Постановление от 29 января 2024 г. по делу № А45-40863/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск Дело № А45-40863/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С.,

судей Иванова О.А.,

Михайловой А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№07АП-2265/2020(37)), финансового управляющего ФИО3 (№07АП-2265/2020(38)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 31.10.2023 по делу № А45-40863/2019 (судья Красникова Т.Е.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (дата рождения - 30.03.1960, место рождения – Украина, Днепропетровская область, зарегистрирован по адресу – 630055, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, СНИЛС <***>), принятое по заявлению ФИО5 о включении требования в размере 85 490 700,40 рублей в реестр требований кредитов должника, заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной


при участии в судебном заседании:

ФИО2, паспорт,

от ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 16.02.2022, удостоверение адвоката,

финансовый управляющий ФИО3, паспорт,

от ФИО5 – ФИО7 по доверенности от 18.12.2019, паспорт, ФИО8 по доверенности от 10.01.2022, паспорт,



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – ФИО4, должник) ФИО5 (далее – ФИО5) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 85 490 700,40 рублей в реестр требований кредитов должника. Впоследствии в суд обратился финансовый управляющий должника ФИО3 (далее - финансовый управляющий ФИО3, апеллянт) с заявлением о признании сделки недействительной.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 31.10.2023 требование ФИО5 включено в реестр требований кредиторов должника в размере 62 639 704,11 рублей, из которых: задолженность по договорам займа в сумме 31 000 000 рублей, проценты по договорам займа 31 639 704,11 рублей с отнесением в третью очередь удовлетворения. Отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными договоров займа № 113 от 18.03.2016, № 114 от 27.05.2016, № 118 от 15.09.2016, заключенных между ФИО4 и ФИО5 С ФИО4 в доход федерального бюджета взыскана госпошлина в сумме 6 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 (далее – ФИО2, апеллянт) и финансовый управляющий ФИО3 обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Новосибирской области от 31.10.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО5; удовлетворении заявления финансового управляющего.

Апеллянт ФИО2 полагает, что в действительности займы от ФИО5 являются оплатой 25 объектов недвижимости, купленных им у компании должника – ООО «Академмедстой». Результаты судебной экспертизы не подтверждают факт того, что ПКО по договорам долевого участия (далее – ДДУ) действительно изготовлены в даты, которые отраженные в них. Считает, что дополнительным косвенным доказательством отсутствия ПКО и оплаты служат дополнительные соглашения, заключенные между ООО «Академмедстой» и ФИО5 Ссылается на аффилированность сторон сделки. Заявитель отмечает, что стороны действуют консолидировано. Указывает на отсутствие доказательств аккумулирования денежных средств должником. Требование ФИО5 является формой злоупотребления правом.

Финансовый управляющий ФИО3 в обоснование доводов своей жалобы ссылается на аффилированность сторон сделки; мнимость договоров займа. Выражает сомнения в действительности внесения денежных средств по ПКО. Указывает на нерыночность условий ДДУ, заключенных с ФИО5; отсутствие оплат по ДДУ. В материалы дела не представлены доказательства наличия у ФИО5 денежных средств в наличной форме в даты, которыми «выписаны» ПКО об оплате по ДДУ. Полагает, что отсрочка, установленная дополнительными соглашениями, ставит под сомнение реальность передачи денежных средств по ПКО, выписанных более ранними датами. Ссылается на противоречивое поведение сторон ДДУ; ФИО5 длительное время не обращался за взысканием денежных средств с Должника в судебном порядке, продолжал выдавать суммы займа в отсутствие возврата предыдущих займов, в отсутствие какого-либо обеспечения. Заявитель отмечает, что судом не дана оценка доказательствам того, что ФИО9 являлся номинальным участником ООО «Академмедстрой».

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ФИО5 представил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

ФИО2, ее представитель ФИО6 в судебном заседании поддержали доводы своей апелляционной жалобы.

Финансовый управляющий ФИО3 также настаивала на удовлетворении своей апелляционной жалобы

Представители ФИО5 – ФИО7, ФИО8 просили определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционные жалобы в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, ФИО5 обратился в суд с заявлением, уточенным в порядке статьи 49 АПК РФ, о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору займа № 113 в сумме 10 000 000 рублей, проценты по договору займа в сумме 11 606 557,38 рублей, задолженность по договору займа № 114 в сумме 10 000 000 рублей, проценты по договору займа 11 008 196,72 рублей, задолженность по договору займа № 118 в сумме 11 000 000 рублей, проценты по договору займа 9 024 950 рублей 01 копейку, а всего 62 639 704,11 рублей.

05.06.2020 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании ничтожными мнимых сделок - договора займа № 113 от 18.03.2016, договора займа № 114 от 27.05.2016, договора займа № 118 о 15.09.2016, заключенных между должником и ФИО5

Данные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Суд первой инстанции, установив реальность заемных отношений, недоказанность оснований для признания мнимыми договоров займа, удовлетворил требования ФИО5, отказав в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

На основании пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Арбитражный суд апелляционной инстанции учитывает, что в силу специфики дела о банкротстве судебным актом о включении требования в реестр требований кредиторов могут быть затронуты не только права должника и кредитора, но и права иных лиц, участвующих в деле.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При этом специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным должником и кредитором, если содержание этих документов не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений лицо, позиционирующее себя в качестве кредитора, обязано подтвердить как возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, так и фактическую передачу денежных средств.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Как следует из материалов дела, 18.03.2016 между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор № 113 денежного займа с процентами от 18.03.2016, по которому ФИО5 предоставил должнику 10 000 000 рублей под 30 % годовых (с условием о ежемесячной капитализации процентов к телу основного долга) сроком до 18.03.2017.

Факт перечисления денежных средств на счет ответчика подтверждается:

- платежным поручением № 2691 от 18.03.2016 на сумму 3 000 000 рублей;

- платежным поручением № 1143 от 18.03.2016 на сумму 7 000 000 рублей

Дополнительным соглашением № 1 от 18.03.2017 стороны продлили срок возврата займа до 30.09.2017 и внесли условие о ежемесячной капитализации суммы процентов с их присоединением к телу основного долга.

27.05.2016 между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор №114 денежного займа с процентами от 27.05.2016, по которому ФИО5 предоставил должнику 10 000 000 рублей под 30 % годовых (с условием о ежемесячной капитализации процентов к телу основного долга) сроком до 27.05.2017.

Факт перечисления денежных средств на счет ответчика подтверждается платежным поручением № 41 от 30.05.2017 на сумму 10 000 000 рублей

Дополнительным соглашением № 1 от 28.04.2017 стороны продлили срок возврата займа до 30.09.2017.

15.09.2016 между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор №118 денежного займа с процентами от 15.09.2016, по которому ФИО5 предоставил должнику 1 000 000 рублей под 30 % годовых (с условием о ежемесячной капитализации процентов к телу основного долга) сроком до 15.09.2017.

С учетом дополнительных соглашений (№ 1 от 28.11.2016; № 2 от 03.05.2017; № 3 от 26.06.2017; № 4 от 12.07.2017; № 5 от 09.08.2017; № 6 от 16.10.2017), заемщику была предоставлена сумма займа в размере 11 000 000 рублей под 30 % годовых с условием о ежемесячной капитализации суммы процентов на тело основного долга.

Сумма займа предоставлялась по платежным поручениям - № 444 на 1 000 000 рублей, № 59 на 1 000 0000 рублей, № 960 на 2 000 000 рублей, № 470 на 1 000 000 рублей, № 189 на 2 000 000 рублей, № 134 на 2 000 000 рублей, № 1086 на 1 000 000 рублей, № 654 на 500 000 рублей, № 1474 на 260 000 рублей, № 480 на 200 000 рублей.

Доказательства погашения ФИО4 задолженности в материалы дела не представлены.

Исходя из условий договоров займа, проценты по займам составляют: по договору займа № 113 в сумме 11 606 557,38 рублей, по договору займа № 114 в сумме 11 008 196,72 рублей, по договору займа № 118 в сумме 9 024 950,01 рублей, а всего задолженность с учетом основного долга составляет 62 639 704,11 рублей.

Правильность произведенного расчета проверена судом, участниками процесса не оспорена, контррасчет не представлен (статьи 9, 65 АПК РФ).

Вывод суда о наличии у ФИО5 финансовой возможности предоставления должнику денежных средств в заявленном размере основан на представленной в материалы дела справке по форме 2-НДФЛ за 2016 год, согласно которой доход ФИО5 составил 580 170 885 рублей.

Доводы апеллянтов об отсутствии у ответчика финансовой возможности для предоставления денежных средств по договорам займа, отклоняются судом апелляционной инстанции, как необоснованные.

Полученные от ФИО5 в качестве займа деньги были израсходованы на финансирование строительства застройщика ООО «Академмедстрой». Полученные заемные средства позволили исполнить обязательства перед кредиторами ООО «Академмедстрой» (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о признании требования ФИО5 обоснованным, включении его требований в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование наличия признаков недействительности сделок, финансовый управляющий указывает на то, что договоры займа прикрывают сделку по приобретению по заниженной цене прав по ДДУ у подконтрольного должнику лица - ООО «Академмедстврой», где ФИО4 являлся учредителем и руководителем. В качестве правового основания указывает на статью 170 ГК РФ.

Исходя из положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным основанием для квалификации ее как ничтожной. При рассмотрении вопроса о мнимости соответствующего договора и документов, подтверждающих исполнение стороной своих обязательств, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали ее с целью прикрыть другую сделку. Обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из ее сторон. При этом обязанность доказывания возлагается на заявителя.

Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Вопреки доводам апеллянтов, материалами дела подтверждается направленность воли сторон сделки на создание именно правоотношений по договорам займа, доказательств того, что денежные средства, выданные ФИО4 по договорам займа, в действительности являлись оплатой по ДДУ не представлено в материалы дела.

Спорные займы и договоры долевого строительства не соотносятся ни по составу участников правоотношений, ни по суммам, ни по срокам их заключения.

В судебном заседании в суде первой инстанции, с использованием персонального устройства суда, был произведен осмотр электронной почты, принадлежащей ФИО5, в рамках которого было установлено следующее:

1. Договор займа № 113 от 18.03.2016 направлен с электронной почты ФИО5 на электронную почту ФИО4 в дату его подписания - 18.03.2016;

2. Договор займа № 114 от 27.05.2016 направлен с электронной почты ФИО5 на электронную почту ФИО4 в дату его подписания - 27.05.2016;

3. Договор займа № 118 от 15.09.2016 направлен с электронной почты ФИО5 на электронную почту ФИО4 в дату его подписания - 18.03.2016.

Помимо осмотра писем, содержащих полностью идентичные электронные версии подписанных документов, нотариусом ФИО10 был составлен Протокол осмотра доказательств от 21.07.2021, также подтверждающий обмен электронными письмами, содержащими спорные договоры займа в даты их подписания.

Указанные доказательства свидетельствуют о том, что договоры займа № 113, 114 и 118 были составлены в даты, которые указаны на договорах займа, то есть 18.03.2016, 27.05.2016 и 15.09.2016 соответственно.

В свою очередь, договоры долевого участия в строительстве заключены 17.03.2016, 04.04.2016 и 30.05.2016 между ФИО5 и ООО «Академмедстрой» на общую сумму 40 131 875 рублей. Подписывая договоры от имени ООО «Академмедстрой», должник действовал не от своего имени, а в качестве генерального директора Общества.

По спорным договорам займа ФИО5 предоставил ФИО4 в безналичном порядке денежные средства на общую сумму 31 000 000 рублей. При этом, денежные средства по спорным договорам займа были предоставлены в безналичном порядке в 2016 году на сумму 22 000 000 рублей (по Договору займа №113 от 18.03.2016 - 10 000 000 рублей, по Договор займа №114 от 30.05.2016 - 10 000 000 рублей, по Договору займа №118 от 15.09.2016 - 1 000 000 рублей и 28.11.2016 - 1 000 000 рублей), в 2017 году - на сумму 9 000 000 рублей (по Договору займа №118 от 03.05.2017 - 2 000 000 рублей, 15.05.2017 - 1 000 000 рублей, 27.06.2017 г. - 2 000 000 рублей, 30.06.2017 - 2 000 000 рублей, 12.07.2017 г. - 1 000 000 рублей, 09.08.2017 - 540 000 рублей, 04.09.2017 - 260 000 рублей, 16.10.2017 - 200 000 рублей).

Таким образом, заключение и исполнение договоров участия в долевом строительстве между ФИО5 и ООО «Академмедстрой», имевшие место в 2016 году, не могут влиять на действительность обязательств Должника по возврату сумм займов, полученных им в безналичном порядке в 2016 и 2017 гг.

Договоры долевого участия в строительстве имеют иной субъектный состав и могут быть оспорены в ином порядке.

Доводы финансового управляющего об изготовлении спорных договоров займа, приходно-кассовых ордеров по договорам долевого участия, накануне банкротства должника, отклоняются судом апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Согласно заключению эксперта от 29.06.2023 №№8/4-3, 9/4-3 (1104/4-3, 1105/4-3):

- оттиски печати ООО «Академмедстрой» на приходно-кассовых ордерах № 1, 2, 4- 6 могли быть нанесены, как в дату их составления (17.03.2016), так и в период времени с 06.11.2018 по 11.10.2021;

- оттиски печати ООО «Академмедстрой» на приходно-кассовых ордерах № 7-12, 15-17, 19 могли быть нанесены, как в дату исследуемых документов (07.04.2016), так и в период времени с 06.11.2018 по 11.10.2021;

- оттиски печати ООО «Академмедстрой» на приходно-кассовых ордерах № 20, 22, 23, 24, 25 могли быть нанесены, как в дату исследуемых документов (07.06.2016, 06.06.2016), так и в более поздний срок - с 18.05.2016 по 24.01.2017, но исключено их нанесение с 10.02.2017 по 11.10.2021.

- приходно-кассовые ордера, а также договоры займа № 113, 114, 118 какому-либо агрессивному (световому, термическому, химическому) воздействию не подвергались.

В остальной части заключение эксперта констатировало невозможность определения даты изготовления документов в виду их давности (п. 2.2.1, 2.2.2 экспертного исследования).

Как верно указано судом первой инстанции, несмотря на то, что экспертное исследование не содержит точного ответа на поставленные вопросы, но в отношении приходно-кассовых ордеров № 20, 22, 23, 24, 25 дан точный ответ, что указанные документы были составлены либо в дату их изготовления (07.06.2016 и 06.06.2016), либо в иную дату, но в любом случае не позднее 24.01.2017.

Довод финансового управляющего о заключении 22.05.2017, спустя более года с момента подписания сторонами ПКО, между ФИО5 и ООО «Академмедстрой» Дополнительных соглашений к ДДУ с идентичными условиями п. 3.2.1, согласно которого ФИО5 обязуется оплатить права по ДДУ не позднее сроков получения акта на ввод дома в эксплуатацию сам по себе не может служить основанием для вывода об отсутствии оплаты.

Доводы подателей жалоб о наличии аффилированности между ФИО5 и ФИО4, подлежат отклонению, как основанные на предположениях.

На момент совершения спорных сделок займа №113 от 18.03.2016, №114 от 27.05.2016, №118 от 15.09.2016, а также на момент заключения договоров долевого участия в строительстве 17.03.2016, 04.04.2016, 30.05.2016 и оформления соответствующих приходно-кассовых ордеров, ФИО4 долей в ООО «Академмедстрой» (ИНН <***>) не владел, приобрел ее только 02.10.2018.

Ссылки апеллянтов на аффилированность первоначального владельца доли в обществе - ФИО9 и ФИО4 сами по себе не могут влечь признание ФИО4 собственником соответствующих долей в уставном капитале общества.

При отсутствии в материалах дела каких-либо доказательств мнимости, несоответствия действительной воли сторон оспариваемых договоров займа волеизъявлению сторон оспариваемых сделок, а равно доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорных договоров действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника либо злоупотребили правом в иных формах, суд апелляционной инстанции признает необоснованными доводы финансового управляющего и кредитора о создании сторонами искусственной кредиторской задолженности.

Доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 31.10.2023 по делу № А45-40863/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


О.А. Иванов




А.П. Михайлова