем компенсационным финансированием;

- в период действия договора займа № 01/2 от 15.01.2014 ФИО2 неоднократно обращался к ООО «Промнефтегазпроект» в устной форме с просьбой возвратить заем и уплатить проценты за пользование займом, но его просьбы были проигнорированы, решение о возврате ответчику заемных денежных средств в период с 22.04.2019 по 28.08.2020 принималось руководителем ООО «Промнефтегазпроект» в единоличном порядке, без участия ФИО2

ФИО2, конкурсный управляющий, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Поскольку апелляционная жалоба ФИО2 содержит доводы относительно незаконности и необоснованности обжалуемого определения исключительно в части признания недействительной сделки по перечислению с 22.04.2019 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 121 600 руб., применения последствий ее недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Промнефтегазпроект» денежных средств в размере 1 121 600 руб., проверка обжалуемого определения осуществлена судом апелляционной инстанции только в указанной части.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены

определения Арбитражного суда Тюменской области от 04.10.2023 по настоящему делу в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, ООО «Промнефтегазпроект» в период с 27.12.2018 по 28.08.2020 посредством совершения 13 операций перечислило в пользу ФИО2 денежные средства на общую сумму 1 121 600 руб., указав в качестве назначения платежей: «Возврат по договору займа от 15.01.2014» (том 1, лист дела 13).

Полагая, что данные платежи совершены со злоупотреблением правом, в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу ООО «Промнефтегазпроект», в условиях неплатежеспособности последнего, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинили такой вред, конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании их недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ФИО2 указывал, что спорные платежи были совершены ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 в счет погашения его обязательств перед последним по возврату займа, предоставленного ему по договору займа № 01/2 от 15.01.2014.

Так, внеочередным общим собранием участников ООО «Промнефтегазпроект» 11.01.2014 (протокол № 3 (том 1, лист дела 20)) было принято решение об оказании должнику финансовой помощи за счет привлечения личных денежных средств ФИО4 и ФИО2 Общая сумму финансовой помощи составит 4 800 000 руб. (из них от ФИО2 – 1 400 000 руб.). Было решено заключить договоры займа на условиях решения общего собрания участников.

Как указало в протоколе, денежные средства вносятся наличными через кассу предприятия единовременным платежом и могут расходоваться на оплату услуг и работ сторонних организаций, используемых в текущей деятельности и необходимых для обеспечения нормального функционирования предприятия, на оплату арендных обязательств по аренде помещений и основных средств, а также коммунальных услуг, для расчетов по налогам и сборам, с персоналом по оплате труда, для приобретения основных средств, нематериальных активов, сырья и материалов.

15.01.2014 между ФИО2 (займодавец) и ООО «Промнефтегазпроект» (заемщик) был заключен договор займа № 01/2 (далее – договор займа) (том 1, лист дела 20), согласно пункту 1.1 которого заемщик принимает у займодавца денежную сумму в размере 1 400 000 руб. на пополнение оборотных средств и при этом обязуется обеспечить своевременный возврат денежной суммы в сроки, предусмотренные данным договором.

В соответствии с пунктом 3.6 договора займа проценты за использование вышеназванной денежной суммы определяются в конце расчетного периода по соглашению сторон исходя из сроков возврата заемных средств. Размер процентов определяется в части 2/3 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

Заемные денежные средства в размере 1 400 000 руб. были переданы ответчиком в кассу должника по приходному кассовому ордеру № 19 от 15.02.2014 (том 1, лист дела 20).

В связи с этим согласно доводам ФИО2 спорные платежи не могут считаться совершенными в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу ООО «Промнефтегазпроект».

Отклоняя доводы ФИО2 и удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что с 08.08.2017 ФИО2

состоял в трудовых отношениях с ООО «Промнефтегазпроект», занимая должность главного инженера (том 1, лист дела 13).

Участниками ООО «Промнефтегазпроект» являются ФИО5 (25%), ФИО6 (25%), ФИО7 (25%) и ФИО8 (далее – ФИО8) (25%), последний до признания должника несостоятельным (банкротом) также исполнял функции его единоличного исполнительного органа.

В судебном заседании ответчик подтвердил, что приходится сыном ФИО8, в связи с чем в силу статьи 19 Закона о банкротстве ФИО2 является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

При этом вся хозяйственная деятельность ООО «Промнефтегазпроект» сопровождалась формированием кассовых разрывов, постоянной нехваткой оборотных средств, о чем свидетельствует представленный ответчиком протокол внеочередного общего собрания участников № 3 от 11.01.2014, из содержания которого явствует, что в момент привлечения заемных средств у организации имелись финансовые трудности, неустранимые в кратчайший временной промежуток.

В этом контексте сложно представить ситуацию, при которой внешне независимое лицо, зная о финансовых трудностях заемщика, соглашаются предоставить ему заем на длительный срок с условием начисления процентов только после истечения согласованного периода времени, не требуя совершения каких-либо обеспечительных сделок либо обеспечения возвратности займа иным способом.

Суд первой инстанции посчитал, что приведенные обстоятельства указывают на нестандартный характер отношений между должником и ответчиком, не свойственный для нейтральных друг другу участников гражданского оборота.

Суд первой инстанции указал: в условиях неопровержения заинтересованными лицами презумпции, указанной в пункте 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, наличествуют все основания признать предоставленное должнику сыном единоличного исполнительного органа финансирование, оформленное договором займа и сопряженное с длительным неистребованием задолженности, компенсационным.

Устойчивое наращивание ООО «Промнефтегазпроект» задолженности перед независимыми кредиторами, как следует из определения Арбитражного суда Тюменской области от 04.05.2023 по настоящему делу и реестра требований кредиторов должника, началось не ранее 21.03.2019.

При этом размер платежей, совершенных должником в пользу ответчика по договору займа, начиная с указанной даты, составляет 1 121 600 руб.

Суд первой инстанции сослался на пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее – Обзор от 04.07.2018), согласно которому возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника приоритетно перед независимыми кредиторами необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10, 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

В связи с изложенным суд первой инстанции признал сделку по перечислению с 22.04.2019 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 121 600 руб. недействительной на основании статей 10,

168 ГК РФ, применив последствия недействительности сделки в виде взыскания с Санникова Г.С. в пользу ООО «Промнефтегазпроект» денежных средств в размере 1 121 600 руб.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что спорные платежи подлежат признанию недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 ГК РФ, как совершенные со злоупотреблением правом.

Из материалов дела действительно следует, что спорные платежи на сумму 1 121 600 руб. были совершены должником в пользу ответчика в счет возврата займа, полученного ООО «Промнефтегазпроект» от ФИО2 по договору займа № 01/2 от 15.01.2014.

Реальность отношений сторон по данному договору займа (действительность предоставления ФИО2 должнику заемных денежных средств в сумме 1 121 600 руб.) конкурсным управляющим и иными участвующими в деле лицами не оспорена и не опровергнута.

С учетом содержания протокола внеочередного общего собрания участников № 3 от 11.01.2014 (о причинах привлечения заемных денежных средств ФИО2 и направлениях их расходования), а также того обстоятельства, что ФИО2 является сыном единоличного исполнительного органа должника ФИО8 и работником последнего в должности главного инженера (а значит, аффилированным с ним лицом), имеются основания полагать, что предоставленное ФИО2 должнику по договору займа финансирование имело признаки компенсационного.

В то же время у суда первой инстанции не было оснований для применения в настоящем споре пункта 15 Обзора от 04.07.2018, содержащего правовую позицию о том, что действия должника по возврату капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника приоритетно перед независимыми кредиторами, оформленные в качестве возврата займов, необходимо рассматривать как злоупотребление правом и признавать недействительными по правилам статей 10, 168 ГК РФ.

Данная правовая позиция, приведенная в пункте 15 Обзора от 04.07.2018, была сформирована Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5) по делу № А40-140479/2014, то есть до утверждения Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее – Обзор от 29.01.2020), в котором вопрос о судьбе предоставленного контролирующим (аффилированным) лицом должнику финансирования (в том числе по договору займа) в деле о банкротстве концептуально разрешается следующим образом.

Согласно пункту 2 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

Поэтому в случае, если предоставленное контролирующим (аффилированным) лицом должнику финансирование (в том числе по договору займа) имело признаки компенсационного (предоставлено в ситуации имущественного кризиса должника), требования данного лица о его возврате подлежат удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, при отсутствии же таких признаков таковые подлежат включению в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, исходя из актуальных правовых подходов, поддерживаемых в настоящее время Президиумом Верховного Суда РФ, ни сами по себе сделки, на основании которых должнику контролирующим (аффилированным с ним) лицом предоставлялось финансирование (в том числе договоры займа), ни платежи по таким сделкам, совершенные должником в пользу соответствующих лиц, недействительными (ничтожными) не являются, таковые представляют собой нормальные гражданско-правовые сделки, совершаемые должником в рамках осуществления им своей хозяйственной деятельности.

Оснований для признания таких сделок и платежей по ним совершенными со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ) нет, а содержащаяся в пункте 15 Обзора от 04.07.2018 правовая позиция с даты утверждения Президиумом Верховного Суда РФ Обзора от 29.01.2020 не применима по причине ее противоречия положениям Обзора от 29.01.2020.

В связи с изложенным у суда первой инстанции не имелось оснований для признания сделки по перечислению с 22.04.2019 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 121 600 руб. недействительной в соответствии со статей 10, 168 ГК РФ.

В то же время из материалов настоящего дела усматривается наличие оснований для признания таковых недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Оспариваемые платежи совершены в период с 27.12.2018 по 28.08.2020, производство по делу о банкротстве ООО «Промнефтегазпроект» возбуждено определением Арбитражного суда Тюменской области от 05.10.2021, то есть спорные сделки совершены в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а потому могут быть признаны недействительными на его основании.

При этом из дела следует наличие у спорных сделок приведенных выше признаков, обозначенных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункте 5 Постановления № 63.

Так, согласно пункту 5 Постановления № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к

должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, в силу которой недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Кроме того, согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, не только если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, но и если должник стал отвечать указанному признаку в результате совершения сделки.

Даже в условиях оспаривания сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие у сделки недобросовестной цели причинения вреда кредиторам (вывод должником имущества из-под обращения взыскания на него) может доказываться по общим основаниям, без использования презумпции неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 указано следующее: из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В настоящем случае из дела усматривается, что ФИО2 работал в ООО «Промнефтегазпроект» в должности главного инженера и является сыном участника ООО «Промнефтегазпроект» ФИО8, в период совершения спорных платежей исполнявшего обязанности единоличного исполнительного органа должника,

то есть заинтересованным по отношению к последнему лицом, близким к его контролирующим лицам.

При таких обстоятельствах имущественный интерес (и, как минимум частично, имущественная сфера) получателя удовлетворения (ФИО2) и должника являлись едиными.

Из дела следует, что по состоянию на даты совершения спорных сделок (с 27.12.2018 по 28.08.2020) у ООО «Промнефтегазпроект» имелись неисполненные обязательства перед кредитором, требования которого в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.

Так, в частности, определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.05.2023 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «ЭкспертГаз» (далее – ООО «ЭкспертГаз») в размере 1 123 371 руб. 49 коп.

Из данного судебного акта усматривается, что указанная задолженность ООО «Промнефтегазпроект» перед ООО «ЭкспертГаз» возникла из агентского договора № 5 от 17.09.2018 (счета-фактуры и акты за период с 30.09.2018 по 31.10.2019).

Таким образом, на даты совершения спорных сделок (с 27.12.2018 по 28.08.2020) у ООО «Промнефтегазпроект» имелись неисполненные обязательства перед внешним кредитором.

Между тем, несмотря на указанное обстоятельство, в период с 27.12.2018 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» совершило в пользу ФИО2 платежи в счет возврата предоставленного ему ответчиком на пополнение оборотных средств займа на общую сумму 1 121 600 руб., сопоставимую (практически равную) размеру имевшегося у него долга перед ООО «ЭкспертГаз».

При этом требования данного независимого кредитора не были погашены ООО «Промнефтегазпроект» и включены в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела, не погашены до настоящего времени.

Доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «Промнефтегазпроект» и ФИО2, совершая спорные сделки в условиях их осведомленности о наличии у должника не исполненных обязательств перед ООО «ЭкспертГаз», приняли меры, направленные на обеспечение возможности незамедлительного компенсирования переданных должником ФИО2 в счет возврата займа денежных средств должника для осуществления расчетов с ООО «ЭкспертГаз», в деле отсутствуют.

В связи с изложенным имеются основания считать, что действия ООО «Промнефтегазпроект» и ФИО2 по обеспечению возврата должником ответчику заемных денежных средств в ситуации наличия у ООО «Промнефтегазпроект» сопоставимой (практически равной) по размеру не погашенной задолженности (известной для ответчика, как для аффилированного с должником лица) перед независимым (внешним) кредитором ООО «ЭкспертГаз» имели цель причинить последнему вред и причинили таковой.

ФИО2, пользуясь информационной асимметрией (неравенством в информировании внешних кредиторов и аффилированных лиц), то есть наличием у него доступа к информации о наличии или риске возникновения у должника признаков объективного банкротства, в отсутствие такой информации у внешних кредиторов, хотя и действовал с целью удовлетворения действительно имевшегося у него кредиторского интереса, но недобросовестно допускал возникновение ситуации, при которой после возврата ему должником займа на сумму 1 121 600 руб. имеющихся у ООО «Промнефтегазпроект» денежных средств будет недостаточно для погашения сопоставимого по размеру долга перед независимым кредитором ООО «ЭкспертГаз».

Учитывая указанное обстоятельство, а также имеющиеся в материалах дела документы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что воля

ООО «Промнефтегазпроект» и Санникова Г.С. при совершении спорных платежей была единонаправленной (по сути, представляла собой волю единого координационного центра аффилированных друг с другом лиц) и состояла в причинении вреда имущественным правам внешних кредиторов должника, в частности ООО «ЭкспертГаз», посредством обеспечения Санникову Г.С. возможности удовлетворить его требования к должнику по договору займа в ущерб интересам независимых кредиторов ООО «Промнефтегазпроект».

Тем более это верно, что как установил суд, финансирование являлось компенсационным, то есть в ситуации банкротства ответчик не мог бы получить свое удовлетворение до удовлетворения требований независимых кредиторов.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно пункту 9.1 Постановления № 63 при определении соотношения пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

В настоящем случае должник спорной сделкой сделал невозможным расчет с внешним кредитором, сохранив имущественную сферу должника и контролировавших его лиц, поэтому спорные платежи имеют пороки, выходящие за пределы пороков, предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве, и подпадающие под признаки статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Такие сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Промнефтегазпроект» и причинили такой вред.

Относительно осведомленности ответчика о наличии у спорных сделок противоправной цели суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 Постановления № 63, согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как следует из дела и указано выше, в силу того, что Санников Г.С. является сыном бывшего директора должника Санникова А.С., занимал в ООО «Промнефтегазпроект» должность главного инженера, он является аффилированным с последним лицом.

В то же время указанное презюмирует осведомленность ФИО2 о наличии у спорной сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Промнефтегазпроект».

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что сделка по перечислению с 22.04.2019 по 28.08.2020 ООО «Промнефтегазпроект» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 121 600 руб. подлежит признанию недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Следовательно, в настоящем случае подлежат применяю последствия недействительности спорных сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Промнефтегазпроект» денежных средств в размере 1 121 600 руб.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 04 октября 2023 года по делу № А70-15404/2021 (судья Поляков В.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки, совершенной в пользу ФИО2, недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промнефтегазпроект» (ИНН <***>, ОГРН <***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11773/2023) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-

Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Председательствующий О.В. Зорина

Судьи Е.В. ФИО10 Целых