Постановление от 12 апреля 2021 г. по делу № А28-10127/2014

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А28-10127/2014

12 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06.04.2021.

Полный текст постановления изготовлен 12.04.2021.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Елисеевой Е.В., Жегловой О.Н.

при участии

ФИО1 (паспорт)

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Кировской области от 12.08.2020 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021

по делу № А28-10127/2014

по заявлению ФИО1

о взыскании с конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефть»

ФИО2

и с общества с ограниченной ответственностью «Нефть»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

задолженности по заработной плате и

иных компенсационных выплат

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефть» (далее – ООО «Нефть», Общество; должник) ФИО1 обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 задолженности по заработной плате в размере 350 000 рублей, о взыскании с должника компенсации за задержку выплаты заработной платы в сумме 243 175 рублей 02 копеек, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме 40 082 рублей и компенсации за причинение морального вреда в сумме 350 000 рублей либо об отнесении этих сумм к третьей очереди текущих платежей.

Суд первой инстанции определением от 12.08.2020, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021, отказал в удовлетворении заявленных требований. При принятии судебных актов суды руководствовались статьями 20, 20.3, 59 и 131 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 170 и 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 15, 20, 56 и 68 Трудового кодекса Российской Федерации, статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, статьей 6 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и пунктами 1 и 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» (далее – Постановление № 91) и пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 12.08.2020 и постановление от 26.01.2021 и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы указано на неправильное применение судами норм материального права. Заявитель настаивает на том, что он с середины 2014 года по 01.08.2019 работал у арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО2 и выполнял функции бухгалтера по ведению процедур банкротства порядка 150 должников, а также вел бухгалтерский учет самих арбитражных управляющих. В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефть» со ФИО1 был заключен трудовой договор от 16.04.2015 № 1. При этом заявитель относит себя к лицам, привлеченным конкурсным управляющим для обеспечения его деятельности, соответственно, полагает, что задолженность по трудовому договору подлежит погашению в составе третьей очереди текущих платежей Общества.

Заявитель считает, что предоставленные в материалы дела платежные поручения не являются доказательствами оплаты задолженности перед привлеченными специалистами – ФИО1 и ФИО4. Денежные средства по данным документам ФИО1 получил в счет оплаты выполненной работы по другим предприятиям, о чем свидетельствует и назначение платежа: «Оплата бухгалтерских услуг по договору от 01.01.2015 № 2». ФИО1 также ссылает на необоснованное перечисление на счет ФИО2 700 000 рублей в качестве оплаты вознаграждения привлеченным лицам.

Подробно позиция заявителя изложена в кассационной жалобе и поддержана им в судебном заседании.

Приложенные к кассационной жалобе документы, а также иные документы, поступившие в Арбитражный суд Волго-Вятского округа подлежат возврату заявителю, поскольку сбор доказательств, их исследование и оценка на стадии кассационного производства не допускаются в силу ограничений, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Вместе с тем данные документы поступили в суд округа в электронном виде посредством системы электронной подачи документов «Мой арбитр», соответственно, такие документы фактически не могут быть возвращены на бумажном носителе.

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве отклонил доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 12.08.2020 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 по делу № А28-10127/2014 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Кировской области решением от 15.04.2015 признал должника несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердив конкурсным управляющим ФИО2

ООО «Нефть» в лице конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО1 16.04.2015 подписали срочный трудовой договор № 01, по условиям которого последний принимается для выполнения работы главного бухгалтера с окладом 15 000 рублей в месяц на срок с 16.04.2015 до завершения процедуры конкурсного производства ООО «Нефть». Дополнительным соглашением от 22.04.2016 в договор внесены изменения, договор дополнен пунктом 1.5 следующего содержания: «Оплата по договору составляет 350 000 рублей за весь период процедуры конкурсного производства ООО «Нефть».

Сославшись на наличие задолженности по заработной плате и иным компенсационным выплатам, ФИО1 обратился в суд первой инстанции с настоящим заявлением.

Проанализировав заявленные ФИО1 требования, суд первой инстанции квалифицировал их как требования о взыскании с конкурсного управляющего убытков, а также об оплате услуг лица, привлеченного арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности и исполнения возложенных на него обязанностей.

Проверив обоснованность доводов кассационной жалобы, суд округа не нашел правовых оснований для отмены принятых судебных актов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу названной нормы права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков и причинно-следственную связь между первым и вторым обстоятельствами.

Возможность привлечения лиц для обеспечения деятельности арбитражного управляющего предусмотрена в статьях 20.3 и 20.7 Закона о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» разъяснено, что сохранение штатных единиц и заполнение вакансий из их числа в процедуре конкурсного производства допускаются лишь в той мере, в какой это оправданно для целей конкурсного производства, прежде всего сбора и реализации конкурсной массы, расчетов с кредиторами.

Заключение трудовых договоров с работниками в процедуре конкурсного производства не зависит от усмотрения арбитражного управляющего и не может подменять собой практику заключения гражданско-правовых договоров оказания услуг со специалистами, привлеченными управляющим для обеспечения своей деятельности, поскольку допускается только при наличии к тому оснований, то есть является исключением.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Основные признаки трудового договора и обязательные условия, подлежащие включению в текст данного соглашения между работником и работодателем, определены статьями 56 и 57 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из которых к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

Исходя из Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятой Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года, и из пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее – Постановление № 15),о наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

В пункте 24 Постановления № 15 разъяснено, что от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица – работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии между сторонами реальных трудовых отношений.

При этом суд исходил из того, что ФИО1 привлечен конкурсным управляющим для выполнения конкретных функций на определенный период (до завершения процедуры банкротства) с размером вознаграждения, ограниченном фиксированной суммой. Привлеченное лицо фактически не было включено в производственную деятельность. Доказательств существования необходимых атрибутов трудовых отношений (рабочее место, должностная инструкция, табель учета рабочего времени, прохождение инструктажа по технике безопасности и т.д.) не представлено.

Суд первой инстанции учел пояснения ФИО1 о том, что он работал без соблюдения режима рабочего времени и без отпусков и сопровождал процедуры банкротства многих организаций одновременно, а также приняли во внимание, что сам заявитель относит задолженность перед ним к текущим требованиям третьей очереди, к которой относится задолженность перед привлеченными лицами.

Следовательно, с учетом отсутствия характерных признаков трудовых отношений и реальной возможности выполнения трудовой функции в условиях множественности одновременно сопровождаемых банкнотных процедур, суд первой инстанции на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно квалифицировал заключенный со ФИО1 договор в качестве гражданско-правового договора, в соответствии с которым конкурсный управляющий привлек специалиста для обеспечения его деятельности. Соответственно, требования о выплате компенсаций, предусмотренных трудовым законодательством заявлены необоснованно.

Проанализировав доводы заявителя о том, что причитающаяся ему заработная плата не была выплачена, суды обеих инстанций сочли их несостоятельными.

Суды исходили из того, что вступившим в законную силу определением суда от 10.08.2019, вынесенным в рамках рассмотрения обособленного спора по жалобе Федеральной налоговой службы на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2, установлен факт перечисления конкурсным управляющим ФИО1 (с учетом внесения изменений в назначение платежей) денежных средств в счет оплаты выполненных им работ.

С учетом необходимости соблюдения принципа непротиворечивости судебных актов, суды при рассмотрении настоящего обособленного спора не могли не учитывать выводы, к которым пришел суд при вынесении определения от 10.08.2019.

Ссылку заявителя на присвоение конкурсным управляющим денежных средств, причитающихся ФИО1, суд апелляционной инстанции признал не подтвержденной относимыми и допустимыми доказательствами.

Суд апелляционной инстанции также указал, что ФИО1 за взысканием задолженности по заработной плате в суд общей юрисдикции, к компетенции которого отнесено рассмотрение подобного рода споров, не обращался.

Таким образом, в отсутствие доказательств наличия у Общества, а также у его конкурсного управляющего задолженности перед ФИО1 по оплате выполненных рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефть» работ оснований для удовлетворения заявленных требований не имелось.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов, основаны на неверном толковании приведенных норм права и сводятся к несогласию с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при рассмотрении данной категории споров не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 12.08.2020 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 по делу № А28-10127/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий


В.П. Прыткова

Судьи

Е.В. Елисеева

О.Н. Жеглова