Постановление от 14 сентября 2025 г. по делу № А32-40055/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-40055/2023
город Ростов-на-Дону
15 сентября 2025 года
15АП-9540/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 15 сентября 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Гамова Д.С., Деминой Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии посредством веб-конференции:

от ФИО2: представитель по доверенности от 16.05.2025 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2025 по делу № А32-40055/2023 по заявлению финансового управляющего ФИО4 об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее также – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление финансового управляющего ФИО4 (далее также – финансовый управляющий) об установлении процентного вознаграждения финансовому управляющему в сумме 474517,33 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2025 установлена сумма процентов по вознаграждению финансовому управляющему ФИО4 в размере 474517,33 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 09.06.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что финансовым управляющим необоснованно перечислены денежные средства в размере 2059763,24 руб., что на 261336,38 руб. меньше, чем полагалось. Как указывает податель апелляционной жалобы, выплата доли супруги осуществляется до погашения расходов, что согласуется с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить. В судебном заседании на вопрос суда представитель пояснил, что, действительно, с требованием о об обязании финансового управляющего выплатить ФИО2 261336,38 руб. в суд первой инстанции последняя не обращалась, такое требование не было заявлено и не являлось предметом спора в рамках настоящего обособленного спора, в связи с чем, удовлетворение жалобы в указанной части оставляет на усмотрение суда.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что определение подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО6 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.08.2023 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.11.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в газете "Коммерсантъ"№ 225 (7670) от 02.12.2023.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.09.2024 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4.

Сообщение финансового управляющего о введении процедуры реализации имущества должника опубликовано на официальном сайте "КоммерсантЪ" № 173(7863) от 21.09.2024.

19 марта 2025 года в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление финансового управляющего ФИО4 об установлении процентов по вознаграждению в сумме 474517,33 руб.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и пункта 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий (временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий или конкурсный управляющий) - гражданин Российской Федерации, утверждаемый арбитражным судом для проведения процедур банкротства и осуществления иных установленных названным Федеральным законом полномочий и являющийся членом одной из саморегулируемых организаций; финансовый управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для участия в деле о банкротстве гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 20 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую этим Законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.

Арбитражный управляющий при исполнении обязанностей, возложенных на него в соответствии с Законом о банкротстве или федеральными стандартами, в ходе проведения процедур банкротства обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2, пункт 4 статьи 20.3 и пункт 1 статьи 20.4 Закона).

В силу пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. По правилам статьи 20.6 Закона о банкротстве размер процентов по вознаграждению арбитражному управляющему (в данном случае финансовому управляющему) устанавливается арбитражным судом.

Согласно статье 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона о банкротстве, с учетом особенностей, предусмотренных названной статьей. Выплата суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона о банкротстве, осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате исполнения плана реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В силу абзаца второго пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Выплата суммы процентов за проведение процедуры реализации имущества гражданина осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате реализации имущества гражданина (абзац второй пункта 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В случае реализации заложенного имущества при несостоятельности физического лица - залогодателя общие правила пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве применяются с учетом специальных правил, установленных в пункте 5 статьи 213.27 названного Закона.

По смыслу данной нормы, если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору; десять процентов направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства (далее - иные десять процентов) - на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога (текущие расходы).

Из иных десяти процентов в первую очередь погашаются расходы, понесенные в связи с продажей заложенного имущества (статья 319 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 1 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)"), в частности, на его оценку, проведение торгов, выплату финансовому управляющему вознаграждения, начисленного в результате удовлетворения требований залогового кредитора, оплату привлеченным лицам, услуги которых были необходимы для реализации предмета залога. В случае, если супруг гражданина-банкрота является наряду с ним должником по обеспечительному обязательству (статья 353 Гражданского кодекса Российской Федерации), то он также претерпевает на себе действия принудительного исполнения такого требования, то есть разделяет обязанность несения этих расходов.

При этом проценты по вознаграждению финансового управляющего, исчисляемые при реализации предмета залога, выплачиваются исключительно за счет и в пределах указанных иных десяти процентов. Действуя добросовестно и разумно, арбитражный управляющий обязан приступать к выплате собственного вознаграждения в виде процентов только после погашения иных видов расходов, предусмотренных абзацем 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

Данная позиция также отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2019 №304-ЭС19-9053.

Согласно описи имущества должника, а так же выписки из ЕГРН, у должника на праве совместной собственности имелось следующее имущество:

- однокомнатная квартира, общей площадью 52,2 м?, кадастровый номер 23:43:0206082:417, расположенная по адресу: <...> (сведения о существующих ограничениях права и обременении имущества: имущество является предметом залога и находится в залоге у ПАО "Сбербанк России").

В результате мероприятий, проведенных в деле о банкротстве – реализации недвижимого имущества, в конкурсную массу поступило 6 778 819 (шесть миллионов семьсот семьдесят восемь тысяч восемьсот девятнадцать) руб.

В соответствии с пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, залоговому кредитору максимально подлежало направлению 80% вырученных средств, что составляет 5423055,20 (пять миллионов четыреста двадцать три тысячи пятьдесят пять) руб. 20 коп. Данная сумма покрывает в 100% объеме требование залогового кредитора, которое составляет всего 2136619 (два миллиона сто тридцать шесть тысяч шестьсот девятнадцать) руб. 76 коп.

Остаток денежных средств после погашения данного требования составляет 3286435,44 руб.

Как указано управляющим, вознаграждение финансового управляющего, в соответствии со статьей 20.6 Закона о банкротстве, составляет - 474 517,33 руб., расходы финансового управляющего - 48 158,42 руб.

Кредиторы 1-й и 2-й очереди в реестре требований кредиторов ФИО5 отсутствуют.

Таким образом, для распределения денежных средств между супругой должника и кредиторами 3-й очереди (за исключением требований кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника) подлежит сумма 4 119 526 (четыре миллиона сто девятнадцать тысяч пятьсот двадцать шесть) руб. 49 коп.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что супруга должника наряду с должником является созалогодателем (содолжником по обеспечительному обязательству), в связи с чем, наряду с должником несет бремя расходов, связанных с продажей предмета залога, в силу чего в первоочередном порядке за счет средств, вырученных от реализации предмета залога, подлежат погашению требования залогового кредитора в полном объеме и расходы, связанные с реализацией залогового имущества.

Законных оснований для исчисления процентов от половины стоимости реализованного общего имущества супругов, находившегося в залоге по общему обязательству, не имеется (аналогичная позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации № 304- ЭС19-9053 от 10.10.2019 г. по делу № А45-25794/2016).

С учетом изложенного, проверив расчет арбитражного управляющего и установив, что он произведен верно, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что арбитражный управляющий имеет право на получение процентов по вознаграждению после завершения расчетов с кредиторами в заявленном размере.

Обращаясь с апелляционной жалобой ФИО2, указала, что финансовым управляющим необоснованно перечислены денежные средства в размере 2059763,24 руб., что на 261336,38 руб. меньше, чем полагалось. Как указывает податель апелляционной жалобы, выплата доли супруги осуществляется до погашения расходов, что согласуется с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве. Также просила обязать финансового управляющего ФИО7 выплатить ФИО2 261336,38 руб.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные требования не могут быть рассмотрены на стадии апелляционного производства в рамках настоящего спора ввиду следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные названным Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Как разъяснено в абзаце 6 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции.

Соответствующие доводы, заявленные в суде апелляционной инстанции, не были предметом спора в суде первой инстанции, что также подтвердил представителя ФИО2 в судебном заседании, соответственно не подлежат проверке и правовой оценке судом апелляционной инстанции в рамках стоящего апелляционного производства.

На основании изложенного, с учетом положений части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в соответствующей части новые требования кредиторов не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции.

Относительно порядка распределения денежных средств от реализации залогового имущества, суд апелляционной инстанции также отмечает следующее.

Особенности реализации имущества гражданина установлены статьей 213.26 Закона о банкротстве, в соответствии с пунктом 3 которой, по общему правилу имущество гражданина подлежит реализации на торгах в порядке, установленном Законом о банкротстве.

При этом, согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов, помимо прочего, являются приобретенные за счет общих доходов супругов недвижимые вещи независимо от того, на имя кого из супругов они приобретены либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Также пунктом 2 статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если предмет залога остается в общей собственности приобретателей имущества, такие приобретатели становятся солидарными залогодателями.

Однако, судебная коллегия отмечает, что данный вопрос также подлежит рассмотрению в рамках иного обособленного спора.

Из материалов электронного дела следует, что ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий с финансовым управляющим в части распределения денежных средств, полученных от реализации общего имущества.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.05.2025 заявление принято.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.07.2025 судебное разбирательство по заявлению ФИО2 отложено на 21.10.2025.

Таким образом, приведенным доводам в апелляционной жалобе, будет дана оценка в рамках рассмотрения спора о разрешении разногласий между финансовым управляющим и ФИО2

Как следует из материалов дела, предметом спора по настоящему обособленному спору является заявление арбитражного управляющего ФИО4 об установлении суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Признавая выводы суда первой инстанции ошибочными в части суммы установления процентов по вознаграждению от суммы реализации предмета залога, судебная коллегия руководствуется следующим.

Право финансового управляющего на получение процентов к своему вознаграждению в процедуре реализации имущества должника предусмотрено пунктами 1 и 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 20.6 и пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве, арбитражный (финансовый) управляющий вправе претендовать на получение процентов к своему фиксированному вознаграждению. Между тем определение оснований и размера таких процентов зависит от эффективности деятельности такого управляющего в соответствующей процедуре банкротства.

Верховным Судом Российской Федерации сформулирована правовая позиция, изложенная в определении от 23.08.2021 N 305-ЭС21-9813 по делу N А41-36090/2017, согласно которой правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частно-правовой встречный характер и включает в себя плату за проведение всех мероприятий в процедурах банкротства, в том числе плату за оказываемые управляющим услуги. В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина.

При представлении лицами, участвующими в деле, доказательств того, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей банкротных процедур, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

Из разъяснений, изложенных в пункте 12.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" (далее - постановление N 97), арбитражный управляющий не вправе выплачивать себе проценты по вознаграждению до определения их размера в соответствующем судебном акте.

Исходя из поставленных законодателем задач, финансовый управляющий в процедурах банкротства граждан, в силу пунктов 2 и 4 статьи 20.3, пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, обязан принимать разумные и экономически обоснованные решения в интересах должника и его кредиторов, способствовать соблюдению справедливого баланса между правами должника и имущественными интересами иных участников банкротного процесса, что означает не только погашение долгов перед всеми кредиторами путем продажи имущества должника с максимальной выгодой, но и максимальное сохранение имущества должника для продолжения его жизнедеятельности по завершении процедур банкротства. Обязанности по учету интересов противоположных (зачастую и конфликтующих) сторон управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему участники банкротного процесса с какими-либо предложениями либо нет.

Спецификой дел о банкротстве граждан является то, что фиксированная часть вознаграждения финансового управлявшего составляет 25 000 рублей и выплачивается единовременно за проведение процедуры реструктуризации долгов либо реализации имущества (абзац седьмой пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве), при этом сумма процентов по вознаграждению управляющего составляет семь процентов размера удовлетворенных требований залогового кредитора (пункт 17 статьи 20.6, пункт 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве). Как правило, размер требования кредитора, исполнение которого обеспечено залогом, значительно превышает размер фиксированного вознаграждения финансового управляющего. Из этого следует, что экономический интерес арбитражного управляющего при проведении реабилитационных процедур в отношении гражданина в первую очередь лежит в получении им процентов и только во вторую в получении фиксированной суммы вознаграждения.

С учетом указанной специфики дел о банкротстве граждан, а также правовой природы процентов по вознаграждению финансового управляющего - премия за эффективное осуществление антикризисным менеджером мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы, при рассмотрении вопроса о снижении причитающихся финансовому управляющему к выплате процентов за реализацию залогового имущества, необходимо исследовать и оценить всю совокупность действий (бездействия) управляющего в период проведения им процедуры банкротства должника. Иной подход, заключающийся в оценке исключительно действий управляющего по реализации залогового имущества, без учета поведения антикризисного менеджера в целом в процедуре банкротства, противоречит принципу соблюдения баланса интересов между интересами всех лиц, вовлеченных в процедуру банкротства, и по существу предоставляет арбитражному управляющего безусловную возможность получить проценты от реализации залогового имущества при ненадлежащем исполнении им мероприятий по формированию конкурсной массы, не связанных с продажей предмета залога.

Кроме того, надлежащее исполнение финансовым управляющим возложенных на него Законом о банкротстве обязанностей, отсутствие удовлетворенных жалоб в отношении его действия (бездействия) само по себе не является достаточным основанием считать удовлетворение требований кредиторов и прекращение процедуры банкротства заслугой финансового управляющего. Возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При наличии доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей реабилитационной процедуры банкротства, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате. Само по себе надлежащее исполнения финансовым управляющим возложенных на него обязанностей таким основанием также не является, поскольку такое поведение - надлежащее исполнение обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина, является прямой обязанностью, предусмотренной Законом о банкротстве (аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.06.2023 по делу № А01-2895/2018).

Судом апелляционной инстанции установлено, что на торгах было реализовано залоговое имущество за 6 778 819 руб.

Размер требований залогового кредитора составил 2136619,76 руб.

Таким образом, остаток денежных средств после погашения требований залогового кредитора составляет 4642199,24 руб.

Исходя из поставленных законодателем задач, финансовый управляющий в процедурах банкротства граждан, в силу пунктов 2 и 4 статьи 20.3, пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, обязан принимать разумные и экономически обоснованные решения в интересах должника и его кредиторов, способствовать соблюдению справедливого баланса между правами должника и имущественными интересами иных участников банкротного процесса, что означает не только погашение долгов перед всеми кредиторами путем продажи имущества должника с максимальной выгодой, но и максимальное сохранение имущества должника для продолжения его жизнедеятельности по завершении процедур банкротства.

Обязанности по учету интересов противоположных (зачастую и конфликтующих) сторон управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему участники банкротного процесса с какими-либо предложениями либо нет. Коль скоро банкротство гражданина не может быть осуществлено без участия финансового управляющего, то именно от поведения профессионального антикризисного менеджера может зависеть успешность выхода должника-гражданина из сложившегося имущественного кризиса.

В ситуации, когда стоимость имущества должника превышает размер задолженности, управляющий вправе продать только ту часть имущества, которая необходима для погашения долга. При этом выбор конкретных объектов продажи осуществляется с учетом мнения должника, являющегося их собственником (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.10.2021 N 305-ЭС21-10040 по делу N А40-3184/2018).

Управляющий ссылается на то, что при проведении торгов и определении состава лотов он руководствовался утвержденным судом положением.

От залогового кредитора 13.09.2024 поступило положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества ФИО5, находящегося в залоге у ПАО "Сбербанк России".

На основании данного положения, в целях исполнения своих обязанностей в соответствии с Законом о банкротстве, финансовым управляющим подготовлены документы, опубликованы сообщения в ЕФРСБ 18.09.2024 № 15386960 об определении начальной продажной цены, утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога и 07.10.2024 № 15561529 объявление о проведении торгов, так же размещено объявление о продаже имущества должника на этп МЭТС.

Сообщение ЕФРСБ от 15.11.2024 № 16041187 о результатах торгов (торги признаны несостоявшимися, в ввиду отсутствия предложений по начальной цене).

Сообщение ЕФРСБ от 16.11.2024 № 16049904 объявление о проведении повторных торгов. Сообщение ЕФРСБ от 26.12.2024 № 16540489 о результатах торгов (торги признаны несостоявшимися, в ввиду отсутствия предложений по начальной цене).

Сообщение ЕФРСБ от 14.01.2025 № 16637024 объявление о проведении торгов в форме публичного предложения.

Сообщение ЕФРСБ от 27.01.2025 № 16790870 о результатах торгов (торги признаны состоявшимися).

Сообщение ЕФРСБ от 10.02.2025г. № 16966089 о заключении договора купли-продажи.

В результате мероприятий, проведенных в деле о банкротстве – реализации недвижимого имущества (квартиры, кадастровый номер 23:43:0206082:417, расположенная по адресу: <...>), в конкурсную массу поступило 6 778 819,00 (шесть миллионов семьсот семьдесят восемь тысяч восемьсот девятнадцать) руб.

Доказательств того, что начальная цена реализации квартиры, кадастровый номер 23:43:0206082:417 была определена заведомо ошибочно, материалы дела не содержат.

В соответствии со статьей 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение конкурсного управляющего состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце первом пункта 5 постановления N 97, данное вознаграждение управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), к нему применяются правила о договоре возмездного оказания услуг.

В силу пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан:

- принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества;

- проводить анализ финансового состояния гражданина;

- выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства;

- вести реестр требований кредиторов;

- уведомлять кредиторов о проведении собраний кредиторов в соответствии с пунктом 5 статьи 213.8 настоящего Федерального закона;

- созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов настоящим Федеральным законом;

- уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора;

- рассматривать отчеты о ходе выполнения плана реструктуризации долгов гражданина, предоставленные гражданином, и предоставлять собранию кредиторов заключения о ходе выполнения плана реструктуризации долгов гражданина;

- осуществлять контроль за ходом выполнения плана реструктуризации долгов гражданина;

- осуществлять контроль за своевременным исполнением гражданином текущих требований кредиторов, своевременным и в полном объеме перечислением денежных средств на погашение требований кредиторов;

- направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов;

- исполнять иные предусмотренные настоящим Федеральным законом обязанности.

Если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, то применительно к правилам об ответственности за недоброкачественность оказанных услуг, закрепленным в абзаце третьем пункта 1 статьи 723 и статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер его вознаграждения может быть соразмерно уменьшен (пункт 5 постановления N 97). Равным образом, управляющий, оказавший лишь часть услуг из тех, что предусмотрены Законом о банкротстве и составляют предмет соответствующего договора, по причинам объективного (например, отсутствие необходимости в проведении тех или иных мероприятий) или субъективного характера (например, выполнение ряда мероприятий кредитором) не вправе рассчитывать на получение полной (максимальной) выплаты.

При ином подходе, занятом судом первой инстанции и позволяющем не учитывать реальный объем услуг, оказанных управляющим, нарушается принцип встречного исполнения обязанностей исполнителем и заказчиком: ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (пункты 1, 3 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 781 Гражданского кодекса Российской Федерации). Подход суда первой инстанции вступил в противоречие с правовой позицией Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце четвертом пункта 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного 20.12.2016, согласно которой проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода; погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

Аналогичный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2023 N 306-ЭС20-14681(13) по делу N А57-10966/2019.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, а также руководствуясь указанными выше нормами и исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, судом апелляционной инстанции установлено, что процедура реализации имущества гражданина происходила без особого активного участия финансового управляющего. Между тем, все мероприятия управляющим выполнялись в соответствии с возложенными на него Законом о банкротстве обязанностями, за неисполнение которого он мог быть привлечен к соответствующей ответственности.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции злоупотребления правом в действиях управляющего в данной части не усматривает. Также как и не усматривает оснований для выводов о неэффективном осуществлении обязанностей финансового управляющего. Следовательно, оснований для снижения  пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждения финансового управляющего в размере семи процентов, не имеется.

Между тем, принимая во внимание правовые позиции, изложенные в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 12889/12 по делу № А73-3983/2011 и определении Верховного суда Российской Федерации от 14.09.2018 № 305-ЭС18-13211 по делу № А40-214500/2015, суд апелляционной инстанции исходит из того, что объем удовлетворенных требований залогового кредитора связан исключительно с продажей на торгах принадлежащего должнику заложенного имущества, которая была осуществлена совместными действиями управляющего должником и залогового кредитора, приняв во внимание наличие возражений относительно размера процентов, и, учитывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства большого объема выполняемых финансовым управляющим должником обязанностей.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для установления процентов по вознаграждению в размере 7 процентов размера выручки от реализации имущества гражданина, что многократно превышает размер удовлетворенного требования залогового кредитора.

Как было указано выше, на торгах имущество должника было реализовано по цене  6 778 819 рублей, в свою очередь, размер требований залогового кредитора составил 2136619,76 рублей, то есть меньше в 3,17 раза.

Исходя из смысла и целей законодательного регулирования в процедурах потребительского банкротства, базовая задача профессионального антикризисного менеджера, коим является арбитражный управляющий, назначаемый судом для проведения банкротства гражданина, это прежде всего помощь должнику-гражданину в выходе из состояния банкротства и восстановление его платежеспособности, скорейший возврат к обычной (докризисной) жизни.

Для успешного выполнения данной задачи арбитражный управляющий должен не только обладать широкими познаниями в области действующего законодательства о банкротстве и судебной практики, но и активно применять эти знания - держать баланс и учитывать интересы диаметрально противоположных сторон, зачастую находящихся в состоянии повышенной конфликтности. С одной стороны, стараться погасить долги перед всеми кредиторами, а с другой, максимально сохранить имущество должника, чтобы ему было на что жить дальше (относиться к имуществу должника наиболее бережно, чтобы по завершении процедуры оставить ему максимально возможное количество этого имущества). А если разорения не избежать, то второй задачей управляющего является получение максимальной выгоды при продаже имущества должника и направление вырученных денежных средств на погашение долгов.

Исходя из поставленных законодателем задач, финансовый управляющий в процедурах банкротства граждан, в силу абзаца третьего пункта 2, пункта 4 статьи 20.3, абзаца третьего пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, обязан принимать прежде всего разумные и экономически обоснованные решения в интересах должника и его кредиторов; не противодействовать стремлению должника к последовательному выходу из сложившейся кризисной ситуации, способствовать примирению сторон, возможному введению реабилитационной процедуры банкротства и освобождению гражданина от долгового бремени, оказывать активное содействие при разработке, утверждении и исполнении экономически обоснованного плана реструктуризации долгов с обеспечением справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и правами должника.

Судебная практика исходит из того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер, и включает в себя плату за проведение всех мероприятий в процедурах банкротства, в том числе плату за оказываемые управляющим услуги. Более того, именно сам управляющий как профессиональный антикризисный менеджер, действуя добросовестно и разумно, будучи осведомленным о желании должника составить план выхода из кризиса, имел все возможности оказать содействие гражданину (в первую очередь, консультационного характера) в его намерении. Вместо этого управляющий, заняв противоположную позицию, фактически допустил в своей деятельности нарушение баланса интересов всех вовлеченных в процесс несостоятельности лиц, отдав явное предпочтение кредитору, что недопустимо.

Аналогичная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-9813 по делу N А41-36090/2017.

Как указано выше, действуя добросовестно и разумно, арбитражный управляющий обязан приступать к выплате собственного вознаграждения в виде процентов только после погашения иных видов расходов, предусмотренных абзацем 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве. Аналогичные разъяснения даны в пункте 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве".

Как разъяснено в пункте 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", согласно пункту 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего устанавливается в зависимости от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

При исчислении таких процентов учитываются удовлетворенные конкурсным управляющим включенные в реестр требования всех очередей (за исключением указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве опоздавших требований) и не принимаются в расчет удовлетворенные им текущие платежи.

Если в числе удовлетворенных требований кредиторов имелись требования, обеспеченные залогом, удовлетворенные за счет выручки от реализации предмета залога, то в этом случае общие правила пункта 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве должны применяться с учетом специальных правил, установленных в статье 138 Закона, согласно которым на погашение текущих платежей может направляться не более десяти (пункт 1 статьи 138) или пяти (пункт 2 статьи 138) процентов выручки от реализации предмета залога.

Анализ вышеназванных норм позволяет суду применить разъяснения, данные в пункте 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", регламентирующие порядок выплаты процентов лишь в зависимости от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а не от всей суммы реализации предмета залога, что в рассматриваемом случае более 3 раз превышает сумму долга перед залоговым кредитором, что может еще больше усугубить финансовое положение должника.

Положения абзаца второго пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, согласно которого сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина, применимы, если размер такой выручки менее размера удовлетворенных требований кредиторов.

О том, что  именно на это направлена воля законодателя, также косвенно свидетельствуют положения абзаца первого пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, согласно которого сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации его долгов составляет семь процентов размера удовлетворенных требований кредиторов, учитывая, что реализация имущества должника не допускается в процедуре реструктуризации.

При этом, особенности установления процентов по вознаграждению арбитражного управляющего при удовлетворении требований, обеспеченных залогом имущества должника, разъяснены в пункте 13.1 постановления Пленума N 97. Для правильного исчисления размера вознаграждения при реализации предмета залога необходимо установить, в какой пропорции размер вырученных от реализационных процедур по каждому предмету залога средств погашает требование каждого отдельного залогового кредитора. В зависимости от этой пропорции определяется процентная ставка в соответствии с пунктом 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве, которая умножается на размер удовлетворенных требований залогового кредитора от реализации предмета залога. Если предмет залога реализован не с торгов, а посредством его оставления залоговым кредитором за собой с оценкой в сумме на десять процентов ниже начальной продажной цены на повторных торгах (пункт 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве), то выручкой при таком способе реализации является цена, по которой кредитор принял имущество.

Аналогичные выводы содержатся в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2017 N 304-ЭС16-19323, от 21.06.2017 N 306-ЭС17-782, от 21.09.2017 N 303-ЭС15-19181 (5), в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017).

Суд апелляционной инстанции также обращает внимание, что институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

С учетом изложенного, необоснованное увеличение текущих расходов за счет должника в виде процентов по стимулирующему вознаграждению финансового управляющего без учета размере удовлетворенных требований залогового кредитора, что в рассматриваемом случае менее размера выручки от реализации предмета залога более чем в 3 раза, не соответствует целям и задачам Закона о банкротстве.

На основании изложенного, принимая во внимание явную несоразмерность между размером удовлетворенных требований кредиторов (2136619,76 руб.) и стоимостью реализованного имущества должника (6 778 819 руб.), с целью соблюдения баланса интересов между залоговым и не залоговыми кредиторами, должником и финансовым управляющим, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости установления суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 7 процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, что составляет 149563 руб. 38 коп.

О возможности установления процентов по вознаграждению финансового управляющего в зависимости от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, применяя по аналогии разъяснения, данные в пункте 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", также указаны в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2022 № 306-ЭС19-597(19) по делу №А55-28089/2018, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.07.2024 по делу N А53-8870/2019, от 07.11.2023 по делу № А01-2704/2019, постановлениях Арбитражного суда Московского округа  от 30.05.2022 по делу № А40-42214/2021, от 03.06.2024 по делу № А40-216654/2019, постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.09.2023 по делу N А70-4500/2022, постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2022 по делу № А12-12059/2020.

Таким образом, суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права и принял незаконный судебный акт, что в силу пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения обжалованного определения и снижения размера вознаграждению финансового управляющего.

Согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 08.08.2024 N 259-ФЗ при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина для физических лиц составляет 10 000 руб.

По правилам статьи части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы относятся на финансового управляющего.

В связи с изложенным, с арбитражного управляющего ФИО4 в пользу ФИО2 подлежат взысканию судебные расходы по уплаченной по квитанции от 10.07.2025 государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 10000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2025 по делу № А32-40055/2023 изменить, изложив абзац первый его резолютивной части в следующей редакции:

"Установить проценты по вознаграждению финансового управляющего ФИО4 в сумме 149563 рубля 38 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.".

Взыскать с ФИО4, ИНН <***>, в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, судебные расходы по уплаченной по квитанции от 10.07.2025 государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 10000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                       Д.С. Гамов

Я.А. Демина