Постановление от 14 апреля 2022 г. по делу № А21-4259/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-4259/2019
14 апреля 2022 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Барминой И.Н., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з ФИО1

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 11.04.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-427/2022, 13АП-426/2022) АО «ТЭМБР-БАНК» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО2, ФИО3 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 10.12.2021 по делу №А21-4259/2019-20 (судья Лузанова З.Б.), принятое

по заявлению ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к ФИО5, ФИО7 и АО «ТЭМБР-Банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительными договоров и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

установил:

29.03.2019 ПАО «Банк «Санкт-Петербург» (далее – Банк) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании банкротом индивидуального предпринимателя ФИО5 и введении в отношении него процедуры банкротства реструктуризация долгов.

Определением суда от 22.04.2019 заявление было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 03.10.2019 заявление Банка о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 банкротом было признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 22.01.2021 ФИО5 признан банкротом, в отношении него введена процедура банкротства реализация имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

15.04.2021 кредиторы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в суд с совместным заявлением о признании недействительной сделки по перечислению ФИО7 в качестве поручителя денежных средств в погашение задолженности должника перед АО «ТЭМБР-Банк».

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции заявители дополнили заявление требованием о признании недействительной прикрываемой сделки по внесению денежных средств должника в счет погашения задолженности по кредитному договору в пользу АО «ТЭМБРБанк» в части суммы 1 013 962,55 руб. в период после 22.04.2019 (дата возбуждения дела о банкротстве), и суммы 218 559,51 руб. в течение одного месяца до возбуждения дела о банкротстве должника по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В связи с заявлением дополнительного требования суд привлек АО «ТЭМБРБанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) к участию в деле в качестве ответчика.

Определением от 10.12.2021 суд признал недействительной сделку по перечислению ФИО7 денежных средств в сумме 7 637 373,13 руб. в качестве поручителя в погашение задолженности должника перед АО «ТЭМБР-Банк». Применил последствия недействительности сделки и признал перечисление ФИО7 денежных средств в сумме 7 637 373,13 руб. сделкой погашения задолженности перед АО «ТЭМБР-Банк», совершенной ФИО5. Взыскал с ФИО7 в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб. В остальной части заявления ФИО2, ФИО3 и ФИО4 отказал. Взыскал солидарно с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 руб.

АО «ТЭМБР-БАНК» (далее - Банк) не согласился с вынесенным определением в части признания недействительной сделки по перечислению ФИО7 денежных средств в общей сумме 7 637 373,13 руб. и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда в указанной части отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявлений в указанной части.

По мнению Банка, судом первой инстанции не принято во внимание, что погашение задолженности поручителем не является сделкой с предпочтением, поскольку последний исполняет собственное обязательство перед Банком, возникшее по вине должника уклонившегося от погашения долга.

При этом, Банк обращал внимание на то, что выводы суда первой инстанции противоречат обстоятельствам дела, установленными Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25 ноября 2020 года по делу № А21-4259/2019.

Также с апелляционной жалобой обратились ФИО2, ФИО3 и ФИО4, которые просили определение суда отменить в части отказа в признании недействительной прикрываемой сделки по перечислению должником АО «ТЭМБР-Банк» в части суммы 1 232 522,06 руб. как совершенной с предпочтением, и разрешить вопрос по существу: взыскать с АО «ТЭМБР-БАНК» ГК АСВ 1 232 522,06 руб. в конкурсную массу ФИО5

По мнению заявителей, судом первой инстанции не принято во внимание, что сообщение в ЕФРСДЮЛ о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве опубликовано кредитором ПАО «БАНК «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ» 13.03.2019, следовательно, с 13.03.2019 АО «Тэмбр Банк» считается извещенным о наступлении обстоятельств, при которых у кредитора возникло право на подачу заявления о признании должника банкротом, в частности, об имеющихся у должника иных обязательств перед иными кредиторами, срок исполнения которых наступил.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Банка доводы своей жалобы поддержал, против удовлетворения жалобы заявителей возражал.

Апелляционным судом 07.04.2022 одобрено ходатайство Марчука С.В. о проведении онлайн-заседания, однако, ввиду технических неполадок, судебное заседание было проведено без участия представителя Марчука С.В.

Апелляционный суд отмечает, что наличие организационных проблем с подключением не является безусловным основанием для отложения судебного разбирательства либо объявления перерыва в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 26.03.2012 между Банком (займодавцем) и ФИО5 (заемщиком) был заключен кредитный договор N <***>, а также дополнительные соглашения от 24.03.2015 N 1 и от 27.11.2015 N 2.

В рамках данного договора Банк выдал заемщику на потребительские цели денежные средства в размере 40 000 евро под 12,5% годовых за пользование кредитом. В дополнительном соглашении от 27.11.2015 N 2 Банк и заемщик установили новый график погашения задолженности - по 22.12.2017.

Кроме того, 07.06.2012 между Банком (займодавцем) и ФИО5 (заемщиком) был заключен кредитный договор N 55-12/ФЛ, а также дополнительные соглашения от 28.07.2014 N 1, от 28.11.2014 N 2, от 29.12.2014 N 3, от 05.06.2015 N 4, от 27.11.2015 N 5, от 29.01.2016 N 6, от 28.02.2017 N 7 и от 21.09.2017 N 8.

В рамках договора от 07.06.2012 Банк выдал заемщику на потребительские цели 530 000 евро под 12% годовых. В дополнительном соглашении от 21.09.2017 N 8 Банк и заемщик установили новый график погашения задолженности - по 31.01.2025.

Во исполнение обязательств заемщика по кредитному договору от 26.03.2012 N <***> был заключен договор поручительства от 26.03.2012 N 40-12/ПФ между Банком (кредитором) и ФИО7 (поручителем), а также дополнительные соглашения от 24.03.2015 N 1 и от 27.11.2015 N 2.

В соответствии с пунктом 1.1 договора поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение заемщиком его обязательств по договору от 26.03.2012 N <***> в полном объеме.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и заемщик, включая сумму предоставленного кредита, иные платежи, проценты за пользование предоставленным кредитом, проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойку, а также иные расходы и другие убытки кредитора, вызванные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства заемщиком.

В обеспечение исполнения обязательств по договору от 07.06.2012 N 55-12/ФЛ Банк (кредитор) и ФИО7 (поручитель) заключили договор поручительства от 07.06.2012 N 55-12/ПФЛ, а также дополнительные соглашения от 28.07.2014 N 1, от 28.11.2014 N 2, от 29.12.2014 N 3, от 05.06.2015 N 4, от 27.11.2015 N 5, от 29.01.2016 N 6, от 28.02.2017 N 7, от 21.09.2017 N 8 и от 28.08.2018 N 9.

ФИО7 оплатила АО «ТЭМБРБанк» в период с 31.01.2017 по 30.08.2019 платежными поручениями как поручителем должника по исполнению поручителем обязательств по заключенным должником с АО «ТЭМБР-Банк» кредитным договорам № <***> от 26.03.2012 и № 55-12/ФЛ от 07.06.2012, в том числе сумма 1 232 522,06 руб. была уплачена в период после 22.04.2019 (дата возбуждения дела о банкротстве) и сумма 218 559,51 руб. в течение одного месяца до возбуждения дела о банкротстве должника.

Определением суда от 26.02.2020 по делу № А21-4259-5/2019 с учетом определений о внесении исправления опечаток и арифметических ошибок от 26.02.2020 и от 20.03.2020 было частично в сумме 7 637 373,13 руб. удовлетворено требование ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО5.

Ссылаясь на притворный характер перечислений, а также на преимущественное удовлетворение требований Банка на сумму 1 232 522,06 руб., кредиторы обратились в суд с настоящим заявлением.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление частично обоснованным.

Проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым его отменить в части признания сделки на сумму 7 637 373,13 руб. недействительной, в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве в деле о банкротстве допускается оспаривание сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В пунктах 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Оспариваемые платежи совершены последовательно в период с 31.01.2017 по 30.08.2019, то есть в течение трех лет до возбуждения производства по данному делу о банкротстве (22.04.2019). При этом, платежи на сумму 1 013 962,55 руб. совершен после 22.04.2019, и платежи на сумму 218 559,51 руб. в течение одного месяца до возбуждения дела о банкротстве должника, в связи с чем данные платежи подпадают под оспаривание по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и сторонами не оспаривалось, что ФИО7 является дочерью должника, то есть заинтересованным лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Как было указано ранее, в рамках обособленного спора N А21-4259/2019-5 были рассмотрены требования ФИО7, основанные на договорах поручительства, платежи по которым, являются предметом рассмотрения настоящего спора.

Апелляционным судом установлено, что при рассмотрении обособленного спора N А21-4259/2019-5 суд кассационной инстанции в постановлении от 25.11.2020 пришел к выводу о том, что кредитором – ФИО7 раскрыт источник денежных средств для исполнения обязательств перед Банком, в том числе и в тот период, когда сам должник исполнял обязательства перед иным кредитором - ПАО "Банк "Санкт-Петербург" (просрочка наступила с сентября 2019 года).

Суд кассационной инстанции указал на то, что поручитель, исполнивший обязательства перед Банком в соответствии с условиями договоров поручительства, обоснованно заявил требование о включении своих требований в Реестр.

При этом, кассационная коллегия судей отметила, что то обстоятельство, что заемщик по кредитным договорам и поручитель являются родственниками, само по себе не свидетельствует о противоправных действиях ФИО7, направленных на уменьшение в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

В настоящем обособленном споре, заявители ссылались на притворность платежей, полагали, что данные платежи были совершены самим должником, с целью перехода к ФИО7 права требования к должнику при признании его банкротом и возможности включиться в реестр требований кредиторов.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного акта, исключение возможного конфликта судебных актов предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

Апелляционный суд полагает, что выводы суда кассационной инстанции в обособленном споре N А21-4259/2019-5 о том, что у ФИО7 имелись денежных средств для исполнения обязательств перед Банком как поручителем должника, является преюдициальным при рассмотрении настоящего спора, в связи с чем, оснований полагать, что перечисления имели притворный характер, а именно осуществлялись за счет должника, не имеется.

Вывод суда первой инстанции о том, что договору купли-продажи от 09.11.2012 и документам, свидетельствующие о продаже земельного участка с кадастровым номером 39:03:040602:22, также договору купли-продажи 23.03.2015 в рамках дела № А21-4259-5/2019 не давалась оценка судом ввиду осуществления ФИО7 платежей банку платежными поручениями, что исключало необходимость проверки реальности платежей, является ошибочным.

Напротив, кассационная инстанция указала на раскрытие ФИО7 источника дохода для исполнения обязательств перед Банком.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд констатирует, что волеизъявление сторон при заключении договора о предоставлении поручительства и как следствие перечисление денежных средств Банку ФИО7 было направлено именно на достижение тех правовых последствий, которые указаны в сделке поручительства.

Следует отметить и то, что заключение поручительства между близкими родственниками является не выходит за рамки обычаев делового оборота, а напротив, является распространённой практикой.

Таким образом, в отсутствии правовых оснований для признания перечислений недействительными (ничтожными) ввиду их притворности в соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении заявления в части суммы 7 637 373,13 руб. следует отказать.

В соответствии с положениями статей 361, 363 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 56 постановления Пленума N 42, сделка, совершенная поручителем в пользу ответчика, не может расцениваться в качестве сделки, совершенной с предпочтением в силу прямого указания закона (статья 61.3 Закона о банкротстве), поскольку совершена не за счет должника и не влечет негативных имущественных последствий для должника.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что оспариваемые заявителями платежи на сумму 1 232 522,06 руб. произведены не должником, а его поручителем за счет собственных средств, в результате чего преференциального удовлетворения требования не произошло, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве ввиду отсутствия необходимого для этого условия - совершения сделки за счет должника.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределены в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 10.12.2021 по делу № А21-4259/2019 в части признания недействительной сделкой перечисление ФИО7, как поручителем должника, в пользу АО «ТЭМБР-Банк» денежных средств в размере 7 637 373,13 руб. отменить.

В удовлетворении заявления в указанной части отказать.

В остальной части определение суда оставить без изменения.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в сумме 6 000 руб., а также государственную пошлину по апелляционной жалобе АО «ТЭМБР-Банк» в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.В. Аносова


Судьи


И.Н. Бармина

И.В. Юрков