Постановление от 19 февраля 2024 г. по делу № А20-3011/2021

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-3011/2021
г. Ессентуки
19 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 февраля 2024 года.


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.12.2023 по делу № А20-3011/2021, принятое по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2, с. Сармаково к ФИО3, с. Чегем-Второй, к ФИО4, с. Чегем-Второй, к ФИО5, с. Чегем-Второй о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Псынэ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), с. Чегем-Второй,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.09.2022 по делу №А20-3011/2021 общество с ограниченной ответственностью «Псынэ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

31.03.2023 от конкурсного управляющего должника поступило заявление о привлечении бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере 9 808 169 рублей 97 копеек.

Определением от 22.08.2023 суд принял уточнение конкурсного управляющего к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит солидарно привлечь к субсидиарной ответственности бывших директоров должника ФИО4, ФИО3 и ФИО5 в размере 9 974 166 рублей 45 копеек.

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.12.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что заявителем не доказано, что в указанную дату должник обладал признаками неплатежеспособности, а следовательно, контролирующих должника лиц возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом. Указанное исключает возможность привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что судом первой инстанции не учтено, что у руководителя должника с 31.12.2020 возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления в суд о признании должника банкротом. При этом наличие у должника дебиторской задолженности не свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 17.01.2024 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.12.2023 по делу № А20-3011/2021 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившего в силу 30.07.2017 (до возбуждения производства по настоящему делу), статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей в силу. Одновременно с этим пунктом 14 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен новой главой 111.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Из пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ следует, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Учитывая, что вменяемые ответчикам нарушения возникла после 01.07.2017, а также то, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях упомянутого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что в период 27.06.2016 по 18.06.2018 руководителем должника являлся ФИО4, с 18.06.2018 по 03.12.2018 – ФИО3, с 03.12.2018 по 16.09.2022 – ФИО5

Следовательно, указанные выше лица, в силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве являются контролирующими должника лицами.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, управляющий ссылается на то, что контролирующие должника лица, зная о неплатежеспособности должника и (или) признаках недостаточности имущества не обратились в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника по принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Ввиду пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При системном толковании вышеназванных норм следует, что возможность привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по указанным в данных статьях закона основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными лицами (или непринятие решения) заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, именно после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В Определении Верховного Суда РФ от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3) по делу N А12-18544/2015 отмечено, что при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В связи с чем, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Таким образом, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Из материалов дела следует, что в период с 27.09.2016 по 01.01.2021 должник являлся единственным гарантирующим поставщиком централизованного холодного водоснабжения на территории с.п. Чегем-Второй.

В результате исследования фактических обстоятельств, связанных с деятельностью и причинами банкротства должника, суд установил, что создание должника было вызвано необходимостью осуществления последним деятельности, направленной на решение социально значимых задач, связанных с организацией снабжения граждан жилищно-коммунальными услугами (обеспечение питьевой водой населения и предприятий).

Такая деятельность в целом не подразумевает получения существенной прибыли, кроме того, доход от указанных видов деятельности является регулируемым, то есть размер платы за коммунальные услуги определяется исходя из тарифов, установленных уполномоченным органом.

Изложенное позволяет сделать вывод, что специфика деятельности должника с момента его создания не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие организации. Платежи потребителей при этом являлись для должника единственным источником пополнения активов для исполнения обязательств перед контрагентами и несения расходов на текущую деятельность.

Положениями Федеральных законов от 27.07.2010 № 190-ФЗ "О теплоснабжении", от 07.12.2011 № 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354), предусмотрена обязанность по круглосуточному предоставлению коммунальных услуг населению, то есть бесперебойно либо с перерывами, не превышающими продолжительность, соответствующую требованиям к качеству коммунальных услуг.

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, зачастую носит убыточный характер, поскольку такое предприятие, как правило, имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан.

Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей (граждан, юридических лиц) является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги потребители постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

Следовательно, сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом). Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2020 № 304-ЭС20-6414 по делу № А46-18817/2017).

Единственным источником финансирования деятельности должника являются платежи за коммунальные услуги от населения, юридических лиц. Население в большинстве своем несвоевременно, со значительными задержками и не в полном объеме производит оплату жилищно-коммунальных услуг. В свою очередь меры по взысканию такой дебиторской задолженности являются трудоемкими и требуют временных и материальных затрат.

При этом наличие у должника формальных признаков банкротства в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника и его учредителя обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности (определение Верховного Суда РФ от 05.06.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015).

Отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору не является достаточным основанием для предположения признаков неплатежеспособности (постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 18245/12 по делу № А47-4285/2011).

Из бухгалтерского баланса должника следует, что активы должника за 2018 год – 27 325 тыс. руб., за 2019 год – 31 326 тыс. руб., за 2020 год – 35 408 тыс. руб. соответственно. Обязательства должника на 31.12.2020 составили 9 808 тыс. руб. Рост кредиторской задолженности должника фактически находится в прямой зависимости от роста дебиторской задолженности абонентов по оплате услуг должника.

Само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

При этом, дебиторская задолженность перед ООО «ПСЫНЭ» потребителей холодного водоснабжения составила более 15 000 000 руб.

При таких значениях должник располагал потенциалом получения денежных от дебиторов в размере, сопоставимом с размером кредиторской задолженности и позволяющем осуществить ее полное погашение.

Из материалов дела следует, что бывшим руководителем должника сформирован юридический отдел и начата работа по подготовке материалов для судебно-претензионной работы, что впоследствии снизило дебиторскую задолженность по населению. Проводилась активная работа по снижению дебиторской задолженности и на 01.06.2018 в службе судебных приставов находилось судебных приказов и исполнительных производств на общую сумму более 1 200 000 рублей.

Принятие мер по взысканию подтверждается письмом Чегемского районного отделения судебных приставов УФССП России по Кабардино-Балкарской Республике от 31.10.2023 (о поступлении 162 исполнительных документов о взыскании задолженности в пользу ООО «Псынэ») и выпиской из расчетного счета должника, представленной конкурсным управляющим в электронном виде 27.11.2023 (содержащей, в том числе, сведения о поступлении денежных средств из отделения Пенсионного фонда России на основании судебных приказов).

Следовательно, предпринимались меры по взысканию дебиторской задолженности, которая направлялась по погашение кредиторской задолженности должника. При этом, с учетом социальной значимости, должник не мог прекратить оказание населению услуг водоснабжения.

Учитывая изложенное, суд правомерно счел несостоятельным доводы о нарушении ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку при определении их вины необходимо также учитывать, что специфика деятельности должника предполагает перманентное нахождение в ситуации неисполнения денежных обязательств перед кредиторами.

При указанных обстоятельствах суд пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве. В данном случае отсутствовал факт обмана потенциальных кредиторов в виде сокрытия от них информации о наличии у должника потенциальных признаков банкротства.

Кроме того, субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Вместе с тем, доказательства совершения ответчиками вышеперечисленных неправомерных действий не представлены.

Указанное исключает возможность для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что управляющий ссылается на возникновение обязанности по подачи заявления о признании должника банкротом с 31.12.2020. Вместе с тем, руководителем должника с 03.12.2018 по 16.09.2022 являлся ФИО5 ФИО4 и ФИО3 в меняемый период не относились к контролирующим должника лицам, а следовательно, обязанность по подачи заявления у них отсутствовала. Указанное является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований в части привлечения ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.12.2023 по делу № А20-3011/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий



З.А. Бейтуганов


Судьи


Д.А. Белов


Н.Н. Годило