Постановление от 3 мая 2024 г. по делу № А07-39318/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД





ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-2181/2024
г. Челябинск
03 мая 2024 года
Дело № А07-39318/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 мая 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаксиной Н.Г.,

судей Арямова А.А., Корсаковой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Козельской Е.М., рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем веб-конференции апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25 декабря 2023 года по делу № А07-39318/2022.

В заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 19.11.2022, диплом); ФИО3 (паспорт, доверенность от 19.11.2022, диплом);

индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 01.02.2024, диплом).


Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ответчик, ИП ФИО4) об обязании прекратить использование обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа», сходных до степени смешения с товарным знаком «ОПТРОЗ», путем удаления их с рекламы, вывесок, документации и в сети Интернет, о взыскании компенсации в размере 100 000 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб.

Решением арбитражного суда первой инстанции от 25.12.2023 (резолютивная часть решения объявлена 20.12.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано.

ИП ФИО1 (далее также – податель жалобы) не согласился с вынесенным решением и обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда отменить полностью и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы (с учетом дополнений) указывает, что суд не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела. Суд пришел к неправильному выводу о том, что у сравниваемых обозначений отсутствует сходство по фонетическому (звуковому) и графическому (визуальному) критерию, при этом установлена высокая степень сходства по семантическому (смысловому) критерию.

Судом сделан неправильный вывод о том, что словесные элементы «ОПТ» и «РОЗ» используются отдельно от других изобразительных элементов товарного знака и являются общепринятыми понятиями. В то время как товарный знак «ОПТРОЗ» зарегистрирован как товарный знак с дискламацией и является охраноспособным.

Таким образом, арбитражный суд, оценивая схожесть спорных наименований, не принял во внимание методологию определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте, а именно приказ Министерства экономического развития Российской Федерации №482 от 20.07.2015 и пункт 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 23.04.2019. При этом ответчиком не оспаривается схожесть товарного знака «ОПТРОЗ» по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным), смысловым (семантическим) признакам используемой ИП ФИО4 обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа».

Судом сделан ошибочный вывод относительно представленных ответчиком доказательств о фактическом использовании ИП ФИО1 товарного знака с 14.03.2022. При этом истцом представлены доказательства фактического использования им товарного знака «ОПТРОЗ», его развития, расходов на рекламу, о степени узнаваемости. Судом не исследованы представленные доказательства.

Считает, что в целях наиболее полного и правильного рассмотрения дела и формирования единообразной судебной практики необходимо принять во внимание выводы Суда по интеллектуальным правам в постановлении по делу №А07-39317/2022 по иску ИП ФИО1 о защите исключительного права на товарный знак «ОПТРОЗ» к иному ответчику.

По ходатайству истца рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось определением от 14.03.2024 до 11.04.2024, а также объявлялся перерыв до 25.04.2024 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после отложения судебного разбирательства определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2024 в составе суда произведена замена судьи Калашника С.Е. на судью Корсакову М.В.

После перерыва в судебном заседании 25.04.2024 представители истца на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили решение суда отменить, жалобу – удовлетворить. Поддержали заявление о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в суде первой инстанции в размере 40 000 руб., почтовых расходов и по оплате государственной пошлины.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, представил письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является правообладателем товарного знака "" по свидетельству Российской Федерации № 886140 от 09.08.2022 (дата приоритета - 14.03.2022). Правовая охрана предоставлена в отношении товаров 31-го класса "бутоньерки из живых цветов; венки из живых цветов; гирлянды из живых цветов; деревья; деревья пальмовые; живые растения и цветы; композиции из цветов; кустарники; кусты розовые; луковицы цветов; рассада; растения; растения алоэ древовидного; растения засушенные для декоративных целей; стволы деревьев; травы пряновкусовые необработанные; цветы живые; цветы засушенные для декоративных целей.", услуг 35-го класса "услуги снабженческие для третьих лиц [закупка и обеспечение предпринимателей товарами]; услуги по розничной и оптовой продаже цветов, в том числе и через Интернет; услуги по розничной и оптовой продаже товаров, в том числе и через Интернет; 39-го класса "доставка цветов; доставка товаров; услуги курьеров по доставке цветов и товаров." Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ).

Истцом обнаружен факт незаконного использования ответчиком обозначения «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» в коммерческих целях при реализации цветочной продукции на вывесках торговой точки, расположенной по адресу: <...>, в рекламе в сети Интернет:

1) https://2gis.ru/ufa/geo/7000Q001054448887,

2) https://instagram.com/optroza ufa?igshid=Y2ZmNzgOYzQ=.

Истец считает, что использование ИП ФИО4 обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» неправомерно и вводит в заблуждение потребителей относительно продажи в сети магазинов «ОПТРОЗ» товаров под товарным знаком «ОПТРОЗ».

Полагая, что ответчик нарушил исключительное право на товарный знак № 886140, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия сходства сравниваемых товарного знака и обозначений, используемых ответчиком.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) товарные знаки являются приравненными к результатам интеллектуальной деятельности средствами индивидуализации товаров и услуг, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу статьи 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Основные правовые подходы, касающиеся упомянутой методологии, сформулированы в оспариваемом решении суда на основе практики применения ГК РФ, Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), разъяснений, содержащихся в Постановлении № 10.

Руководствуясь указанными положениями, суд первой инстанции пришел к выводу, что обозначения «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» и «ОПТРОЗ»:

- с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не воспринимается как принадлежащие одному производителю;

- не являются тождественными или сходными до степени смешения по фонетическому признаку сходства словесных элементов, поскольку имеют в своем составе разное количество букв и звуков: [оптрозуфа] и [оптроз];

- не совпадают по графическому изображению, что является определяющим для оценки сходства.

Таким образом, суд посчитал недоказанным факт того, что использование ответчиком обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» объективно создает возможность смешения их деятельности в сознании потребителей, и может повлиять на падение продаж истца.

То есть, тождества или сходства до степени смешения не установлено.

Между тем, руководствуясь правилами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции соответствующая методология установления сходства спорного товарного знака и обозначений, используемых ответчиком, нарушена, в результате чего выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.

Сравнив обозначения «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» и спорный товарный знак «ОПТРОЗ», суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что у сравниваемых обозначений высокая степень сходства по семантическому критерию, фонетическому и графическому критериям.

Вышеуказанные обозначения и спорный товарный знак являются тождественными или сходными по фонетическому признаку сходства, поскольку имеется полное вхождение спорного товарного знака в обозначения, используемые ответчиком.

При этом суд апелляционной инстанции полагает, что для звукового восприятия и смешения обозначений «на слух» потребителем не имеет ключевого значения количество букв и звуков. Следовательно, вывод суда о полном отсутствии сходства по фонетическому критерию являются преждевременным.

Также следует, признать необоснованным вывод суда об отсутствии графического сходства, поскольку следует принимать во внимание выполнение спорного товарного знака и обозначений ответчика буквами кириллического алфавита в отсутствие каких-либо особенностей их проработки.

Кроме того, суд первой инстанции не исследовал вопрос об однородности товаров/услуг и не принял во внимание методологические подходы, изложенные в пункте 162 Постановления № 10, согласно которым однородность товаров/услуг устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара/услуги представления о принадлежности этих товаров одному производителю (оказания услуги одним лицом). При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что истец и ответчик используют свои обозначения и товарный знак при реализации цветочной продукции через магазины в границах городского округа город Уфа.

Так судом установлено, что ответчик осуществляет деятельность цветочного магазина «ОптРозУфа» по адресу: <...>, которая начата ответчиком в июне 2021 года, в доказательство чего представлен договор аренды от 13.06.2021 № 5- 13/06/21, заключенный между ИП ФИО6 и ИП ФИО4 (т. 1 л.д. 69-76).

Согласно условиям договора во временное пользование передано имущество – торговый павильон общей площадью 33 кв.м., находящийся по адресу: <...>. Согласно пункту 2.2 договора аренды арендатор обязан использовать имущество исключительно по его назначению для розничной продажи цветов. Договор заключен сроком на 5 лет, до 13.06.2026. В социальных сетях был заведен аккаунт магазина в июле 2021 года (о чем ответчиком представлены скриншоты страниц сети Интернет, т. 1 л.д.80- 81).

Согласно представленным истцом доказательствам истец ведет деятельность с соответствующим ОКВЭД 47.76.1 торговля розничная цветами и другими растениями, семенами и удобрениями в специализированных магазинах с 25.06.2014, что подтверждается выпиской из ЕГРИП.

Кроме того, истцом подтверждены следующие обстоятельства использования обозначения «оптроз»:

- истец в ходе своей деятельности разместил обозначение «Оптроз» в 22 торговых точках и навигационных ресурсах сети Интернет;

- используется сайт с 2012 года по настоящее время с доменным именем optroz.ru, при этом на отдельных страницах данного сайта используется товарный знак истца «ОПТРОЗ»;

- истцом размещены материалы «Оптроз» в медиаплане радиоволны «Радио-Энерджи», а также контекстная реклама за 03.04.2018-06.05.2018 на Яндекс и Гугл ресурсах;

- осуществляется содержание и охрана торговых точек, что подтверждается представленными счетами на оплату от контрагентов с указанием наименования «оптроз».

В подтверждение указанного истцом представлены в материалы дела соответствующие доказательства, в том числе протоколы осмотра доказательств (т.1 л.д. 94, 95-150).

При указанных доказательствах суд апелляционной инстанции считает необоснованным и ошибочным вывод суда о том, что истец не подтвердил использование им спорного товарного знака - с 2016 года или с 2012 года - доменного имени optroz.ru в 2012 году.

При этом довод ответчика о том, что ответчик использовал обозначение «ОптРозУфа» еще до регистрации истцом спорного товарного знака, не подтверждают наличие у ФИО4 прав на использование обозначения после предоставления исключительного права на него истцу.

Как указывалось, при рассмотрении спора следует учитывать, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак (разъяснения пункта 162 Постановления №10).

На основании выше указанного, суд апелляционной инстанции считает вывод суда об отсутствии однородности товаров и, как следствие, вероятности смешения обозначений и спорного товарного знака неправильным, учитывая, что в его основу положено сделанное с нарушением методологических подходов заключение об отсутствии сходства сравниваемых обозначений и средства индивидуализации.

Судебная коллегия также соглашается и с доводами апелляционной жалобы о том, что при отказе в удовлетворении заявленных требований суд исходил из того, что спорные словесные элементы (ОПТ и РОЗ) являются неохраняемыми, поскольку обозначение «ОПТРОЗ» зарегистрировано Роспатентом в качестве товарного знака без дискламации.

То обстоятельство, что в спорных обозначениях в отличие от товарного знака имеется элемент «Уфа» сам по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для применения мер гражданско-правовой защиты/ответственности, поскольку правовая охрана спорному товарному знаку предоставлена на всей территории Российской Федерации.

На основании выше изложенного, оценив представленные в дело доказательства в соответствии с правилами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истцом доказано нарушения его права на товарный знак «ОПТРОЗ» при использовании ответчиком обозначений ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ.

В частности истцом согласно подпунктам 2, 5 части 1 и части 3 статьи 1252, в рамках рассматриваемого дела заявлен иск о защите исключительных прав на результат интеллектуальной деятельности (товарный) путем предъявления следующих требований:

о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

о взыскании компенсации за нарушение указанного права.

На основании указанного в настоящем споре истец просит обязать ответчика прекратить использование обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа», сходных до степени смешения с товарным знаком «ОПТРОЗ», путем удаления их из рекламы, с вывесок, документации и в сети Интернет, а также выплатить денежную компенсацию в размере 100 000 руб.

В силу пункта 3 статьи 1252, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты.

Вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Таким образом, основанием для взыскания компенсации является доказанный факт принадлежности истцу исключительного права (товарного знака) или права на его защиту, использования ответчиком объекта интеллектуального права или сходного до степени смешения обозначения без согласия правообладателя, другими словами - доказанность события правонарушения и установление нарушителя права.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Пунктом 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 установлено, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ, пункт 62 постановления Пленума № 10), исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Аналогичная правовая позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, бремя доказывания наличия обстоятельств, которые необходимо учитывать суду при определении размера компенсации и его снижения ниже пределов, установленных статьей 1252 ГК РФ, возложено на ответчика.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО1 является правообладателем товарного знака по свидетельству №886140 от 09.08.2022, приоритет товарного знака с 14.03.2022, фактическое использование обозначения «ОПТРОЗ» в предпринимательской деятельности истца подтверждено с 2012 года.

Учитывая характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд апелляционной инстанции считает, что компенсация в размере по 100 000 руб. в отношении нарушения прав на товарный знак соответствует степени вины нарушителя.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не оспорен размер заявленной компенсации в суде первой инстанции.

Арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что исковые требования следовало удовлетворить в полном объеме: запретить использование ответчиком обозначений «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа», сходных до степени смешения с товарным знаком «ОПТРОЗ», и взыскать компенсацию за нарушение прав в сумме 100 000 руб.

При этом апелляционной инстанцией отклоняются возражения ответчика о том, что истец злоупотребляет своим правом, его действия направлены на устранение конкурентов, поскольку не усматривает недобросовестности в действиях истца.

Кроме того, вопрос о признании действий правообладателя по приобретению исключительного права актом недобросовестной конкуренции может быть рассмотрен в административном порядке федеральным антимонопольным органом.

Таким образом, суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований о защите прав истца на товарный знак «ОПТРОЗ».

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции следует отменить в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Апелляционную жалобу следует удовлетворить.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы по иску и апелляционной жалобе распределяются судом между сторонами в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям, то есть на ответчика.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Требование о взыскании со стороны понесенных расходов, связанных с рассмотрением дела в суде должно быть подтверждено стороной, обратившейся с таким требованием в суд, документально как в части подтверждения факта оказания конкретной услуги, так и суммы расходов, фактически выплаченной именно за данную услугу, расходы должны быть реальными, экономически оправданными, разумными и соразмерным последствиями, вызванным оспариваемым предметом спора.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика следующих судебных расходов:

- расходы на оплату услуг представителя в суде первой инстанции в размере 40 000 руб.

- по государственной пошлине по иску в сумме 11 208 руб.,

- почтовые расходы 276 руб. 98 коп.

В подтверждение расходов на оплату услуг представителя истец представил Договор на оказание юридических услуг №06/Т от 06.10.2022, задание заказчика к Договору, Соглашение к Договору, согласно которым общая стоимость оказываемых по Договору услуг составляет 80 000 руб. (т.1 л.д.23-31).

В подтверждение исполнения договора в суд апелляционной инстанции представлены акт оказанных услуг №06/Т от 28.12.2023 на сумму 40 000 руб., а также расписки в получении денежных средств от 06.10.2023 (10 000 руб.) и от 28.12.2023 (30 000 руб.).

Указанные расходы на представителя суд апелляционной инстанции признает подтвержденными и соразмерными проделанной представителем работе в суде первой инстанции.

На основании указанного и с учетом критерия разумности судебных расходов и соблюдения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ответчика о несоразмерности заявленных истцом расходов на услуги представителя в суде первой инстанции.

В подтверждение почтовых расходов истцом представлена квитанция (т.1 л.д.20).

Также истцом за рассмотрение иска на основании чеков-ордеров от 21.11.2022 (т.1 л.д.9) уплачена государственная пошлина в сумме 11 208 руб.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску (два требования: денежное и неимущественное) должна составлять 10 000 руб. (4000 руб.+6000 руб.). Следовательно, излишне уплаченная государственная пошлина по иску в размере 1208 руб. подлежит возврату истцу согласно статье 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Поскольку апелляционная жалоба истца подлежит удовлетворению, в его пользу взыскиваются судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляции – 3000 руб.

На основании выше изложенного заявление истца о взыскании судебных расходов по первой инстанции подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25 декабря 2023 года по делу № А07-39318/2022 отменить.

Иск удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) компенсацию за незаконное использование товарного знака «ОПТРОЗ» в размере 100 000 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя в суде первой инстанции в размере 40 000 руб. по государственной пошлине по иску и апелляционной жалобе в сумме 13 000 руб., почтовые расходы 276 руб. 98 коп.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП <***>) прекратить использование обозначения «ОптРозУфа», «ОптрозаУфа» либо сходных до степени смешения обозначений с товарным знаком «ОПТРОЗ» №886140.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1208 руб., уплаченную по чеку-ордеру ПАО Сбербанк Башкирское отделение № 8598/214 от 21 ноября 2022 года.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Н.Г. Плаксина


Судьи А.А. Арямов


М.В. Корсакова