Постановление от 6 июня 2024 г. по делу № А32-10746/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-10746/2017
город Ростов-на-Дону
07 июня 2024 года
15АП-5369/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 июня 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Гамова Д.С., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сейрановой А.Г.,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

конкурсный управляющий общества  с ограниченной ответственностью «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ»  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2024 по делу № А32-10746/2017 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении  к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества  с ограниченной ответственностью «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ» (далее - должник) конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края  от 08.02.2024  по делу № А32-10746/2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме отказано.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

Суд огласил, что от ФИО2 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

В судебном заседании конкурсный управляющий общества  с ограниченной ответственностью «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ»  ФИО1 поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав конкурсного управляющего, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Универсал» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ООО «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ» несостоятельным (банкротом). Определением суда от 07.07.2017 требования кредитора признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением  суда  от   18.12.2017   ООО  «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ»  признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства на срок до 13.03.2018.

Определением от 09.06.2020 суд утвердил конкурсным управляющим должника ФИО1.

25.08.2020 в суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

Определением суда от 31.05.2019 по настоящему делу признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СПЕЦПРОМОБОРУДОВАНИЕ».

20.02.2019 между ФИО2 (даритель) и ФИО3, ФИО4 в лице законного представителя несовершеннолетних ФИО5 заключен договор дарения, согласно которому даритель безвозмездно передала в общую долевую собственность одаряемым - сыновьям: ФИО3 и ФИО4 по 1/2 доли каждому, принадлежащие ей:

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 23:47:0106041:440, площадью 344 кв.м., по адресу: г. Новороссийск, с. Кирилловка, СНТ «Дубок»;

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на дом с кадастровым номером 23:47:0106041:461, площадью 173 кв.м., по адресу: г. Новороссийск, с. Кирилловка, СНТ «Дубок».

Согласно выпискам из ЕГРН правообладателями 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 23:47:0106041:440, площадью 344 кв.м., по адресу: г. Новороссийск, с. Кирилловка, СНТ «Дубок», и 1/2 доли в праве общей долевой собственности на дом с кадастровым номером 23:47:0106041:461, площадью 173,8 кв.м., по адресу: г. Новороссийск, с. Кирилловка, СНТ «Дубок», являются несовершеннолетние ФИО4 и ФИО3

Подаренная доля в недвижимом имуществе являлась совместной собственность ФИО5 и ФИО2, поскольку приобретена 30.08.2017, то есть в период брака супругов (брак заключен 08.02.2014).

Ссылаясь на то, что имущество, принадлежащее ФИО5 и ФИО2, отчуждено в собственность их несовершеннолетних детей по мнимой сделке, что повлекло причинение имущественного вреда кредиторам по причине невозможности обратить взыскание на имущество контролирующего должника лица, виновного в его банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Возражая на заявленное требование, ФИО5 указывал, что его супруга и несовершеннолетние дети не являются контролирующими должника лицами, к несовершеннолетним детям контролирующих лиц не применима презумпция контролирующего выгодоприобретателя. Кроме того, отсутствует сама возможность обращения взыскания по обязательствам ФИО5 на указанные объекты недвижимости, поскольку в силу части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности единственное жилое помещение.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Таким образом, удовлетворение подобного рода заявлений возможно только в том случае, если доказано, что причиной банкротства должника являются недобросовестные действия ответчика.

При этом в силу статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям, контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника, является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 Постановления № 53 разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В то же время перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 - 7 указанного постановления, для признания лица контролирующим должника не является исчерпывающим. Суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве), которые прямо в законе не указаны. Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, а также получении незаконной выгоды от сделок, совершенных подконтрольным обществом, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

Несмотря на это, необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Как указано в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, лицо, умышленными действиями которого создана невозможность получения кредиторами полного удовлетворения за счет имущества контролирующего должника лица, виновного в его банкротстве, отвечает солидарно с указанным контролирующим лицом за причиненные кредиторам убытки в пределах стоимости полученного имущества.

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель.

Данные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации касаются обстоятельств, при которых контролирующие лица должника (родители) используют в качестве инструмента своих несовершеннолетних детей для сокрытия принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного родителям данным кредиторам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326).

Как установлено судом первой инстанции, что согласно представленным выпискам из ЕГРН жилой дом, с кадастровым номером 23:47:0106041:461, площадью 173, кв.м., по адресу: г. Новороссийск, с. Кирилловка, СНТ «Дубок» являлся единственным жильем ФИО5 и его супруги, иных жилых помещений с 08.02.2014 по настоящее время за ними не зарегистрировано.

Таким образом, суд пришел к верному выводу, что в данном случае сделка дарения общего имущества контролирующего должника лица и его супруги в пользу их несовершеннолетних детей совершена в отношении доли в недвижимом имуществе, являющимся единственным жильем для ФИО5 и его супруги ФИО2, вследствие чего отчуждение супругой ФИО5 доли в праве на жилой дом и земельный участок не может быть расценено как причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку данная доля в любом случае пользовалась бы исполнительским иммунитетом на основании абзаца 2 п. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Довод конкурсного управляющего о том, что в применении исполнительского иммунитета может быть отказано судом со ссылкой на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П и определение Верховного суда Российской Федерации № 303-ЭС20-18761 от 26.06.2021, правильно отклонен судом, поскольку данные разъяснения применимы в рамках дела о банкротстве граждан и аналогичный вопрос не может быть разрешен подобным образом в рамках дела о банкротстве юридического лица.

На основании изложенного, поскольку конкурсным управляющим не доказан сам факт причинения вреда кредитором, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о том, что в удовлетворении заявления следует отказать.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2024 по делу № А32-10746/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                      Д.В. Николаев


Судьи                                                                                                                     Д.С. Гамов


Г.А. Сурмалян