Постановление от 30 сентября 2025 г. по делу № А28-10296/2017

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998 http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-10296/2017
г. Киров
01 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 01 октября 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Хорошевой Е.Н., судей Калининой А.С., Шаклеиной Е.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,

при участии в судебном заседании по веб-связи: представителя ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 21.02.2025,

рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным для арбитражного суда первой инстанции, заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО1, ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Железобетонные Конструкции Лепсе»,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Железобетонные Конструкции Лепсе» (далее – ООО ТД «ЖБК Лепсе», должник) конкурсный управляющий должника обратился с заявлением к ФИО1 (далее – ФИО1) и ФИО3 (далее – ФИО10) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам должника.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 31.01.2025 заявление конкурсного управляющего должника, с учетом уточнения, удовлетворено частично: взысканы с ФИО1 (г.Киров) в

пользу ООО ТД «ЖБК Лепсе» убытки в сумме 6 036 611,16 рублей, в остальной части требований к ФИО1 отказано; производство по делу в части требований к ФИО3 оставлено без рассмотрения.

ФИО1 обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой на определение Арбитражного суда Кировской области от 31.01.2025, в которой просил оспариваемое определение отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя жалобы, конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности для подачи заявления.

ФИО1 также указал, что был лишен возможности участвовать в судебном заседании суда первой инстанции и защищать свои права и законные интересы, представлять свои возражения и доказательства относительно заявленных конкурсным управляющим требований, поскольку не был надлежащим образом извещен о судебном разбирательстве. В связи с данным обстоятельством ответчик был лишен возможности заявить о пропуске срока подачи конкурсным управляющим настоящего требования.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 05.03.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 06.03.2025.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 по причине рассмотрения дела судом первой инстанции в отсутствие ответчика ФИО1, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, осуществлен переход к рассмотрению дела № А28-10296/2017 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» ФИО4 к ФИО1, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по правилам, установленным для арбитражного суда первой инстанции.

Конкурсный управляющий должника ФИО5 в письменных пояснениях указывает на отсутствие пропуска срока исковой давности, заявляет ходатайство о восстановления срока по уважительной причине. Отмечает, что конкурсный управляющий мог узнать о нарушении прав кредиторов действиями контролирующих должника лиц только после введения процедуры конкурсного производства. На момент предоставления финансирования по спорным сделкам (займам) ФИО1 являлся учредителем должника. Договор б/н от 10.07.2015 и договор б/н от 30.12.2015, ссылки на которые имеются в назначении платежей, в деле отсутствуют. Надлежащие доказательства возврата должником в пользу ФИО1 указанных денежных средств не представлены, равно как и доказательства внесения наличных денежных средств согласно представленным квитанциям к приходным кассовым ордерам на расчетный счет должника либо документы, подтверждающие расходование наличных денежных средств должником. Суд пришел к верному выводу о безденежности займов, заключенных между ФИО6 и ФИО1, поскольку ФИО6 (заимодавец) не располагал доходами, достаточными для предоставления займов, иное не доказано. Как отмечает конкурсный

управляющий, ФИО1 представлялись документы по заведомо не существующим займам. Конкурсный управляющий ходатайствует о рассмотрении дела в свое отсутствие.

ФИО1 в дополнении к апелляционной жалобе указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства грубого нарушения контролирующим лицом обязанности действовать добросовестно и разумно в отношении подконтрольного общества, повлекшего за собой уменьшение его имущественной массы и причинение убытков. Просит учесть, что заявление о пропуске срока исковой давности подлежит оценке и при рассмотрении вопроса о взыскание убытков.

Конкурсный управляющий ФИО5 в дополнительной позиции отмечает, что в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 поддерживает в полном объеме позицию, изложенную в заявлении. Сообщает, что не отказывалась от требований к данному лицу в установленном законом порядке и просит рассмотреть требование по существу.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по делу неоднократно откладывалось, в порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялись перерывы, на основании статьи 18 АПК РФ изменялся состав суда, в связи с чем рассмотрение дела начиналось заново. На момент рассмотрения апелляционной жалобы сформирован следующий состав суда: председательствующий судья Хорошева Е.Н., судьи Калинина А.С., Шаклеина Е.В.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал позицию, изложенную в письменных пояснениях, указывает на пропуск срока исковой давности для предъявления к нему требований со стороны конкурсного управляющего должника.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Кировской области от 08.11.2017 (резолютивная часть определения от 01.11.2017) требование общества с ограниченной ответственностью «РЕЗОНАНС» признано обоснованным и в отношении ООО ТД «ЖБК Лепсе» введена процедура банкротства – наблюдение; требование кредитора ООО «РЕЗОНАНС» в сумме 6 527 072 рубля 60 копеек включено в третью очередь реестра требований кредиторов; временным управляющим должника утверждена ФИО7.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 10.08.2021 (резолютивная часть решения объявлена 03.08.2021) ООО ТД «ЖБК Лепсе» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 18.01.2022 (резолютивная часть определения объявлена 17.01.2022) ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО ТД «ЖБК Лепсе».

Определением Арбитражного суда Кировской области от 13.04.2022 конкурсным управляющим ООО ТД «ЖБК Лепсе» утвержден ФИО4.

10.03.2024 посредством электронной подачи документов «Мой Арбитр» в суд первой инстанции поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 17.04.2024 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5 (далее – ФИО5).

В дополнениях от 18.09.2024 к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что на привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника не настаивает, просит не учитывать ранее данные пояснения по указанному пункту. Относительно пункта 2 заявления конкурсный управляющий пояснил, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 является то, что до 16.06.2017 именно он являлся генеральным директором должника, то есть имел возможность отдавать обязательные для должника указания, заключать сделки, а также имел полномочия по руководству деятельности должника. Конкурсный управляющий полагает, что ФИО1 были совершены действия, которые повлекли причинение имущественного вреда должнику, были направлены на вывод денежных средств и имущества должника, способствовали доведению должника до состояния неплатежеспособности.

В дополнениях к заявлению от 15.10.2024 и 19.11.2024 конкурсным управляющим представлен расчет суммы субсидиарной ответственности ФИО1; конкурсный управляющий указал, что датой объективного банкротства является – 04.05.2017.

В дополнении к заявлению от 09.01.2025 конкурсный управляющий указал, что сумма задолженности, подлежащая взысканию в порядке субсидиарной ответственности, составляет 6 572 072 рубля 60 копеек.

Исследовав материалы дела, изучив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской

Федерации», суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд после 01.07.2017, в части применения процессуальных положений они подлежат рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

ООО ТД «ЖБК Лепсе» зарегистрировано в качестве юридического лица 16.06.2015, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за ОГРН <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД 23.61 Производство изделий из бетона для использования в строительстве.

В период с 16.06.2015 по 16.06.2017 руководителем должника являлся ФИО1, в период с 16.06.2017 по 09.08.2021 – ФИО10.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 конкурсный управляющий ссылается на неподачу в арбитражный суд заявления о банкротстве должника.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 вышеназванной статьи).

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Наличие причинно-следственной связи между действиями привлекаемых лиц и последующим банкротством должника с учетом распределения бремени доказывания согласно статье 65 АПК РФ должно подтверждаться лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Конкурсный управляющий при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц должен доказать не только существование задолженности перед кредиторами, но и наличие оснований для обращения в суд.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15, одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую установленную Законом о банкротстве, и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче руководителем должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

По мнению конкурсного управляющего, признаки объективного банкротства возникли у должника 04.05.2017, соответственно, руководитель был обязан подать заявление о признании должника банкротом в срок до 05.06.2017. В обоснование пояснил, что основанием для обращения должны были служить сделки купли-продажи транспортных средств, которые должник осуществил 24.04.2017 и 04.05.2017, поскольку после их совершения должник стал обладать признаками банкротства.

Как следует из материалов дела № А28-10296/2017-8, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по купле-продаже транспортных средств от 24.04.2017 и от 04.05.2017, заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Трастгрупп» (далее – ООО «Трастгрупп»), недействительными, просил применить последствия недействительности сделок и истребовать у ООО «Трастгрупп» из незаконного владения транспортные средства, выбывшие из владения должника в результате оспариваемых сделок.

Определением суда от 17.01.2023 (в полном объеме изготовлено 02.02.2023) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано ввиду недоказанности совокупности всех обстоятельств, предусмотренных положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, сделки не признаны судом недействительными, а конкурсным управляющим не представлено суду доказательств, что именно заключение вышеуказанных сделок привело к объективному банкротству должника.

Кроме того, конкурсным управляющим не доказано, что после возникновения ООО ТД «ЖБК Лепсе» признаков объективного банкротства

(04.05.2017) и истечения месячного срока на подачу заявления о признании банкротом, у должника возникли новые обязательства перед кредиторами. При этом заявление о признании должника банкротом было подано кредитором 18.08.2017, принято к производству 19.09.2017.

Из материалов дела следует, что требования кредиторов должника, включенные в реестр, возникли ранее 05.06.2017.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

В качестве основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности заявитель указывает на причинение имущественного вреда должнику вследствие вывода денежных средств.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ указано, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица также в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

Согласно пункту 20 Постановления № 53 если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству

должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при доказанности совокупности следующих обстоятельств: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

В рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А28-10296/2017-497 общество с ограниченной ответственностью Финансовая Корпорация «Дело и Деньги» (далее – Корпорация, ООО ФК «Дело и деньги») указывало, что по договорам процентного займа от 30.06.2015 № 1, от 10.07.2015 № 2, от 30.12.2015 № 3, от 01.03.2016 № 4, от 01.07.2016 № 5, от 01.10.2016 № 6 ООО ТД «ЖБК Лепсе» (заемщик) получил от ФИО1 (займодавец, учредитель должника) денежные средства на общую сумму 18 490 000 рублей, из которых возвращено 6 036 611 рублей 16 копеек.

Впоследствии ФИО1 (цедент) заключил с Финансовой Корпорацией (цессионарий) договор уступки прав и передачи обязанностей от 31.03.2017, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из указанных договоров займа, заключенных цедентом и Торговым домом на общую сумму невозвращенных займов ‒ 12 267 209 рублей 91 копейка (пункты 1.1 и 1.2 договора). Цессионарий за уступаемые права выплачивает цеденту 3 000 000 рублей (пункт 1.4 договора).

В связи с несвоевременным и неполным возвратом денежных средств по договорам займов Корпорация обратилась в Третейский суд с требованием о взыскании задолженности.

Решением Третейского суда от 10.07.2017 по делу № 53-2017 с ООО ТД «ЖБК Лепсе» взыскано в пользу ООО ФК «Дело и Деньги» 21 516 573 рублей 61 копейка.

Конкурсный кредитор должника ‒ ООО «Резонанс» обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением об отмене указанного решения Третейского суда, мотивированным тем, что при рассмотрении дела и принятии решения Третейский суд не исследовал в полном объеме

обстоятельства выдачи и получения спорных займов между Торговым домом и ФИО1, полагая, что фактически договоры займа не заключались, спорная задолженность сформирована искусственно для предъявления в рамках дела о признании Торгового дома несостоятельным (банкротом).

Арбитражный суд Кировской области определением от 27.11.2018 по делу № А28-3255/2018 отменил решение Третейского суда от 10.07.2017 по делу № 53-2017.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 24.12.2020 по делу № А28-10296/2017-497 было установлено, что сумма реально предоставленных должнику ФИО1 денежных средств отражена в выписке по операциям на счете, отрытом в филиале Саратовский ПАО Банка «ФК Открытие», за период с 30.06.2015 по 30.10.2016, и составляет 1 670 000 рублей 00 копеек.

Определением от 24.12.2020 суд признал заявленные требования ООО ФК «Дело и деньги» обоснованными частично в сумме 1 670 000 рублей 00 копеек долга по возврату займов и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В удовлетворении остальной части предъявленных требований суд отказал по причине отсутствия их документального подтверждения, в отсутствие надлежащих доказательств уточнения назначения платежей в части беспроцентных займов, непредставления договора б/н от 10.07.2015 и договора б/н от 30.12.2015 и, соответственно, отсутствия доказательств наличия письменного соглашения обеих сторон о неустойке за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства (статья 331 ГК РФ, пункт 4 статьи 395 ГК РФ).

Исходя из обстоятельств, установленных вступившим в законную силу определением суда от 24.12.2020, следует, что ФИО1, будучи руководителем должника, совершил неправомерные действия, направленные на вывод активов (денежных средств) подконтрольного им юридического лица на сумму 6 036 611 рублей 16 копеек при отсутствии доказательств выдачи займа должнику на указанную сумму.

Поскольку конкурсным управляющим не представлены доказательства, позволяющие утверждать, что перечисление денежных средств со счета должника в пользу ФИО1 привело к неплатежеспособности и банкротству должника, оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности не имеется, однако это не препятствует взысканию с данного ответчика убытков на вышеназванную сумму.

Вместе с тем при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО1 в суде апелляционной инстанции заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

С учетом перехода определением суда от 19.06.2025 к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции, заявленное ответчиком ходатайство о пропуске срока исковой давности подлежит рассмотрению судом апелляционной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности

начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

По смыслу разъяснений пункта 59 Постановления № 53, подлежащих применению по аналогии к требованию о взыскании с бывшего руководителя должника убытков, срок исковой давности по такому требованию начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии совокупности оснований для подачи данного заявления. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о взыскании убытков.

Принимая во внимание, что первая процедура банкротства ООО ТД «ЖБК Лепсе» – наблюдение введена 01.11.2017, рассмотрение заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в любом случае осуществлялось бы с применением норм процессуального права, введенных Законом № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Определение Арбитражного суда Кировской области от 24.12.2020 по делу № А28-10296/2017-497 вступило в законную силу в январе 2021 года, то есть в процедуре наблюдения.

Процедура конкурсного производства в отношении должника введена 03.08.2021.

Таким образом, у временного управляющего должника возникло право заявить требование о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по совершенным сделкам уже в процедуре наблюдения.

Системное толкование пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пункта 20 Постановления № 53 позволяет прийти к выводу о наличии у временного управляющего права на подачу заявления о взыскании с контролирующих лиц убытков, коль скоро законодатель с принятием Закона № 266-ФЗ предоставил ему право предъявлять требование о привлечении их к субсидиарной ответственности, а высшая судебная инстанция – разъяснила порядок

применения того или иного вида ответственности в зависимости от степени существенности негативного воздействия контролирующего лица на деятельность должника.

По смыслу пункта 2 Постановления № 53 субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника фактически представляет собой разновидность иска о взыскании убытков. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания, в том числе, посредством введения презумпций вины ответчика. Вместе с тем, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ. Именно поэтому, в числе прочего, разъяснения пункта 20 Постановления № 53 исходят из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

Более того, право на подачу требования о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лиц, имеется у арбитражного управляющего в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, в силу прямого указания процессуальной нормы пункта 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве, которая также подлежит применению в настоящем случае, учитывая общие правила действия закона во времени и положения пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, применяемые по аналогии.

Вопреки позиции конкурсного управляющего об обстоятельствах, послуживших основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, стало известно с момента принятия определения суда от 24.12.2020, опубликованного в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 25.12.2020 в 17:52:49 МСК.

Определение суда от 24.12.2020 не обжаловалось и вступило в законную силу 18.01.2021.

Вместе с тем заявление управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности подано в суд 10.03.2024.

Таким образом, с момента вступления определения суда от 24.12.2020 в законную силу трехлетний срок исковой давности на подачу заявления истек.

Право на подачу такого заявления, как указывалось ранее, возникло в процедуре наблюдения.

Действуя разумно, зная о наличии обстоятельств, заявленных в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, временный и конкурсный управляющие должника имели возможность обратиться с данным заявлением по указанным основаниям о привлечении к субсидиарной ответственности своевременно, до истечения в январе 2024 года срока исковой

давности.

Конкурсный управляющий должника ФИО5 ходатайствует о восстановлении пропущенного срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 62 Постановления № 53 положения абзаца второго пункта 5 и абзаца второго пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к правилам статьи 205 ГК РФ. Срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам.

Между тем в настоящем случае конкурсный управляющий должника не раскрыл и не обосновал такие исключительные обстоятельства, их наличие из материалов дела не усматривается.

В материалы дела не представлено доказательств того, что, действуя добросовестно и разумно, заявитель столкнулся с обстоятельствами, препятствующими своевременному направлению требования в пределах установленного срока, и условиями, ограничивающими возможность совершения соответствующих юридических действий.

Поскольку арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками друг друга, смена арбитражных управляющих сама по себе основанием перерыва течения срока давности не является.

Учитывая, что уважительных причин пропуска срока исковой давности применительно к положениям статьи 205 ГК РФ в заявленном ходатайстве не указано, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для восстановления срока исковой давности.

Принимая во внимание, что институт исковой давности имеет целью создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, при отсутствии сведений о наличии каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших в установленный срок подать соответствующее заявление, возложение в данном случае всех негативных последствий, связанных с давностью обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего спора, на ответчика ФИО1, не соответствует положениям статей 195, 196, 200 ГК РФ.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Таким образом, установив, что заявление конкурсного управляющего подано по истечении трехгодичного срока исковой давности, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении заявленных требований к ФИО1 на сумму 6 036 611,16 руб. на основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ.

Конкурсный управляющий ФИО5 в суде апелляционной инстанции отметила, что в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 поддерживает в полном объеме позицию, изложенную в первоначальном заявлении, поступившем в суд первой инстанции, согласно которой руководителем должника ФИО10 не исполнено определение суда от 20.02.2018 о передаче документации временному управляющему ООО Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» ФИО7.

Как следует из определения Арбитражного суда Кировской области от 20.02.2018 по делу № А28-10296/2017 на генерального директора ООО Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» ФИО10 возложена обязанность передать копии бухгалтерской и иной документации временному управляющему ООО Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» ФИО7 согласно следующего перечня:

- копии балансов за последние 3 года с приложениями, сделанные с экземпляров балансов с отметкой ИФНС, с приложениями и копии отчетов о прибылях и убытках за последние 3 года;

- копии последних на день представления выписок по всем счетам в банках и иных кредитных организациях;

- копии всех имеющихся актов и заключений налоговых, аудиторских и иных проверок;

- копии всех актов инвентаризации; - перечень кредиторов по состоянию на день предоставления; - перечень дебиторов по состоянию на день предоставления;

- перечень всех дел, находящихся на рассмотрении арбитражных судов и судов общей юрисдикции, с участием должника в качестве ответчика, истца, третьего лица;

- копии всех действующих и завершенных договоров с приложением по каждому такому договору копий документов, подтверждающих исполнение или ход исполнения этих документов;

- перечень основных средств с указанием по каждому объекту наименования, начальной и остаточной балансовой стоимости, процента износа.

Доказательств исполнения ФИО10 вышеназванного определения от 20.02.2018 не представлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о

банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В данном случае заявитель обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие не предоставления руководителем бухгалтерских документов, а также то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные

средства.

Вместе с тем доказательств, позволяющих проверить и установить, как отсутствие указанной документации негативным образом повлияло на проведение процедур банкротства в целом, материалы дела не содержат. Конкурсным управляющим не раскрыто, какие конкретные документы воспрепятствовали проведению процедуры банкротства.

Заявителем не доказано, что именно вследствие непредставления руководителем должника ФИО10 документов не могла быть сформирована конкурсная масса должника в большем объеме.

Судебная коллегия обращает внимание, что копии бухгалтерских балансов за последние 3 года с приложениями, копии выписок по всем счетам в банках и иных кредитных организациях, копии всех имеющихся актов и заключений налоговых, аудиторских и иных проверок могли быть получены в соответствующих органах конкурсным управляющим самостоятельно.

Заявитель не указал, каким образом названная истребуемая документация влияет на возможность пополнения конкурсной массы должника.

Конкурсным управляющим должника был оспорен в судебном порядке договор купли-продажи транспортного средства от 24.04.2017, заключенный между ООО ТД «Железобетонные Конструкции Лепсе» (продавец) и ООО «Трастгрупп» (покупатель). Определением суда от 02.02.2023 по делу № А28-10296/2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 05.05.2023 и постановлением суда кассационной инстанции от 31.08.2023, в удовлетворении заявления управляющего отказано.

Судебные акты, обязывающие бывшего руководителя ФИО10 передать бухгалтерскую документацию и материальные ценности должника конкурсному управляющему, отсутствуют. Доказательств обращения конкурсного управляющего с таким требованием к данному ответчику или в суд не представлено.

Следовательно, судебная коллегия приходит к выводу о возможности проведения мероприятий конкурсного производства на основании тех сведений, которые имелись в распоряжении конкурсного управляющего.

Доказательств наличия дебиторской задолженности ООО ТД «ЖБК Лепсе» у должника заявителем не представлено.

По рассматриваемому основанию заявителю необходимо доказать не просто непередачу документации бывшим руководителем, но и доказать, что это привело к невозможности или затруднительности пополнения конкурсной массы должника, что в настоящем случае не сделано.

Само по себе общее указание на лишение конкурсного управляющего возможности формирования конкурсной массы, выявления дебиторов, оспаривания сделок не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

На основании изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим должника не доказана причинно-следственная связь между отсутствием какой-либо конкретной документации должника (ее возможным искажением, утратой по причине виновных действий ФИО10) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО10

к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по передаче документов.

В силу абзаца 2 части 6.1 статьи 268 АПК РФ на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах оспариваемое определение суда первой инстанции подлежит отмене.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на лицо, не в пользу которого принят судебный акт.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 2), 270 (пункт 2 части 4), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 31.01.2025 по делу № А28-10296/2017 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Железобетонные Конструкции Лепсе» в пользу ФИО1 10 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Е.Н. Хорошева

А.С. Калинина

Судьи

Е.В. Шаклеина