Решение от 24 июня 2022 г. по делу № А32-12988/2022

Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-12988/2022
г. Краснодар
24 июня 2022 года
Резолютивная часть решения суда от 09 июня 2022 года

Полный текст судебного акта изготовлен 24 июня 2022 года


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Кирий О.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Глущенко О.В. рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Геленджик (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

к Администрации муниципального образования город-курорт Геленджик (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании незаконным отказа,

при участии:

от заявителя: ФИО2 – доверенность,

от администрации: ФИО3 - доверенность,



УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1, г. Геленджик (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Администрации муниципального образования город-курорт Геленджик (далее – заинтересованное лицо), в котором просит:

1. Признать незаконным решение Администрации муниципального образования город-курорт Геленджик № 14.12-7712/21 от 17.12.2021 года об отказе в предоставлении в собственность за плату земельного участка с кадастровым номером 23:40:0410031:32, площадью 9 275 кв.м., расположенного по адресу: <...> №133.

2. Обязать Администрацию муниципального образования город-курорт Геленджик в месячный срок со дня вступления решения суда в законную силу направить в адрес ФИО1 подписанный проект договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:40:0410031:32, площадью 9 275 кв.м., расположенного по адресу: <...> №133.

Представитель заявителя в судебном заседании настаивал на исковых требованиях.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании возражал против требований, представил отзыв и документы территориального планирования.

В судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судом объявлен перерыв до 16-00 час. После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствии сторон, без ведения аудиозаписи.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, пришел к следующему выводу.

На основании постановления главы Администрации МО г.-к. Геленджик № 1021 от 09.06.2007 г. между Администрацией МО г.-к. Геленджик (арендодатель) и ООО «Волготрансгаз» (арендатор) заключен договор № 40000014216 от 28.06.2007 г. аренды земельного участка государственной собственности несельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 23:40:0410031:32, площадью 9 275 кв.м., расположенного по адресу: <...> №133.

На основании договора безвозмездной передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 2014-223 от 15.04.2014 г. права и обязанности по вышеуказанному договору аренды переданы ИП ФИО1 Данный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

На земельном участке с кадастровым номером 23:40:0410031:32 расположены следующие объекты капитального строительства, принадлежащие ИП ФИО1 на праве собственности:

- нежилое здание с кадастровым номером 23:40:0410031:132, площадью 259,7 кв.м., расположенное по адресу: <...>;

- нежилое здание с кадастровым номером 23:40:0410031:135, площадью 1792,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>;

- нежилое здание с кадастровым номером 23:40:0410031:136, площадью 342,5 кв.м., расположенное по адресу: <...>;

- нежилое здание с кадастровым номером 23:40:0410031:137, площадью 54,5 кв.м., расположенное по адресу: <...>.

ФИО1 обратился в администрацию МО г.-к. Геленджик с заявлением о предоставлении в собственность земельного участка с кадастровым номером 23:40:0410031:32, площадью 9 275 кв.м., расположенного по адресу: <...> №133.

В ответ на вышеуказанное заявление администрация направила отказ в предоставлении в собственность земельного участка, выраженный в письме № 14.12-7712/21 от 17.12.2021 г. Основанием послужило то, что испрашиваемый земельный участок ограничен в обороте и не может быть предоставлен в частную собственность.

Не согласившись с отказом администрации, предприниматель обратился в суд с настоящим заявлением.

При рассмотрении требований, суд руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным кодексом, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующие статье 12 ГК РФ.

По смыслу статей 1, 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) и статьи 4 АПК РФ судебная защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующее принудительной защиты.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если они полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частями 4 и 5 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно пункту 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, для признания оспариваемого решения и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий: оспариваемое решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; оспариваемое решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 39.1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, предоставляются, в частности, на основании договора купли-продажи в случае предоставления земельного участка в собственность за плату.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 39.3 ЗК РФ, продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на торгах, проводимых в форме аукционов. Исключения из этого правила предусмотрены в пункте 2 данной статьи.

Без проведения торгов осуществляется продажа земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных статьей 39.20 ЗК РФ (подпункт 6 пункта 2 статьи 39.3 ЗК РФ).

Уполномоченный орган принимает решение об отказе в предоставлении земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, без торгов при наличии одного из оснований, предусмотренных статьей 39.16 ЗК РФ (подпункт 3 пункта 5 статьи 39.17 ЗК РФ).

Самостоятельным основанием к отказу в предоставлении публичного земельного участка в собственность заинтересованных лиц является то, что такой участок изъят из оборота или ограничен в обороте и его предоставление не допускается на праве, указанном в заявлении о предоставлении (пункт 6 статьи 39.16 ЗК РФ).

Из представленных в материалы дела сведений (выкопировка из ПЗЗ МО г.к. Геленджик, выкопировка из генерального плана МО г.к. Геленджик) следует, что спорный земельный участок находится во второй зоне санитарной охраны курорта.

В подпункте 1 пункта 5 статьи 27 ЗК РФ предусмотрено, что ограничены в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки в пределах особо охраняемых природных территорий, не указанных в пункте 4 данной статьи.

Запрет на предоставление в собственность земель особо охраняемых природных территорий и объектов установлен пунктом 8 статьи 28 Закона №178-ФЗ.

Постановлением Совета Министров РСФСР от 17.12.1987 N 494 установлены границы и режим округа санитарной охраны Геленджикской группы курортов (Кабардинка, Геленджик, Дивноморск, Джанхот, Прасковеевка, Криница-Бетта, Архипо-Осиповка).

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 06.07.1994 № 1470 «О природных ресурсах побережий Черного и Азовского морей» и распоряжением Правительства Российской Федерации от 12.04.1996 № 591-р, курорты и рекреационные зоны в границах округов санитарной (горно-санитарной) охраны курортов города Анапы, города Геленджика и города Сочи признавались особо охраняемыми природными территориями, имеющими федеральное значение.

Статьей 1 Закона № 26-ФЗ в редакции, действующей до вступления в силу Закона № 406-ФЗ, курорт определен как освоенная и используемая в лечебно-профилактических целях особо охраняемая природная территория, располагающая природными лечебными ресурсами и необходимыми для их эксплуатации зданиями и сооружениями, включая объекты инфраструктуры. Внешний контур округа санитарной (горно-санитарной) охраны является границей лечебно-оздоровительной местности, курорта, курортного региона, района (статья 1 Закона № 26-ФЗ).

Предприниматель, ссылаясь на положения Закона № 406-ФЗ об исключении курортов из состава особо охраняемых природных территорий, не учитывает, что согласно части 3 статьи 10 названного Закона особо охраняемые природные территории и их охранные зоны, созданные до дня вступления в силу этого Закона, сохраняются в границах, определенных соответствующими органами государственной власти или органами местного самоуправления в порядке, установленном до дня вступления в силу данного Закона.

До вступления в силу Закона № 406-ФЗ статьей 95 ЗК РФ и статьей 2 Закона № 33-ФЗ земли лечебно-оздоровительных местностей и курортов включались в перечень земель особо охраняемых природных территорий, а сами лечебно-оздоровительные местности и курорты - к категориям особо охраняемых природных территорий.

Статьями 2, 6 Закона № 406-ФЗ земли лечебно-оздоровительных местностей и курортов исключены из перечня земель особо охраняемых природных территорий, а сами лечебно-оздоровительные местности и курорты - из категории особо охраняемых природных территорий.

В то же время, особо охраняемые природные территории и их охранные зоны, созданные до дня вступления в силу настоящего Закона, сохранились в границах, определенных соответствующими органами государственной власти или органами местного самоуправления в порядке, установленном до дня вступления в силу названного Закона (пункт 3 статьи 10).

Признание распоряжением Правительства Российской Федерации от 21.04.2011 № 685-р утратившим силу распоряжения Правительства Российской Федерации от 12.04.1996 № 591-р не повлекло прекращение статуса соответствующей особо охраняемой природной территории (природного объекта).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.09.2018 № 2369-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав частью 3 статьи 10 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» приведена следующая правовая позиция. Статьи 2, 31 и 32 Закона № 33-ФЗ в ранее действовавшей редакции предусматривали отнесение курортов к землям особо охраняемых природных территорий, оборот которых ограничен в силу пункта 2 и подпункта 1 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса. Однако Законом № 406-ФЗ (статьи 2 и 6) курорты были исключены из состава земель особо охраняемых природных территорий. Вместе с тем, в силу оспариваемой нормы особо охраняемые природные территории и их охранные зоны, созданные до дня вступления в силу указанного Федерального закона, сохранились в границах, определенных соответствующими органами государственной власти или органами местного самоуправления. Конституционный Суд Российской Федерации указал, что оспариваемая норма обеспечивает преемственность сложившихся отношений в сфере охраны окружающей среды посредством сохранения ранее созданных особо охраняемых природных территорий. При этом курорты, будучи - в соответствии с преамбулой Федерального Закона № 26-ФЗ - национальным достоянием народов Российской Федерации, предназначены для лечения и отдыха населения и относятся к особо охраняемым объектам и территориям. Подобное правовое регулирование согласуется и с требованиями Конституции Российской Федерации, согласно которым земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1) каждому гарантируется право на благоприятную окружающую среду, охрану здоровья и медицинскую помощь (статьи 41 и 42).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.11.2019 № 2970-О «По запросу Геленджикского городского суда Краснодарского края о проверке конституционности пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 3 статьи 15 и пунктом 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктами 1 и 2 статьи 238 и статьей 552 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано на существующее в силу норм действующего законодательства ограничение приватизации земли на территории курорта федерального значения (город-курорт Геленджик), имеющего режим особо охраняемой природной территории.

Подобное толкование применительно к курортам краевого значения приведено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 103-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Завод минеральных вод «Горячеключевской» на нарушение конституционных прав и свобод частью 3 статьи 10 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Конституционный Суд Российской Федерации указал, что исходя из приведенных конституционных предписаний и требований статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также учитывая необходимость обеспечения справедливого баланса между общественными интересами и правами частных лиц, законодатель вправе определить условия отчуждения земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в частную собственность, в том числе круг объектов, не подлежащих такому отчуждению (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2010 N 1059-О-О, от 08.12.2015 N 2742-О, от 28.09.2017 N 1918-О и др.), с учетом их специфики и особого публичного значения. Так, по смыслу подпункта 1 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки в пределах особо охраняемых природных территорий, не указанные (в качестве изъятых из оборота) в пункте 4 данной статьи.

Часть 3 статьи 10 Закона № 406-ФЗ обеспечивает преемственность сложившихся отношений в сфере охраны окружающей среды посредством сохранения существующих особо охраняемых природных территорий. Такое правовое регулирование согласуется и с требованиями статьей 41 (часть 1) и 42 Конституции Российской Федерации, гарантирующими право каждого на благоприятную окружающую среду, охрану здоровья и медицинскую помощь, что предполагает, в том числе недопустимость произвольного и необоснованного отказа законодателя от существующих правовых гарантий и связанных с ними ограничительных мер в данной сфере общественных отношений, влекущего за собой существенное снижение уже достигнутого уровня охраны окружающей среды на конкретной территории, в частности на территории курортов, признанных ранее в установленном порядке особо охраняемыми природными территориями.

Поскольку земельные участки, на котором находятся принадлежащие истцу объекты, расположены в границах второй зоны санитарной охраны курорта, такие участки не подлежат передаче в частную собственность общества в силу прямого указания закона (пункт 2 статьи 27 ЗК РФ).

Таким образом, Земельным кодексом Российской Федерации (пункт 5 статьи 27 ЗК РФ) установлен запрет на предоставление в частную собственность земельных участков, ограниченных в обороте, к которым отнесены в том числе земельные участки в пределах особо охраняемых природных территорий. Федеральным законом от 28.12.2013 № 406-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» применительно к особо охраняемым природным территориям, созданным до дня вступления указанного закона в силу, запрет на приватизацию земель курортов отменен не был.

Федеральным законом от 30.12.2020 № 505-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» дополнен статьей 3.1 Федеральный закон от 14.03.1995 г. №33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» следующего содержания:

«Статья 3.1. Особенности регулирования земельных и градостроительных отношений в населенных пунктах в составе особо охраняемых природных территорий

1. Населенные пункты могут быть включены в состав особо охраняемых природных территорий без изъятия расположенных на их территориях земельных участков и иной недвижимости у правообладателей (за исключением государственных природных заповедников), если это не противоречит режиму особой охраны соответствующей категории особо охраняемых природных территорий. В случае зонирования особо охраняемой природной территории населенные пункты включаются в состав функциональных зон, режим которых допускает осуществление хозяйственной деятельности.

2. Оборот земельных участков на территории населенного пункта, включенного в состав особо охраняемой природной территории федерального или регионального значения, не ограничивается. Такие земельные участки могут находиться по основаниям, предусмотренным законом, в собственности Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальной собственности, собственности граждан или юридических лиц либо относиться к земельным участкам, государственная собственность на которые не разграничена. Предоставление земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется в соответствии с земельным законодательством.

3. Использование земельных участков на территории населенного пункта, включенного в состав особо охраняемой природной территории, должно осуществляться с учетом режима особой охраны этой особо охраняемой природной территории. Градостроительный регламент применительно к территории такого населенного пункта устанавливается в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности и настоящим Федеральным законом. Положением об особо охраняемой природной территории могут устанавливаться требования к градостроительному регламенту.

4. Положения настоящей статьи не распространяются в отношении особо охраняемых природных территорий, полностью расположенных на территории населенного пункта, а если особо охраняемая природная территория расположена на территории населенного пункта частично, в отношении той ее части, которая расположена в границах населенного пункта."».

Таким образом, исходя из содержания пункта 4 статьи 3.1 Федерального закона от 14.03.1995 №33-ФЗ, в редакции Федерального закона от 30.12.2020 №505-ФЗ, запрет на приватизацию земель курортов сохраняется, если особо охраняемая природная территория расположена на территории населенного пункта частично, в отношении той ее части, которая расположена в границах населенного пункта.

В настоящем случае имеет место пересечение границ населенного пункта и особо охраняемой природной территории, созданной до 30.12.2013, земельный участок расположен во второй зоне санитарной охраны курорта, в связи с чем, ограничение в обороте земельных участков, относящихся к категории земель населенных пунктов, сохраняется и после вступления в силу Федерального закона от 30.12.2020 №505-ФЗ.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о правомерном отказе администрации в предоставлении в собственность испрашиваемого заявителем участка. (Аналогичные выводы содержатся в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 г. по делу №А32-33896/2021).

Так же, в ходе рассмотрения настоящего дела администрация сослалась на то, что заявителем не обоснована испрашиваемая площадь участка как необходимая для использования принадлежащего ему объекта недвижимости.

Действительно, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 г. №13535/10, собственник объекта недвижимости, требующий предоставления земельного участка под объектом в собственность, должен представить доказательства, подтверждающие необходимость использования земельного участка испрашиваемой площади для эксплуатации приобретенных объектов недвижимого имущества, в том числе в заявленных целях

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2016 г. №64-КГ16-2, бремя доказывания того, какой размер земельного участка, подлежащий предоставлению, является необходимым, возлагается на лицо, испрашиваемое земельный участок.

Однако, отсутствие доказательств правомерности испрашиваемой площади земельного участка, необходимой для эксплуатации приобретенных объектов недвижимого имущества, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку изъятие из оборота или ограничение в обороте земельного участка является самостоятельным основанием для отказа в предоставлении такого участка в собственность.

На основании выше установленного в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя в порядке статьи 110 АПК РФ как на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 110, 156, 163, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Данное решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья О.В. Кирий