Постановление от 25 февраля 2022 г. по делу № А03-7813/2018

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск Дело №А03-7813/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 22 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 февраля 2022 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


Усаниной Н.А.,


судей


Иванова О.А.,

ФИО1,


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Любимовой А.Н. с использованием средств аудиозаписи и применением системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Алтайского края рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (№07АП-2045/2019(22)) на определение от 13.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-7813/2018 (судья Крамер О.А.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Алтайинжиниринг» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Барнаул, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р. ИНН <***>), г. Барнаул, ФИО4 (ИНН <***>), г. Барнаул, общества с ограниченной ответственностью Компания «Ташир» (ИНН <***>), г. Барнаул, общества с ограниченной ответственностью Компания «Ташир плюс» (ИНН <***>), г.Барнаул по обязательствам должника на сумму 800 000 руб. и 238 344, 05 руб. процентов, с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего ФИО3 - ФИО5, г. Барнаул.

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО6 по доверенности от 27.05.2021 (на один год), паспорт.

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью общества с ограниченной ответственностью «Алтайинжиниринг» (далее - ООО «Алтайинжиниринг», должник) его конкурсный управляющий ФИО2 (далее- конкурсный управляющий , ФИО2) обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО4 (далее - ФИО4), общества с ограниченной ответственностью Компания «Ташир» (ИНН <***>) (далее - ООО Компания «Ташир»), общества с ограниченной ответственностью Компания «Ташир плюс» (ИНН <***>) (далее - ООО Компания «Ташир плюс») по обязательствам должника на сумму 800 000 руб. и 238 344, 05 руб.

Определением суда от 13.12.2021 в удовлетворении заявления отказано.

В поданной апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 просит просить отменить от 13.12.2021 в полном объеме, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Алтайинжиниринг» ФИО2

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что в ходе рассмотрения заявления о привлечении заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности, в июле 2021 года, третье лицо - ООО «Компания Ташир плюс», в которой единственным участником и директором числится супруг ФИО3 - ФИО4, погасило частично заявленные требования в сумме 800 000 руб., сумма процентов 238 344,05 руб., заявленная в порядке применения ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства по статье 395 ГК РФ, осталась непогашенной, определением от 30.12.2019 о признании недействительной сделки совершенной между должником и ФИО3 доказан факт причинения вреда кредиторам должника в виде уменьшения стоимости имущества должника путем его реализации по цене существенно меньшей по сравнению с рыночной стоимостью, лица, указанные в заявлении конкурсного управляющего, получили выгоду от неосновательного обогащения за счет ООО «Алтайинжиниринг», чем причинили значительный ущерб должнику и кредиторам должника, с которых подлежали взысканию причиненные убытки; суд, при рассмотрении заявления и при вынесении судебного акта, несмотря на указанные выше обстоятельства в действиях ФИО3, не стал квалифицировать действия ФИО3 как убытки, несмотря на то, что он и иные лица стали выгодоприобретателями по данной сделке.

Отзывы на апелляционную жалобу к моменту ее рассмотрения в материалы дела не представлены.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещены о времени и месте проведения судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что согласно части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ, применительно к доводам апелляционной жалобы, заслушав явившегося участника процесса, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

ООО «Алтайинжиниринг» состоит на учете в качестве налогоплательщика в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Алтайскому краю.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ и приказу №02-к от 16.07.2017 ФИО7 (ИНН <***>) с 16.07.2014 являлся единственным учредителем и директором ООО «Алтайинжиниринг».

Основным видом экономической деятельности должника является строительство жилых и нежилых зданий (оквэд 41.2); дополнительными видами являются подготовка строительной площадки; производство электромонтажных, санитарно-технических и прочих строительно-монтажных работ, производство кровельных работ.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 14.02.2017, заключенного между должником и ФИО3, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Конкурсный управляющий полагал, что действия должника по реализации транспортного средства привели к уменьшению его имущества и причинению вреда имущественным правам кредиторов.

При рассмотрении указанного заявления, было установлено, что 14.02.2017 между ООО «Алтайинжиниринг» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли- продажи автомототранспортных средств, по условиям которого ООО «Алтайинжиниринг» продает принадлежащий ему автомобиль Audi Q7, 2007 г.в., идентификационный номер WAUZZZ4L97D099407, номер двигателя BAR-024473 за 105 000 руб. В последующем автомобиль продан ФИО3 по договору купли-продажи транспорта ФИО8 за 105 000 руб.

В обоснование продажи автомобиля по заниженной цене конкурсным управляю-

щим представлена справка о среднерыночной стоимости № 36/5 от 22.05.2019, согласно которой стоимость автомобиля Audi Q7, 2007 г.в., объем 3,5 л. составляет 800 000 руб., отчет ЗАО «Бизнес-эксперт» № 0833-2019 об оценке рыночной стоимости автомобиля, согласно которому среднерыночная стоимость автомобиля Audi Q7 по состоянию на 14.02.2017 составляет 800 000 руб.

Суд пришел к выводу, что доказательств оплаты заинтересованным лицом 105 000 руб. по условиям оспоренного договора не представлено. При этом в соответствии с условиями договора должник получил оплату за транспортное средство. Суд, исследовав выписки по счетам должника за февраль 2017 года не установил поступление денежных средств в размере 105 000 руб. При недоказанности оплаты со стороны заинтересованного лица по спорному договору, суд применил одностороннюю реституцию.

Определением от 30.12.2019 (резолютивная часть от 23.12.2019) суд признал недействительным договор купли-продажи автомототранспортных средств от 14.02.2017, заключенный между ООО «Алтайинжиниринг» и ФИО3 и применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Алтайинжиниринг» 800 000 руб.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве (презумпция наличия контроля в силу извлечения выгоды от деятельности должника), полагает, что ФИО3, ФИО4, ООО Компания «Ташир» и ООО Компания «Ташир плюс» являются контролирующими должника лицами, т.к. получили выгоду в размере стоимости транспортного средства, отчужденного по сделке, признанной недействительной, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия у заинтересованных лиц статуса контролирующих должника лиц, незначительности суммы договора применительно к масштабам деятельности общества.

В связи с внесением изменений в Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее Закон №266-ФЗ) положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу. Закон №266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ста-

тьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, действовавшие на момент совершения вменяемых действий.

Учитывая, что обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ООО Компания «Ташир», ООО Компания «Ташир плюс» имели место до вступления в силу Закона №266-ФЗ, хотя заявление и поступило в суд после вступления в силу Закона №266-ФЗ, настоящий спор рассмотрен судом с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Закона №266-ФЗ), но при этом применены процессуальные нормы, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

В данном случае, подлежали применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, в связи с этим, суд верно указал, что предусмотренная подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) не применима, подобная презумпция в предыдущих редакциях Закона отсутствовала.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 АПК РФ) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору, тем более, что на данные обстоятельства ссылался участник судебного спора.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц»

по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53).

По смыслу пунктов 4, 16 Постановления №53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, при наличии обстоятельств причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона.

Согласно разъяснениям, изложенным пункте 21 Постановления №53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Признаки контролирующего должника лица, приведенные в статье 61.10 Закона о банкротстве, пунктах 3 - 7 Постановления №53, не являются исчерпывающими, на что прямо указано в пункте 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве и пункте 7 Постановления №53.

При этом по смыслу положений указанной статьи Закона о банкротстве и ее разъяснений, данных высшей судебной инстанцией, вывод о том, что лицо является контролирующим должника, может быть сделан на основании презумпций, вытекающих из первичных фактов его корпоративной аффилированности с должником с существенной долей участия, получения значительного актива должника, извлечения существенных преимуществ из системы организации предпринимательской деятельности, действующей внутри группы юридических лиц, связанных общими бенефициарами, и пр.

Опровержение указанных презумпций лежит на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с учетом экстра повышенного стандарта доказывания с их стороны.

Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В настоящем деле, судом принято во внимание, что определением от 25.09.2020 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2021, установлено, что лицом, фактически осуществляющим контроль за должником являлся ФИО9 - коммерческий директор ООО «Алтайинжиниринг».

ФИО3, ФИО4, ООО Компания «Ташир» и ООО Компания «Ташир плюс» не являются непосредственными участниками должника, не занимали управленческие должности на предприятии, не могли непосредственно либо опосредуемо влиять на хозяйственную деятельность общества «Алтайинжиниринг».

Доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено (статья 65 АПК РФ).

Также суд исходил из того, что в данном случае конкурсный управляющий не представил доказательств фактического контроля ФИО3, ФИО4, ООО Компания «Ташир» и ООО Компания «Ташир плюс» над должником и существенности влияния действий (бездействия) указанных лиц на положение должника, не обосновал наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и

фактически наступившим объективным банкротством.

В этой связи, суд пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что ответчики обладают статусом лиц, контролирующих должника.

Судом также учтено, при рассмотрении иных обособленных споров в деле о банкротстве ООО «Алтайинжиниринг» установлено, что с апреля 2017 года финансово- хозяйственная деятельность должником практически не велась, в апреле 2017 года у должника отозвана лицензия на осуществление строительной деятельности, прекращено движение денежных средств по расчетным счетам, согласно справкам 2-НДФЛ большинство сотрудников было уволено в 2017 году.

По обращениям МБОУ «Гимназия 27» и МУБ «Лицей №86» УФАС были вынесены решения №РНП-22-40 (400-Р15) и №РНП-22-39 (390-Р15) о включении в реестр недобросовестных поставщиков информации в отношении ООО «Алтайинжиниринг».

Как следует из бухгалтерской отчетности ООО «Алтайинжиниринг» за 2017 год, по состоянию на 31.12.2016 балансовая стоимость активов должника составляет 133 176 тыс. руб., в том числе основные средства - 14 173 тыс. руб., запасы - 67 717 тыс. руб., дебиторская задолженность - 37 836 тыс. руб. Кредиторская задолженность ООО «Алтайинжиниринг» составляла 109 643 тыс. По итогам 2016 года получена чистая прибыль в размере 4 212 тыс. руб.

Согласно картотеке арбитражных дел судом установлено, что в 2017 году к ООО «Алтайинжиниринг» были предъявлены требования (иски) на сумму свыше 25 000 000 руб., что также очевидно свидетельствует о значительности масштабов деятельности хозяйствующего субъекта и несущественности по отношению к ним суммы имущественных потерь, предъявленных конкурсным управляющим в основание заявления (800 000 руб.).

В данном случае причиной банкротства ООО «Алтайинжиниринг» явились действия ФИО7 и ФИО9 по перечислению денежных средств с расчетных счетов должника в период с 31.12.2016 по 21.07.2017 на общую сумму около 40 000 000 руб., с учетом обстоятельств, установленных в рамках иных обособленных споров: о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств по договорам займа на общую сумму 24 530 000 руб. (определение суда от 04.12.2020) и о взыскании убытков в размере 15 246 300 руб. (определение суда от 19.05.2020).

Вступившим в законную силу определением суда от 25.09.2020 ФИО7 и ФИО9 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с совершением ими неправомерных действий в условиях объективного банкротства должника, наступившего в середине 2017 года.

При этом, ФИО3 возместила ущерб, перечислив платежными поручениями от 15.07.2021, 22.07.2021, 28.07.2021 на расчетный счет должника денежные средства в размере 800 000 руб., что нивелирует наступившие негативные последствия от неправомерных действий и свидетельствует о восстановлении имущественных прав и законных интересов кредиторов должника.

Конкурсный управляющий ООО «Алтайинжиниринг» ФИО2 подтвердил факт перечисления заинтересованным лицом денежных средств.

Доводы конкурсного управляющего о том, что сумма процентов 238 344, 05 руб. заявленная в порядке применения ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства по статье 395 ГК РФ осталась непогашенной, о праве суда самостоятельно квалифицировать предъявленные требования, подлежат отклонению, поскольку заявителем не представлены надлежащие и достаточные доказательства для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии со статьями 65, 68 АПК РФ, и статьей 15 Гражданского кодекса РФ, ответчики не обладают статусом лиц, контролирующих должника.

Кроме того, определением от 30.12.2019 о признании сделки недействительной применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Алтайинжиниринг» 800 000 руб.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63, при признании на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

В данном случае, оспаривалась сделка не по перечислению должником каких-либо денежных средств, а отчуждение имущества (транспортное средство), проценты за пользование чужими денежными средствами с ФИО3 не взыскивались, ФИО3 возместила ущерб, перечислив на расчетный счет должника в размере 800 000 руб., в связи с чем, основания для взыскания процентов не имеется.

Суд первой инстанции, учитывая недоказанность конкурсным управляющим на-

личия у заинтересованных лиц статуса контролирующих должника лиц, незначительности суммы договора применительно к масштабам деятельности общества, пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения настоящего заявления.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции, верно, определен предмет доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора, в полном объеме исследованы обстоятельства по делу, дана оценка доводам лиц, участвующих в деле, имеющим значение для разрешения спора.

По существу доводы, изложенные в апелляционной жалобе , указывают на несогласие ее подателя с оценкой установленных обстоятельств и не опровергают правильного применения судом первой инстанции норм материального права об определении оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества - банкрота.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

определение от 13.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-7813/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.


Председательствующий Н.А. Усанина

Судьи О.А. Иванов

ФИО1