Постановление от 30 декабря 2019 г. по делу № А32-37625/2012

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-37625/2012
город Ростов-на-Дону
30 декабря 2019 года
15АП-16943/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Стрекачёва А.Н., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от УФНС России по Краснодарскому краю: представитель Черноморец М.А. по доверенности от 13.03.2019;

от ООО «Клевер»: представитель ФИО2 по доверенности от 19.12.2019;

от конкурсного управляющего должника ФИО3: представитель ФИО2 по доверенности от 01.11.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (заявление) УФНС России по Краснодарскому краю

на определение Арбитражного суда Краснодарского края

от 15.08.2019 по делу № А32-37625/2012 об отказе в удовлетворении жалобы на действия (бездействия) конкурсного управляющего

по жалобе УФНС России по Краснодарскому краю

на действия (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» (ИНН/ОГРН <***>/<***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» (далее – должник), УФНС России по Краснодарскому краю обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с жалобой на действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО3 с ходатайством о его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.08.2019 отказано в удовлетворении жалобы Управления ФНС России по Краснодарскому краю на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО3.

Определение мотивировано тем, что в действиях конкурсного управляющего отсутствуют признаки недобросовестности, а также фактов нарушения Закона о банкротстве и прав заявителя жалобы. В отношении требований к ООО «Клевер» судебный акт также мотивирован тем, что жалоба в данной части направлена на преодоление определения Арбитражного суда Краснодарского края от 17.06.2016 г. по делу № А32-37625/2012.

Управление Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило определение отменить.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы о ненадлежащем исполнении обязанностей арбитражным управляющим ФИО3. Судом не принято во внимание, что не предъявление требований об оспаривании сделок и взыскании убытков причинило вред имущественным интересам не только Управления, как заявителя жалобы, но и иным кредиторам.

В судебное заседание от 25.12.2019 уполномоченным органом заявлены уточнения, согласно которым сгруппированы эпизоды по жалобе. Право формулирования требований, является прерогативой апеллянта, которое предоставлено ему в силу прямого указания данного в законе. В связи с чем, суд, руководствуясь положениями части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признает заявленное ходатайство подлежащим удовлетворению, уточнения судом приняты.

В отзыве на апелляционную жалобу и в судебном заседании конкурсный управляющий в отношении заявленных доводов возражал, просил в удовлетворении жалобы на действия отказать.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2013 по делу № А32-37625/2012 в отношении ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» (далее - должник, общество) по заявлению уполномоченного органа введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО3, член НП «Саморегулируемая организация «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.11.2014 должник признан несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член НП «Саморегулируемая организация «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Уполномоченный орган обратился с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3 с ходатайством о его отстранении, указывая на то, что арбитражным управляющим ненадлежащим образом исполняются обязанности конкурсного управляющего, что повлекло причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

В качестве оснований для удовлетворения жалобы уполномоченный орган ссылается на то, что конкурсным управляющим ФИО3:

- не представлены кредиторам документы, обосновывающие факты снижения за период 31.12.2010 по 31.12.2013 размера дебиторской задолженности;

-не приняты надлежащие меры по истребованию недостающей документации у бывшего руководителя должника, а также у третьих лиц;

-не приняты меры по оспариванию сделок должника;

-пропущен срок исковой давности по обжалованию сделки должника в отношении ООО «СобственникЪ»;

- не исполнено определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018;

- не применен срок исковой давности к требованиям ФИО4 и ФИО5, предъявленных к должнику в конкурсном производстве;

- не исполнено решение собрания кредиторов по дополнительному вопросу от 14.05.2018 об уточнении состава лиц обособленного спора по привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности;

- необоснованно исключен генеральный директор ФИО4 из числа контролирующих должника лиц;

- не взыскано с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006 года.

По мнению уполномоченного органа указанных обстоятельств достаточно для отстранения конкурсного управляющего ФИО3 от исполнения возложенных на него обязанностей и снижения размера вознаграждения конкурсному управляющему до 30 000 рублей единовременно.

Помимо указанных выше требований уполномоченный орган также ходатайствовал о снижении размера вознаграждения ООО «Клевер» до 30 000 рублей единовременно.

Между тем, в апелляционной жалобе доводов относительно указанного требования заявлено не было, просительная часть содержала требование об отмене определения без указания объема требований, в связи с чем суд апелляционной инстанции предложил уполномоченному органу пояснить, в какой части обжалуется судебный акт, заявляется ли требование в отношении ООО «Клевер».

В судебное заседание от 02.12.2019 УФНС России по Краснодарскому краю представило уточнение просительной части апелляционной жалобы с раскрытием требований, согласно которому уполномоченный орган просил:

1. Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.08.2019 по делу № А32-37625/2012 отменить;

2. Принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований а именно:

Признать ненадлежащими действия (бездействие) арбитражного управляющего ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» ФИО3 в части:

- непредставления кредиторам документов, обосновывающих факты, снижения за период 31.12.2010 по 31.12.2013 размера дебиторской задолженности;

-непринятия надлежащих мер по истребованию недостающей документации у бывшего руководителя должника, а также у третьих лиц;

-бездействия конкурсного управляющего по оспариванию сделок должника;

-пропуска срока исковой давности по обжалованию сделки должника в отношении ООО «СобственникЪ»;

- неисполнения определения Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018;

- применения срока исковой давности к требованиям ФИО4 и ФИО5, предъявленных к должнику в конкурсном производстве;

- неисполнения решения собрания кредиторов по дополнительному вопросу от 14.05.2018 об уточнении состава лиц обособленного спора по привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности;

- необоснованного исключения генерального директора Гетманского СВ. из числа контролирующих должника лиц;

- по взысканию с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006 года.

2.Отстранить конкурсного управляющего ФИО3 от исполнения возложенных на него обязанностей.

3.Снизить размер вознаграждения конкурсному управляющему до 30 000 рублей единовременно.

4.Снизить размер вознаграждения ООО «Клевер» до 30 000 рублей единовременно.

Следовательно, уполномоченным органом по-прежнему заявляются требования в отношении ООО «Клевер».

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что данное требование не обращено к арбитражному управляющему, а само ООО «Клевер» к участию в деле в суде первой инстанции не привлекалось ни в качестве третьего лица, ни в качестве ответчика.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в соответствии со статьей 105 АПК истец вправе соединить в одном исковом заявлении несколько требований, связанных между собой. Соединение нескольких требований может иметь место, когда они связаны между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам (в частности, о взыскании невозвращенного кредита, процентов за пользование кредитом и неустойки; о признании недействительным акта и о возврате сумм, уплаченных на основании этого акта; о взыскании стоимости недостачи, полученной по нескольким транспортным документам и оформленной одним актом приемки или оплаченной по одному расчетному документу).

Следовательно, применительно к пункту 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», критериями, определяющими наличие связи между заявленными исковыми требованиями, являются основания возникновения исковых требований или представленные по делу доказательства.

В рассматриваемом случае требования обращены к разным лицам, имеют разные основания и не связаны единым объемом доказательств, в связи с чем основания для их рассмотрения в одном производстве у суда первой инстанции отсутствовали.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, о чем вынесено соответствующее определение от 02.12.2019 по делу № А32-37625/2012. Требования в отношении ООО «Клевер» выделены в отдельное производство.

Рассматривая предъявленные в отношении конкурсного управляющего доводы, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим:

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве кредиторы, уполномоченный орган вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности;

- или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Действия (бездействие) арбитражного управляющего могут быть обжалованы. При этом лицо, подающее жалобу, исходя из статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должно доказать незаконность, неразумность и недобросовестность действий арбитражного управляющего, а также нарушение данными действиями своих прав и законных интересов.

В качестве основания для признания действия конкурсного управляющего незаконными уполномоченный орган ссылается на ненадлежащее исполнение следующих обязанностей: непредставления кредиторам документов, обосновывающих факты, снижения за период 31.12.2010 по 31.12.2013 размера дебиторской задолженности; непринятия надлежащих мер по истребованию недостающей документации у бывшего руководителя должника, а также у третьих лиц; бездействия конкурсного управляющего по оспариванию сделок должника; пропуска срока исковой давности по обжалованию сделки должника в отношении ООО «СобственникЪ»; неисполнения определения Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018; неприменения срока исковой давности к требованиям ФИО4 и ФИО5, предъявленных к должнику в конкурсном производстве; неисполнения решения собрания кредиторов по дополнительному вопросу от 14.05.2018 об уточнении состава лиц обособленного спора по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; непринятия мер по привлечению генерального директора ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; по взысканию с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006 года.

По первому эпизоду уполномоченный орган указывает, что конкурсным управляющим не проведен анализ документов, обосновывающих факты снижения за период 31.12.2010 по 31.12.2013 размера дебиторской задолженности.

В силу абзаца 3 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности.

Согласно данным бухгалтерской отчетности должника, представленной должником за 12 месяцев 2013, дебиторская задолженность по состоянию на 31.12.2013 составляла - 127 071,0 тыс. руб., на 31.12.2012 - 424 827,0 тыс. руб., 31.12.2011 - 611220,0 тыс.руб., 31.12.2010-653275,0тыс.рублей.

Таким образом, за период с 31.12.2010 по 31.12.2013 установлено снижение активов дебиторской задолженности на 526 204,0 тыс. рублей.

В силу пункта 1 Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.06.2003 № 367 (далее - Правила № 367), арбитражный управляющий анализирует финансовое состояние должника на дату проведения анализа, его финансовую, хозяйственную и инвестиционную деятельность, положение на товарных и иных рынках. На основании подпункта «д» пункта 6 Правил № 367 коэффициенты финансово-хозяйственной деятельности должника и показатели, используемые для их расчета, рассчитываются поквартально не менее чем за 2-летний период, предшествующий возбуждению производства по делу о несостоятельности (банкротстве), а также за период проведения процедур банкротства в отношении должника.

Следовательно, обстоятельства снижения дебиторской задолженности подлежали установлению временным управляющим в ходе проведения анализа финансового состояния должника.

Вместе с тем, анализ финансового состояния должника, проведенный ФИО3, данных обстоятельств не содержит по причине не передачи руководителем должника документации завода.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Проведение мероприятий по анализу сделок на предмет их оспоримости не ограничивается процедурой наблюдения.

В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (пунктов 2 и 3 статьи 129, пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Таким образом, действуя добросовестно и разумно, обстоятельства снижения дебиторской задолженности подлежали установлению конкурсным управляющим в ходе осуществления мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве, с учетом недобросовестности руководителя, уклоняющегося от передачи документации должника арбитражному управляющему. Разумно действующий управляющий вправе был истребовать все документы из налоговой отчетности, проанализировать выписки по всем счетам должника с целью выявления контрагентов. Кроме того, конкурсный управляющий вправе был обратиться в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании непредоставления первичной документации и ее сокрытии.

Между тем, анализ снижения дебиторской задолженности конкурсным управляющим не проведен, детализация снижения дебиторской заложенности в материалах дела отсутствует. Ответственные лица должника, за непредоставление (сокрытие) документации в адрес конкурсного управляющего, конкурсным управляющим не привлекались.

С учетом изложенного, действуя добросовестно и разумно, обстоятельства снижения дебиторской задолженности подлежали установлению конкурсным управляющим в ходе осуществления мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве. Поскольку указанные меры не приняты конкурсным управляющим, основания снижения дебиторской задолженности не установлены, суд апелляционной инстанции полагает возможным по данному эпизоду жалобу уполномоченного органа удовлетворить.

В отношении второго эпизода по непринятию мер по истребованию первичной документации у бывшего руководителя установлено, что в силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве в 3-дневиый срок с даты утверждения конкурсного управляющего руководитель должника обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанная обязанность руководителем должника исполнена не была.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должен принять меры по истребованию от бывшего руководителя бухгалтерской и иной документации в случае, если последним не исполнена соответствующая обязанность.

Между тем, приговором Советского районного суда г.Краснодар от 16,09.2016 по делу № 1-603/16 исполнительный директор ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указанным приговором уставлено, что ФИО6 в период с 01.02.2012 по 08.12.2013 подписывал и предоставлял в адрес ООО «ТД «Георгиевский 1» письма с просьбой о перечислении денежных средств, подлежащих зачислению на расчетные счета должника, в адрес контрагентов. Всего в адрес ООО «ТД «Георгиевский 1» были направлены письма на сумму 345 942,2 тыс. рублей. В соответствии с указаниями ФИО6, ООО «ТД «Георгиевский 1» перечислило кредиторам должника сумму 317 904,8 тыс. рублей.

В рамках дела о банкротстве должника 10.11.2017 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении исполнительного директора должника ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» по основаниям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В обоснование своего заявления конкурсный управляющий указывал, что действия ФИО6 по совершению финансовых операций с денежными средствами, подлежащими зачислению от торгового дома на расчетные счета должника, привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. При этом расшифровку кредиторов, получивших удовлетворение по письмам должника от ООО «ТД «Георгиевский I», не предоставляет.

Однако исполнить требование суда о предоставлении детализации платежей не представлялось возможным в связи с тем, что платежи производились ООО «ТД «Георгиевский 1», а не должником. В отношении должностной инструкции исполнительного директора ФИО6 указано, что среди документов, переданных конкурсному управляющему, она отсутствует.

Вместе с тем, в случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании.

Помимо прочего, согласно абзацу 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе об имущественных правах, и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов и органов местного самоуправления.

Однако при отсутствии необходимых для привлечения исполнительного директора к субсидиарной ответственности документов с подобными заявлениями конкурсный управляющий ФИО3 в суд не обращался, факт направления запросов в адреса третьих лиц не подтвердил, о необходимости оказания содействия в силу статьи 66 АПК РФ не заявлял. Следовательно, действия по истребованию недостающей документации конкурсный управляющий не предпринимал.

Поскольку судом апелляционной инстанции установлено отсутствие принимаемых мер по истребованию документов у бывшего руководителя, а также у учредителя, судебная коллегия полагает возможным по второму эпизоду также удовлетворить жалобу уполномоченного органа.

По третьему эпизоду конкурсному управляющему вменяется бездействие по оспариванию трех сделок должника, контрагентами по которым выступают ООО Брэнд» и ООО «ТД Георгиевский 1».

Установлено, что между должником в лице финансового директора ФИО7 и ООО «Брэнд» в лице директора ФИО4 заключены следующие договоры:

- лицензионный договор на использование товарного знака от 15.06.2006 № 1;

- лицензионный договор на использование товарного знака от 15.06.2006 № 2.

Согласно условиям вышеуказанных договоров, ООО «БРЭНД» предоставляет должнику на срок действия договора за уплачиваемое должником вознаграждение исключительную лицензия на использование на территории РФ товарных знаков.

Данные Договоры зарегистрированы Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.

В соответствии с п. 6.2 договора № 01 размер оплаты за исключительное право использования товарных знаков составляет 560,0 тыс. рублей в месяц, согласно п. 6.2 Договора № 02 - 630,0 тыс. рублей в месяц. Общая сумма обязательств по договорам №№ 01,02 составляла 1 190,0 тыс. руб. в месяц.

В последующем, между должником в лице генерального директора ФИО4 и ООО «БРЭНД» (в котором ФИО4 является единственным участником) в лице директора ФИО8:

- к договору № 01 заключено дополнительное соглашение от 30.06.2012 № 1, по условиям которого лицензиат обязуется производить платежи за исключительное право использования товарных знаков в размере 2 500,0 тыс. рублей в месяц. Стороны согласовали, что указанное соглашение применяется к отношениям, возникшим с 01.01.2009, и соответственно задолженность, возникшую в связи с перерасчетом вознаграждения, должник обязуется погасить в течение 3 календарных дней с даты подписания соглашения (30.06.2012);

- к договору № 02 заключено дополнительное соглашение от 30.06.2012 № 2, по условиям которого лицензиат обязуется производить платежи за исключительное право использования товарных знаков в размере 180,0 тыс. рублей в месяц. Стороны согласовали, что указанное соглашение применяется к отношениям, возникшим с 01.01.2009, и соответственно задолженность, возникшую в связи с перерасчетом вознаграждения, должник обязуется погасить в течение 3 календарных дней с даты подписания соглашения (30.06.2012).

Следовательно, зная о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения спорных сделок по заключению дополнительных соглашений к лицензионным договорам на использование товарного знака, распространивших свое действия на правоотношения сторон с января 2009 года, у должника, о чем он не мог не знать, уже имелась возникшая ранее обязанность по уплате обязательных платежей по налогам в бюджет.

В этой связи, очевидно допуская злоупотребление гражданскими правами, выразившимся в несоразмерном увеличении платы за исключительное право использования товарных знаков и при этом распространении увеличенного размера платы на 3,5 года назад, предшествующих заключению дополнительных соглашений, должник при заключении этих сделок преследовал очевидную цель, направленную на вывод денежных активов должника в условиях явных признаков банкротства в пользу аффилированного лица, в котором ФИО4 являлся руководителем и единственным участником.

Должник в лице генерального директора ФИО4 при наличии у должника явных признаков неплатежеспособности в преддверии банкротства принял на себя обязательства по уплате вознаграждения по использованию товарных знаков в размере 62 580,0 тыс. руб. (2 500,0 тыс. руб. + 180,0 тыс. руб.) - (560,0 тыс. руб. + 630,0 тыс. руб.) х 42 мес. (период с 01.01.2009 по 30.06.2012).

Во исполнение принятых на себя обязательств должником в лице исполнительного директора ФИО6 осуществлены выплаты посредством использования схемы расчета через третье лицо следующим образом: ООО «Торговый Дом «Георгиевский 1» по указанным сделкам, совершенным на основании писем должника в период с 25.06.2012 по 25.03.2013, в адрес ООО «Брэнд» перечислены денежные средства в размере 26 505,0 тыс. рублей Действия должника по направлению в адрес ООО «Торговый Дом «Георгиевский 1» писем об исполнении обязательств и последующие действия ООО «Торговый Дом «Георгиевский 1» по перечислению денежных средств ООО «Брэнд», по смыслу статьи 313 ГК РФ являются соглашением об исполнении обязательства третьим лицом.

В силу положений статьи 403 ГК РФ в указанном случае должник не выбывает из правоотношения и отвечает перед кредитором по обязательству как за свои действия, так и за действия третьего лица.

Следовательно, ООО «Торговый Дом «Георгиевский 1» фактически выступало как посредник в перечислении денежных средств должника ООО «Брэнд», не являясь выгодоприобретателем по оспариваемой сделке. Выгодоприобретателем по перечисленным сделкам является ООО «Брэнд».

Таким образом, следует вывод о том, что заключение должником сделок о перечислении денежных средств по лицензионным договорам в пользу аффилированного ООО «Брэнд», в котором ФИО4 является единственным участником, совершено при очевидном законодательно установленном ст. 10 ГК РФ запрете, что свидетельствует о недействительности указанных платежей на основании ст. 10, 168 ГК РФ.

Также указанные сделки подпадают под регулирование ст. 61.2 Закона о банкротстве и подлежащие оспариванию как подозрительные сделки должника, поскольку совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств обществом «Брэнд» и в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, так как другая сторона сделки (ООО «Брэнд») не могла не знать о цели должника причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем, указанные сделки оспорены конкурсным управляющим не были.

Отклоняя указанные доводы уполномоченного органа, суд первой инстанции исходил из того, что размер включенной в реестр требований кредиторов задолженности перед уполномоченным органом позволяет ему самостоятельно оспаривать сделки должника. Между тем, суд первой инстанции не учел, что в силу статей 129 и 61.9 Закона о банкротстве оспаривание сделок отнесено к непосредственной обязанности конкурсного управляющего.

Таким образом, наличие у кредитора права оспаривать сделки должника, не исключает обязанность конкурсного управляющего. Кроме того, данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Аналогичная правовая позиция отражена в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 за 2016 год, утвержденном 20.12.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, определениях Верховного Суда РФ от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837, от 24.11.2017 № 301-ЭС17-17318.

С учетом изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает ненадлежащим исполнение конкурсным управляющим обязанности по оспариванию сделок должника, в связи с чем в указанной части жалоба подлежит удовлетворению.

По четвертому эпизоду конкурсному управляющему вменяется пропуск срока исковой давности по обжалованию сделки должника в отношении ООО «СобственникЪ».

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий в ходе своей деятельности установил, что должником в период с 10.06.2012 (6 месяцев до даты принятия заявления о банкротстве к производству) по 13.02.2013 (последний платеж) в счет оплаты по договору аренды через ООО «Торговый дом «Георгиевский 1» перечислены (авансированы) денежные средства в размере 40 305,0 тыс. руб., направил заявление об оспаривании сделок по основаниям ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Однако определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.05.2017 по делу № А32-37625/2012-37/793-Б/16-60-С в удовлетворении требований конкурсного управляющего ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» отказано. Судебный акт мотивирован тем, что ФИО3 пропущен срок исковой давности.

В ходе рассмотрения заявления судом первой инстанции установлено, что конкурсный управляющий ФИО3 мог и должен был знать об обстоятельствах оплаты по указанному договору аренды как минимум в апреле 2015 года. Так, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2016 по делу № А32-19479/14-37/48-Б/15-234-УТ прекращено производство по требованию ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» об установлении требований к ООО «СобственникЪ». Заявление об установлении этого требования было подано ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» 14.04.2015, требование основывалось на отношениях по оплате аванса по договору аренды от 01.04.2011 года.

Кроме того, в материалы указанного дела представлено письмо бухгалтера должника ФИО9 на имя конкурсного управляющего ФИО3 от 09.11.2015, в котором отражена осведомленность о наличии договора аренды и о перечислении аванса в сумме 67 466,7 тыс. рублей.

В данном обособленном споре судом установлено, что конкурсный управляющий был осведомлен об авансовых платежах, осуществленных в пользу ООО «СобственникЪ», еще14.04.2015, при необходимой степени заботливости и осмотрительности имел возможность оспорить сделки в сроки, предусмотренные Законом о банкротстве.

Таким образом, истечение срока исковой давности подтверждено вступившим в законную силу судебным актом. Вопреки доводам конкурсного управляющего, то обстоятельство, что им принимались меры по взысканию дебиторской задолженности к ООО «СобственникЪ», не освобождает его от обязанности оспаривать сделки. Кроме того, являясь профессиональным субъектом деятельности конкурсный управляющий должен был осуществить оценку рисков и реальности ко взысканию данной дебиторской задолженности при условии того, что ООО «СобственникЪ» также находится в процедуре банкротства.

Поскольку оспаривание сделки в установленный законом срок при условии осведомленности управляющего о ее наличии не произведено, а возражения управляющего отклонены, суд апелляционной инстанции полагает обоснованными доводы жалобы по данному эпизоду.

В качестве пятого эпизода конкурсному управляющему вменяется неисполнение определения Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018 года. Указанным определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018 конкурсному управляющему поручено представить детализацию платежей в пользу третьих лиц, осуществленных по распоряжению ФИО6, а также должностную инструкцию исполнительного директора ФИО6

Во исполнение указанного определения суда ФИО3 в отзыве от 22.11.2018 сообщено о невозможности предоставления детализации платежей в пользу третьих лиц, осуществленных по распоряжению ФИО6, в связи с тем, что платежи производились ООО «ТД «Георгиевский 1», а не должником. В отношении должностной инструкции исполнительного директора ФИО6 указано, что среди документов, переданных конкурсному управляющему, она отсутствует.

Вместе с тем, из материалов обособленных споров 234УТ (ООО «СобственникЪ»), 56УТ (ООО «Брэнд») следует, что конкурсным управляющим приобщены письма должника, подписанные исполнительным директором ФИО6, направленные в адрес ООО «ТД «Георгиевский 1», а также платежные поручения торгового дома о перечислении денежных средств в адрес указанных лиц, полученные должником по факсу.

Кроме того, на рассмотрении Арбитражного суда Краснодарского края находятся заявления уполномоченного органа об оспаривании сделок по перечислению ООО «ТД «Георгиевский 1» за счет средств должника денежных средств в адрес ФИО4 (акционера, директора должника), ООО «Брэнд», ООО «Эгида Инвест», ООО «Екатеринодар Инвест» на общую сумму 63 680,0 тыс. рублей. Указанные заявления также направлены в адрес конкурсного управляющего, который опубликовал сведения об обжаловании сделок должника на сайте ЕФРСБ.

Исходя из указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что конкурсный управляющий располагает сведениями о кредиторах, получивших удовлетворение своих требований по распоряжению ФИО6. Данные сведения конкурсный управляющий имел возможность получить в ходе надлежащего анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, поскольку согласно позиции ФИО6 в результате его действий уменьшалась кредиторская задолженность, которая отражена в бухгалтерском балансе должника.

Вместе с тем, непредоставление конкурсным управляющим детализации платежей в пользу третьих лиц, осуществленных по распоряжению ФИО6 через торговый дом, может привести к негативным последствиям для должника и его кредиторов, выраженным в отказе в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции ФИО6, его действия не могли стать причиной банкротства должника и были направлены на снижение кредиторский задолженности, которая снизилась на 317 904,8 тыс. рублей. Вместе с тем, материалами по делу № А32-19479/2014 установлено, что должник в лице исполнительного директора ФИО6 в период с 01.04.2011 по 13.02.2013 в счет оплаты по договору аренды от 01.04.2011 через ООО «Торговый дом «Георгиевский 1» перечислены (авансированы) в пользу ООО «СобственникЪ» денежные средства в размере 67 466,7 тыс. рублей. Между тем, указанные платежи представляют собой авансирование.

Отклоняя указанные доводы, суд первой инстанции указал, что уполномоченный орган, являясь участником дела о банкротстве, вправе представить самостоятельно соответствующую информацию. Между тем, указанный вывод суда свидетельствует о переложении бремени доказывания с конкурсного управляющего на уполномоченный орган. Данная возможность управляющего не исключает наличие обязанности у конкурсного управляющего в силу статьи 129 Закона о банкротстве принимать меры, направленные на пополнение конкурсной массы.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает обоснованным доводы уполномоченного органа в данной части.

По шестому эпизоду судом апелляционной инстанции установлено, что определениями Арбитражного суда Краснодарского края от 14.05.2015 по делу № А32-37625/2012-37/793-Б/15-150-УТ, от 05.03.2015 по делу № А32-37625/2012-37/793-Б/15-33-УТ в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО4 (акционер должника) и ФИО5 (акционер должника) в размере 13 923,7 тыс. руб. и 13 000,0 тыс. руб. соответственно.

Согласно обособленному спору 150УТ, требования ФИО4 мотивированы наличием неисполненных обязательств, в частности, по договору купли-продажи от 02.08.2010 б/н (далее - договор от 02.08.2010) в размере 10 354,0 тыс. рублей. В силу п. 3 договора от 02.08.2010 право собственности на товар, риск случайной гибели, порчи или повреждения товара переходят от продавца к покупателю с момента приемки покупателем товара. Согласно представленным материалам товар передан должнику 02.08.2010 года.

В рассматриваемом случае, течение срока исковой давности началось 02.08.2010 и закончилось 02.08.2013, следовательно, срок исковой давности по требованиям, вытекающим из условий договора от 02.08.2010, на дату обращения в арбитражный суд кредитором пропущен.

Согласно обособленному спору 33УТ, требования ФИО5 мотивированы наличием неисполненных обязательств, в частности, по договору займа от 02.11.2011 б/н (далее - договор от 02.11.2011) в размере 9 000,0 тыс. рублей.

Заявление об установлении требований ФИО5 подано в Арбитражный суд Краснодарского края 20.01.2015 года.

Между тем, в рассматриваемом случае, течение срока исковой давности началось 02.12.2011 и закончилось 02.12.2014, следовательно, срок исковой давности по требованиям, вытекающим из условий договора от 02.11.2011, на дату обращения в арбитражный суд кредитором пропущен.

Однако конкурсным управляющим ходатайства о применении срока исковой давности не заявлены. Подобное бездействие конкурсного управляющего противоречит требованиям абзаца 2 пункта 2 статьи 20.3, п. 4 ст. 20.3, абзацу 8 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, как направленное на необоснованное увеличение нагрузки на конкурсную массу.

Поскольку конкурсным управляющим не приняты меры по заявлению ходатайства о пропуске срока исковой давности, а также не высказано возражений относительно размера требований, суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать бездействие конкурсного управляющего незаконным.

В отношении седьмого эпизода судом апелляционной инстанции установлено, что в вину управляющему вменяется неисполнение решения собрания кредиторов по дополнительному вопросу от 14.05.2018 об уточнении состава лиц обособленного спора по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Из материалов дела следует, что собранием кредиторов ЛВЗ «Георгиевское» (ЗАО) от 14.05.2018 принято решение по дополнительному вопросу повестки дня: «Обязать конкурсного управляющего уточнить требования, указанные в заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам предприятия, дополнив заявление следующими ответчиками: ФИО4, ФИО10, ФИО11, ФИО12.».

Не согласившись с указанным решением собрания кредиторов, конкурсный управляющий ФИО3 обжаловал указанное решение в судебном порядке.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.09.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Вместе с тем, решение по дополнительному вопросу повестки дня от 14.05.2018 конкурсным управляющим не исполнено, пояснения (заключение) о нецелесообразности исполнения решения собрания кредиторов кредиторам не представлено.

Вместе с тем, бездействие вменяемое конкурсному управляющему в седьмом эпизоде непосредственно связано с исключением ФИО4 из числа контролирующих должника лиц, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть данные эпизоды совместно.

По восьмому эпизоду судом апелляционной инстанции установлено, что конкурсным управляющим исключен из числа контролирующих должника лиц генеральный директор ФИО4

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую Законом о банкротстве профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой. В круг его основных обязанностей входит формирование конкурсной массы. В силу пункта 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве на управляющего возложена самостоятельная обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно.

Следовательно, меры, направленные на пополнение конкурсной массы (в частности, с использованием механизма привлечения к субсидиарной ответственности), планирует и реализует прежде всего арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, а не кредиторы должника.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, под контролирующим должника лицом (далее - КДЛ) понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из материалов дела следует, что ЛВЗ «Георгиевское» ЗАО в качестве юридического лица зарегистрирован налоговым органом 15.03.2006 по адресу: 352800, <...>.

Согласно данным устава должника, в частности положениям Главы 7, высшим органом управления общества является Общее собрание акционеров. Общее руководство обществом осуществляет Совет директоров, определенный Общим собранием акционеров. Исполнительным органом является Генеральный директор общества, избрание которого входит в компетенцию Совета директоров.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ генеральным директором в период с 15.03.2006 по 11.11.2014 являлся ФИО4 ИНН <***>.

Таким образом, исходя из положений подпункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, презюмируется, что Гетманский СВ. является контролирующим должника лицом, имеющие возможность определять действия должника. Обстоятельств, свидетельствующих об обратном, не представлено.

При таких обстоятельствах, действия по исключению из числа контролирующих должника лиц генерального директора общества являются необоснованными, не отвечают критериям добросовестности и разумности действий управляющего.

В качестве девятого эпизода конкурсному управляющему вменяется непринятие мер по взысканию с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006 (дело № А32-38088/2017).

Из материалов дела № А32-38088/2017 следует, что между ЛВЗ «Георгиевское» (ЗАО) (арендатор) и ООО «Собственник» (арендодатель) был заключен договор аренды 01.09.2006 № 1, по условиям п. 1.1 которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилые производственные помещения, здания, сооружения и прилегающие территории к ним, согласно актов приемки-передачи.

По условиям договора срок аренды составляет 11 (одиннадцать) месяцев с момента принятия имущества по передаточному акту. Ежемесячная арендная плата за пользование имуществом устанавливается сторонами в размере 1 500 тыс. рублей. В стоимость арендной платы входит плата за землю. Арендная плата производится арендатором за каждый месяц аренды не позднее десятого числа текущего месяца.

В последующем между арендатором и арендодателем заключен новый договор аренды недвижимого имущества от 01.04.2011 года. На дату заключения сторонами договора аренды от 01.04.2011 должником по договору аренды от 01.09.2006 № 1 осуществлена переплата в размере 21 469,7 тыс. рублей.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд к ООО «СобственникЪ» с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.12.2017 по делу № А32-38088/2017, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2018 и суда округа от 05.06.2018, в удовлетворении требований отказано по причине пропуска срока исковой давности.

При разрешении спора судебные инстанции исходили из того, что конкурсным управляющим ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» не представлены в материалы дела надлежащие доказательства того, что стороны согласовали отнесение переплаты в сумме 21 469,7 тыс. рублей, уплаченной заводом в рамках договора аренды от 01.09.2006, в качестве начального сальдо (аванса) при заключении договора аренды от 01.04.2011 года.

Суды установили, что конкурсный управляющий подал исковое заявление в арбитражный суд лишь 05.09.2017, т.е. за пределами срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона № 208-ФЗ от 26.12.1995 «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества и единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Таким образом, действуя добросовестно и разумно при должной степени заботливости и осмотрительности, генеральный директор должника должен был предпринять меры по взысканию с ООО «СобственникЪ» неосновательного обогащения в виде переплаты по арендным платежам в размере 21 469,7 тыс. руб. с 01.04.2011 - даты перезаключения договора аренды. Однако данные действия руководителем должника не совершены.

В соответствии с пунктом 4 статьи 88 Закона № 208-ФЗ годовой отчет общества подлежит предварительному утверждению советом директоров (наблюдательным советом) общества, в связи с чем, совет директоров (акционеры) знал в первом полугодии 2012 о переплате по договору аренды от 01.09.2006 в адрес ООО «СобственникЪ» в размере 21 469,7 тыс. рублей.

Поскольку учредителями ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» и ООО «СобственникЪ» являются одни и те же лица, то во взыскании с ООО «СобственникЪ» неосновательного обогащения в размере 21 469,7 тыс. руб. акционеры должника не были заинтересованы, в связи с чем, меры по взысканию с ООО «СобственникЪ» неосновательного обогащения в размере 21 469,7 тыс. руб. не предпринимались.

Вместе с тем, финансовое состояние должника не позволяло принимать такого рода управленческое решение, что подтверждается пролонгацией кредитных линий ПАО «Сбербанк России», ОАО «Россельхозбанк», ОАО «Банк социального развития и строительства «Липецкомбанк» и предоставлением Гетманским СВ. займа в период 28.06.2011 по 02.08.2011 на сумму 29 000,0 тыс. руб. по ставке 36 % годовых.

Указанные действия совета директоров должника, в состав которого входили: ФИО4, ФИО10, ФИО11, ФИО5, ФИО7 повлекли снижение конкурсной массы на сумму 21 469,7 тыс. рублей.

ФИО3, действуя добросовестно и разумно при должной степени заботливости и осмотрительности, в целях формирования конкурсной массы должника обязан был направить заявление о взыскании с должностных лиц должника убытков на указанную сумму. Однако данные действия ФИО3 не совершил.

О необходимости взыскании убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006, конкурсному управляющему также указывалось в письме уполномоченного органа от 14.05.2018 года. Данным письмом конкурсному управляющему предлагалось, в случае отрицательной позиции по вопросу взыскания убытков, представать мотивированное обоснование.

Однако каких-либо пояснений о не направлении заявления о взыскании с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006, конкурсный управляющий кредиторам не представил.

Данные действия конкурсного управляющего не соответствуют цели конкурсного производства, в связи с чем также подлежат признанию незаконными.

Судебная коллегия учитывает, что единственным основанием для отказа в удовлетворении жалобы на действия конкурсного управляющего послужило то, что в силу наличия у уполномоченного органа статуса кредитора он был вправе самостоятельно принимать данные меры. Между тем, суд первой инстанции необоснованно возлагает на уполномоченный орган и других кредиторов обязанности конкурсного управляющего по оспариванию сделок, розыску имущества (дебиторской задолженности), привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности, что недопустимо.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает необходимым удовлетворить жалобу уполномоченного органа по всем девяти эпизодам.

Уполномоченным органом также заявлено ходатайство об отстранении арбитражного управляющего ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей.

В пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 2 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 10 Информационного письма ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», конкурсный управляющий может быть отстранен, только если допущенные им нарушения являются существенными. В данном пункте разъясняется, что отстранение конкурсного управляющего должно применяться лишь в той ситуации, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства. Нарушения, допущенные им, должны порождать обоснованные сомнения в дальнейшем надлежащем ведении конкурсного производства таким конкурсным управляющим. Если же сомнения не возникают, то формальное применение законодательства в связи с допущенным им незначительным нарушением будет противоречить цели применения данной меры оперативного воздействия. Отстранение конкурсного управляющего в случае незначительного нарушения будет неэффективным.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65, абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1 статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве арбитражным судом в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые полностью не возместили убытки, причиненные должнику, кредиторам или иным лицам в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в ранее проведенных процедурах, применяемых в деле о банкротстве, факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В пункте 16 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» указал, что не возмещение конкурсным управляющим убытков, причиненных им в одном деле о банкротстве, может являться основанием для его отстранения в другом деле о банкротстве.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Основанием для отстранения арбитражного управляющего по указанным основаниям является, в частности, установление факта неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей.

Выявленные при рассмотрении настоящей жалобы недостатки в деятельности конкурсного управляющего, содержат угрозу причинения убытков должнику и кредиторам.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости отстранения ФИО3 от исполнения обязанности конкурсного управляющего должника.

Кредитором также заявлено о снижении размера вознаграждения конкурсного управляющего в связи с ненадлежащим исполнением им своих обязанностей.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов. В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации), применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен.

Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение. При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Вопрос о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего рассматривается судом при наличии возражений лица, участвующего в деле о банкротстве или арбитражном процессе по делу о банкротстве, при рассмотрении заявления арбитражного управляющего о взыскании такого вознаграждения. Если этот вопрос не был рассмотрен при рассмотрении указанного заявления либо если вознаграждение уже было выплачено управляющему без рассмотрения такого заявления, то участвующее в деле о банкротстве лицо вправе потребовать от управляющего возврата соответствующей части выплаченной ему суммы. Данное требование предъявляется в рамках дела о банкротстве и рассматривается в порядке, предусмотренном статьей 60 Закона о банкротстве; по результатам его рассмотрения суд выносит определение о взыскании соответствующей суммы в пользу должника, которое может быть обжаловано, и на его основании выдает исполнительный лист.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено законом. По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражным судом выносится определение.

Основанием для удовлетворения заявления о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего, с учетом изложенных выше норм права является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве, необоснованных понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, факта причинения убытков должнику, а также установления периодов, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО3 исполнял обязанности конкурсного управляющего с 11.11.2014 по 25.12.2019 (дата объявления резолютивной части настоящего постановления.

Кроме того, установлено, что за период с 11.11.2014 по 11.08.2018, т.е. за 45 месяцев, вознаграждение конкурсному управляющему выплачено, за период с 11.08.2018 по настоящее время вознаграждение не выплачивалось.

Следовательно, ФИО3 являлся конкурсным управляющим должника более 5 лет, в связи с чем установление единовременной выплаты в размере 30 000 руб. является неразумным и несоразмерным совершенным незаконным действиям.

Поскольку ранее судом апелляционной инстанции установлено ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим его обязанностей, повлекшее его отстранение, а также установлено, что действия конкурсного управляющего повлекли невозможность пополнения конкурсной массы и возникновение дополнительной финансовой нагрузки в виду включения требований Гетманского и ФИО13, суд апелляционной инстанции полагает возможным снизить размер вознаграждения конкурсному управляющему до 10 000 рублей ежемесячно.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.08.2019 по делу № А32-37625/2012 отменить.

Признать ненадлежащими действия (бездействие) арбитражного управляющего ЗАО ЛВЗ «Георгиевское» ФИО3 в части:

- непроведения анализа документов, обосновывающих факты, снижения за период 31.12.2010 по 31.12.2013 размера дебиторской задолженности;

- непринятия надлежащих мер по истребованию недостающей документации у бывшего руководителя должника, а также у третьих лиц;

- бездействия конкурсного управляющего по оспариванию сделок должника, а именно:

А) сделки должника по заключению дополнительных соглашений от 30.06.2012 к лицензионным договорам на использование товарного знака от 15.06.2006, заключенным с ООО «Брэнд», а также последующие перечисления ООО «Торговый Дом Георгиевский 1» за счет денежных средств должника денежных средств в размере 26 905,0 тыс. руб. по основаниям, предусмотренным ст.ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ;

Б) сделки по перечислению ООО «Торговый Дом Георгиевский 1» за счет денежных средств должника ФИО4 33 375 010 рублей по основаниям, предусмотренным п.3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В) сделки по проведению взаимозачета между должником и ООО «Торговый Дом Георгиевский 1» на общую сумму 14 876,8 тыс. руб., оформленного уведомлением от 11.01.2013;

- пропуска срока исковой давности по обжалованию сделки должника в отношении ООО «СобственникЪ»;

- неисполнения определения Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018;

- неприменения срока исковой давности к требованиям ФИО4 и ФИО5, предъявленных к должнику в конкурсном производстве;

- непринятия мер по привлечению генерального директора ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;

- по взысканию с должностных лиц должника убытков в размере 21 469,7 тыс. руб., в связи с утратой возможности взыскания переплаты, осуществленной по договору аренды недвижимого имущества от 01.09.2006 года.

Отстранить конкурсного управляющего ФИО3 от исполнения возложенных на него обязанностей.

Снизить размер вознаграждения конкурсному управляющему до 10 000 рублей ежемесячно.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева

СудьиА.Н. Стрекачёв

Г.А. Сурмалян