Постановление от 6 сентября 2022 г. по делу № А75-21447/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-21447/2021
06 сентября 2022 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 сентября 2022 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Солодкевич Ю.М., судей Сафронова М.М., Тетериной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8943/2022) общества с ограниченной ответственностью «НПСК» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09.06.2022 по делу № А75-21447/2021 (судья Бухарова С.В.), принятое по иску акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «НПСК» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 155 257 руб. 20 коп., с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Югорская региональная электросетевая компания»,

установил:

акционерное общество «Группа страховых компаний «Югория» (далее – АО «ГСК «Югория», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «НПСК» (далее – ООО «НПСК», ответчик) о взыскании 155 257 руб. 20 коп. ущерба в порядке суброгации по факту повреждения электрооборудования.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Югорская региональная электросетевая компания» (далее – АО «ЮРЭСК», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09.06.2022 по делу № А75-21447/2021 исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца взыскано 155 257 руб. 20 коп. ущерба, 5 658 руб. 20 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ООО «НПСК» (далее – заявитель) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить в полном объеме, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал на отсутствие своей вины в причинении ущерба имуществу АО «ЮРЭСК» в связи с не предоставлением последним достоверной информации, согласованием нанесенного им же неверного расположения кабельных линий на данном участке, а также отсутствием замечаний при выдаче разрешения. По мнению заявителя, в нарушение Правил устройства электроустановок (ПУЭ). Шестое издание, утвержденных Главтехуправлением, Госэнергонадзором Минэнерго СССР 05.10.1979 (далее – ПУЭ № 6), АО «ЮРЭСК» не были установлены информационные знаки с указанием ширины охранной зоны кабельных линий не реже, чем через 500 м, а также в также в местах изменения направления кабельных линий. Кроме того, ответчик полагает, что третьим лицо не соблюдены положения о принятии должных мер для правильного обозначения кабельных линий при согласовании схемы (плана, проекта, сметы), и о соответствующем содержании охранных зон, установленные Постановлением Правительства РФ от 24.02.2009 № 160 «О порядке установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства и особых условий использования земельных участков, расположенных в границах таких зон». В свою очередь ООО «НПСК» указывает на принятие им всех необходимых мер и отсутствие возможности предугадать, что представленные собственником кабельных сетей данные окажутся недостоверными, ошибочными. Также податель жалобы ставит вопрос о достоверности данных о собственнике земельного участка, на котором пролегала поврежденная кабельная линия, полагая, что АО «ЮРЭСК» таковым не является. Помимо изложенного, заявитель считает необходимым проведение сторонами дела комиссионного осмотра места повреждения кабельных линий с привлечением специалиста для дачи итогового заключения.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, АО «ГСК «Югория» и АО «ЮРЭСК» представили отзывы, в которых просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

От ООО «НПСК» поступили пояснения к апелляционной жалобе.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела, в соответствии с частью 1 статьи 266 и статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции находит решение по настоящему делу подлежащим изменению.

Как следует из материалов дела, 18.08.2019 в районе Сибирского бульвара в г. Югорск, в результате проведения плановых работ, сотрудниками ООО «НПСК», повреждено электрооборудование объекта KJI-10 кВ «16 МКР», принадлежащего АО «ЮРЭСК».

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом от 19.08.2019 № 01 «О нарушении правил охраны электрических сетей», актом № 46 расследования причин аварии, произошедшей 18.08.2019, постановлением УУП ОМВД России по г. Югорску от 27.08.2019.

На момент события имущество АО «ЮРЭСК» застраховано в АО «ГСК «Югория» в соответствии с государственным контрактом на оказание услуг страхования движимого и недвижимого имущества от 31.01.2019 № 14-01/19-ОД (С).

АО «ЮРЭСК» 01.10.2019 обратилось к истцу с заявлением о наступлении страхового случая.

В соответствии с локальным сметным расчетом размер причиненного ущерба составил 155 257 руб. 20 коп.

Истец, исполняя свои обязанности по договору страхования, осуществил выплату страхового возмещения в указанном размере, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением от 01.11.2019 № 173227 (т. 2, л. 21).

Истец 05.10.2021 направил ответчику претензию о возмещении ущерба в порядке суброгации.

Неисполнение ответчиком требований истца в добровольном порядке послужило основанием для обращения последнего в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности возникновения на стороне ответчика обязательств по возмещению причиненных в результате наступления страхового случая убытков истцу.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

При суброгации происходит перемена лиц в обязательстве на основании закона (статья 387 ГК РФ), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Таким образом, выплатив страховое возмещение, АО «ГСК «Югория» заняло место потерпевшего в отношениях вследствие причинения вреда и получило право требования возмещения ущерба от причинителя вреда.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Согласно статье 1082 ГК РФ способами возмещения причиненного вреда являются возмещение вреда в натуре или возмещение причиненных убытков (пункт 2 статьи 15).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае факт произошедшего повреждения застрахованного имущества, признания его страховым случаем и выплаты страхового возмещения в указанном истцом размере ответчиком не оспаривается.

Доводы подателя жалобы сводятся к отсутствию его вины в причинении вреда и наличии вины собственника застрахованного имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

В качестве обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины АО «ЮРЭСК» и отсутствии вины ООО «НПСК» в произошедшем причинении вреда последним указано на непредоставление третьим лицом достоверной информации о месте нахождения кабелей и отсутствие информационных знаков с указанием ширины охранной зоны кабельных линий.

В соответствии с пунктом 7 Правил установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства и особых условий использования земельных участков, расположенных в границах таких зон, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.02.2009 № 160 (далее – Правила № 160), охранные зоны подлежат маркировке путем установки за счет сетевых организаций предупреждающих знаков, содержащих указание на размер охранной зоны, информацию о соответствующей сетевой организации, а также необходимость соблюдения предусмотренных настоящими Правилами ограничений.

В силу пункта 2.3.24 ПУЭ № 6 охранные зоны кабельных линий, проложенных в земле в незастроенной местности, должны быть обозначены информационными знаками.

Действовавшим в период утверждения ПУЭ № 6 и действующим законодательством понятие «незастроенная местность» не предусмотрено.

Абзацем четвертым пункта 2.5.5 Правил устройства электроустановок (ПУЭ). Издание седьмое. Раздел 2. Передача электроэнергии. Главы 2.4, 2.5, утвержденных Приказом Минэнерго России от 20.05.2003 № 187 (далее – ПУЭ № 7) застроенная местность – территории городов, поселков, сельских населенных пунктов в границах фактической застройки.

Под незастроенной территорией действующим законодательством понимается территории, расположенные вне границ городских и сельских поселений, промышленных, агропромышленных, транспортно-складских и других предприятий и организаций (например, пункт 3.4 «ГОСТ 21.701-2013. Межгосударственный стандарт. Система проектной документации для строительства. Правила выполнения рабочей документации автомобильных дорог», введенного в действие Приказом Росстандарта от 30.12.2013 № 2380-ст).

Таким образом, последующее регулирование общественных отношений, связанных с отнесением тех или иных территорий к застроенным или незастроенным, в том числе, подлежащие применению Правила устройства электроустановок № 7, последовательно исключает отнесение территории городов к незастроенной местности.

В рассматриваемом случае из материалов настоящего дела следует, что земляные работы осуществлялись ООО «НПСК» в <...> в районе д. 24, в связи с чем оснований полагать, что поврежденные кабельные линии располагались в незастроенной местности и на них распространялись требования пункта 2.3.24 ПУЭ № 6 об обозначении информационными знаками, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Кроме того, ответчик ссылается на то, что сведения о границах охранной зоны которые должны содержать текстовые и графические описания местоположения границ такой зоны и подготовка которых осуществляется правообладателем земельного участка, являются обязательным приложением к решению об установлении зоны с особыми условиями использования территории.

Указанный довод в совокупности с заявленными ООО «НПСК» сомнениями относительно принадлежности земельного участка, на котором пролегала поврежденная кабельная линия, АО «ЮРЭСК» фактически сводятся к обоснованию непринятия третьим лицом достаточных мер по установлению охранной зоны указанной кабельной линии, фиксации места нахождения указанного объекта и, соответственно, по предотвращению его повреждений.

Вместе с тем, как указано самим подателем жалобы, в силу пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 13.07.2015 № 252-ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» сведения о местоположении границ зон с особыми условиями использования территории подлежат внесению в государственный кадастр недвижимости до 1 января 2022 года.

Соответственно, отсутствие таких сведений на момент повреждения кабелей (18.08.2019) само по себе не может свидетельствовать о неисполнении АО «ЮРЭСК» вышеуказанной обязанности и, следовательно, недостаточности принятых им мер по предотвращению повреждений кабельной линии.

На представленной ООО «НПСК» схеме (т. 2, л. 98) место повреждения кабельной линии указано вручную не на нанесенном АО «ЮРЭСК» месторасположении кабельных линий, а в стороне.

Вместе с тем, доводы ответчика о том, что указанная схема не отражает действительное размещение повреждённой кабельной линии КЛ-10 кВ, носят предположительный характер и какими-либо доказательствами, представленными в материалы настоящего дела, не подтверждены.

Соответственно, факт содействия АО «ЮРЭСК» возникновению вреда ООО «НПСК» не доказан.

При этом, как обоснованно учтено судом первой инстанции, согласно пункту 2.4.24. Приказ Министерства энергетики РФ от 13.01.2003 № 6 «Об утверждении Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей» (далее – Приказ № 6) перед началом раскопок должно быть произведено шурфление (контрольное вскрытие) кабельной линии под надзором электротехнического персонала потребителя, эксплуатирующего КЛ, для уточнения расположения кабелей и глубины их залегания. При обнаружении во время разрытия земляной траншеи трубопроводов, неизвестных кабелей или других коммуникаций, не указанных на схеме, необходимо приостановить работы и поставить об этом в известность ответственного за электрохозяйство. Рыть траншеи и котлованы в местах нахождения кабелей и подземных сооружений следует с особой осторожностью, на глубине 0,4 м и более – только лопатами.

В соответствии с пунктами 5.8.18, 5.8.19 Приказа Минэнерго РФ от 19.06.2003 № 229 «Об утверждении Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации» (далее – Приказ № 229) раскопки кабельных трасс или земляные работы вблизи них должны производиться с разрешения эксплуатирующей организации. Перед началом раскопок должно быть произведено контрольное вскрытие кабельной трассы под надзором персонала эксплуатирующей организации. Раскопка кабельных линий специальными землеройными машинами, а также рыхление грунта над кабелем с применением отбойных молотков, ломов и кирок производится не более чем на глубину залегания защитного покрытия или сигнальной ленты или на глубину, при которой до кабеля остается слой грунта не менее 25 см. Остальной слой грунта должен удаляться вручную лопатами. При проведении работ, не связанных с раскопкой, прокладкой или ремонтом кабелей, применение землеройной техники на расстоянии менее 1 м, а ударных и вибропогружных механизмов – менее 5 м от кабельной трассы не допускается.

Решением АО «ЮРЭСК» от 27.06.2019 на право производства работ в зоне прохождения электрических кабелей АО «ЮРЭСК» Советский разрешает производить работу по строительству сетей канализации микрорайонов индивидуальной застройки ООО «НПСК» Альтапову Алику Рафисавичу при этом, указывая ряд пунктов, необходимых для соблюдения при производстве работ, в том числе:

1. Перед началом работы выполнить вручную шурфы поперек трасс КЛ по всей длине трассы с расстоянием между шурфами не более 10 метров до обнаружения кабелей на ширину лопаты и на длину не менее 0,5 м от крайнего кабеля.

2. Работу в охранной зоне KJI производить вручную без применения механизмов».

3. Машинам и механизмам ударного действия работу производить не ближе 5 метров от трассы кабелей.

Из буквального толкования пункта 3 решения АО «ЮРЭСК» от 27.06.2019 не следует возможность использования машин ближе 5 метров от трассы кабелей.

Между тем в письме от 13.09.2019 № 169 (т. 2, л. 92 – 94) ООО «НПСК» указало на выполнение работ в 4 метрах от указанного на схеме расположения кабельной линии АО «ЮРЭСК».

Таким образом, ответчик подтвердил факт использования для выполнения работ машин в нарушение пунктов 2 и 3 решения АО «ЮРЭСК» от 27.06.2019 на право производства работ.

С учетом изложенного, доводы подателя жалобы о том, что земляные работы выполнялись им с использованием экскаватора, который является землеройной машиной, возможность применения которой при проведении работ, не связанных с раскопкой, прокладкой или ремонтом кабелей, ограничено пунктом 5.8.19 Приказа № 229 одним метром от кабельной трассы, а не пятью, сами по себе наличие его вины не опровергают.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание противоречивость позиции ответчика, который, ссылаясь на выполнение работ вне охранной зоны кабельной линии и отсутствие в связи с этим необходимости в вызове представителя АО «ЮРЭСК», а также на ошибочность выводов суда первой инстанции о необходимости проведения шурфования, в отзыве на исковое заявление (т. 2, л. 45) и в апелляционной жалобе указал, что до начала производства работ ООО «НПСК» осуществлялась ручная шурфовка для точного определения расположения кабельных линий.

При этом ответчиком не представлены доказательства, позволяющие полагать достаточными принятые им меры по предупреждению повреждений кабельных линий и обеспечению их сохранности, в частности, посредством выполнение ручной шурфовки для точного определения расположения кабельных линий.

Сам по себе факт повреждения кабельных линий свидетельствует о том, что данные меры при выполнении земельных работ на указанном участке не были приняты.

При таких обстоятельствах в случае осуществления ООО «НПСК» работ в соответствии с полученным от АО «ЮРЭСК» решением и нормами действующего законодательства вменяемые ответчиком третьему лицу нарушения сами по себе не могли повлечь причинение вреда, в связи с чем в условиях недоказанности грубой неосторожности АО «ЮРЭСК», содействовавшей возникновению или увеличению вреда, у суда первой инстанции не имелось оснований для уменьшения размера ответственности ответчика за причиненный вред или освобождения его указанной ответственности в полном объеме.

Ссылки подателя жалобы на иную судебную практику (дела № А75-725/2020, № А75-3926/2020) с учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого спора основанием полагать иное не являются.

Как следует из материалов настоящего дела, размер убытков определен АО «ЮРЭСК» на основании локального сметного расчета, калькуляции, ведомостей дефектов, работ и материалов.

Возражая относительно размера заявленного к взысканию вреда, ООО «НПСК» полагает необоснованным включение в состав убытков сметной прибыли, накладных расходов и налог на добавленную стоимость (далее – НДС).

Отклоняя доводы ответчика, суд первой инстанции исходил из того, что истец произвел выплату страхового возмещения в соответствии с условиями договора страхования, в размере страховой выплаты, в данном случае положения о расчетах размера убытков неприменимо.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что по смыслу пункта 1 статьи 382 и подпункта 4 пункта 1 статьи 387 ГК РФ суброгация представляет собой частный случай перехода права кредитора по обязательству к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Применительно к отношениям сторон договора страхования пунктом 1 статьи 965 иное предусмотрено лишь в части ограничения размера требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имел к лицу, ответственному за убытки, и которое перешло к страховщику в результате возмещения им причиненных убытков – в пределах выплаченной суммы право требования.

Возможность перехода к страховщику права страхователя (потерпевшего) к причинителя вреда в большем объеме, нежели имел сам потерпевший, действующим законодательством не предусмотрена.

Иной подход ставит страховщика в преимущественное положение перед потерпевшим, что нарушает не только конституционный принцип равенства, но также права и законные интересы ответчика, размер ответственности которого за причиненный вред необоснованно дифференцируется в зависимости от субъекта, реализовавшего право требования его возмещения.

Пунктом 2 статьи 965 ГК РФ предусмотрено, что перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Статьей 386 ГК РФ предусмотрено право должника выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

Совокупность изложенного свидетельствует о необоснованности выводов суда первой инстанции о неприменимости в рассматриваемом случае правил о расчетах размера убытков.

Оценив заявленные ООО «НПСК» возражения относительно размера убытков, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об их обоснованности.

Понятие «сметная прибыль» содержится в пункте 1.1 Методических указаний по определению величины сметной прибыли в строительстве, утверждённых постановлением Госстроя Российской Федерации от 28.02.2001 № 15; сметная прибыль является составной частью цены строительной продукции, устанавливаемой на основе переговоров с подрядчиками, и предназначается для покрытия расходов подрядных организаций на развитие производства и материальное стимулирование работников. Сметная прибыль не относится к себестоимости работ.

Из названных положений следует, что при восстановлении повреждённого имущества силами собственника размер сметной прибыли не может относиться к реальному ущербу, поскольку в данном случае лицо восстанавливает своё имущество и им не преследуется цель продажи своих услуг и извлечения прибыли.

Согласно пункту 1.2 Методических указаний по определению величины накладных расходов в строительстве (МДС 81-33.2004), утверждённых постановлением Госстроя Российской Федерации от 12.01.2004 № 6, накладные расходы как часть сметной себестоимости строительно-монтажных работ представляют собой совокупность затрат, связанных с созданием необходимых условий для выполнения строительных, ремонтно-строительных и пусконаладочных работ, а также их организацией, управлением и обслуживанием.

Данные методические указания предназначены для определения величины накладных расходов: инвесторами (заказчиками-застройщиками) при составлении инвесторских смет для оценки инвестиционных программ (проектов), при подготовке заключаемого договора, в т. ч. при подрядных торгах и определении договорных цен в случаях формирования их на основе переговоров заказчиков с подрядчиками; подрядными организациями при составлении ценовых предложений на конкурсные торги и расчётах за выполненные работы; проектными организациями при разработке сметной документации (пункт 1.1).

Между тем доказательства, подтверждающие объективную необходимость и фактическое несение таких расходов в рассматриваемом случае в материалы настоящего дела не представлены, в связи с чем отнесение данных расходов на ответчика в составе убытков является безосновательным.

Кроме того, выполнение строительно-монтажных работ для собственного потребления в силу пункта 3 части 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) признаётся операцией, подлежащей обложению НДС.

Однако закреплённый в пункте 1 статьи 15 ГК РФ принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков, установленный в пункте 2 данной статьи, обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

При этом по общему правилу исключается как неполное возмещение понесённых убытков, так и обогащение потерпевшего за счёт причинителя вреда.

Это означает, что в состав убытков не могут быть включены расходы, хотя и понесённые потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объёме за счёт иных источников.

Наличие права на вычет сумм НДС исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, возмещение убытков в этой части.

В противном случае создавались бы основания для неосновательного обогащения потерпевшего путём получения им сумм, уплаченных в качестве НДС, дважды – из бюджета и от своего контрагента – без какого-либо встречного предоставления.

Соответственно, включение в состав понесённых убытков налога на добавленную стоимость не может быть признано обоснованным для целей применения статьи 15 ГК РФ.

При таких обстоятельствах не подлежат возмещению ответчиком убытки в сумме 73 039 руб. 20 коп., в том числе, накладные расходы в размере 35 708 руб., сметная прибыль в размере 11 453 руб., НДС в размере 25 878 руб. 20 коп.

С учетом изложенного, обжалуемое решение подлежит изменению в связи с несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, исковые требования и апелляционная жалоба подлежат частичному удовлетворению.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований и апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ответчика в размерах, пропорциональных размеру удовлетворенных исковых требований (52,95%), и на истца в размерах, пропорциональных размеру исковых требований, в удовлетворении которых отказано (47,05%).

С учетом разъяснений пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» суд апелляционной инстанции считает возможным учесть причитающуюся с истца в пользу ответчика сумму 1 411 руб. 50 коп. в уменьшение суммы расходов, подлежащей взысканию с ответчика. Соответственно, с ООО «НПСК» в пользу АО «ГСК «Югория» следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины по иску в сумме 1 584 руб. 50 коп. (2 996-1 411,50).

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьёй 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09.06.2022 по делу № А75-21447/2021 изменить, изложив его резолютивную часть следующим образом.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НПСК» в пользу акционерного общества «Группа Страховых компаний «Югория» 82 218 руб. 01 коп. ущерба, 1 584 руб. 50 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Ю.М. Солодкевич

Судьи


М.М. Сафронов

Н.В. Тетерина