Постановление от 7 июля 2025 г. по делу № А28-12427/2018

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998 http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-12427/2018
г. Киров
08 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 08 июля 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаклеиной Е.В., судей Кормщиковой Н.А., Хорошевой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Федотовой Ю.А.,

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО1, лично, по паспорту,

ФИО2, лично, по паспорту, представителя ФИО2 - ФИО3, по доверенности от 03.11.2022, представителя ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 07.11.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1, Акционерного общества «Первый Дортансбанк»

на определение Арбитражного суда Кировской области от 20.02.2025 по делу № А28-12427/2018.

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО6 ФИО1 и акционерного общества «Первый Дортансбанк»

к ФИО2

о признании недействительным брачного договора от 10.02.2015 и применении последствий его недействительности в виде восстановления режима совместной собственности

третьи лица: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, орган опеки и попечительства,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее – должник, ФИО6) финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 (далее – финансовый управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением к супруге должника ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) о признании недействительным брачного договора от 10.02.2015 и применении последствий его недействительности в виде:

- восстановления режима совместной собственности ФИО2 и ФИО6 на имущество, приобретенное супругами в период брака - автомобиль марки LAND ROVER RANGE ROVER EVOQUE, 2012 года выпуска и <...>, кадастровый номер 43:40:000320:269;

- восстановления режима собственности ФИО6 на имущество, приобретенное им до заключения брака - <...>, кадастровый номер 43:40:000309:156 и <...>, кадастровый номер 43:40:000154:1384.

В уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) финансовый управляющий, ссылаясь на положения пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указала, что оспариваемая сделка от 10.02.2015 может быть признана недействительной только по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также ГК РФ).

В ходе рассмотрения данного обособленного спора акционерное общество «Первый Дортансбанк» (далее – АО «Первый Дортансбанк», Банк) обратилось с заявлением, в котором просил признать недействительным брачный договор от 10.02.2015 и рассмотреть данное заявление как самостоятельное требование в рамках обособленного спора № А28-12427/2018-14, так как совместное рассмотрение заявленных требований призвано ускорить рассмотрение дела в связи с установлением одних и тех же обстоятельств по делу.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 17.09.2024 заявление АО «Первый Дортансбанк» о признании недействительным брачного договора от 10.02.2015 принято к рассмотрению в рамках обособленного спора № А28-12427/2018-14, АО «Первый Дортансбанк» привлечено в качестве соистца.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 20.02.2025 в удовлетворении заявлений финансового управляющего и Банка отказано.

Финансовый управляющий и Банк с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить.

В жалобе финансовый управляющий возражает против выводов суда о пропуске финансовым управляющим срока давности для обращения в суд с настоящим заявлением. По мнению финансового управляющего, судом не дана

оценка позиции финансового управляющего, что ФИО11 документы должника ФИО1 не передал. Определение суда о передаче документов ФИО1 ФИО11 до настоящего времени не исполнено. ФИО10 передал документы ФИО11 То, что ФИО10 не обратился в суд с заявлением о признании брачного соглашения недействительным не может являться основанием для исключения возможности последующего арбитражного управляющего с заявлением о признании сделки недействительной. Применяя основания для отказа в призвании сделки недействительной, как применение пропуска срока исковой давности для обращения с данным заявлением, суд в частности не указал о допустимом сроке обжалования данной сделки. Суд сделал порочащий вывод, что обязанности для оспаривания данной сделки не было уже у ФИО10., поскольку обращение в суд не было одобрено кредиторами. Финансовый управляющий отмечает, что кредиторы: АО «Первый Дортансбанк» и ПАО Сбербанк поддерживают заявление о признании брачного договора недействительным. Финансовый управляющий обратился в суд 08.08.2022 в период годичного срока для обращения в суд с заявлениями о признании сделок недействительными. Брачным договором изменено право собственности на имущество ФИО6. В частности ФИО2 передано имущество, приобретенное супругами в период брака (автомобиль марки Land Rover, 2012 гола выпуска, <...> (кадастровый номер 43;40:000320:269)) и имущество, приобретенное ФИО6 до заключения брака (квартира № 19 в доме № 45 по улице Герцена, в городе Кирове (кадастровый номер 43:40:000309:156), <...> (кадастровый номер 43:40:000154:1384)). Имущество передано ФИО2 на безвозмездной основе, между лицами, ФИО2 и ФИО6, имеющими заинтересованность по отношению друг к другу. Позиция суда, что на дату заключения сделки ФИО6 не имел признаков неплатежеспособности, не соответствует материалам дела. На дату совершения сделки ФИО6 были заключены договоры поручительства с ПАО Сбербанк (от 26.06.2012 № 2/199/159) в обеспечение исполнения обязательств по своевременному возврату кредита, и ФИО6 принял па себя обязательство солидарно отвечать перед Банком за исполнение заемщиком всех обязательств по кредитному договору. Брачный договор заключен безвозмездно в пользу жены при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, которые так и не были исполнены и требования по ним впоследствии послужили основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве ФИО16 При анализе брачного договора на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 ГК РФ, суд не сделал оценку о цели его заключения - безвозмездного вывода из собственности должника ликвидного имущества во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов в будущем, что стало возможным в результате недобросовестных совместных согласованных действий ФИО6 и ФИО2, осознававших возможность предъявления к должнику соответствующих требований. Вышеуказанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Банк в жалобе приводит доводы о необоснованности выводов суда первой

инстанции о пропуске срока исковой давности. Банк указывает, что о факте заключения должником и ответчиком спорного брачного договора, кредитор АО «Первый Дортрансбанк» узнал лишь 23.05.2022 после того, как финансовый управляющий ФИО1 запросила у кредитора сведения относительно информированности о заключении брачного договора и условия и обстоятельства совершения сделок должником ФИО6 с Банком. Ранее, кредитор АО «Первый Дортрансбанк» не знал и не мог знать о нарушении своего права заключением спорной сделки, поскольку ранее, должник ФИО6 кредитора АО «Первый Дортрансбанк» не извещал о факте заключения брачного договора, как это требует статья 46 Семейного Кодекса Российской Федерации (далее также СК РФ) при оформлении обязательственных договоров с кредитным учреждением. Обстоятельства, когда стало известно банку о заключении брачного соглашения судом не исследовалось, выводов об этом судебный акт не содержит.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесено 22.04.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 23.04.2025.

ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить в силе, в удовлетворении апелляционных жалоб отказать. Как указывает, ФИО2 ФИО6 являлся индивидуальным предпринимателем с 05.06.2012, то есть на момент совершения спорной сделки и вплоть до введения процедуры реализации имущества, соответственно договор мог быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Заявленные финансовым управляющим и конкурсным кредитором пороки сделки в полной мере укладывались в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. В рассмотренном случае из материалов обособленного спора следует, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 05.10.2018; оспоренная сделка совершена 10.02.2015, то есть за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При таких обстоятельствах брачный договор супругов ФИО6 и ФИО2 не мог быть признан недействительным по специальному основанию Закона о банкротстве. Убедительные доказательства того, что ФИО6 «вывел имущество» на свою супругу в рамках настоящего спора отсутствуют, в том числе исходя из состава имущества (квартира для проживания семьи, личный автомобиль, что составляло менее 50 процентов от общей стоимости имущества супругов, более того, квартира по пер. Копанский, д.5 кв. 11 находилась в залоге у банка при личном кредите ФИО2). По мнению ФИО2, на дату заключения договора у ФИО6 отсутствовала задолженность перед кредиторами, должник не отвечал признакам неплатежеспособности. Материалами обособленного спора не подтверждено преследование супругами цели избежать наложения взыскания на их совместное имущество, поскольку за должником сохранилось имущество в размере не меньшем, на которое могли претендовать имевшиеся на момент заключения брачного договора кредиторы. Целью заключения договора является урегулирование имущественных отношений супругов, обеспечения

конституционного права на жилище членов семьи ФИО6 (супруги, детей, матери), учет финансовых вложений ФИО2 в приобретении имущества в период совместного проживания до брака. Более того, квартира по пер. Копанский, д.5 кв.11 в последующем была отдана ФИО2 в счет оплаты личных обязательств ФИО6 Также ФИО2 поддерживает доводы о пропуске срока исковой давности, полагает передача документов ФИО1 финансовым управляющим ФИО11 не имеет правового значения. Довод АО «Первый Дортрансбанк» об осведомленности о заключении брачного договора 23.05.2022 не имеет правового значения, так как заявление подано в нарушении годичного срока даже с момента осведомленности, то есть после 23.05.2023. Кредитором не раскрыта заинтересованность в подаче настоящих требований к ФИО2 о признании брачного договора недействительной сделкой, в условиях отсутствия кредитных обязательств на дату заключения брачного договора. Заявление банка имеет только одну цель, направленную на преодоление пропуска срока исковой давности финансовым управляющим ФИО1 Подобная цель обращения в арбитражный суд не может быть признана правомерной.

В соответствии со статьей 158 АПК РФ судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось до 02.07.2025.

По запросу суда апелляционной инстанции 11.06.2025 поступили материалы основного дела о банкротстве должника.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ определением от 01.07.2025 в составе суда произведена замена судьи Дьяконовой Т.М. в связи с нахождением в отпуске на судью Кормщикову Н.А. Рассмотрение дела начато с самого начала.

ФИО2 в дополнительных пояснениях указывает, что общая стоимость имущества ФИО2 по брачному договору составляет 9 355 710 руб., сумма обязательств ФИО2 - 1 228 955 руб. (кредитный договор <***> от 28.10.2011 Банк ВТБ 24 (ЗАО), приходные кассовые ордера), сумма личных вложений от продажи автомобиля mazda CX-7 High 2/3 DISI Turbo 6AT EH42EAE - 1 000 000 руб. (договору купли-продажи транспортного средства от 02.06.2012). Жилое помещение квартира <...> в последующем было передано по личным обязательствам кредитору ФИО6 - АО КБ «Хлынов». Квартира по адресу <...> приобреталась с использование материнского капитала, доли в праве собственности на жилое помещение в последующем ФИО2 детям выделила в жилом помещении в <...>. Жилое помещение квартира <...> и жилое помещение квартира <...> являются единственным местом жительства членов семьи должника ФИО6, не обладают признаками «роскошного жилья». ФИО2 отмечает, что общая стоимость совместного имущества на 2015 год оценивалась в диапазоне от 25,4 млн.р до 26,6 млн.р. Более того, после введения процедуры банкротства имущество было реализовано на сумму более 5,5 млн. руб., денежные средства направлены на удовлетворение требований кредиторов в полном объеме, без выделения доли супруги ФИО2 Имущество, ФИО6, не распределенное брачным договором по состоянию на 2015г., имело ориентировочную стоимость 58 625 000 руб. – 103 725 000 руб. Таким образом, в 2015 году личного имущества ФИО6, было достаточно для покрытия обязательств по договору поручительства с АО Сбербанк. ФИО2

отмечает, что при заключении брачного договора было выделено личное имущество ФИО2 и имущество используемое ФИО6 для предпринимательской деятельности или обеспечивающее его обязательства от предпринимательской деятельности (залоговое имущество). ФИО2 акцентирует внимание суда на поведение кредитора АО «Первый Дортрансбанк». Исходя из представленных в материалы банкротного дела ООО «Киров-Тат-Шина» выписок по ссудным счетам произведена оплата в сумме 62 249 879,86 руб. АО «Первый Дортрансбанк» мер по обращению взыскания на заложенное имущество не принимает. Ни ФИО1, ни залоговый кредитор АО «Первый Дортрансбанк» не принимали мер к розыску автопогрузчика, только по заявлению должника ФИО6 в полицию в 2022 году был найден и реализован в 2023 году. На долю в ООО «Киров-Тат-шина» не обращено взыскание до настоящего времени. Заключение кредитного договора от 18.02.2018 с ООО «Киров-Тат-шина» с целью финансирования гашения просроченных кредитных обязательств банкрота ИП ФИО17 (сумма просроченного основного долга, повышенных процентов), длительное не включение в реестр кредиторов и одновременное начисление и гашение повышенных процентов за счет третьих лиц, не обращение взыскания на залоговое имущество указывает на недобросовестное поведение кредитора (кредитной организации). АО «Первый Дортрансбанк» не представило доказательств, обосновывающих иной порядок расчета сроков исковой давности для обращения в суд с требованием признания брачного договора недействительным, каким образом оспаривание брачного договора может восстановить права кредитора и в чем нарушение его прав, добросовестный и разумный характер действий профессионального участника - кредитной организации при реализации прав и интересов (выдача кредита ООО «Киров-Тат-шина», залог доли и полный контроль деятельности ООО «Киров-Тат- шина», длительное не обращение взыскания на залоговое имущество). Фактически в настоящем деле противопоставляется интерес АО «Первый Дортрансбанк» на получение кабальных, сложных процентов - правам на единственное жилье ФИО2, несовершеннолетних детей ФИО8, ФИО9, престарелой матери ФИО18

АО «Первый Дортрансбанк» просило рассмотреть дело без участия представителя Банка.

В судебном заседании финансовый управляющий, ФИО2, представители ФИО2, ФИО4 поддержали вышеизложенное.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Кировской области от 05.10.2018 по заявлению Федеральной налоговой службы возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО6.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 18.04.2019

заявление Федеральной налоговой службы признано обоснованным, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим должника утвержден ФИО10.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 14.11.2019 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализация имущества; финансовым управляющим должника утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 16.12.2019 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6; финансовым управляющим утвержден ФИО11. Определением Арбитражного суда Кировской области от 23.12.2021 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника; финансовым управляющим утверждена ФИО1.

Материалами дела подтверждается, что 27.04.2009 между ФИО6 и ФИО2 зарегистрирован брак.

ФИО6 и ФИО2 10.02.2015 заключили брачный договор, по условиям которого был изменен режим имущества супругов, а именно: личной собственностью супруги ФИО2 становятся автомобиль марки LAND ROVER RANGE ROVER EVOQUE, 2012 года выпуска, <...>, кадастровый номер 43:40:000309:156 и <...>, кадастровый номер 43:40:000154:1384; <...>, кадастровый номер 43:40:000320:269, переходит в собственность ФИО2 с момента полного расчета по договору купли-продажи с использованием кредитных средств. Данный режим собственности супругов на указанное имущество действует как в период брака, так и в случае его расторжения и прекращения по любому основанию. Брачный договор удостоверен 10.02.2015 нотариусом Кировского нотариального округа Кировской области.

Полагая, что брачный договор от 10.02.2015 заключен со злоупотреблением правом, направлен на причинение вреда кредиторам должника, с целью исключения возможности обращения взыскания на имущество супругов, финансовый управляющий и Банк обратились в арбитражный суд с заявлениями о признании сделки недействительной.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление, отказал в его удовлетворении в связи с пропуском срока исковой давности для подачи заявления о признании сделки недействительной.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, заслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,

совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) указаны виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в частности, могут быть оспорены брачный договор и соглашение о разделе общего имущества супругов (подпункт 4).

В соответствии с абзацами вторым, пятым пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемый брачный договор заключен 10.02.2015, то есть до 01.10.2015.

Между тем, материалами дела подтверждается, что ФИО6 являлся индивидуальным предпринимателем с 05.06.2012, был включен в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей за основным государственным регистрационным номером 312434515700030. Дата прекращения деятельности: 23.01.2019.

Таким образом, ФИО6 вплоть до введения процедуры реализации его имущества являлся индивидуальным предпринимателем, в связи с чем сделки должника могли быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,

совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 05.10.2018, оспариваемая сделка совершена 10.02.2015, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, оспариваемая сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Финансовый управляющий и Банк ссылаются на злоупотребление правом при совершении оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таким образом, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении

соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (часть 1 статьи 10 ГК РФ).

В рассматриваемом случае финансовый управляющий полагает, что целью заключения оспариваемой сделки являлся безвозмездный вывод из собственности должника ликвидного имущества во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов в будущем.

Материалами дела подтверждается, что в результате заключения брачного договора в собственность супруги перешло 3 жилых помещения и автомобиль Land Rover Range Evoqu.

По расчету ответчика, общая стоимость имущества ФИО2 по брачному договору составляет 9 355 710 руб.

Как поясняет ФИО2, жилое помещение квартира <...> в последующем было передано по личным обязательствам кредитору ФИО6 - АО КБ «Хлынов».

При этом из материалов дела о банкротстве следует, что значительная часть имущества, находящегося в общей совместной собственности не была разделена в результате заключения брачного договора.

Следующее имущество в общей совместной собственности не было подвергнуто разделу:

- 1/2 доли здание предприятия автосервиса до 5 постов нежилое, 2-этажное, <...> кв.м., кадастровый номер 43:40:000211:398. Как отмечает ФИО2 указанный объект реализован по цене 12 000 000 руб. (соглашение об отступном от 05.10.2016 КБ «Хлынов»);

- Земельный участок Кировская обл. дер. Лисицины д 5 площадь 1210 кв м., кадастровый номер 43:40:003413:127, Дом (деревянный) Кировская обл. дер. Лисицыны д.5 площадь 86,3 кв м., кадастровый номер 43:40:003413:147, Земельный участок Кировская обл. дер. Лисицины д 5 площадь 804 кв м., кадастровый номер 43:40:003413:125, Дом (деревянный) Кировская обл. дер. Лисицины д.5 площадь 101.7 кв. м., кадастровый номер 43:40:003413:156.

Указанное имущество передано в залог АО «Первый Дортансбанк» после заключения оспариваемой сделки на основании договора залога от 26.02.2018. Предмет залога оценен в 5 300 000 руб. (материалы основного дела о банкротстве т. 2 л.д. 71-74). Впоследствии проводились торги по реализации указанного имущества в процедуре банкротства должника (сообщение ЕФРСБ от 27.08.2021 № 7238319);

- Автопогрузчик Комацу FD15T-21 2011 г.в. реализован в ходе торгов по цене 648000 (договор купли-продажи от 03.03.2023 ИП ФИО19, сообщение ЕФРСБ от 04.04.2023 № 11165887);

- Автопогрузчик FD15T 2012 г.в. идентификационный номер 201682 – реализован в ходе торгов по цене 336 000 рублей (сообщение ЕФРСБ от 27.07.2021 № 7062250).

- Автомобиль Хендэ Солярис (период владения – с 16.12.2011 по 16.11.2016). По расчету ФИО2, ориентировочная стоимость автомобиля – 900 000руб. – 1 000 000 руб.;

- Автомобиль Лексус RX270. Как отмечает ФИО2, ориентировочная стоимость автомобиля 2 200 000 руб. – 2 300 000 руб.;

- Автомобиль Лексус LX570 (период владения с 21.01.2013 по 08.06.2018) реализован по цене 2 300 000 руб. (договор купли-продажи автомобиля от 07.06.2018 ФИО20);

По расчету ФИО2, общая стоимость совместного имущества на 2015 год оценивалась в диапазоне от 25,4 млн.р до 26,6 млн.р.

Кроме того, как отмечает ФИО2, в собственности ФИО6 осталось следующее имущество:

- Жилое помещение <...>, площадь 69,1 кв.м., кадастровый номер 43:43:311201:313 (приобретено до брака 08.09.2006);

- 1/2 доли земельного участка <...> кв м., кадастровый номер 43:40:000211:73;

- Автомобиль FORD TRANZIT;

- 100% доля в ООО «Киров-Тат-Шина» (передана в залог АО «Первый Дортансбанк» по договору залога от 29.03.2018, материалы основного дела о банкротстве т. 2 л.д. 66-70).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что значительная часть имущества супругов не являлась предметом спорного брачного договора, находящееся в совместной собственности имущество должника впоследствии реализовано в процедуре банкротства.

Как пояснила ФИО2, при заключении брачного договора было выделено личное имущество ФИО2 и имущество используемое ФИО6 для предпринимательской деятельности или обеспечивающее его обязательства от предпринимательской деятельности (залоговое имущество).

Также ФИО2 пояснила, что жилое помещение квартира <...> и жилое помещение квартира <...> являются единственным местом жительства членов семьи должника ФИО6, не обладают признаками «роскошного жилья».

Установив сохранение в собственности должника значительного количества имущества и его реализацию в ходе процедуры банкротства, принимая во внимание, что злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки, учитывая, что стремление супругов разделить свои имущественные риски не является формой злоупотребления правом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для вывода о наличии сговора супругов о разделе общего имущества со злонамеренной целью вывода активов для пресечения возможности обращения на него взыскания по долгам одного из супругов.

Суд апелляционной инстанции также учитывает следующее.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения

вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Как указано ранее, обстоятельств намеренного вывода имущества должника с учетом конкретных обстоятельства настоящего дела установлено не было.

Иные доводы финансового управляющего сводятся к тому, что сделка совершена безвозмездно, между аффилированными лицами в период возникновения у должника признаков неплатежеспособности.

Между тем, данные обстоятельства не выходят за пределы пороков, присущих подозрительной сделке, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Изложенное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований финансового управляющего и Банка.

Таким образом, принимая во внимание соотношение общих и специальных оснований для оспаривания, оспариваемая сделка в любом случае не могла быть признана недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

В ходе рассмотрения дела ответчик и третье лицо заявили о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки.

В статье 195 ГК РФ определено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В рассматриваемом случае брачный договор заключен вне пределов трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и оспаривался как ничтожная сделка по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлена обязанность арбитражного управляющего анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 05.10.2018 принято к производству заявление о банкротстве ФИО6

Определением Арбитражного суда Кировской области от 18.04.2019 в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим должника утвержден ФИО10

Рудольфович.

В данном обособленном споре установлено, что первоначально утвержденный финансовый управляющий узнал о наличии спорного договора в момент получения ответа на его запрос непосредственного от должника – 21.05.2019, что подтверждено пояснениями ФИО10 и представленным в материалы дела доказательствами (т. 1 л.д. 68-70).

Финансовый управляющий ФИО10, анализируя финансовое состояние должника, не усмотрел основания для оспаривания брачного договора от 10.02.2015, анализ финансового состояния должника такие сведения не содержит. Оспариваемый договор в числе остальных документов был представлен на первое собрание кредиторов, ознакомившись с которым кредиторы каких-либо замечаний и предложений по нему не выразили.

При этом на момент получения информации о брачном договоре финансовый управляющий должен был знать об аффилированности сторон сделки.

Согласно пункту 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющий. Смена финансового управляющего не влияет на определение начала течения срока исковой давности (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С заявлением об оспаривании сделки должника финансовый управляющий ФИО1 обратилась в суд 08.08.2022, то есть спустя более трех лет с момента получения информации о спорном договоре.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности на момент обращения финансового управляющего ФИО1 с настоящим заявлением уже был пропущен.

Уважительные причины пропуска срока исковой давности отсутствовали. Вопреки доводам финансового управляющего, непередача соответствующей документации первоначальным финансовым управляющим вновь утвержденному финансовому управляющему имуществом должника таковой быть признана не может.

Судебная коллегия учитывает, что оспаривание сделки в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей гражданско-правовое сообщество кредиторов должника, требования, направленного на пополнение конкурсной массы путем признания недействительными действий, препятствующих обращению взыскания кредиторов на имущество.

Срок исковой давности по такому иску не может быть различным для каждого члена группы, окончательный состав которой не может быть достоверно определен до завершения конкурсного производства. В силу нормы, содержащейся в пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента осведомленности управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что кредиторы, требования которых возникли после заключения брачного договора и которым могут противопоставляться его условия, не вправе получить удовлетворение из стоимости имущества, возвращенного в конкурсную массу в порядке реституции

по итогам оспаривания брачного договора (абзац третий пункта 9 постановления Пленума от 25 декабря 2018 г. № 48).

Аналогичная позиция содержится в Обзоре судебной практики по делам о банкротстве граждан», утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025.

Материалами дела подтверждается, что обязательства перед АО «Первый Дортансбанк» возникли после заключения оспариваемого брачного договора.

Таким образом, АО «Первый Дортансбанк» не раскрыто, каким образом признание брачного договора недействительным может способствовать защите прав и законных интересов Банка.

При таких обстоятельствах, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и в совокупности, с учетом подлежащих применению норм права, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 20.02.2025 по делу № А28-12427/2018 оставить без изменения, а апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1, Акционерного общества «Первый Дортансбанк» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Е.В. Шаклеина

Н.А. Кормщикова

Судьи

Е.Н. Хорошева