Постановление от 28 июля 2020 г. по делу № А41-45829/2017

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5703/2020

Дело № А41-45829/17
28 июля 2020 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 21 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июля 2020 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Феникс» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года по делу № А41-45829/17 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Феникс»,

при участии в заседании:

от ФИО3 – ФИО3 лично, представлен паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежащим образом;



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 29 марта 2018 года по делу №А41-45829/2017 в отношении ООО «Феникс» введена процедура конкурсного управления, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий должника обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, удовлетворить заявленные требования.

Законность и обоснованность определения суда проверены в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, единственным участником и генеральным директором должника (в одном лице) с 06.11.2012 года до даты введения процедуры конкурсного производства в отношении Должника (29.03.2018 года) являлась ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника ссылается на то, что ФИО3 на основании статьи 61.10 Закона о банкротстве подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, как контролирующее лицо должника ООО «Феникс».

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.17 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.17 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) » (в редакции настоящего Федерального закона).

Как указал суд первой инстанции, заявление о банкротстве ООО «Феникс» было подано в суд первой инстанции 14 июня 2017 года, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае подлежит применению статья 10 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 год в редакции от 29.12.2015 № 391-ФЗ, от 03.07.2016 № 304-ФЗ, № 360-ФЗ, вступающих в силу с 01.01.2017 (до 15.06.2017г.), действующей на дату принятия Арбитражным судом Московской области заявления о банкротстве ООО «Феникс».

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, статья 10 Закона о банкротстве, в редакции, применимой к настоящему заявлению, имеет исчерпывающий перечень оснований для субсидиарной ответственности контролирующего должника лица.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий названных лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам презюмируется.

По смыслу приведенных норм права, ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В соответствии с пунктами 4, 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

При этом в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Причем при оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе, не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Кроме того, о недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора, помимо прочего, могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2005 года № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией.

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08 февраля 2011 года № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Конкурсный управляющий ФИО2 ссылается на то, что банкротство должника стало следствием действий его бывшего руководителя, в связи с чем по мнению конкурсного управляющего должника, ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности как контролирующее лицо должника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В нарушение указанной нормы права конкурсным управляющим должника не представлено доказательств совершения ФИО3 действий (допущения бездействия), приведших к банкротству ООО «Феникс».

Доказательств совершения ООО «Феникс» в лице генерального директора ФИО3 подозрительных сделок, которые могли привести к банкротству должника, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено. В материалы дела также не представлено доказательства совершения генеральным директором общества подозрительных сделок, повлекших причинению убытков ООО «Феникс» и повлекшие к банкротству общества.

Доказательств выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ООО «Феникс» не представлено.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника в материалы дела также не представлено доказательств того, что в результате противоправного поведении ответчика, как бывшего руководителя и/или участника должника, и причинении вреда интересам общества и/или кредиторам, а также наличия причинно-следственной связи между какими-либо противоправными действиями и наступившим вредом для должника или кредиторов.

Согласно пункту 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из анализа финансового состояния ООО «Феникс», выполненному временным управляющим ФИО5 по результатам процедуры наблюдения и утвержденным собранием кредиторов 30.01.2018 года, основным обстоятельством, приведшим впоследствии к банкротству должника явились негативные факторы влияния государственной финансово-денежной политики государства (стр.29 -30 Анализа) – пик кризиса кредитной системы, в том числе: резкое увеличение ключевой ставки ЦБ, отсутствие у банков возможности предоставлять долгосрочные рублевые кредиты для инвестиционной деятельности в строительстве многоквартирных жилых домов и резкое повышение курса доллара. А также увеличение ставок на ипотечное кредитование для физических лиц (до 22%).

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим должника не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО3 и последствиями в виде невозможности удовлетворить требования кредиторов ООО «Феникс».

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрении данного заявления в суде первой инстанции, которые были проверены судом первой инстанции и правомерно признаны необоснованными.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года по делу № А41-45829/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий


С.Ю. Епифанцева

Судьи


Н.Н. Катькина

В.П. Мизяк