Постановление от 24 ноября 2022 г. по делу № А73-19534/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4702/2022
24 ноября 2022 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С.

при участии:

ФИО3, лично

от ФИО1, ФИО3 – ФИО2, по доверенности от 10.11.2021

от ООО «Сладкий вкус» – ФИО3, директор; ФИО4, по доверенности от 24.01.2022

ФИО3, лично

от ООО «РК «Тауэр» - ФИО3, директор

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3, ФИО1

на решение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.04.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022

по делу № А73-19534/2021

по иску ФИО3, ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Сладкий Вкус» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 680013, <...>), обществу с ограниченной ответственностью «Риэлторская компания «Тауэр» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 680013, <...>), ФИО3

о признании недействительным соглашения об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 и соглашения об отступном от 11.03.2020, применении последствий недействительности сделок

у с т а н о в и л:

ФИО3 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Хабаровского края к ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Сладкий Вкус» (далее – ООО «Сладкий вкус», общество), обществу с ограниченной ответственностью «Риэлторская компания «Тауэр» (далее – ООО «РК «Тауэр») с иском о признании недействительными соглашения об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 (далее также – соглашение от 11.03.2020) и соглашения об отступном от 11.03.2020 и применении последствий недействительности сделок в виде возврата переданных в качестве отступного требований по договорам займа и взыскания с общества «Сладкий вкус» в пользу каждого из истцов по 1 550 000 руб., уплаченных по соглашению.

Решением суда от 05.04.2022, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022, в иске отказано.

ФИО3 и ФИО1 обратились с Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и нарушение норм процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просят принятые по делу судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

В кассационной жалобе, дополнениях к ней заявители в обоснование своей позиции приводят доводы о том, что соглашением от 11.03.2020 был урегулирован вопрос о возмещении убытков, касающихся исключительно безвозмездной передачи акционерному обществу «Материальные ресурсы» (далее – АО «Материальные ресурсы»), произведенных за счет ООО «Сладкий вкус» улучшений арендованных объектов недвижимости, однако после того, как решением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.03.2021г. по делу № А73-25251/2019 было отказано в иске ООО «Сладкий вкус» к АО «Материальные ресурсы» о взыскании неосновательного обогащения, составляющего стоимость упомянутых улучшений, выяснилось, что убытки ООО «Сладкий вкус» не были причинены, составляющего стоимость упомянутых улучшений, стало быть, оснований для возложения на ФИО3 и ФИО1 обязанности по их возмещению не имеется и достигнутая в соглашении договоренность о добровольном возмещении убытков не должна выполняться. Считают, что суды неправомерно согласились с не подтвержденным никакими доказательствами утверждением ответчиков о том, что предметом соглашения от 11.03.2020 было возмещение убытков и за иные действия. Так, суд первой инстанции счел установленным факт причинение вреда ООО «Сладкий вкус» в виде упущенной выгоды (потери прибыли), возникшего из-за инициированного истцами корпоративного конфликта, а также признал, что соглашением охватывается возмещение вреда, причиненного ООО «РК «Тауэр», а суд апелляционной инстанции, поддержав данные выводы, дополнительно указал на причинение вреда деловой репутации ООО «Сладкий вкус». Полагают, что суды неверно истолковали условия и неправильно квалифицировали оспариваемый договор, который является смешанным, содержащим соглашение о возмещении ущерба, регулируемое главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьей 53.1 данного Кодекса, в соответствии с которыми такое соглашение может быть заключено между потерпевшим и причинителем вреда при условии наличии факта причинения вреда (деликта). В этой связи судами неправильно определен предмет доказывания по делу и неверно распределены обязанностей по доказыванию, что привело к тому, что на истцов была возложена обязанность по возмещению убытков без установления всех элементов состава правонарушения. Ссылаются на недоказанность всей совокупности условий для применения принципа эстоппель, поскольку истцы не могли знать, что судебным решением будут признаны неправомерными притязания ООО «Сладкий вкус» к АО «Материальные ресурсы», при этом у ФИО3 по причине его осведомленности о правоотношениях между указанными лицами не могло возникнуть разумных ожиданий, что истцы будут возмещать убытки, а само по себе противоречивое поведение, не повлекшее негативных последствий и причинение ущерба, не запрещено. По мнению заявителей, в связи с отсутствием состава убытков оспариваемое соглашение является ничтожным в силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса, как противоречащее существу законодательного регулирования. Кроме этого, считают, что судами нарушены нормы процессуального права, выразившиеся в непривлечении к участию в деле ФИО5, которая, являлась в рассматриваемый период конкурсным управляющим ООО «Сладкий вкус» и подписала соглашение от 11.03.2020 от имени общества; рассмотрении дела апелляционным судом в незаконном составе в связи с тем, что судья Козлова Т.Д., принимавшая участие в рассмотрении настоящего спора, ранее являлась председательствующим судьей при рассмотрении апелляционной жалобы по делу №А73-165/2018 и, по мнению заявителей, имела предвзятое отношение к ФИО3 и ФИО1; неподписание постановления апелляционного суда одним из судей в связи с нахождением на дату изготовления мотивированного постановления от 09.08.2020 вынесения определения об исправлении опечатки от 23.08.2022 судья Кривощеков А.В. находился в отпуске.

ФИО3 также представил дополнительные пояснения, в которых изложил свое видение причин возникшего корпоративного конфликта, а также сведения об обращении внепроцессуального характера, поданном им при рассмотрении настоящего дела.

ООО «Сладкий вкус» в представленном отзыве возразило по доводам заявителей жалобы о том, что оспариваемая сделка является внесудебным соглашением о порядке возмещения убытков, при этом спор, разрешенный по делу № А73-25251/2019 между ООО «Сладкий вкус» и АО «Материальные ресурсы» не имел никакого отношения к спорному соглашению. Обращает внимание, что ранее решением по делу №А73-24249/2019, к участию в рассмотрении которого были привлечены ФИО3 и ФИО1, было отказано в иске ООО «Сладкий вкус» об истребовании у АО «Материальные ресурсы» имущества (неотделимых улучшений), однако ФИО3 и ФИО1 продолжали исполнять условия соглашения от 11.03.2020, что опровергает их аргументы о заблуждении относительно наличия убытков в связи с взаимоотношениями с АО «Материальные ресурсы». Отмечает, что условия соглашения от 11.03.2020 свидетельствуют о его направленности на разрешение корпоративного конфликта в целом, то есть названное соглашение является непоименованным договором. Полагает, что суды верно квалифицировали договор и правильно применили нормы права к рассматриваемым правоотношениям.

ФИО3 в возражениях на кассационную жалобу указал, что подписанию оспариваемого соглашения от 11.03.2020 предшествовало заключение 02.03.2020 мирового соглашения, направленного на урегулирование корпоративного конфликта, в рамках судебного спора по делу № А73-14208/2019, которое не было утверждено судом, поскольку ФИО3 и ФИО1 настаивали на сохранении конфиденциальности условий соглашения, а суд отказал в проведении закрытого судебного разбирательства. Подчеркивает, что оспариваемая сделка не является соглашением о компенсации конкретных убытков ООО «Сладкий вкус», связанных с передачей улучшений АО «Материальные ресурсы».

Кассационная жалоба принята к производству определением от 29.09.2022 и назначена к рассмотрению в судебном заседании 01.11.2022, после чего определением от 01.11.2022 судебное разбирательство отложено на 21.11.2022.

В судебных заседаниях представитель заявителей, лично ФИО3 на доводах жалобах настаивали.

Представитель ООО «Сладкий вкус», ООО «РК «Тауэр» и ФИО3 поддержали приведенные в отзывах возражения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3, ФИО3 и ФИО1 являлись участниками ООО «Сладкий вкус», каждому из которых принадлежало по 1/3 доли в уставном капитале общества.

Кроме этого, указанные лица входили в состав участников ООО «РК «Тауэр» с аналогичным распределением размера долей в уставном капитале.

В ООО «Сладкий вкус» существует длительный корпоративный конфликт, в котором ФИО3 и ФИО1 выступают на одной стороне.

В результате переговоров стороны пришли к соглашению о мирном разрешении конфликта и 11.03.2020 ООО «Сладкий вкус», ФИО3, ФИО3, ФИО1, ООО «РК «Тауэр» подписали соглашение об урегулировании корпоративного конфликта на следующих условиях.

ФИО3 и ФИО1 продолжают работать в ООО «РК «Тауэр» (пункт 2).

ФИО3 и ФИО1 обязуются отказаться от конкуренции с ООО «РК «Тауэр» и не вести параллельную деятельность по оказанию риэлторских услуг (в том числе через аффилированных лиц), оформляемых не через ООО «РК «Тауэр», кроме сделок, согласованных с ФИО3 (пункт 3).

В соответствии с пунктом 4 соглашения ФИО3 и ФИО1 обязаны солидарно компенсировать ущерб, причиненный ООО «Сладкий вкус» в размере 60 000 000 руб. в сроки и в порядке, согласованные в пунктах 4.1 – 4.5 настоящего соглашения.

ФИО3 в счет оплаты задолженности уступает ООО «Сладкий вкус» права требования к ООО «РК «Тауэр» по договорам займа в общем размере 6 843 333 руб. (пункт 4.1); ФИО1 уступает права требования к ООО «РК «Тауэр» по договорам займа на сумму 5 366 333 руб.

Пунктом 8 соглашения установлено, что в обеспечение исполнения обязательств по выплате 47 790 334 руб. ООО «РК «Тауэр» передает в залог недвижимое имущество, на которое ООО «Сладкий вкус» может быть обращено взыскание в случае существенного нарушения графика платежей по соглашению (пункт 12), а также может быть реализовано с направлением вырученной суммы на погашение задолженности по соглашению в случае невозможности ведения ФИО3, ФИО3, ФИО1 дальнейшей совместной предпринимательской деятельности в ООО «РК «Тауэр» (пункт 13).

Срок исполнения обязательств ограничивается 15 годами (пункт 15).

Во исполнение условий соглашения об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 в этот же подписано соглашение об отступном, по которому ФИО3 и ФИО1 уступили ООО «Сладкий вкус» права требования к ООО «РК «Тауэр» по договорам займа на общую сумму 12 209 666 руб.

В счет исполнения оставшейся после частичного погашения отступным задолженности в размере 47 790 334 руб. ФИО3 и ФИО1 в период с апреля 2020 по май 2021 года уплатили ООО «Сладкий вкус» по 1 550 000 руб. каждый.

Сославшись на то, что соглашение об урегулировании корпоративного конфликта было заключено в счет погашения убытков, возникших в связи с передачей произведенных ООО «Сладкий вкус» (арендатором) отделимых и неотделимых улучшений недвижимого имущества, арендованного у АО «Материальные ресурсы», при этом решением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.03.2021 по делу № А73-25251/2019 отказано в иске ООО «Сладкий вкус» о взыскании с АО «Материальные ресурсы» неосновательного обогащения в связи произведенными улучшениями имущества, что исключает применении к ФИО1 и ФИО3 ответственности ввиду отсутствия вреда и влечет на основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ ничтожность соглашения от 11.03.2020 об урегулировании корпоративного конфликта и заключенного в его исполнение соглашения об отступном от 11.03.2020, ФИО1 и ФИО3 обратились в суд с настоящим иском.

Отказывая в иске, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались нормами статей 10, 166, 168, 421, 431 Гражданского кодекса и исходили из того, что оспариваемое соглашение от 11.03.2020 не является соглашением о возмещении убытков в размере стоимости улучшений арендуемого ООО «Сладкий вкус» у АО «Материальные ресурсы» недвижимого имущества, являвшихся предметом спора по делу № А73-25251/2019, а заключено в целях разрешения длительного корпоративного конфликта в целом, при его заключении ФИО3 и ФИО1 не заблуждались относительно предмета договора, условия соглашения длительное время исполнялись истцами, которые в настоящее время пытаются пересмотреть условия названных сделок, которые были согласованы по воле всех их сторон и в этой связи не нашли оснований для признания соглашения об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 и соглашения об отступном от 11.03.2020 недействительными (ничтожными).

На основании части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с частью 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

По смыслу разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) суд не связан правовой квалификацией заявленных истцом требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Исходя из предмета и основания иска настоящему делу, в предмет доказывания, вопреки доводам заявителей, не входит установление всей совокупности условий, необходимых для возмещения убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодека).

По заявлению о признании сделки недействительной (ничтожной) исследованию подлежат обстоятельства, при которых заключен оспариваемый договор.

В данном случае доводы о ничтожности соглашения об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 истцы мотивировали отсутствием у ООО «Сладкий вкус» убытков, связанных с передачей АО «Материальные ресурсы» отделимых и неотделимых улучшений арендованного имущества, возместить которые ФИО3 и ФИО1 обязались, заключая спорное соглашение и сослались на то, что данные обстоятельства стали известны только из решения от 29.03.2021 по делу № А73-25251/2019.

Соглашение об отступном от 11.03.2020 заключено во исполнение условий соглашения об урегулировании корпоративного конфликта и зависит от оценки основного договора.

Суд первой инстанции, проанализировав условия соглашения от 11.03.2020, пришел к выводу, что оно не является соглашением о возмещении убытков, возникших у ООО «Сладкий вкус» в связи с арендными отношениями по договору с АО «Материальные ресурсы».

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса) к отдельным отношениям сторон по договору (пункт 2 статьи 421 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 Гражданского кодекса, пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

В силу статьи 431 Гражданского кодекса при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Как установлено судами, начиная с июня 2015 года в ООО «Сладкий вкус», возник корпоративный конфликт, затронувший и деятельность ООО «РК «Тауэр», в состав участников которого входили ФИО3, ФИО3 и ФИО1

В указанный период ФИО1 и ФИО3 совместно от имени ООО «Сладкий вкус» инициировали значительное количество судебных споров против ФИО3 и контролируемых им юридических лиц, неоднократно обращались в правоохранительные органы, в прокуратуру. Так, Арбитражным судом Хабаровского края были рассмотрены дела №№ А73-14883/2015, А73-14884/2015, А73-10090/2016, А73-10091/2016, А73-18635/2015, А73-10089/2016, А73-5456/2016, А73-5457/2016, А73-7576/2016, А73-8013/2016, А73-14769/2016, А73-2392/2017, А73-165/2018, А73-4316/2018, большинство из которых разрешено не в пользу ФИО1 и ФИО3

Решением суда от 11.10.2018 по делу А73-165/2018 признаны необоснованными требования ФИО1 и ФИО3 к ФИО3 о взыскании убытков. При рассмотрении данного дела судом отклонены доводы истцов о не передаче ФИО3 в пользу ООО «Сладкий вкус» товарных запасов, об отсутствии компенсации улучшений арендуемых у АО «Материальные ресурсы» помещений, об использовании этих помещений контролируемыми ФИО3 лицами.

Возможность обжалования решения по делу № А73-165/2018 была исчерпана истцами к концу 2019 года.

В свою очередь ФИО3 по решению суда по делу № А73-10461/2018 получил часть документов о деятельности ООО «РК «Тауэр», из которых установил, что в период с 2015 по 2019 год ФИО1 и ФИО3, осуществляя деятельность по предоставлению риэлторских услуг, совершали сделки с недвижимостью, оплату по сделкам отражали их в бухгалтерском учете ООО РК «Тауэр» в суммах, в десятки раз меньших реально полученных.

После чего ФИО3 от имени ООО «РК «Тауэр» предъявил иск о взыскании с ФИО1 и ФИО3 убытков в сумме 54,2 млн.руб., по которому возбуждено производство по делу № А73-14208/2019

В январе 2020 года соистцы обратились к ФИО3 с предложением провести переговоры о мирном урегулировании конфликта, в подтверждение чему ответчиком представлены суду доказательства процедуры ведения переговоров, согласования условий соглашения. В частности, это несколько предложенных ФИО3 вариантов (от 20.01.2020, от 21.01.2020, от 22.01.2020г.) мирного урегулирования корпоративного конфликта с расписками истцов в получении, один их которых был предварительно согласован (вариант от 22.01.2020).

Из содержания этих документов следует, что в ходе выработки условий соглашения об урегулировании конфликта рассматривались вопросы корпоративных прав участников конфликта, их обязанностей и трудовых правоотношений как в отношении ООО «РК «Тауэр», так и в отношении ООО «Сладкий вкус». Это варианты перераспределения корпоративных прав в ООО РК «Тауэр», возмещения ущерба, причиненного ФИО3 (как непосредственно, так и в форме выплат подконтрольному этому участнику конфликта юридическому лицу), варианты обеспечения обязательств по возмещению ущерба.

Предварительное соглашение от 23.01.2020 также устанавливает соответствующие права и обязанности участников конфликта в отношении как ООО «Сладкий вкус», так и ООО РК «Тауэр».

Действительно пункт 7 данного документа установлено, что в случае положительного для ООО «Сладкий вкус» исхода арбитражных дел о компенсации затрат на улучшения арендуемого имущества половина взысканной суммы пойдет в счет возмещения ущерба, причиненного ФИО3 (в указанном выше смысле, то есть и в форме выплат подконтрольному этому участнику конфликта юридическому лицу). Но никаких условий, формулировок о том, что сама по себе обязанность ФИО3 и ФИО1 возместить ущерб ставится в зависимость от результатов рассмотрения какого-либо дела, перечисленные документы не содержат.

В целях разрешения корпоративного конфликта, ФИО3 и ФИО1 продали ФИО3 принадлежащие им доли в ООО «Сладкий вкус» и в ООО «РК «Тауэр» (договоры от 31.01.2020, от 18.02.2020, от 28.02.2020), передали в залог ФИО3 принадлежащее ООО «РК «Тауэр» недвижимое имущество (свидетельство от 03.03.2020 об удостоверении факта принятия решения органом управления ООО «РК «Тауэр» и о составе участников ООО «РК «Тауэр», присутствовавших при принятии решения, договоры залога от 11.03.2020).

Соглашение об урегулировании корпоративного конфликта подписано сторонами 11.03.2020.

Определением от 18.03.2020 арбитражным судом в деле № А73-14208/2019 утверждено мировое соглашение, в котором ФИО3 сняты заявленные в суд претензии к соистцам по ООО «РК «Тауэр».

Суд первой инстанции, детально проанализировав поведение участников переговорного процесса, правомерно заключил, что соглашение от 11.03.2020 стало завершающим этапом урегулирования длящегося длительное время корпоративного конфликта, в которых вовлечены ФИО3, ФИО3 и ФИО1, являющиеся участниками ООО «Сладкий вкус» и ООО «РК «Тауэр».

При этом установлено действительное намерение сторон заключить сделку, раскрытие друг перед другом всей значимой информации.

Истцами не доказано, что вступая в переговоры и заключая соглашение от 11.03.2020, они исходили из того, что подлежащий возмещению ФИО3 ущерб (пункт 4 соглашения) связан исключительно с произведенными улучшениями арендованного у АО «Материальные ресурсы» имущества, переданного арендодателю вместе с указанными улучшениями, а обязанность выплат поставлена в зависимость от результатов рассмотрения дела № А73-25251/2019.

Довод истцов о беспредметности спорного соглашения от 11.03.2020, обоснованный отсутствием у ООО «Сладкий вкус» какого-либо ущерба, признан судом несостоятельным, поскольку после начала корпоративного конфликта, прекращения полномочий ФИО3, хозяйственная деятельность ООО «Сладкий вкус» не осуществлялась, что подтверждается анализом финансового состояния общества в период до возникновения корпоративного конфликта (выручка 400-500 млн.руб., чистая прибыль 7-8 млн.руб., нераспределенная прибыль 30-40 млн.руб.) и после (снижение выручки, прибыли в 2015 году и полное их отсутствие в 2016-2019 годах), сведениями бухгалтерской отчетности, аудиторскими заключениями. Фактическая остановка работы обусловлена утратой обществом привлекательности для партнеров вследствие затяжного корпоративного конфликта и непрерывных судебных разбирательств.

Апелляционный суд, поддержав позицию суда первой инстанции, дополнительно указал, что возмещению подлежит как имущественный вред, так и вред деловой репутации ООО «Сладкий вкус».

Статьей 152 Гражданского кодекса гарантируется судебная защита в случаях распространения о лицах сведений, порочащих их честь, достоинство или деловую репутацию.

По смыслу приведенной нормы юридические лица и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе требовать возмещения убытков в случае, если факт распространения порочащих сведений установлен судебным актом.

В данном случае такие обстоятельства не установлены. В этой связи сформулированное судом апелляционной суждение о наличии оснований для возмещения вреда деловой репутации ООО «Сладкий вкус» вследствие инициированного ФИО3 и ФИО1 корпоративного конфликта следует признать необоснованным.

Вместе с тем допущенное нарушение не повлекло принятие неправильного судебного акта по существу спора и может быть устранено путем исключения данного вывода из мотивировочной части обжалуемого постановления от 09.08.2022.

Суд округа соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии при установленных обстоятельствах оснований для применения к оспариваемому соглашению положений пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса.

Суды верно квалифицировали соглашение об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 как непоименованный договор, заключение которого не регламентировано законодательно, соответственно, стороны обладают свободой усмотрения при согласовании его условий.

Толкование условий соглашения от 11.03.2020 по правилам статьи 431 Гражданского кодекса, оценка хода ведения и результата переговоров и последующего поведения сторон позволили судам прийти к обоснованному выводу, что подписанный сторонами договор не является соглашением о возмещении убытков, возникших у ООО «Сладкий вкус» в связи с арендными отношениями по договору с АО «Материальные ресурсы» и каким-либо образом зависит от результатов рассмотрения дела № А73-25251/2019.

Условия соглашения соблюдались всеми его участниками более года, доказательств предъявления на протяжении всего указанного срока претензий к ООО «Сладкий вкус» или ФИО3 по оспариваемому соглашению от 11.03.2020, либо каких-либо пунктов из условий договора, со стороны истцов не представлено.

Приведенные в обоснование иска аргументы, аналогичны доводам кассационной жалобы и сводятся к тому, что при заключении соглашения от 11.03.2020 ФИО3, будучи осведомленным о правоотношениях ООО «Сладкий вкус» и АО «Материальные ресурсы», возникших в связи с заключенным между сторонами договором аренды и, как следствие, об отсутствии убытков и поэтому у него не могло возникнуть разумных ожиданий, что истцы будут возмещать ущерб, тогда как ФИО1 и ФИО3 полагали, что обществу причинен ущерб в связи с передачей арендованного имущества вместе с отделимыми и неотделимыми улучшениями и считали себя виновными в причинении ущерба и только поэтому подписали соглашение и приступили к его исполнению, то есть заблуждались относительно наличия ущерба в размере 60 000 000 руб. (пункт 4 соглашения), возместить который они обязались в течение пятнадцати лет (пункт 15).

В абзаце третьем пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» указано, что иная правовая квалификация существующих правоотношений не является переоценкой доказательств, поскольку представляет собой применение норм права к уже имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 431.2 Гражданского кодекса сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 названной стоящей статьи) требовать признания договора недействительным (статьи 179 и 178 названного Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, например, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса).

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 Гражданского кодекса).

Статья 178 Гражданского кодекса, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 751-О, от 28.03.2017 № 606-О).

Заблуждение относительно правовых последствий сделки не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса. Кроме того, суд отказывает в признании сделки недействительной по статье 178 Гражданского кодекса, если истец не проявил должной осмотрительности при совершении спорной сделки (пункты 3 и 5 Обзора практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса, утвержденного информационным письмом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162).

Между тем, обстоятельства, свидетельствующие, что ФИО1 и ФИО3 при подписании спорного соглашения от 11.03.2020, находились под влиянием существенного заблуждения, из материалов дела не следуют и судами не установлены.

В данном случае, как верно отмечено судами первой и апелляционной инстанций из условий соглашения от 11.03.2020 не усматривается, что ущерб ООО «Сладкий вкус», который обязались возместить истцы, возник в связи с переданными АО «Материальные ресурсы» неотделимыми улучшениями арендованного имущества.

Пунктом 17 соглашения стороны подтвердили, что соглашение об урегулировании корпоративного конфликта отвечает интересам сторон, не нарушает права и законные интересы других лиц и не противоречит закону.

В пунктах 19, 21 соглашения указано, что оно содержит весь объем соглашений в отношении его предмета, отменяет и делает не действительными все другие обязательства, которые могут быть приобретены сторонами, стороны гарантируют, что заключают соглашение не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и соглашение не является для них кабальной сделкой.

Доказательства того, что истцы ФИО1 и ФИО3 были ограничены в возможности повлиять на содержание соглашения от 11.03.2020 либо наличия у сторон рассматриваемых соглашений пороков воли, в материалах дела отсутствуют.

Более того, решением Арбитражного суда Хабаровского края от 08.09.2020 г. по делу № А73-25249/2019 отказано в иске ООО «Сладкий вкус» к АО «Материальный ресурсы» об истребовании произведенных в период аренды помещений дома 1 по ул.Зеленая в г.Хабаровске отделимых улучшений. Данным судебным актом установлено, что общество получило от арендодателя равноценное встречное предоставление в виде освобождения от арендной платы.

ФИО3 и ФИО1 участвовали в рассмотрении названного дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно предмета спора. Решением установлено, что ООО «Сладкий вкус» арендовало у АО «Материальные ресурсы» помещения по адресу <...>, было освобождено от уплаты аренды.

Производство по делу № А73-25251/2019 было приостановлено до рассмотрения дела № А73-25249/2019, в этой связи ФИО1 и ФИО3 еще в сентябре 2020 были проинформированы о негативных перспективах рассмотрения иска ООО «Сладкий вкус» о взыскании неосновательного обогащения.

Однако после вынесения решения от 08.09.2020 по делу № А73-25249/2019, а также после принятия 29.03.2021 решения по делу № А73-25251/2019, ФИО1 и ФИО3 продолжали исполнять условия соглашения от 11.03.2020 и производить выплаты, что очевидно свидетельствует о том, что ущерб в размере 60 000 000 руб., согласованный сторонами в пункте 4 соглашения от 11.03.2020 не связан со стоимостью отделимых и неотделимых улучшений недвижимого имущества, которое общество арендовало у АО «Материальные ресурсы».

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 70 постановления Пленума № 25 разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса).

Таким образом, в данном случае к спорным правоотношениям судами обоснованно применен принцип эстоппель, являющийся одним из проявлений принципа добросовестности.

Поскольку по результатам исследования и оценки всех имеющихся в материалах дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, в том числе, что из содержания представленных в материалы дела документов, из последовательности совершенных сторонами действий, следует, что именно действия ФИО3 и ФИО1 привели к возникновению в ООО «Сладкий вкус» и в ООО «РК «Тауэр» корпоративного конфликта, и, учитывая, что оспариваемое истцами соглашение от 11.03.2020 было заключено с целью разрешения длительного корпоративного конфликта и по результатам его заключения и исполнения соответствующий корпоративный конфликт был разрешен, имущественные споры между участниками обществ урегулированы, в материалы дела не представлено надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что при подписании спорного соглашения истцы находились под влиянием существенного заблуждения относительно согласованного в пункте 4 предмета соглашения, суды пришли к обоснованным выводам о том, что действия ФИО3 и ФИО1 по оспариванию соглашения от 11.03.2020 об урегулировании корпоративного конфликта и соглашения от 11.03.2020 об отступном свидетельствуют о наличии в действиях указанных лиц признаков злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса), что в силу пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса является основанием для отказа в признании оспариваемых сделок недействительными.

Доводы заявителей о нарушении судами норм процессуального права не нашли своего подтверждения.

В период заключения спорных договоров ООО «Сладкий вкус» находилось в процедуре банкротства, соответственно, соглашение об урегулировании корпоративного конфликта от 11.03.2020 и соглашение об отступном от 11.03.2020 от лица ООО «Сладкий вкус» были подписаны конкурсным управляющим ФИО5, исполнявшей функции единоличного исполнительного органа общества в силу закона (пункт 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Определением от 28.12.2020 производство по делу № А73-4316/2018 о банкротстве ООО «Сладкий вкус» прекращено.

Принятое по настоящему делу решение не может повлиять на права и обязанности ФИО5 и в этой связи основания для ее привлечения к участию в деле в порядке статьи 51 АПК РФ в качестве лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, у суда отсутствовали.

Исчерпывающий перечень обстоятельств, исключающих участие судьи в рассмотрении дела, приведен в статье 21 АПК РФ.

Тот факт, что судья Козлова Т.Д. ранее рассматривала дело с участием тех же сторон, не свидетельствует о его пристрастности при рассмотрении ею другого дела, в котором участвуют те же лица.

Мотивированное постановление апелляционного суда изготовлено в полном объеме 09.08.2022 и подписано всеми судьями, принимавшими участие в рассмотрении дела, в том числе и судьей Кривощековым А.В., нахождение судьи в отпуске не исключает подписание мотивированного судебного акта, поскольку отпуск не прекращает полномочия судьи.

Определением от 26.08.2022 об исправлении опечатки в порядке части 3 статьи 179 АПК РФ внесены изменения относительно представителя участвующих в деле лиц и не касаются существа спора; исходя из просительной части кассационной жалобы, данное определение заявителями не обжалуется.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций верно установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, в полном объеме исследовали приведенные сторонами спора доводы и возражения и представленные доказательства, указав в обжалуемых судебных актах мотивы согласия либо несогласия с ними, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, основываются на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального права, а сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

В связи с изложенным и в отсутствие нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменений, с исключением из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции от 09.08.2020 вывода о причинении действиями истцов вреда деловой репутации ООО «Сладкий вкус».

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.04.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 по делу № А73-19534/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья И.Ф. Кушнарева


Судьи Е.О. Никитин


Е.С. Чумаков