Постановление от 13 февраля 2024 г. по делу № А57-20715/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2065/2023

Дело № А57-20715/2021
г. Казань
13 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Желаевой М.З.,

судей Гильмановой Э.Г., Савкиной М.А.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 23.09.2021,

общества с ограниченной ответственностью «Агро-Нива» в лице конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО4, доверенность от 22.12.2023,

нотариуса г. Саратова ФИО5 – ФИО6, доверенность от 29.10.2021,

в отсутствие представителей иных участников процесса – извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом в порядке части 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием систем веб-конференции, кассационную жалобу ФИО1, г. Саратов,

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023

по делу № А57-20715/2021

по исковому заявлению ФИО1, г. Саратов, к обществу с ограниченной ответственностью «Агро-Нива» (ОГРН <***>) о признании недействительной (ничтожной) сделки,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: нотариуса ФИО5, г. Саратов; Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 19 по Саратовской области; ФИО7, г. Саратов; ФИО8, г. Саратов; общества с ограниченной ответственностью «Роща»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился ФИО1 (далее – ФИО1, истец) с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «АГРО-НИВА» (далее – ООО «АГРО-НИВА», ответчик) о признании недействительной (ничтожной) сделки по выходу из числа участников ООО «АГРО-НИВА», оформленной заявлением от 11.09.2020, и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде признания ФИО1 не вышедшим из состава участников ООО «АГРО-НИВА», признания ФИО1 с 11.09.2020 участником ООО «АГРО-НИВА», владеющим 50% доли в уставном капитале.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: нотариус ФИО5, г. Саратов (далее – нотариус ФИО5, третье лицо 1); Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 19 по Саратовской области (далее – Налоговый орган, третье лицо 2); ФИО7, г. Саратов (далее – ФИО7, третье лицо 3); ФИО8, г. Саратов (далее – ФИО8, третье лицо 4); общество с ограниченной ответственностью «Роща» (далее – ООО «Роща», третье лицо 5).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2022 исковые требования удовлетворены: признана недействительной сделка по выходу ФИО1 из состава участников ООО «АГРО-НИВА», оформленная заявлением от 11.09.2020; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления ФИО1 в составе учредителей ООО «АГРО-НИВА», с долей 50%.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2022 решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2022 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, перераспределены судебные расходы.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.04.2023 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции исходил из того, что решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В ходе повторного рассмотрения дела постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2022 отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, перераспределены судебные расходы.

Законность принятого при новом рассмотрении спора судебного акта суда апелляционной инстанции проверяется в порядке статьи 274 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по кассационной жалобе истца, который полагает, что арбитражным судом при исследовании и вынесении обжалуемого постановления нарушены нормы как материального, так и процессуального права. В кассационной жалобе заявитель приводит обстоятельства спора и излагает развернутую позицию о несогласии с выводами суда, по существу которой просит отменить принятое по делу постановление от 09.10.2023, оставить в силе решение суда первой инстанции от 31.08.2022.

Нотариус ФИО5 (третье лицо), указывая на несостоятельность доводов заявителя, в отзыве на жалобу просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, полагая его законными и обоснованным.

Участие представителя заявителя жалобы в судебном заседании обеспечено в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем использования систем веб-конференции.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель истца настаивал на удовлетворении кассационной жалобы, поддержав изложенные в ней доводы; представители ООО «Агро-Нива» в лице конкурсного управляющего и нотариуса ФИО5 возражали против ее удовлетворения.

Кассационная коллегия, основываясь на положениях части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, нашла возможным рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие представителей иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из изложенных в кассационной жалобе доводов и отзыва на нее, а также позиции участников процесса, озвученной в судебном заседании.

Как следует из материалов дела, ФИО1 приобрел в собственность долю в уставном капитале ООО «АГРО-НИВА» в размере 50% на основании договора купли-продажи от16.11.2018, удостоверенного нотариусом нотариального округа город Саратов Саратовской области ФИО9 16.11.2018, зарегистрированного в реестре за № 64/141-н/64-2018-4-1489

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц 50% доли в уставном капитале ООО«АГРО-НИВА» принадлежит ФИО7, который по мнению истца в действительности является номинальным собственником доли в уставном капитале ООО «АГРО-НИВА» по просьбе Г.Б.ЯБ., имевшего задолженность перед истцом по договору займа.

По заявлению ФИО8 в отношении истца было возбуждено 16.07.2020 уголовное дело. Истец был задержан и допрошен в качестве подозреваемого. В отношении последнего 17 июля 2020 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в связи с совершением Г.А.АБ. в отношении ФИО8 мошеннических действий, направленных на завладение денежными средствами потерпевшего в особо крупном размере (10 000 000 рублей).

В здании УФСБ по Саратовской области ФИО1 и ФИО8 11 сентября 2020, в присутствии со стороны первого - супруги, отца, троих защитников, нотариуса, со стороны ФИО8 – его представителя, а также следователя, оформили соглашения о взаимных денежных расчётах между собой и погашении долговых обязательств, которые были удостоверены нотариусом ФИО5

Гайдуком А.А. также было составлено заявление о выходе из числа участников ООО «АГРО-НИВА», удостоверенное нотариусом города Саратова Саратовской области ФИО5 и зарегистрированное в реестре за № 64/42-н/64-2020-3-305. ФИО1 вышел из числа участников ООО«АГРО-НИВА», а принадлежащая ему доля в уставном капитале общества (50%) перешла к ООО «АГРО-НИВА» в порядке статьи 23 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ).

В обоснование заявленных требований ФИО1 пояснил, что 10.09.2020 его доставили в здание УФСБ по Саратовской области, где состоялся разговор между ним и ФИО8, сообщившего о необходимости отказаться от своей доли в уставном капитале ООО«АГРО-НИВА» и простить ему долговые обязательства, в противном случае истец будет отбывать длительный срок наказания. Следователь обещал отозвать свое ходатайство о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей при выполнении истцом требования ФИО8

По доводам истца он в действительности не имел намерений выходить из числа участников ООО«АГРО-НИВА», находился 11.09.2020 под стражей в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, прекращенного по реабилитирующим основаниям. В связи с выходом истца из состава участников ООО«АГРО-НИВА» ему не выплачена действительная стоимости доли в уставном капитале общества.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу о выходе ФИО1 из состава участников ООО «АГРО-НИВА» не в результате самостоятельного свободного волеизъявления, а под влиянием угрозы, которая была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых потерпевшей стороной.

Обжалуемая сделка признана недействительной на основании положении статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заявление о выходе из состава участников общества удостоверено нотариусом в здании УФСБ по Саратовской области, что выходит за рамки общепринятого делового оборота, воля истца при заключении сделки была в значительной степени деформирована под угрозой.

Суд апелляционной инстанции данный вывод суда первой инстанции нашел ошибочным, противоречащим нормам права и собранным по делу доказательствам.

Суд признал установленным факт совершения оспариваемой сделки Гайдуком А.А., который не отрицал факт ее совершения. В материалы дела не представлено доказательств наличия порока воли ФИО1 на совершение им оспариваемой сделки под влиянием насилия или угрозы, неблагоприятных обстоятельств. Апелляционная коллегия указала, что в отсутствие запрета на совершение оспариваемой сделки, а также учитывая, что оспариваемая сделка не была совершена в ущерб задачам уголовного судопроизводства и режиму содержания под стражей, доводы истца о её ничтожности не являются обоснованными, в связи с чем оспариваемая сделка не может быть признана недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В пункте 98 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановления № 25) даны разъяснения того, что сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 ГК РФ). При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.

Основанием для признания сделки недействительной является угроза причинения личного или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или применение насилия в отношении этих лиц.

В абзаце пятом пункта 99 Постановления № 25 разъяснено, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1, 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться общими правилами о доказывании.

Угроза представляет собой противоправное психическое воздействие на волю лица с целью принудить его к совершению сделки под страхом применения к нему или его близким имущественного, физического вреда, либо совершения какого-либо иного противоправного действия.

Применение насилия, в том числе и угроз насилия, являющегося одним из оснований для признания сделки недействительной по статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, может подтверждаться не только фактом наличия уголовного производства по соответствующему делу.

Выход истцов из общества под влиянием угроз является основанием для признания их заявлений о выходе из состава участников общества недействительными.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при разрешении споров об оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, является совершение сделки под влиянием насилия и угрозы его применения.

Бремя доказывания обстоятельств, на которых основаны заявленные требования, лежит на истце, последнему надлежало представить суду доказательства, подтверждающие применение в отношении него насилия либо угрозы применения насилия с целью принуждения к совершению оспариваемой сделки.

Такие доказательства отсутствуют в материалах дела.

Совершение оспариваемой сделки под влиянием насилия или угрозы его применения следует, по мнению истца, из следующих обстоятельств – сделка совершена в здании УФСБ по Саратовской области, уголовное дело было возбуждено по надуманным основаниям и впоследствии прекращено, после совершения сделки органы следствия приняли решение не ходатайствовать перед судом о продлении срока содержания его под стражей.

Перечисленные обстоятельства, трактуемые истцом в выгодном для себя контексте, не могут безусловно, без взаимосвязи с иными доказательствами, свидетельствовать о совершении оспариваемой сделки с пороком воли.

Совершение истцом сделки в здании УФСБ само по себе, в отсутствие иных доказательств применения насилия или угроз в отношении последнего, не может свидетельствовать о деформировании в значительной степени воли истца при заключении сделки, поскольку не указано, по какой причине заключение сделки именно в названном здании отлично от совершения аналогичных действий в иных учреждениях, в том числе, и в местах лишения свободы и содержания лиц, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» прямо предусмотрено право на заключение сделок в перечисленных учреждениях.

Судом отклонен довод истца о том, что после совершения оспариваемой сделки в отношении него следователем было отозвано ходатайство о продлении срока содержания под стражей, поскольку не свидетельствует о совершении сделки под влиянием угроз и насилия.

Саратовский областной суд, рассматривая жалобу ФИО1 на применение в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, признал её избрание обоснованным, кроме того, законодатель не препятствует отнесению возмещения ущерба потерпевшему к обстоятельству, подлежащему учёту при избрании меры пресечения по правилам статьи 99 УПК РФ.

Доводы истца о безосновательном возбуждении в отношении него уголовного дела по заявлению ФИО8 не подтверждены какими-либо документами.

ФИО1 в установленном законом порядке не оспорил ни возбуждение в отношении него уголовного дела по заявлению ФИО8, ни избрание меры пресечения – заключение под стражу, не заявил о привлечении ФИО8 к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, не воспользовался своим правом на реабилитацию в связи с прекращением преследования в отношении него по реабилитирующим основаниям, не оспорил в судебном порядке другую сделку, также удостоверенную нотариусом в здании УФСБ 11.09.2020, о прекращении долговых обязательств ФИО8 перед ним на сумму 33 000 000 руб., ссылаясь на большой размер государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче иска на такую сумму. Исковое заявление по настоящему спору также подано в арбитражный суд первой инстанции в последний день срока исковой давности 10.09.2021.

Из материалов дела не усматривается обращение истца после подписания оспариваемой сделки в правоохранительные органы по факту применения в отношении него насилия и угроз.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.01.2022, принятого по результатам проверки по рапорту следователя полиции от 14.10.2021, следует, что проверка в отношении ФИО8 не проводилась, несмотря на заявление истца о том, что угрозы и требование выйти из числа участников общества высказывалось ФИО8

Доказательств обращения ФИО1 в правоохранительные органы с заявлением о противоправных действиях ФИО8 не представлены в материалы дела.

Вышеуказанная проверка проводилась не в связи с обращением ФИО1 в правоохранительные органы о совершении в отношении него противоправных действий, а по рапорту сотрудника полиции, который не содержит сведений о противоправных действиях ФИО8

Названный рапорт датирован 14.10.2021, то есть по истечении более чем года с момента совершения спорной сделки, 11.09.2020.

Истец не представил суду доказательства, подтверждающие отсутствие его самостоятельного свободного волеизъявления на выход из числа участников общества и совершение оспариваемой односторонней сделки под влиянием угрозы, которая была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых потерпевшей стороной.

В обоснование своих требований истец представил арбитражному суду копии заявления участника о выходе из общества от 11.09.2020, выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «АГРО-НИВА» от 10.09.2021, протокола допроса свидетеля ФИО7 от 27.07.2020, постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей от 08.09.2020, протокол допроса обвиняемого от 24.07.2020, апелляционное постановление Саратовского областного суда от 30.07.2020.

Из представленного суду заявления ФИО1 о выходе из числа участников ООО «АГРО-НИВА» следует, что при совершении данной односторонней сделки он в присутствии нотариуса действует «добросовестно и разумно, по своей воле, обстоятельства, вынуждающие подписать заявление о выходе из общества на крайне невыгодных для себя условиях, отсутствуют, данное заявление не является кабальной сделкой» (пункт 8), кроме того, текст заявления прочитан вслух участнику и соответствует его действительным намерениям (пункт 9)».

Нотариус ФИО5 указала, что личность ФИО1 при совершении оспариваемой сделки была установлена на основании копии паспорта последнего, находившегося у следователя в материалах дела. При этом как самого ФИО1, так и членов его семьи нотариус ФИО5 знала с 2013 года очень хорошо, неоднократно удостоверяя сделки, участниками которых были указанные лица. Данные паспорта ФИО1 имелись в базе самого нотариуса, перед сделкой нотариус убедился в том, что паспорт с реквизитами истца является действующим, не обменивался и не утерян. При заключении оспариваемой сделки ФИО1 был в хорошем расположении духа, заявил, что понимает последствия совершения указанной сделки и настаивает на совершении нотариального действия по удостоверения выхода из числа участников ООО «Агро-Нива».

ФИО1 подтвердил, что нотариус ФИО5 была приглашена его отцом.

Адвокаты ФИО1 - Черноморец Б.С., Бровкин А.В., Морозов А.А. подтвердили заключение в их присутствии, в здании УФСБ, соглашений между их подзащитным и потерпевшим по делу ФИО8 в отсутствие какого-либо давления на истца.

Адвокат Морозов А.А. пояснил также, что все трое защитников выясняли у ФИО1 добровольность принятия решения о подписании документов о возмещении ущерба и выходу из числа участников ООО «Агро-Нива». ФИО1 с уверенностью заявил защитникам, что все решения приняты им добровольно, без оказания на него какого-либо давления, в том числе и со стороны сотрудников правоохранительных органов.

Аналогичные пояснения были даны в ходе проверки ФИО8, нотариусом ФИО5

Сотрудники УФСБ, опрошенные в ходе проверки по рапорту от 14.10.2021, также подтвердили, что какого-либо насилия или угроз в отношении ФИО1 не было, все сделки совершены были Гайдуком А.А. добровольно, в присутствии троих защитников, нотариуса и отца, в рамках возмещения в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства ущерба, причиненного ФИО8, и взаиморасчётов с последним.

ФИО8 и ФИО7 в своих письменных пояснениях также заявили об отсутствии какого-либо давления на истца при совершении спорной сделки со стороны сотрудников правоохранительных органов либо иных лиц.

Привлечённый в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 не подтвердил номинальность своего участия в ООО «Агро-Нива.

В апелляционном постановлении Саратовского областного суда от 30.07.2020 сделан вывод о законности избрания в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ, меры пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца.

Допрошенный 24.07.2020 в качестве обвиняемого ФИО1 со ссылкой на статью 51 УПК РФ отказался давать показания по существу предъявленного обвинения, между тем, указал, что ФИО8 преследует цель отстранить его от информации, касающейся деятельности ООО «АГРО-НИВА», и пытается реализовать имущество общества.

Обращение истца после подписания сделки в правоохранительные органы по данному факту, обращение в Арбитражный суд Саратовской области с настоящим иском и заявлением о принятии соответствующих обеспечительных мер, а также неполучение истцом оплаты доли в уставном капитале, не могут свидетельствовать о доказанности выхода последнего из состава участников ООО «АГРО-НИВА» не в результате самостоятельного свободного волеизъявления, а под влиянием угрозы, которая была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых потерпевшей стороной. Перечисленные обстоятельства не подтверждают безусловно, что в отношении истца было применено насилие либо существовала угроза такого применения, в результате которых им была совершена оспариваемая сделка.

В исковом заявлении, поданном Гайдуком А.А. 10.09.2021, указано на применение в отношении истца насилия и угрозы его применения без ссылки на лиц, от которых такая угроза исходила, и в чем заключалось как само насилие, так и его угроза.

В дополнении к иску истец ссылается на заявленные в ходе встречи 10.09.2020 со стороны ФИО8 угрозы, о том, что в случае отказа от выхода из числа участников ООО «Агро-Нива» и прощения долговых обязательств, Гайдуку А.А. назначат длительный срок лишения свободы по возбужденному уголовному делу, а также органы следствия возбудят иные уголовные дела в отношении ФИО1

Помимо пояснений самого истца, прямых доказательств подтверждающих факт применения в отношении него насилия либо угроз с целью совершения оспариваемой сделки не представлено в материалы дела.

Данные обстоятельства, которые сторонами не оспариваются, во взаимосвязи с пояснениями всех участвующих в деле лиц о добровольном волеизъявлении истца на заключение односторонней сделки по выходу из числа участников ООО «АГРО-НИВА», свидетельствуют о совершении сделки Гайдуком А.А. в своих личных интересах и без психологического давления на него кем бы то ни было.

Установление цели, которую преследовал ФИО1 при совершении оспариваемой сделки, не входит в предмет доказывания по настоящему спору, поскольку юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является совершение сделки под влиянием насилия либо угрозы со стороны третьих лиц.

В момент совершения оспариваемой сделки в здании УФСБ присутствовали не только трое защитников истца, представитель общества, нотариус, представитель ФИО8, но и отец и супруга ФИО1

Диспозиция статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что насилие, то есть противоправное физическое (а в некоторых случая и психическое) воздействие на другое лицо путем причинения страданий ему или его близким с целью заставить совершить сделку, осуществляется конкретным физическим лицом. Также как и угроза - обещание причинить вред (как правомерный, так и неправомерный) другому лицу или его близким с целью заставить совершить сделку.

Доводы же истца об угрозах со стороны ФИО8 и органов следствия документально не подтверждены, не доказана и экономическая заинтересованность перечисленных лиц в выходе ФИО1 из состава участников ООО «Агро-Нива».

В отсутствие установления фактов применения в отношении истца насилия либо угроз и совершения сделки под влиянием перечисленных факторов, при наличии доказательств, опровергающих требования истца, судом не может быть сделан вывод о доказанности правовых оснований для признания сделки недействительной по части 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из пункта 6.1. статьи 23 Закона № 14-ФЗ, в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

В заявлении о выходе из числа участников общества ФИО1 подтвердил, что «доля уставного капитала оплачена полностью» (пункт 2).

В расписке от 11.09.2020 ФИО1 указал, что не имеет претензий к ООО «АГРО-НИВА» о выплате действительной стоимости доли не имеет.

ФИО7, являющийся единственным участником ООО «АГРО-НИВА», указал, что действительная стоимость доли, перешедшей к обществу, была определена по взаимной договорённости с Гайдуком А.А. также 11.09.2020 и возмещена последнему путём погашения встречных обязательств.

В соответствии с частью 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Поскольку нотариусом установлена личность лица, совершившего одностороннюю сделку по выходу из числа участников общества, данное обстоятельство подтверждено нотариусом в установленном законом порядке и не оспорено, факт совершения оспариваемой сделки Гайдуком А.А. установлен и не отрицается истцом.

Доказательств наличия порока воли ФИО1, совершения им оспариваемой сделки под влиянием насилия или угрозы или неблагоприятных обстоятельств, истцом в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

По смыслу приведенной нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума № 25 (пункт 86) для признания сделки мнимой на основании статьи 170 названного Кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В рассматриваемом споре данные обстоятельства не установлены, истцом не доказаны.

ФИО1 имел намерение совершить сделку, совершил её, написав заявление о выходе из числа участников общества, но, как полагает истец, не по собственному желанию, а под воздействием угроз, указанная сделка не отвечает признакам мнимости.

В соответствии с частью 4 подпунктом 9.1 статьи 47 УПК РФ, обвиняемый, с момента избрания меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста может иметь свидания без ограничения их числа и продолжительности с нотариусом в целях удостоверения доверенности на право представления интересов обвиняемого в сфере предпринимательской деятельности. При этом запрещается совершение нотариальных действий в отношении имущества, денежных средств и иных ценностей, на которые может быть наложен арест, в случаях предусмотренных настоящим Кодексом.

Граждане Российской Федерации, даже находясь под стражей, не лишаются автоматически своих гражданских и конституционных прав, в том числе, и предусмотренного статьёй 209 Гражданского кодекса Российской Федерации права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с пунктом 18 статьи 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право участвовать в гражданско - правовых сделках. Подозреваемые и обвиняемые имеют право с разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, и в порядке, установленном Правилами внутреннего распорядка, участвовать в гражданско - правовых сделках через своих представителей или непосредственно, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 29).

Обратное свидетельствовало бы о том, что законодатель, предусматривая возможность обвиняемого оформить доверенность на распоряжение своим имуществом в пользу третьего лица, ограничил бы обвиняемого в праве на самостоятельное распоряжение тем же имуществом путем совершения сделки лично, без помощи представителя.

Подпункт 9.1 части 4 статьи 47 УПК РФ содержит положения, ограничивающие такое право обвиняемого, однако, эти ограничения не свидетельствуют об императивном запрете на совершение сделок с имуществом последнего.

Участие в сделке может быть осуществлено только с разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело.

Получение разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, на участие в сделке ставит совершение сделки в прямую зависимость от усмотрения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело. Лицо или орган, в производстве которого находится уголовное дело, может отказать в даче разрешения на участие подозреваемого или обвиняемого в сделке, если она не соответствует закону или иному правовому акту, противоречит основам правопорядка и нравственности, является мнимой и притворной, а также если к ее совершению привлекается недееспособный или она выходит за пределы правоспособности хотя бы одного из ее участников.

Положения пункта 9.1 части четвертой статьи 47 УПК РФ направлены на защиту прав потерпевших, поскольку предусматривают запрет на совершение сделок в отношении имущества, на которое может быть наложен арест. С этой целью контроль лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, преследует цель не допустить совершения сделки, влекущей отчуждение имущества, арест которого мог бы привести к восстановлению материальных прав потерпевшего, а также воспрепятствовать злоупотреблению правами в отношении самих подозреваемых и обвиняемых.

С целью проверки наличия у истца полномочий на совершение оспариваемой сделки, с учётом вышеназванных ограничений, судом апелляционной инстанции сделан запрос в УФСБ России по Саратовской области относительно сведений о применении/неприменении ареста в отношении доли в размере 50% уставного капитала ООО «Агро-Нива», принадлежащей ФИО1, в период расследования уголовного дела № 12007630001000025, возбужденного 16.07.2020.

Согласно ответу от Управления ФСБ России по Саратовской области, 16.07.2020 следственным отделом УФСБ России по Саратовской области в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № 12007630001000025 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159Уголовного кодекса Российской Федерации.

Уголовное дело передано 23.09.2020 по подследственности в отдел по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой OП № 3 в составе УМВД РФ по г. Саратову, СУ УМВД РФ по г. Саратову.

В период предварительного следствия с 16.07.2020 по 23.09.2020 арест на какое-либо имущество ФИО1, в том числе в отношении доли в размере 50% уставного капитала ООО «Агро-Нива» (ИНН <***>), принадлежащей Гайдуку А.А., следственным отделом УФСБ России по Саратовской области не накладывался.

В ответе Управления ФСБ России по Саратовской области указано, что каких-либо ограничений права ФИО1, предусмотренного п. 9.1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, в ходе предварительного следствия, в том числе и по состоянию на 11.09.2020, не допускалось. Оснований для запрета совершения нотариальных действий в отношении имущества, денежных средств и иных ценностей, на которые может быть наложен арест в случаях, предусмотренных нормами Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, по состоянию на 11.09.2020 не имелось.

Действующим законодательством не предусмотрен конкретный порядок получения согласия органов следствия на совершение сделок в отношении имущества и денежных средств, принадлежащих обвиняемым и подозреваемым.

Сделка по выходу истца из состава участников ООО «Агро-Нива» удостоверена нотариусом в кабинете следователя, в производстве которого находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 Перед совершением сделки нотариус удостоверился не только в личности последнего, но и в отсутствии запрета со стороны органов следствия на совершение данной сделки.

Действия нотариуса, удостоверившего спорную сделку, соответствовали разъяснениям, изложенным Федеральной нотариальной палатой в письме от 12.04.2022 № 2220/03-16-3 I квартал 2022 года «О порядке совершения нотариальных действий с участием граждан, находящихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы».

Материалами дела установлен факт совершения оспариваемой сделки и удостоверения её нотариусом с согласия органов следствия.

При указанных обстоятельствах, довода истца о невозможности совершения им односторонней сделки по выходу из состава участников общества в виду содержания под стражей, признан несостоятельным, поскольку из положений пункта 18 статьи 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», пункта 80, 81 приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» не следует, что обвиняемый лишен права на самостоятельное подписание документов, в том числе имеющих характер гражданско-правовых сделок.

Иное свидетельствовало бы о невыполнении государством своей обязанности признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод (статьи 2, 17, 18 и 45 Конституции Российской Федерации), и привело бы к ограничению прав обвиняемого, содержащегося под стражей, воспользоваться услугами нотариуса, в том числе, и для нотариального оформления сделки.

Ограничения, предусмотренные пунктом 9.1 части 4 статьи 47 УПК РФ, на совершение истцом односторонней сделки по выходу из состава участников ООО «Агро-Нива» не установлены.

Апелляционной коллегией также дана оценка доводам истца о недействительности оспариваемой сделки с учетом ограничений, установленных положениями подпункта 9.1 части 4 статьи 47 УПК РФ, положений статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Квалификация сделки в качестве ничтожной или оспоримой осуществляется посредством доказывания, а не автоматическим отнесением её к недействительной в силу противоречия закону.

Довод истца о ничтожности сделки по выходу из состава участников ООО «Агро-Нива» в силу положений части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации несостоятелен, не подтверждён какими-либо доказательствами.

В пункте 75 Постановления № 25 указано, что применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Нарушение в результате совершения оспариваемой сделки публичных интересов не установлено, как не установлено и нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц.

К спорным правоотношениям положения части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат применению.

При предъявлении иска о признании сделки недействительной (ничтожной) сторона сделки либо лицо, не являющееся участником этой сделки, должны доказать, что его права или охраняемые законом интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. При рассмотрении указанных дел именно на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такие доказательства истцом в материалы дела не представлены.

Пунктом 8 постановления Пленума № 25 разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Из материалов дела предусмотренные статьями 170, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации основания недействительности оспариваемой сделки не усматриваются.

По смыслу нормы статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка может быть признана недействительной по требованию лица, права и законные интересы которого нарушены этой сделкой.

Для признании оспоримой сделки недействительной следует установить не только нарушение закона, но и противоправную цель этой сделки, а также нарушение прав и законных интересов стороны сделки либо иных заинтересованных лиц.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, истцом, спорная сделка по выходу ФИО1 из состава участников общества не нарушает интересы и права третьих лиц.

Оспариваемая сделка совершена с соблюдением норм действующего законодательства и требований к её совершению.

Согласно статье 94 Гражданского кодекса Российской Федерации, участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путем подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества.

Статья 26 Закона № 14-ФЗ предусматривает, что участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

В силу пункта 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника из общества в соответствии со статьей 26 Закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо вслучае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Правовые последствия заявления о выходе из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в этом обществе. Такое волеизъявление является односторонней сделкой, обращенной (адресованной) обществу, из которого выходит участник, поскольку для ее совершения в соответствии с законом достаточно воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 ГК РФ). Для порождения такой сделкой юридических последствий необходимо направление и получение обществом заявления участника.

Материалами дела не доказано, что односторонняя сделка совершена Гайдуком А.А. с пороком воли. Его воля на совершение сделки по выходу из состава участников общества была чётко и однозначно выражена в написанном собственноручно заявлении, удостоверенном нотариусом.

Перед удостоверением сделки нотариусом была выяснена воля ФИО1 на её совершение. В пункте 8 заявления истец указал, что действует добросовестно, разумно, по своей воле, у него отсутствуют обстоятельства, вынуждающие подписать заявление о выходе из общества, которое не является кабальной сделкой.

Волеизъявление истца, направленное на прекращение прав участника общества, не нарушило чьи-либо права или законные интересы, а доказательства совершения спорной сделки под влиянием насилия, угрозы, обмана или с иным пороком воли в материалы дела не представлены, отсутствуют правовые основания для признания такой сделки недействительной по правилам части 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ и пункт 7 постановления № 25).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления № 25, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, при установлении которого суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Истцом по настоящему делу не приведены доводы о наличии с чьей-либо стороны, кроме ФИО8, действий, осуществляемых с намерением причинить ему вред, а также злоупотребление правом в иных формах.

ФИО1 не обосновал какими правами злоупотребил ФИО8, как это повлияло на волеизъявление истца на выход из состава участников общества, какой интерес преследовал ФИО8, чья принадлежность или аффилированность к ООО «Агро-Нива» не подтверждены.

После выхода истца из состава участников общества сведения о переходе принадлежащей ему доли в уставном капитале общества «Агро-Нива» в установленном порядке внесены в ЕГРЮЛ, а надлежащие и достаточные доказательства иного, в том числе, свидетельствующие об осуществлении Гайдуком А.А. после выхода из общества "Агро-Нива" полномочий участника этого общества не представлены, при том, что данное общество после совершения оспариваемой сделки осуществляло реальную деятельность.

Между тем, в соответствии с пунктом 70 постановления № 25 сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки в порядке пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами дела не доказано наличие совокупности всех необходимых и достаточных оснований для вывода о том, что при совершении оспариваемой сделки воля ФИО1 не была направлена на прекращение корпоративного участия в ООО «Агро-Нива», а исполнение оспариваемой сделки по выходу ФИО1 из состава участников общества фактически состоялось. Доказательства, позволяющие прийти к иным выводам, отсутствуют, а иные доводы и доказательств мнимости или порочности оспариваемой сделки не представлены в материалы дела.

Таким образом, в отсутствие доказанности порока воли истца на совершение оспариваемой сделки, злоупотребления кем-либо своими правами, противоправной цели, преследуемой сделкой, нарушений прав и охраняемых интересов других лиц, то есть недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств иного, исковые требования, основанные на положениях статей 10, 168, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворению не подлежат.

Рассматривая довод истца о незаконности совершения оспариваемой односторонней сделки за пределами места содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утверждённые Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, действовавшие на момент совершения спорной сделки регламентируют порядок встречи обвиняемого с нотариусом в следственных изоляторах, в том числе, и с целью совершения нотариальных действий, но не содержат запрет как на аналогичные встречи в иных местах (суд, кабинет следователя, медицинские учреждения, учреждения уголовно-исполнительной системы, исполняющие уголовное наказание в виде лишения свободы, и т.д.), так и на совершение нотариальных действий, в том числе, и в отношении имущества обвиняемого.

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 № 4462-I, Закон Саратовской области от28.09.2010 № 161-ЗСО «Об определении пределов нотариальных округов в границах территории Саратовской области и количества должностей нотариусов в нотариальном округе», регламентируя место совершения нотариальных действий, также не ограничивают нотариусов в осуществлении таких действий на территории предприятий, учреждений, организаций всех форм собственности, в том числе в зданиях и органах следствия – МВД, ФСБ, МЧС, Прокуратуры, учреждениях ФСИН, в больницах, спецучреждениях с целью защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц

Истец не обосновал, каким образом место совершения сделки влияет на её законность либо незаконность, а также на волеизъявление лица, совершившего такую сделку.

Выводы суда апелляционной инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на положениях действующего законодательства.

Поскольку, вопреки доводам кассатора, в обжалуемом судебном акте суд апелляционной инстанции в полной мере исполнил процессуальные требования, изложенные в пункте 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указав выводы, на основании которых отказано в удовлетворении иска, а также мотивы, по которым отвергнуты те или иные доказательства, возражения истца, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом апелляционной инстанции, а равно и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не могут служить основанием для отмены обжалуемого постановления, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального или процессуального права, а лишь указывают на несогласие кассатора с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела и доказательств, на основании которых они установлены.

Каких-либо новых доводов со ссылками на имеющиеся в деле, ноне исследованные судами доказательства заявителем кассационной жалобы не приведено. В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судом апелляционной инстанции выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, не допускается.

В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела на основании представленных доказательств и применяет нормы права к установленным обстоятельствам.

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), при рассмотрении кассационной жалобы не установлено, суд округа признает, что обжалуемое постановление является законным и обоснованным и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, окружным судом также не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба заявителя – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023 по делу № А57-20715/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья М.З. Желаева


Судьи Э.Г. Гильманова


М.А. Савкина