Постановление от 1 августа 2024 г. по делу № А76-20418/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-7249/2024
г. Челябинск
01 августа 2024 года
Дело № А76-20418/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2024 года. Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2024 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., судей Калашника С.Е., Корсаковой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Семеновой О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

индивидуального предпринимателя ФИО1 на

решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.04.2024 по делу

№ А76-20418/2023.

«АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, Акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDEAD ANONIMA)» 30.06.2023 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, далее - ответчик, ФИО1), о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав:

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак № 727417;

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Лала (LALA);

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Леди (LADY);

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Кони (CONEY);

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Дотти (DOTTY);

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Леа (LEA);

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных

имущественных прав на произведение изобразительного искусства - Нала (NALA);

- расходов по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств - товаров, приобретенных у ответчика в общей сумме 300 руб., почтовое отправление в виде искового заявления 83 руб. 90 коп., направление претензии в сумме 117 руб. 90 коп., заказ выписки из ЕГРИП на сумму 200 руб.

Определением от 28.11.2023 судом произведена замена истца по делу № А76-20418/2023 с «АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, Акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDAD AN NIMA)», номер налогоплательщика: А08667370, на правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «Юрконтра» (ОГРН <***>, далее – истец, ООО «Юрконтора», общество).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 02.04.2024 исковые требования удовлетворены.

Ответчик, не согласившись с вынесенным решением суда, обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчиком указано на отсутствие полномочий у представителя правообладателя. Договор уступки права требования заключенный правообладателем с ООО «Юрконтра» апеллянт считает сфальсифицированным, поскольку подписан со стороны истца неуполномоченным лицом. Податель жалобы ссылается на злоупотребление истцом своими правами.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного разбирательства на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие не прибывших в судебное заседание участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Ай-Эм-Си Тойз, акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDEAD ANONIMA) является обладателем исключительных прав на товарный знак № 727417 («CRY Babies»)

, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 727417, зарегистрирован в

Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 11.09.2019, дата приоритета 17.01.2019, срок действия до 17.01.2029. Товарный знак № 727417 зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 28 классе Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

Кроме того, Компания обладает исключительными правами на объект авторского права – произведение изобразительного искусства – изображения Леа (LЕA), Лала (LALA), Леди (LADY), Дотти (DOTTY), Кони (CONEY), Нала (NALA).

04.06.2022 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...> был выявлен факт предложения к продаже и реализации продукции, нарушающей исключительные права истца.

В подтверждение факта реализации товара истцом представлен кассовый чек от 04.06.2022, видеосъемка покупки, а также проданный товар.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия № 3005745 с требованием об оплате компенсации, которая направлена ответчику 23.05.2023 и получена последним 29.05.2023, однако оставлена им без удовлетворения.

Истец, полагая, что ответчиком нарушены его исключительные права на товарный знак № 727417 в виде обозначения CRY Babies, и произведения изобразительного искусства, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения его исключительных прав.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам

использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя

сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В силу пункта 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторских прав относятся, в том числе произведения изобразительного искусства. Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (пункт 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Авторские права распространяются, в том числе, на часть произведения, его название и персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений

обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации произведения может осуществляться только с разрешения правообладателя (автора) или уполномоченного им лица. Согласно пункту 89 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) использование произведения науки, литературы и искусства любыми способами, как указанными, так и не указанными в подпунктах 1 - 11 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, допускается только с согласия автора или иного правообладателя, за исключением случаев, когда Гражданским кодексом Российской Федерации допускается свободное использование произведения.

Каждый способ использования произведения представляет собой самостоятельное правомочие, входящее в состав исключительного права, принадлежащего автору (иному правообладателю). Право использования произведения каждым из указанных способов может быть предметом самостоятельного лицензионного договора (подпункт 2 пункта 6 статьи 1235 ГК РФ).

Незаконное использование произведения каждым из упомянутых в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации способов представляет собой самостоятельное нарушение исключительного права.

В рассматриваемом случае Ай-Эм-Си Тойз, акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDEAD ANONIMA) является обладателем исключительных прав на товарный знак № 727417 («CRY Babies»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 727417, зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 11.09.2019, дата приоритета 17.01.2019, срок действия до 17.01.2029. Товарный знак № 727417 зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 28 классе Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

Кроме того, Компания обладает исключительными правами на объект авторского права – произведение изобразительного искусства – изображения Леа (LЕA), Лала (LALA), Леди (LADY), Дотти (DOTTY), Кони (CONEY), Нала (NALA).

Как следует из материалов дела, 04.06.2022 истцом был выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права истца. В торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...> был установлен и зафиксирован факт предложения к продаже и реализации товара, обладающего техническими признаками контрафактности - пластмассовой игрушки в коробке, на которой размещены изображения имитирующие произведения изобразительного искусства и изображение товарного знака, исключительные права на которые принадлежат истцу.

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

В соответствии с пунктом 43 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482; далее - Правила) изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых

входят изобразительные или объемные элементы.

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.

При визуальном сравнении произведений изобразительного искусства, изображения товарного знака, права истца, которые охраняются законом, а также приобретенного товара, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о возможности реального их смешения в глазах потребителей.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции в соответствии со статьями 1229, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о доказанности нарушения исключительных прав истца ответчиком.

Факт реализации указанного товара подтверждается представленным кассовым чеком на общую сумму 300 руб.; видеозаписью, произведённой истцом в порядке самозащиты гражданских прав; образцом реализованного товара.

Из частей 1,2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Как усматривается из информации, содержащейся на кассовом чеке от 04.06.2022, на нем содержатся сведения об ответчике (ИП ФИО1), стоимость товара (300 руб.).

При этом вопреки доводам ответчика отсутствие в чеке идентификационного номера налогоплательщика в рассматриваемом случае не имеет решающего значения, поскольку покупатель не отвечает за содержание чека, указанная обязанность лежит на продавце товара.

Следовательно, недостатки его оформления не могут сами по себе повлечь негативные последствия для истца в лице представителя, проводящего контрольную закупку и добросовестно предполагавшего, что он получает от продавца в подтверждение совершенной покупки надлежаще оформленный документ. При этом значимым для настоящего дела является установление факта распространения предпринимателем контрафактного товара, а не соблюдение им обязательных нормативных требований при его продаже.

Помимо чека факт реализации подтверждается представленной в материалы дела видеозаписью, на которой зафиксирован весь процесс приобретения товара, расчет, выдача чека.

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются

полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Содержащаяся на представленном истцом диске формата DVD-R видеозапись позволяет с достоверностью определить место, в котором была осуществлена реализация товара, и обстоятельства, при которых покупка была произведена.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленный истцом кассовый чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, а также подтверждает, что представленный товар был приобретен у ответчика.

При таких обстоятельствах представленный в материалы дела диск с видеозаписью, фактически произведенными методом скрытой камеры, является допустимым доказательством.

Оценив представленные истцом доказательства в их совокупности при установлении обстоятельства неправомерного распространения контрафактного товара в рамках договора розничной купли-продажи от 04.06.2022, апелляционная коллегия учитывает, что представленный кассовый чек также как и видеозапись процесса покупки контрафактного товара в совокупности и взаимосвязи с иными материалами дела подтверждают факт приобретения спорного товара именно в торговой точке ответчика. Все эти доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих нарушение исключительных прав истца

действиями ответчика.

О фальсификации чека или видеозаписи суду первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не было заявлено. Оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением федерального закона, не имеется.

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности факта продажи контрафактного товара именно в магазине ответчика. При этом доказательств законности использования ответчиком товарного знака и произведений изобразительного искусства, права на которые принадлежат истцу, в материалы дела не представлено.

В данном случае ответчиком допущено использование товарного знака, и произведений изобразительного искусства, правообладателем которых является истец, без согласия последнего. Использование данных объектов исключительных прав осуществлено ответчиком путем предложения к продаже и фактической реализации товара, на котором имеется товарный знак и изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком и изображениями, правообладателем которого является истец.

Статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в

пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Из приведенных положений закона и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что минимальным размером определяемой в твердой сумме компенсации за один случай нарушения исключительного права является 10 000 рублей.

В рамках настоящего дела, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика ФИО1 компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства в размере 70 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ходатайство о снижении размера компенсации предпринимателем в суде первой инстанции не заявлено, суду первой инстанции соответствующие доказательства несоразмерности компенсации последствиям нарушения не представлялись.

Согласно положениям действующего законодательства Российской Федерации снижение размера компенсации возможно по двум основаниям: согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении № 28-П и на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ. При этом снижение заявленного к взысканию размера компенсации в рамках пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не требует соблюдения условий, установленных Постановлением № 28-П.

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19.08.2022 № С01-1502/2022 по делу № А0719339/2021.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

Сторона, заявившая о необходимости снижения размера компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Как уже было указано выше снижение размера компенсации возможно также и на основании пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом снижение заявленного к взысканию размера компенсации в рамках пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации не требует соблюдения условий, установленных Постановлением № 28-П.

В силу абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В пункте 64 постановления № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Вместе с тем сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть

мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, руководствуясь абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации по своей инициативе, для этого необходимо заявление стороны с представлением доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости применения судом данной меры.

Из материалов дела следует, что ответчиком не заявлялось о возможности применения положений пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в суде первой инстанции.

В соответствии с положениями части 1 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон.

В силу части 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ответчиком ходатайство о снижении размере компенсации в суде первой инстанции заявлено не было; принимая во внимание обстоятельства, на которые указал истец при обращении в суд, что сам по себе факт осуществления продажи контрафактного товара субъектом предпринимательской деятельности наносит вред репутации истца, поскольку контрафактный продукт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с брендом, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 727417 и произведения изобразительного искусства в размере 70 000 рублей.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав на 7 объектов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым. По мнению апелляционного суда, данная сумма, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение.

Кроме того, по мнению суда, данная сумма, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для

того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Принимая во внимание обязанность добросовестного осуществления гражданских прав, арбитражный суд полагает, что у ответчика имеется обязанность проверять соблюдение интеллектуальных прав иных лиц в ходе осуществления своей предпринимательской деятельности (ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Реализованный ответчиком товар является контрафактным, поскольку незаконно воспроизводит изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком и изображениями истца.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак и изображения, предпринимателем в материалы дела не представлено.

Таким образом, решение суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации в общей сумме 70 000 рублей является законным и обоснованным.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика расходов, понесенных на приобретение спорного товара, почтовых расходов, расходов на получение выписки из ЕГРИП. Возражений в указанной части апелляционная жалоба не содержит.

Доводы ответчика об отсутствии полномочий у представителя правообладателя суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление № 23), при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на основании статьи 62 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 Гражданского

кодекса Российской Федерации), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 Гражданского кодекса Российской Федерации) и требования статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям частей 4 и 6 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с Федеральным законом. Доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью или может быть удостоверена в соответствии с частью 7 названной статьи.

Как следует из материалов дела, исковое заявление от имени правообладателя подписано представителем ФИО2

Судом апелляционной инстанции установлено, что истцом в дело представлена доверенность б/н от 21.12.2020, выданная Компанией IMC Toys, SOCIEDAD ANOYNIMA в г. Барселона (Испания), представителем Компании является ООО «Юрконтра». Доверенность выдана сроком действия до 31.12.2023.

Доверенность на имя ООО «Юрконтра» выдана за подписью уполномоченного представителя компании - ФИО3, который с 10.06.2020 является одним из директоров компании, что подтверждается выпиской из коммерческого реестра Барселоны, регистрационная запись: 63, том 44890, лист 25, страница В-26941, удостоверение личности: 36870108G.

Более того, указанное лицо является доверенным лицом компании с солидарной ответственностью (регистрационная запись: 53, том 37997, лист 130, страница В-26941, удостоверение личности: 36870108G), а также с 10.11.2005 доверенным лицом компании (регистрационная запись: 38, том 37997, лит 121, страница В-26941, удостоверение личности: 36870108G).

Соответственно, ФИО3 является уполномоченным лицом на представление интересов компании истца, в том числе обладающим правом на выдачу доверенности на представление интересов компании третьим лицам.

В соответствии со свидетельствованием верности подписи: нотариусом засвидетельствована подпись ФИО3 (которая была поставлена в присутствии нотариуса), при этом нотариусом установлена личность подписанта доверенности (удостоверение личности: 36870108G), проверены его полномочия на основании официального документа, удостоверенного нотариусом г. Террасы г-ном ФИО4 18.11.2014 № 510 в книге нотариальных записей.

Следовательно, при нотариальном заверении указанной доверенности нотариусом установлена как личность подписанта доверенности, его правоспособность, так и полномочия на выдачу доверенности.

Подлинность подписи, печати нотариуса удостоверена апостилем от 01.02.2021, что соответствует требованиям Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961.

Таким образом, доверенность отвечает требования законодательства страны выдачи доверенности, заверена надлежащим образом.

Аутентичность текста на русском языке тексту на испанском языке доверенности засвидетельствована переводчиком ФИО5, подлинность подписи переводчика удостоверена временно исполняющей обязанности нотариуса города Москвы ФИО6 - ФИО7.

Кроме того, данная доверенность содержит возможность передоверия: «Настоящая доверенность дает право выдавать соответствующую доверенность третьи лицам (в том числе физическим и юридическим лицам) в порядке передоверия».

Реализуя возможность передоверия, 15.07.2021 IMC Toys, SOCIEDAD ANOYNIMA в лице ООО «Юрконтра» была выдана доверенность N 77/741- н/77-2021-3-1576, в том числе на имя ФИО2, с правом представлять интересы IMC Toys, SOCIEDEAD ANONIMA на территории России во всех судах судебной системы Российской Федерации, в том числе в арбитражных судах Российской Федерации. В указанной доверенности также предусмотрено право подписания искового заявления и предъявление его в суд.

Доверенность от 15.07.2021, выданная IMC Toys, SOCIEDEAD ANONIMA в лице ООО «Юрконтра» на имя ФИО2 и нотариально удостоверенная нотариусом ФИО8, соответствует требованиям статьи 187 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для вывода о том, что иск подписан неуполномоченным лицом.

Следовательно, истцом требования, предъявляемые к документам, подтверждающим полномочия представителя при подаче документов в арбитражный суд, соблюдены.

Доводы апеллянта о том, что договор уступки права требования, заключенный правообладателем с ООО «Юрконтра», является сфальсифицированным, поскольку подписан со стороны истца неуполномоченным лицом, апелляционная коллегия отклоняет, поскольку с заявлением о фальсификации указанного договора ответчик в установленном порядке (статья 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела в суде первой инстанции не обращался. В этой связи ответчик утратил возможность обращения с подобным заявлением при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции (пункт 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции).

Арбитражным судом первой инстанции установлено, что договор уступки права (требования) № 6623-1 от 06.06.2023, согласно условиям которого АЙ-

ЭМ-СИ ТОЙЗ, Акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDAD ANÓNIMA)» (цедент) уступает, а ООО «Юрконтра» (цессионарий) принимает право требования денежных средств к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, соответствует действующему законодательству, содержит подписи полномочных представителей цедента и цессионария, скреплен печатями организаций. Указанный договор позволяет однозначно идентифицировать уступаемое право, существующее у кредитора на момент уступки, а потому суд признает их заключенными.

Возражений от лиц, участвующих в деле, о возможности произвести процессуальное правопреемство заявлено не было, в связи с чем определением арбитражного суда от 28.11.2023 по настоящему делу произведена замена истца с «АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, Акционерная компания (IMC. TOYS, SOCIEDAD AN NIMA)» на ООО «Юрконтра».

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что определение суда от 28.11.2023 ответчиком обжаловано не было.

Доводы апеллянта о злоупотреблении истцом своими правами, а также ссылки на то, что правообладатель является иностранной компанией недружественного для Российской Федерации государства, апелляционным судом отклоняются.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно пункту 2 той же статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 названного Кодекса).

Таким образом, опровержение презумпции добросовестности истца является обязанностью предпринимателя.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и

разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Из обжалуемого судебного акта не следует, что злоупотребление истцом своим правом было установлено судом.

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Вопреки вышеприведенным нормам материального и процессуального права, довод предпринимателя о злоупотреблении истцом своим правом на обращение в суд не был подтвержден представленными в деле доказательствами, а судом не установлено, что обществом доказаны такие обстоятельства, как наличие у истца противоправной цели, превышение истцом пределов осуществления принадлежащих ему прав, последующее противоправное поведение истца, характеризующее цели обращения в суд с заявленным требованием.

Действия лица, обладающего исключительными правами на товарные знаки и произведения изобразительного искусства, направленные на защиту своего исключительного права, сами по себе не свидетельствуют о наличии признаков недобросовестности и не могут быть признаны злоупотреблением правом исключительно на основании заявления другой стороны. Иное понимание фактически привело бы к невозможности судебной защиты интеллектуальных прав.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на то, что правообладатель является юридическим лицом резидентом недружественного государств, подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может нивелировать установленное судом нарушение прав правообладателя действиями ответчика и являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателя, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 6 части 6 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование,

юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане, арбитражные суды рассматривают дела по спорам о защите интеллектуальных прав с участием организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами, а также по спорам, отнесенным к подсудности Суда по интеллектуальным правам в соответствии с частью 4 статьи 34 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснению, изложенному в абзаце третьем пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», независимо от субъектного состава лиц, участвующих в деле, в арбитражных судах подлежат рассмотрению споры о средствах индивидуализации (за исключением споров о наименованиях мест происхождения товаров).

Глава 76 ГК РФ содержит закрытый перечень средств индивидуализации, которые охраняются как результаты интеллектуальной деятельности: фирменное наименование, коммерческое обозначение, товарный знак, знак обслуживания, географическое указание и наименование места происхождения товара.

Из текста искового заявления (просительной части) следует, что исковые требования к ФИО1 заявлены в защиту исключительного права на товарный знак, то есть в рассматриваемом случае спор между истцом и ответчиком возник в отношении такого средства индивидуализации, как товарный знак.

С учетом изложенного, отсутствие у ФИО1 на момент обращения общества с настоящим иском в арбитражный суд статуса индивидуального предпринимателя не является обстоятельством, исключающим подведомственность настоящего спора арбитражному суду.

Следует отметить, что на момент совершения правонарушения 04.06.2022 ФИО1 являлась индивидуальным предпринимателем (согласно выписке ЕГРИП деятельность прекращена 20.10.2022).

Поскольку доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Анализ доводов жалобы показал, что в целом они направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных с учетом правильно установленных фактических обстоятельств на основании представленных в материалы дела доказательств, достаточных оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268- 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.04.2024 по делу № А76-20418/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.П. Скобелкин

Судьи С.Е. Калашник

М.В. Корсакова