Постановление от 24 апреля 2025 г. по делу № А56-32073/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-32073/2023
25 апреля 2025 года
г. Санкт-Петербург
/тр.3


Резолютивная часть постановления объявлена  15 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2025 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей Е.В. Будариной, А.Ю. Слоневской

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым


при участии:

представитель АО «Племенной завод «Агро-Балт» ФИО1 по доверенности от 01.10.2024 г.

представитель ИП ФИО2 – Д.Ю. ФИО3 по доверенности от 15.01.2020 г. (путем использования системы веб-конференции)

генеральный директор ООО «Купец» ФИО4; представитель

ООО «Купец» ФИО5 по доверенности от 01.01.2025 г.


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-34472/2024, 13АП-36957/2024) временного управляющего ООО «Купец» ФИО6 и ИП ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2024 г. по делу № А56-32073/2023/тр.3, принятое

по заявлению АО «Племенной завод «Агро-Балт»

о включении 138 238 557 руб. 73 коп. задолженности и 200 000 руб. расходов по госпошлине в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Купец» (ИНН <***>)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 18.01.2024 г. (резолютивная часть объявлена 17.01.2024 г.), вынесенным по заявлению (принято к производству (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника) определением суда от 07.07.2023 г.) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – Предприниматель, ИП ФИО2) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Купец» (далее – должник, Общество) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО6 (далее – управляющий, ФИО6), сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 20 (7710) от 03.02.2024 г.

В ходе процедуры, а именно – 21.02.2024 г. - в арбитражный суд обратился кредитор - АО «Племенной завод «Агро-Балт» (далее – кредитор, Завод) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, в третью очередь удовлетворения, требования в размере 138 238 557 руб. 73 коп. основного долга и 200 000 руб. расходов по госпошлине, и определением от 17.10.2024 г. требование Завода в заявленном размере (составе) признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов Общества.

Данное определение обжаловано в апелляционном порядке ИП ФИО2 и управляющим; последняя в своей жалобе (с учетом письменных пояснений к ней) просит определение отменить, перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, в соответствии с которым, учесть рассматриваемое требование, как подлежащее удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр  требований  кредиторов (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), мотивируя жалобу, помимо прочего, допущенными судом нарушениями норм процессуального права (которые, по ее мнению, являются безусловными основаниями для отмены судебного акта применительно к пункту части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ), что, в частности, выразилось в рассмотрении дела в заседании, по итогам которого было вынесено обжалуемое определение, в отсутствие управляющего и ИП ФИО2 при наличии, вместе с тем, от них ходатайств об участии в заседании онлайн (путем использования системы веб-конференции), подключение к которому суд им не обеспечил, и несвоевременном – менее чем за 15 рабочих дней (в нарушение нормы абзаца 1 части 1 статьи 121 АПК РФ) - размещении в сети интернет (публикации) сведений о назначении этого заседания.

По существу же требования Завода управляющий указывает на юридическую аффилированность кредитора и должника: в силу, в частности, вхождения их в одну группу компаний, контролируемых ФИО7, а именно - в группу компаний Концерна «Детскосельский» (Президентом которого являлся ФИО7), что отражено на сайте Концерна; при том, что ООО «Концерн «Детскосельский» (ИНН <***>) до 10.10.2024 г. являлся учредителем ООО «Купец» и (согласно пояснениям к бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах за 2023 г.) является мажоритарным (68,78 % акций) акционером Завода, в состав Совета директора которого входит ФИО7 (также владеющий косвенно 20 % акций), а в состав аффилированных лиц – Общество (что следует из аудиторского заключения ОООС «БизнесКонсалт» за 2022 г.), а равно полагает управляющий и имеющей место быть фактическую аффилированность между сторонами (в т.ч. в силу характера (нетипичности) отношений между ними, условия которых недоступны иным, независимым участникам оборота).

С учетом этого, данный апеллянт полагает, что требование кредитора подлежало субординированию (понижению в очередности удовлетворения), поскольку договор от 31.05.2022 г. между Заводом (Цессионарий) и ООО «Монолит» (Цедент) уступки права требования по договору поставки между последним и должником от 21.12.2020 г. заключен в условиях имущественного кризиса Общества, и в силу пункта 6.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства контролирующих лиц должника и аффилированных с ними лиц, утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 29.01.2020 г. (далее - Обзор от 29.01.2020 г.), является формой компенсационного финансировании (в т.ч. ввиду отсутствия у должника, согласно его бухгалтерской отчетности, фактической возможности погасить задолженность перед ООО «Монолит»), при том, что перечисление соответствующих денежных средств (по договору поставки в качестве аванса) – в сумме 100 млн.руб. – носило транзитный характер (т.е. должник их фактически не получал), а ООО «Монолит» также являлось аффилированным по отношению к должнику лицом (в силу, в частности, нетипичности взаимоотношений между ними - перечисления столь крупного аванса); применительно же к задолженности в остальной части (в сумме 4 800 000 руб. по договору поставки № 05/03 от  11.03.2011 г., 6 967 336 руб. 31 коп. по договору поставки № 087-03 от 20.04.2016 г. и 26 471 221 руб. 42 коп. по договору поставки № АБ 2019/03-06 от  06.03.2019 г., т.е. на общую сумму 38 238 557 руб. 73 коп.) управляющий ссылается на осуществление соответствующих поставок в 2022 г. без их оплаты и при наличии уже имевшейся у Общества задолженности перед независимыми кредиторами, и в частности – перед Предпринимателем, а также – в силу упомянутой бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2018 – 2023 г. – невозможности погасить свои обязательства, что в силу пункта 4 Обзора от 29.01.2020 г. и нахождения обеих сторон под влиянием (контролем) бенефициара – ФИО7 - также свидетельствует о наличии компенсационного финансирования.

В свою очередь, ИП ФИО2 в своей жалобе также просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт о признании требования Завода подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр  требований кредиторов, мотивируя жалобу отсутствием со стороны суда оценки доводам (его и управляющего) об аффилированности должника и кредитора и – как следствие – необходимости применения к последнему повышенного стандарта доказывания, а кроме того - наличии у должника на момент возникновения задолженности признаков объективного банкротства и – как следствие - оснований для субординирования спорного требования.

В этой связи Предприниматель настаивает на аффилированности сторон (в т.ч. фактической - в силу характера сложившихся между ними взаимоотношений и вхождения в одну группу компаний (Концерн «Детскосельский»), контролируемых ФИО7) и неблагополучном финансовом состоянии Общества в течение 2021 – 2023 г. (исходя из соответствующих коэффициентов его бухгалтерской отчетности), что также, по мнению ИП ФИО2, влечет понижение очередности удовлетворения требования кредитора - в силу, в частности, пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 г. (ввиду невостребованности задолженности в условиях наступившего финансового кризиса Общества) и для обеспечения прав (интересов) независимых кредиторов, а равно как апеллянт полагает имеющими место быть и процессуальные нарушения со стороны суда первой инстанции, что, помимо прочего, выразилось в необеспечении участия его и управляющего в заседании путем использования системы веб-конференции.

В заседании апелляционного суда представитель Предпринимателя поддержал доводы рассматриваемых жалоб с учетом представленных к настоящему заседанию письменных пояснений, в которых он, помимо прочего, полагает, что в удовлетворении требования кредитора в сумме 100 000 000 руб. надлежит отказать (ввиду транзитного характера платежей в этой части, что, в частности, подтверждается полученной управляющим (и далее – переданной Предпринимателю) выпиской по счету, приложенной к этим пояснениям); однако, апелляционный суд не усматривает оснований для приобщения этих – дополнительных - доказательств (приложенных к указанным пояснениям): в силу как несвоевременности подачи этих пояснений с приложениями к нему (часть 5 статьи 159 АПК РФ), так и ограничений, установленных часть 2 (абзац 1) статьи 268 данного Кодекса – ввиду недоказанности невозможности их предоставления в суд первой инстанции (в частности - выписка по счету самого должника не только могла быть, но и должна была быть получена управляющим (в силу представленных ему полномочий и целей (задач) деятельности) непосредственно после введения процедуры банкротства в отношении должника (при реализации управляющим в случае отказа банка представить такую выписку (сведения по счетам должника) предусмотренных законом механизмов по истребованию этих сведений в судебном порядке)), а равно обращает коллегия в этой связи внимание и на несвоевременность предоставления самих этих (дополнительных) пояснений (поданы через систему Мой Арбитр накануне судебного заседания – 14.04.2025 г., в 15-25 - и переданы канцелярией суда на рассмотрения суда уже после судебного заседания) и отсутствие в суде первой инстанции со стороны возражающих на рассматриваемое требование лиц доводов относительно транзитного характера части этих требований и (как следствие) необходимости отказа в его включении в реестр в этой части, что также влечет предусмотренные статьей 268 АПК РФ ограничения в оценке этих доводов со стороны апелляционного суда.

Представители кредитора и должника возражали против удовлетворения рассматриваемых жалоб, в т.ч. по мотивам, изложенным в ранее представленных письменных пояснениях Завода.

Управляющий каких-либо дополнительных позиций (пояснений) по спору не представила (не направила) и в настоящее заседание не явилась; вместе с тем, в силу частей 1 и 4 статьи 123 АПК РФ, разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ), содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ она считается извещенным о судебном разбирательстве, ввиду чего и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело/настоящий спор/жалоба рассмотрено без ее участия при отсутствии, кроме того, от нее каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В частности, в соответствии со статьей 71 Закона о банкротстве (здесь и далее – в редакции, действующей на момент подачи рассматриваемого требования – часть 2 статьи 3 федерального закона от 29.05.2024 г. № 107-ФЗ), для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения; указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований, и включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При этом, возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, в т.ч. лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов, и при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

В этой связи, требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда; по результатам рассмотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов; в определении арбитражного суда о включении требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения таких требований; требования же кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов; по результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов, и указанные требования могут быть рассмотрены без привлечения лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем, в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны, а при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, и по этой причине при рассмотрении требований кредиторов не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, для надлежащего рассмотрения предъявленного кредитором требования арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права, существования задолженности на дату вынесения определения и убедиться в достоверности доказательств, а заявитель в соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ) обязан представить допустимые доказательства, подтверждающие правомерность его требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В данном случае, в обоснование заявленных требований кредитор указал, что оно подтверждено решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.12.2023 г. по делу № А56-76333/2023, вступившим в законную силу 26.01.2024 г., которым с Общества в пользу Завода взыскано 138238 557 руб. 73 коп. основного долга и 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, в том числе:

- задолженность по договору № 2 МОН уступки прав (цессии) от 31.05.2022 г. по договору № 2020/12-21 от 21.12.2020 г. в размере 100 000 000 руб.;

- задолженность по договору поставки № 05/03 от 11.03.2011 г. в размере 4800 000 руб.;

- задолженность по договору поставки № АБ 2019/03-06 от 06.03.2019 г. в размере 26 471 221 руб. 42 коп.;

- задолженность по договору № 087-03 от 20.04.2016 г. в размере 6 967 336 руб. 31 коп.

В этой связи и со ссылкой, помимо прочего, на указанные выше нормы и разъяснения (пункты 3 - 5 статьи 71 и пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, пункт 26 Постановления № 35), а кроме того - часть 1 статьи 16 АПК РФ, статьи 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением обязательств», суд признал правомерность заявленного требования, отметив в этой связи также, что кредитором в материалы дела дополнительно представлены первичные документы, платежные поручения, выписки по лицевым счетам, подтверждающие денежные переводы, УПД, Акт взаимозачета № УККУП000050 от 31.01.2021 г., Акт сверки общий 01.01.2022-23.03.2023 г.г., Акт сверки по договору № 087-03 от 20.04.2016 г. на 31.12.2022 г., Акт сверки по договору № 2МОН уступки прав цессии от 31.05.2022 г., Акт сверки по договору поставки № 05-03 от 11.03.2011 г. и Акт сверки на 31.12.2022 г. по договору № АБ2019-03.06.2019, что, по мнению суда, свидетельствует о реальности экономических взаимоотношений, вытекающих из обычной хозяйственной деятельности сторон (при фактическом признании наличия задолженности должником и отсутствии, в то же время, доказательств прямой аффилированности между кредитором и должником, а также значения самого по себе факта такой аффилированности для констатации отсутствия долгового обязательства и вывода о злоупотреблении правом).

Апелляционный суд не усматривает наличие со стороны суда первой инстанции процессуальных нарушений, как являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 (в частности – пунктом 2) статьи 270 АПК РФ, так и повлекших принятие неправильного по существу решения, поскольку в судебном заседании 07.10.2024 г., по результатам которого вынесено обжалуемое определение, подключение сторон (управляющего и Предпринимателя) к онлайн-заседанию (системе веб-конференции) не состоялось ввиду технических причин, что подтверждается справкой суда от 17.10.2024 г., составленной сотрудником отдела информатизации, с учетом чего условием для отмены определения по этим – процессуальным – основаниям могли бы являться обстоятельства, которые свидетельствовали бы о нарушении прав участвующих в деле лиц на судебную защиту (например - что такое ограничение на участие в судебном разбирательстве препятствовало бы им заявить все свои доводы и представить соответствующие доказательства), что в данном случае места не имеет, поскольку по делу (данному спору) до этого состоялось четыре заседания (13.05.2024, 19.06.2024, 14.08.2024 и 25.09.2024 г.), в последнее из которых ни управляющий, ни Предприниматель не явились и в ходе которых (к перечисленных заседаний) и они, и иные заинтересованные в этом лица могли заявить все свои доводы и представить соответствующие доказательства, что ими (Предпринимателем и управляющим) фактически и было сделано (к заседаниям 13.05.2024, 19.06.2024 и 25.09.2024 г.), что (изложенные выводы о соблюдении судом первой инстанции процессуальных норм) равным образом относится и к соблюдению судом пятнадцатидневного срока публикации сведений о назначении (отложении) судебного заседания на 07.10.2024 г., поскольку соответствующие нормы опять же направлены на обеспечение прав сторон на судебную защиту, ограничение которых апеллянтами в данном случае не доказано (ими не обосновано, что такое – несвоевременное - размещение сведений об отложении судебного разбирательства препятствовало им участвовать в заседании; наоборот – подача Предпринимателем и управляющим ходатайств об участии в заседании онлайн (путем использования системы веб-конференции), факт чего следует из сведений, размещенных в системе Мой Арбитр, подтверждает их осведомленность об этом отложении), как обращает внимание коллегия применительно ко всему вышеизложенному и на то, что к заседанию 07.10.2024 г. управляющий направила ходатайство об отложении судебного разбирательства и рассмотрении дела (требования) в ее отсутствие (в т.ч. со ссылкой на невозможность участвовать в нем онлайн), т.е., вопреки доводам своей апелляционной жалобы, она и не планировала участвовать в этом заседании ни лично, ни путем использования системы веб-конференции.

Вместе с тем, апелляционный суд усматривает основания для изменения судебного акта применительно к доводам апеллянтов о необходимости понижения очередности погашения требования кредитора с учетом обстоятельств настоящего спора и исходя из разъяснений, содержащихся в Обзоре от 29.01.2020 г.

В частности, как отражено в пункте 3 этого Обзора, требование контролирующего должника лица (далее – КДЛ) подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, а согласно пункту 3.2 Обзора, такое требование может быть признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, и в ситуации, когда финансирование было осуществлено в форме отказа кредитора от принятия мер к истребованию ранее возникшей задолженности, что – в случае, если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения – влечет отнесение на КДЛ всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства должника.

При этом, в силу пункта 4 этого же Обзора, очередность удовлетворения требования кредитора может быть понижена не только, если такой кредитор относится к КДЛ, но и если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием КДЛ, что (такое регулирование) обусловлено необходимостью исключения ситуации противопоставления требований таких (контролирующих должника и аффилированных с ним) лиц интересам независимых кредиторов, а согласно пункту 6.2 Обзора, требование подлежит понижению в очередности и в случае, если такое требование хоть и приобретено КДЛ у независимого кредитора (по договору купли-продажи), но это сделано опять же в условиях имущественного кризиса должника, т.е. КДЛ, приобретая у независимого кредитора требование к должнику. тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по договору с первоначальным кредитором, т.е. фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве.

В данном случае, апеллянты привели (в т.ч. и в суде первой инстанции с приложением подтверждающих их позиции документов – согласно опять же данным, отраженным в системе Мой Арбитр) в достаточной степени обоснованные доводы о том, что Общество и Завод входят в одну группу лиц, находящихся под контролем одного лица (бенефициара) - ФИО7, о чем, в частности, свидетельствует вхождение кредитора и ООО «Купец» в группу компаний Концерна «Детскосельский», что отражено на сайте последнего, при том, что ООО «Концерн «Детскосельский» (ИНН <***>) до 10.10.2024 г. являлся учредителем ООО «Купец» и (согласно пояснениям к бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах за 2023 г.) является мажоритарным (68,78 % акций) акционером Завода, в состав Совета директора которого входит ФИО7 (также владеющий косвенно 20 % акций), а в состав аффилированных лиц – Общество (что следует из аудиторского заключения ОООС «БизнесКонсалт» за 2022 г.

При этом, как аванс по договору поставки № 2020/12-21 от 21.12.2020 г., заключенному между должником и первоначальным кредитором – ООО «Монолит», в размере 100 000 000 руб. предоставлен, так и последующая уступка ООО «Монолит» соответствующего права требования в пользу Завода (по договору уступки прав (цессии) от 31.05.2022 г. № 2 МОН) имела место в период имущественного кризиса должника, о чем, в частности, свидетельствуют, показатели его бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2018 – 2023 г. (соответствующие коэффициенты, наличие убытков и т.д.), а также наличие задолженности как перед опять же аффилированным лицом (сельскохозяйственным обслуживающим потребительским кооперативом «Сплит» по договору займа от 11.12.2015 г. со сроком исполнения (возврата займа) - до 11.12.2018 г. и последующим продлением этого срока и двойным (обратным) новированием этого (заемного) обязательства), так и перед независимым кредитором – Предпринимателем (задолженность по договору поставки от 30.05.2019 г., подтвержденная впоследствие решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.09.2020 г.).

Равным образом, указанные признаки (имущественного кризиса) имели место у должника и на момент возникновения задолженности по договорам поставки № 05/03 от  11.03.2011 г., № 087-03 от 20.04.2016 г. и № АБ 2019/03-06 от  06.03.2019 г. (в общей сумм 38 238 557 руб. 73 коп.), поскольку как ссылается управляющий, подтверждается материалами дела и не оспаривается кредитором и должником, эта задолженность возникла по поставкам 2022 г., т.е. когда все указанные признаки уже наличествовали у должника, при том, что наличие признаков банкротства (в частности – неплатежеспособности (т.е. наличия у Общества кредиторской заложенности, непогашенной вследствие отсутствия (недостаточности) денежных средств и – фактически финансового кризиса), как минимум с 01.03.2020 г. установлено апелляционным судом и при рассмотрении требования указанного аффилированного кредитора - сельскохозяйственным обслуживающим потребительским кооперативом «Сплит» (постановление от 24.12.2024 г. по делу/ обособленному спору № А56-32073/2023/тр.2, оставленное в силе постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.04.2025 г.).

Изложенные выводы (доводы возражающих на требование лиц)  кредитором (а равно и должником) надлежаще (документально) не опровергнуты; его (Завода) же возражения, сводящиеся к реальности заявленных между ним и должником отношений, сами по себе на эти выводы (доводы) не влияют.

Таким образом, апелляционный суд признает, что соответствующее поведение кредитора было обусловлено желанием во вред интересам независимым кредиторам создать иллюзию благополучного финансового состояния должника (под влиянием контролирующего должника лица – их общего бенефициара) в условиях, в то же время, его имущественного кризиса, что в целях защиты прав таких – независимых - кредиторов (и в частности – обеспечения им контроля над процедурой банкротства) влечет в соответствии с вышеуказанными подходами (разъяснениями, содержащимися в Обзоре от 29.01.2020 г.) понижение очередности удовлетворения его требования, в связи с чем обжалуемое определение, как принятое при неполном исследовании и оценки обстоятельств (материалов) дела, неправильном применении норм материального права и – как следствие – несоответствии выводов суда этим обстоятельствам (материалам) подлежит изменению, с изложением его в новой редакции и с взысканием с кредитора в пользу апеллянтов, чьи жалобы фактически удовлетворены настоящим постановлением, понесенных ими расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2024 г. по делу № А56-32073/2023/тр.3 изменить, изложив резолютивную часть судебного акта в следующей редакции:

Требование акционерного общества «Племенной завод «Агро-Балт» в размере 138 438 557 руб. 73 коп. основного долга, из которых: 138 238 557 руб. 73 коп. задолженности и 200 000 руб. расходов по госпошлине, признать обоснованным и подлежащим удовлетворению в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Купец» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Взыскать с АО «Племенной завод «Агро-Балт» в пользу временного управляющего ООО «Купец» ФИО6 и ИП ФИО2 по 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

И.В. Сотов


Судьи


Е.В. Бударина


ФИО8