Постановление от 6 августа 2018 г. по делу № А19-28024/2017

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, 100б, г. Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело №А19-28024/2017
г. Чита
06 августа 2018 года
Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Капустиной Л.В., рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу истца на решение Арбитражного суда Иркутской области от 14.03.2018 по делу №А19-28024/2017, рассмотренному в порядке упрощенного производства, по иску закрытого акционерного общества «Аэроплан» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 109147, <...> д 20, стр. 5) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304381602000029, ИНН <***>, Иркутская область, г. Тулуг) о взыскании денежных средств (суд первой инстанции: судья Сураева О.П.),

у с т а н о в и л :

закрытое акционерное общество «Аэроплан» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) с требованиями о взыскании 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на использование каждого товарного знака №489246 («Папус»), №489244 («Мася»), №502206 («Симка»), №502205 («Нолик») и №475276 («Помогатор»), 120 руб. стоимости приобретенных товаров, 175,34 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРП и 2 000 руб. расходов на уплату государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.03.2018 исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу истца взыскано 5 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, 200 руб. расходы на уплату государственной пошлины, 12 руб. стоимости приобретенных товаров, 17,53 руб. почтовых расходов, 20 руб. расходы на получение выписки из ЕГРП.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обжаловал его в апелляционном порядке, просил отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

Жалоба мотивирована тем, что решение суда вынесено с нарушением норм процессуального права о бремени доказывания; суд неправильно применил правовую позицию, сформулированную в Постановлении Конституционног Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П; ответчик не доказал в деле обстоятельства, при которых возможно уменьшение размера компенсации ниже пределах, установленного законом.

От ответчика отзыв на апелляционную жалобу в суд не поступил.

В порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвующие в деле лица извещены о принятии заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства.

Законность и обоснованность обжалованного судебного акта проверены в апелляционном порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

Оценив доказательства в деле в их совокупности, достаточности и взаимной связи, проверив доводы сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующему

Из материалов дела следует и установил суд первой инстанции, что общество является обладателем исключительных прав на товарные знаки персонажей анимационного мультипликационного сериала «Фиксики» в виде графических изображений: «Папус» по международной регистрации №489246, с датой регистрации 07.06.2013; «Мася» по международной регистрации №489244, с датой регистрации 07.06.2013; «Симка» по международной регистрации №502206, с датой регистрации 13.12.2013; «Нолик» по международной регистрации №502205, с датой регистрации 13.12.2013; «Помогатор» по международной регистрации №475276, с датой регистрации 22.11.2012. Каждый из этих товарных знаков распространяется на товары и услуги 28-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) – «игрушки, игровые фигурки, конструкторы игровые».

28.06.2017 в магазине «Визит» по адресу: <...> предприниматель реализовал по цене 120 руб. конструктор, на коробке которого изображены обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками №489246 («Папус»), №489244 («Мася»), №502206 («Симка»), №502205 («Нолик»), №475276 («Помогатор»).

Претензией №12725 общество потребовало от ответчика уплаты компенсации за нарушение исключительных прав на использование каждого товарного знака, стоимости приобретенных товаров, почтовых расходов и расходов на получение выписки из ЕГРП. Указанная претензия направлена ответчику 18.11.2017, что подтверждается квитанцией почтового отправления от 18.11.2017.

В связи с незаконным использованием ФИО1 изображений, сходных до степени смешения с товарными знаками, обладателем которых является общество последний обратился в арбитражный суд с иском. Предметом спора в деле стало взыскание истцом с ответчика компенсации за незаконное использование товарных знаков, расходов на приобретение контрафактного товара и судебных расходов.

Принимая решение, суд сослался на положения статей 12, 14, 426, 492, 493, 494, подпункта 14 пункта 1 статьи 1225, пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1311, пункта 1 статьи 1477, пунктов 1 и 2 статьи 1481, статьи 1484, пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 5.2, 5.2.1 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 №197. Суд указал на применение правовых позиций, сформулированных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункта 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 №305-ЭС17-16920 по делу №А40-222928/2016. Суд исходил из обоснованности требований истца по праву, поскольку доказаны факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на использование товарных знаков, правообладателем которых является истец, факт и размер судебных издержек истца, наличие обстоятельств для уменьшения заявленного размера компенсации ниже установленного законом предела.

Суд апелляционной инстанции согласился с тем, что материалами дела подтвержден факт нарушения ответчиком исключительных прав на товарные знаки №489246 («Папус»), №489244 («Мася»), №502206 («Симка»), №502205 («Нолик»), №475276 («Помогатор») при продаже конструктора в коробке с изображением обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками.

На основании положений Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09.09.1886, постановления Правительства Российской Федерации от 03.11.1994 №1224 о присоединении к названной Конвенции, Всемирной конвенции об авторском праве, заключенной в Женеве 06.09.1952, вступившей в действие для СССР 27.05.1973, Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 28.06.1989, принятого постановлением Правительства Российской Федерации от 19.12.1996 №1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков», в отношении исключительных прав на указанные в них произведения и товарные знаки в Российской Федерации применяется национальное законодательство по охране интеллектуальной собственности.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно статье 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствует об их контрафактности.

Факт продажи ФИО1 конструктора, на упаковке которого изображены обозначения, сходные до степени смешения с графическим изображением персонажей анимационного мультипликационного сериала «Фиксики», защищенными товарными знаками №502206, №502205, №475276, №489246, №489244, подтверждены содержанием товарного чека от 28.06.2017, упаковки с контрафактным товаром, видеозаписью покупки. Товарный чек содержат сведения о наименовании товара - конструктор, продавце -ФИО1, стоимости товара - 120 руб. и дате продажи - 28.06.2017. Ответчик не оспорил подтвержденных истцом обстоятельств продажи товара.

Доказательства правомерного использования товарных знаков, правообладателем которых является общество, как и доказательства введения спорного товара в гражданский оборот с разрешения общества, в материалах дела отсутствовали.

Расходы общества на приобретение контрафактного товара доказаны тем же де товарным чеком от 28.06.2017, видеозаписью покупки. Расходы истца в размере 175,34 руб. на отправку ФИО1 претензии и копий исковых материалов, в размере 200 руб. на получение выписки из ЕГРИП подтверждены данными квитанции почтового отправления от 18.11.2017 и чека от 01.11.2017, текстом претензии и выписки из ЕГРИП, соответственно.

Вместе с тем устанавливая размер компенсации в пользу истца в размере в 10 раз меньше нижнего предела, предусмотренного законом, суд первой инстанции неправильном применил нормы материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного решения по существу спора.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В пункте 43.2 постановления от Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 43.3 постановления от 26.03.2009 №5/29).

Размер компенсации за нарушение права на использование товарного каждого товарного знака определен истцом низшему пределу размера компенсации, установленному в законе. Этот размер компенсации соотносится с разовым характер правонарушения, незначительной стоимостью реализованного контрафактного товара, соразмерен допущенному ответчиком нарушению, является достаточным и разумным.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, указано, что Гражданский кодекс Российской Федерации, как следует из абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252, при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения допускает возможность снижения размера компенсации ниже предела, установленного подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, но не более чем до пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. Суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей. Этот вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 06.06.1995 №7-П, от 13.06.1996 №14-П, от 27.10.2015 №28-П и др.). Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности.

Обязанность доказывания этих условий, в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на ответчика.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Однако ответчик не предоставил доказательств о своем имущественном положении. Ввиду того, что ФИО1 занимается предпринимательской деятельностью и определенно получает от этой деятельности доход, документальное подтверждение размера ее пенсии по старости и размера пенсии по старости у ее мужа, протокол заседания комиссии ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии имени академика Бурденко Н.Н.» Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.11.2017 №83/17/-9912с и диагностическое заключение ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии имени академика Бурденко Н.Н.» Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.11.2017 о болезни мужа и рекомендациях по лечению без относительно сведений о доходах от предпринимательской деятельности сами по себе не могут однозначно свидетельствовать о тяжелом материальном положении ФИО1, не позволяющем оплатить предъявленную к взысканию сумму компенсации.

Помимо того, ФИО1 не доказала, что предприняла все необходимые меры и проявила разумную осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего обществу. Не подтвердила, что размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным законоположениями правилам многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков.

При таком положении у суда отсутствовали основания взыскания компенсации в размере ниже низшего предела, установленного законом.

В статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно разъяснению в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле.

Перечень судебных издержек не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Таким образом, издержки, понесенные в связи с собиранием доказательств, могут быть отнесены к категории судебных, и, следовательно, при удовлетворении имущественных исковых требований они подлежат взысканию с другой стороны.

Исходя из сути настоящего спора, сама сделка розничной купли-продажи контрафактного товара не является его предметом, а лишь зафиксированным истцом способом незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности (товарных знаков), то есть средством (способом) доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела по существу.

Приобретение контрафактного товара и представление его в суд в качестве вещественного доказательства в рассматриваемом случае носило необходимый характер, поскольку факт размещения на таком товаре обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками, подлежал установлению судом.

С учетом изложенного суд правомерно признал судебными издержками истца расходы на приобретение контрафактного товара.

В пункте 4 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 указано, что в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так как 175,34 руб. истец затратил на почтовые расходы, связанные с отправкой ответчику досудебной претензии и искового заявления, то они подлежат возмещению ответчиком.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.02.2011 №12 расходы, которые лицо, участвующее в деле, понесло в связи с получением выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Они подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При цене иска 50 000 руб. размер государственной пошлины составил 2 000 руб. в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Платежным поручением от 15.12.2017 №1284 истец уплатил 2000 руб. государственной пошлины.

При подаче апелляционной жалобы по платежному поручению от 19.03.2018 №405 истец уплатил 2 000 руб. государственной пошлины. В соответствии с пунктом 6 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации определением суда апелляционной инстанции от 03.04.2018 произведен зачет государственной пошлины в сумме 1 000 руб. по платежному поручению от 27.11.2017 №1061 в оплату государственной пошлины в связи с рассмотрением апелляционной жалобы.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ответчика относятся расходы истца на уплату государственной пошлины по исковому заявлению и по апелляционной жалобе.

Учитывая изложенное, на основании пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда необходимо отменить и принять новый судебный акт о полном удовлетворении требований истца.

Руководствуясь статьей 268, пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 марта 2018 года по делу №А19-28024/2017 отменить полностью, принять новый судебный акт.

Иск удовлетворить полностью.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу закрытого акционерного общества «Аэроплан» 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, 120 руб. стоимости приобретенных товаров, 175,34 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРП, 5 000 руб. расходов на уплату государственной пошлины по исковому заявлению и апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с даты принятия только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, через арбитражный суд первой инстанции.



Судья Капустина Л.В.