Постановление от 5 сентября 2024 г. по делу № А32-44524/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-44524/2021
город Ростов-на-Дону
06 сентября 2024 года
15АП-9289/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 сентября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шустевой А.Ю.,

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 07.09.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2024 по делу № А32-44524/2021

по заявлению ФИО1 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

ответчики: общество с ограниченной ответственностью «АГАТ», ФИО3,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными (ничтожными) договор поставки № 149 от 12.12.2020 между ООО «АГАТ» и ИП ФИО1, договор цессии (уступки права требования) от 22.01.2021 между ООО «АГАТ» и ФИО3, счёта-фактуры № 147 от 14.12.2020.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2024 по делу                 № А32-44524/2021 признаны недействительными договор поставки № 149 от 12.12.2020 между ООО «АГАТ» и ФИО1, универсальный передаточный документ (счет-фактуру) № 147 от 14.12.2020, договор цессии (уступки права требования) от 22.01.2021 между ООО «Агат» и ФИО3.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обжаловал определение суда первой инстанции от 15.05.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что заключение эксперта, по мнению апеллянта, необоснованно признано судом допустимым доказательством по делу, поскольку объектом исследования были копии договора и счета-фактуры. ФИО3 полагает необоснованным признание договора цессии (уступки права требования) от 22.01.2021 недействительным, поскольку ФИО1 не являлась его стороной.

В отзывах на апелляционную жалобу должник и финансовый управляющий ФИО4 просили оставить обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «АГАТ» поддержало доводы апелляционной жалобы, просило отменить судебный акт.

В связи с нахождением судьи Шимбаревой Н.В. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Шимбаревой Н.В. на судью Сурмаляна Г.А.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала. 

В судебном заседании представитель должника поддержал правовую позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов, выслушав представителя должника, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании её несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2021 возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.04.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

14.11.2022 ФИО1 обратилась с заявлением о признании недействительными (ничтожными):

- договор поставки № 149 от 12.12.2020 между ИП ФИО1 и ООО «АГАТ»;

- счёт - фактуры № 147 от 14.12.2020;

- договор цессии (уступки права требования) от 22.01.2021 между ООО «АГАТ» и ФИО3.

В обоснование заявления указала, что 12.12.2020 между ООО «АГАТ» (поставщик) и ИП ФИО1 (покупатель) заключен договор поставки № 149, по условиям которого поставщик обязуется поставлять, а покупатель принимать и оплачивать продукцию, качество, ассортимент, комплектность, характеристики, цена и иные данные которой указаны в накладной.

14.12.2020 оформлен УПД (счет-фактура) № 147: «Арматура A3 12мм» на сумму 3 825 000 руб.

22.01.2021 между ООО «АГАТ» и ФИО3 заключен договор цессии, по которому ООО  «АГАТ» передал ФИО3 право требования задолженности с ИП ФИО1 по договору поставки № 149 от 12.12.2020 на сумму 3 825 000 руб.

Заочным решением Армавирского городского суда Краснодарского края от 18.05.2021 по делу № 2-1752/2021 с ИП ФИО1 в пользу ФИО3 взыскана сумма задолженности в размере 3 825 000 руб.

Должник, обращаясь с заявлением в суд, указал, что договор поставки является недействительным, как заключенный с пороком воли, поскольку договор поставки, счет-фактура им не подписывались.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного СудаРоссийской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных сприменением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную  (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Суд самостоятельно определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Требования основаны на положениях статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По смыслу статей 160 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  наличие в договоре поддельной подписи одного из участников притом, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствует об отсутствии воли одной из сторон на заключение сделки и о недействительности договора, как сфальсифицированного документа.

Из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 7 и 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведении, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации:

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только по обоснованному заявлению другой стороны, но и по инициативе суда, если имеет место отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. Установление же судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса   Российской   Федерации»    если   совершение   сделки   нарушает   запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  (пункт 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса   Российской   Федерации»).

Таким образом, договор, подпись в котором подделана, равно как и нанесен оттиск подложной печати и иных реквизитов организации, не соответствует требованиям пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является основанием для признания его ничтожным в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как сделки несоответствующей требованиям закона.

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно пункту 2 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Подписи участников сделки являются необходимым элементом простой письменной формы, которую нельзя признать соблюденной при их отсутствии.

По смыслу статей 160 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации наличие в договоре поддельной подписи одного из его участников притом, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствует о недействительности договора, как сфальсифицированного документа.

Если действие договора не подтверждено, то он считается недействительным как сфальсифицированный документ, который нарушает требования закона.

В судебной практике сложилась правовая позиция о применении при рассмотрении аналогичных споров пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  и квалификации договоров, подписанных не представителем стороны сделки, а иным неустановленным лицом, как ничтожных

Указанная правовая позиция отражена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.02.2020 № Ф08-12893/2019 по делу № А63-22573/2018, от 25.02.2021 №Ф08-11774/2020по делу № А32-27738/2019, от 21.01.2021 № Ф08-7327/2019 по делу № А32-12862/2018.

В обоснование требований должник представил заключение специалиста НП «СРО судебных экспертов» ФИО6

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее - постановление № 23) заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно частям 1 и 2 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. Круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.12.2023 по обособленному спору назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Эксперт» ФИО7.

 На разрешение экспертизы поставлены следующие вопросы:

1)         Подпись в договоре поставки № 149 от 12.12.2020 и счете-фактуре(универсальном передаточном документе) № 147 от 14.12.2020 выполнена СмердовойОльгой Владимировной или иным лицом?

2)         Являются ли оттиски печати в договоре поставки № 149 от 12.12.2020 и счете-фактуре (универсальном передаточном документе) № 147 от 14.12.2020 идентичными представленным для исследования? Соответствуют ли оттиски печати в договоре поставки № 149 от 12.12.2020 и счете-фактуре (универсальном передаточном документе) № 147 от 14.12.2020 оттискам печати, принадлежащим индивидуальномупредпринимателю ФИО1?

В заключении № 8042 от 02.02.2024 экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, сделаны нижеследующие выводы.

По первому вопросу: «Изображение подписи в «договоре поставки № 149 от 12.12.2020» имеет признаки технической подделки документа - «монтажа», что в соответствии с применённой почерковедческой методикой запрещает проведение дальнейшего исследования по установлению её исполнителя. Две подписи в «счёте-фактуре (универсальном передаточном документе) № 147 от 14.12.2020», с которой получена, представленная на исследование копия, выполнена не ФИО1, а иным лицом.».

По второму вопросу: «Оттиски печати в «договоре поставки № 149 от 12.12.2020» и «счёте-фактуре (универсальном передаточном документе) № 147 от 14.12.2020», с которых получены представленные на исследование копии, и оттиски печатей ИП ФИО1, представленные в качестве сравнительного материала - проставлены с разных печатных форм».

Судебная коллегия приходит к выводу, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит сведения об эксперте, оценку результатов исследования и обоснование выводов по поставленным вопросам, подпись эксперта удостоверены печатью учреждения. Процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, заключение эксперта соответствует предъявляемым законом требованиям, оснований для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством по делу не имеется. В экспертном заключении отсутствуют какие-либо неясности, выводы эксперта являются однозначными и не содержат противоречий, подтверждаются другими доказательствами по делу. Эксперт, которому было поручено проведение экспертизы и который подписал экспертное заключение, обладает специальными познаниями, выводы эксперта являются достоверными.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования качества и объема выполненных работ или неправильном ее применении, а также доказательств, свидетельствующих о том, что эксперт пришел к неправильным выводам, иными лицами, участвующими в обособленном споре не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы о том, что заключение эксперта является ненадлежащим доказательством, поскольку исследованы копии документов, подлежат отклонению.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.03.2017 по делу №20-КГ16-21, действующее законодательство не запрещает проводить почерковедческую экспертизу на основании копий документов. Вопрос о достаточности и пригодности предоставленных образцов для исследования экспертом, как и вопрос о методике проведения экспертизы применительно к вопросам, поставленным в постановлении о назначении экспертизы, относится к компетенции лица, проводящего экспертизу.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования качества и объема выполненных работ или неправильном ее применении, а так же доказательств, свидетельствующих о том, что эксперт пришел к неправильным выводам, ФИО3 не представлено.

Кроме того, определениями Арбитражного суда Краснодарского края от 26.01.2023, 23.03.2023, 05.04.2023, 18.05.2023, 12.07.2023, 23.08.2023, 25.10.2023 ООО «Агат» и ФИО3 предложено представить подлинные документы по договору поставки №149 от 12.12.2020.

Вышеназванные определения не исполнены.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2024 также предложено ООО «Агат» представить подлинник договора поставки от 12.12.2020 № 149, УПД от 14.12.2020 № 147, заявки, направленные ИП ФИО1 в рамках договора (пункт 2.2, 2.3); доказательства направления счета (пункт 2.4, 2.5), транспортную накладную, сведения о транспортном средстве, на котором 14.12.2020 была вывезена арматура с места хранения, журнал охраны с фиксацией сведений о ТС, дате, времени заезда и выезда с территории, сведения о наличии помещений для хранения арматуры, подтвердив указанное соответствующими доказательствами (договор аренды, выписки из ЕГРН о праве собственности и т.д.), кем осуществлялась доставка, если поставщиком, что представить доказательства наличия транспортных средств в собственности, в аренде, водителей в штате, адрес погрузки и отгрузки товара, сведения о режиме налогообложения, отражалась ли задолженность ИП ФИО1 в бухгалтерской отчетности ООО «Агат», имелись ли иные договорные отношения с ИП ФИО1

Определение суда апелляционной инстанции от 13.08.2024 также не исполнено.

В силу части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Изложенные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к правильному выводу о том, что установленные обстоятельства отсутствия передвижения товара от поставщика к покупателю, возможности хранения, погрузки/разгрузки, перевозки товара (металлопрокат) в совокупности свидетельствует об отсутствии реальности поставки.

Поскольку экспертным путем подтвержден факт подписания договора поставки и УПД неустановленным лицом в отсутствие надлежащих полномочий, доказательства последующего одобрения сделки также отсутствуют, суд первой инстанции пришел верному к выводу, что договор поставки и УПД к нему являются недействительными ввиду порока воли.

Из заявления также следует, что должник просит признать недействительным договор уступки права требования задолженности по договору поставки.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации  РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» в силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования.

В силу пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации  уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

Согласно статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из смысла статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации  следует, что существенным условием договора уступки права требования является обязательство, на основании которого возникло право первоначального кредитора к должнику.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» в силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования.

Поскольку уступаемое требование не существовало в момент уступки, суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности договора уступки.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2024 по делу № А32-44524/2021оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова


Судьи                                                                                                                Я.А. Демина


                                                                                                                           Г.А. Сурмалян