Постановление от 28 декабря 2022 г. по делу № А45-18474/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск Дело № А45-18474/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2022 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


ФИО1


судей


Дубовика В.С.



ФИО2


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карташовой Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании, апелляционную жалобу ФИО3 (№ 07АП-8070/21(3)) на решение от 30.09.2022 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18474/2021 (судья Мельникова А.О.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ" о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Строительная Фирма "ТЕК",

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью строительная фирма "ТЕК"

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО3: ФИО3, ФИО5, доверенность от 07.09.2021,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

09.07.2021 через систему «Мой Арбитр» в Арбитражный суд Новосибирской области поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ" (далее по тексту "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ", истец) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Строительная Фирма "ТЕК" и взыскании солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ" 13 351 697 руб. 26 коп.

Определением суда от 19.07.2021 к участию в деле привлечено в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ООО Строительная фирма «ТЕК» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Решением от 30.09.2022 Арбитражный суд Новосибирской области исковое заявление ООО "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ" о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворил частично. Привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СФ "ТЕК" ФИО3. Взыскал с ФИО3 в пользу ООО "СПЕЦМОНТАЖСТРОЙ" в порядке субсидиарной ответственности в размере 13 351 697 руб. 26 коп. и 80 000 руб. в возмещение судебных расходов по оплате судебной экспертизы. Взыскал с ФИО3 в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 89 758 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что оплата в пользу ФИО6 была проведена в безналичной форме с расчетного счета ООО СФ «ТЭК». Оказание услуг ФИО6 подтверждено доказательствами. Не доказано, что невозможность погашения задолженности произошла вследствие действий ФИО3 Номинальный характер руководства ФИО4 не доказан. Судом не дана оценка представленным ответчиком доказательствам. Оснований для обращения с заявлением о банкротстве в 2019 году отсутствовала, поскольку общество вело хозяйственную деятельность. Судом допущены процессуальные нарушения.

ФИО4, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО3 представил возражения на отзыв.

В судебном заседании ФИО3, представитель ФИО3, поддержали доводы апелляционной жалобы, просили решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из доказанности оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 13 351 697 руб. 26 коп.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 1 статьи 61.19 и пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в случае прекращения производства по делу о банкротстве, заявитель в деле о банкротстве вправе обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) судам даны следующие разъяснения, по смыслу п.п. 3 и 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абз. 8 п. 1 ст.57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (п. 3 ст. 4 Закона № 266-ФЗ).

Поскольку заявление обществом подано после 01.07.2017, то его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пп. 1 и пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: - являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; - имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, когда: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из перечисленных в указанном пункте обстоятельств, в частности на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов.

В соответствии с п. 25 Постановления № 53, согласно взаимосвязанным положениям подп. 5 п. 2, п. 1 ст.61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства. Как следует из материалов дела, на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения в единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) на основании представленных таким юридическим лицом документов (п. 5 ч.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В случае, если по результатам проведения проверки достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, установлена недостоверность содержащихся в нем сведений о юридическом лице, регистрирующий орган направляет юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без доверенности от имени указанного юридического лица (в том числе по адресу электронной почты указанного юридического лица при наличии таких сведений в едином государственном реестре юридических лиц), уведомление о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений.

В случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, а также в случае, если представленные юридическим лицом документы не свидетельствуют о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности, регистрирующий орган вносит в ЕГРЮЛ запись о недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице.

Из материалов дела следует, что 22.12.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице ООО Строительная фирма «ТЕК» в связи с тем, что общество не находится по юридическому адресу, содержащемуся в ЕГРЮЛ.

28.06.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Судом установлено, что задолженность перед истцом образовалась за работы, выполненные в 2018 году. Последний платеж в пользу истца произведен 13.08.2019.

Из представленной в дело банковской выписки следует, что с мая 2019 года ФИО3 вносил на счет общества займы и взносы, которые в эти же даты были направлены на погашение кредитных обязательств и обязательств перед бюджетом.

При этом, очевидно, что полномасштабной хозяйственной деятельности Общество уже не вело.

16.12.2019 ФИО3 произвел отчуждение доли общества ФИО4, при этом, деятельность обществом уже не велась, документация последующему руководителю не передавалась, что позволяет прийти к выводу о том, что ФИО4 являлся номинальным руководителем общества и фактически к управлению обществом не приступал.

Доводы подателя жалобы о том, что номинальный характер руководства ФИО4 не доказан, судом апелляционной инстанции не могут быть признаны обоснованными в отсутствии допустимых доказательств, с учетом фактически установленных обстоятельств настоящего дела.

При этом, каких-либо убедительных пояснений относительно экономического интереса в приобретении доли в обществе, у которого имелась лишь кредиторская задолженность в значительном объеме, как и убедительных пояснений относительно целесообразности продажи такой доли в обществе, которое свою деятельность фактически прекратило, в материалы дела не представлено.

ФИО3 с момента создания общества являлся его директором и единственным учредителем.

Таким образом, суд обоснованно указал, что учитывая, что документация общества фактически не передавалась, вся кредиторская задолженность образовалась в период деятельности ФИО3 в качестве руководителя и учредителя должника, ФИО4 фактически не приступал к исполнению обязанностей директора, компания дальнейшую деятельность не осуществляла, действия по продаже доли в обществе номинальному руководителю можно объяснить желанием избежать оплаты задолженности перед кредиторами, в частности истца, и уклониться от возможной субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Строительная фирма «ТЕК».

При этом судом принято во внимание, что ответчиком не внесены подлежащие обязательному включению в соответствии с Федеральным законом сведения о достоверном юридическом адресе общества.

Учитывая, что фактическим бенефициаром общества являлся ФИО3, именно на него, должна быть возложена обязанность по необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений.

Данное поведение свидетельствует о неразумном или недобросовестном поведении, как руководителя ООО Строительная фирма «ТЕК», что влечет за собой следующие последствия: затрудняет принудительное исполнение судебных актов и исполнительных документов о взыскании с ООО Строительная фирма «ТЕК» задолженности, штрафных санкций и т.д. (в том числе задолженности, взысканной в пользу ООО «Спецмонтажстрой»); делает невозможным установление места нахождения имущества и документации ООО Строительная фирма «ТЕК», а, следовательно, и обращение взыскания на имущество с целью удовлетворения требований кредиторов; внесение в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности адреса юридического лица влечет последующее исключение его из ЕГРЮЛ (п. «б» ч.5 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), что еще сильнее затруднит или сделает невозможным удовлетворение требований кредиторов.

Следовательно, действие ФИО3 по продаже доли в обществе, его бездействие по не устранению недостоверности сведений об адресе должника, после фактического прекращения деятельности организации, сокрытие от контрагентов самого факта прекращения деятельности, направлено на создание условий невозможности для кредитора ООО «Спецмонтажстрой» получить встречное исполнение от должника (в том числе путем обращения взыскания на его имущество).

Доказательств того, что ФИО3, как добросовестным руководителем, проявлена та степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры как для исполнения обществом договорных обязательств перед истцом, так и для исполнения судебного акта о взыскании спорной задолженности, не представлено.

Доказательств наличия разработанного плана по выходу из ситуации кризиса также в дело не представлено.

ФИО4 указывая, что общество намеревалось вести хозяйственную деятельность в 2020 году представил в дело акт передачи высотного репера от 21.05.2020.

Между тем, документов, подтверждающих основание передачи репера, предполагаемого объема работ и цены договора в дело не представлено, в связи с чем, данный акт не может быть принят судом во внимание в качестве доказательства принятия всех исчерпывающих мер для выхода из кризисной ситуации и проведении мероприятий в целях погашения задолженности перед кредитором.

Фактически, после появления задолженности перед кредитором, Общество прекратило вести хозяйственную деятельность, а в последующем, 100% доли были реализованы иному номинальному лицу.

Следовательно, в данном случае директор и единственный участник общества ФИО3 должен был принять меры к прекращению деятельности юридического лица в установленном законом порядке, приняв решение о его ликвидации и выполнив процедуры, установленные законом.

При таких обстоятельствах, когда директор и единственный участник общества самоустранился от выполнения соответствующих обязанностей, его поведение не может быть квалифицировано как добросовестное и разумное.

Кроме того, судом установлено из открытых источников сети Интернет - данных ресурса БФО, что Общество за 2020 год сдало бухгалтерский баланс с указанием запасов-4312 тыс. руб., 7610 тыс. руб –дебиторская задолженность, 4 тыс. денежные средства, кредиторская задолженность -2 533 тыс.руб., нераспределенная прибыль -9383 тыс.руб. При этом, за 2021 год сдана нулевая отчетность.

Учитывая, что данные сведения формируются на основании информации, представленной составителем отчетности, суд приходит к выводу о том, что предоставляя сведения о нулевом балансе, конечный бенефициар общества стремился создать условия для исключения общества из реестра, минуя процедуру ликвидации.

При этом, сведения о нулевом балансе не могли быть представлены в налоговый орган, в частности по причине наличия по состоянию на 2020 и 2021 задолженности на сумму более 7 млн.руб. перед ООО «Спецмонтажстрой».

В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что невозможность полного погашения требований истца напрямую связана с недостоверностью сведений, подлежащих отражению в ЕГРЮЛ ответчиком, намеренным сокрытием им информации о его действительном имущественном состоянии путем предоставления недостоверной отчетности и сокрытия реального места нахождения общества, в связи с чем признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

При этом указав. что ФИО4 являлся номинальным руководителем, к обязанностям директора и учредителя не приступал, что в том числе, подтверждается отсутствием факта передачи документации от ФИО3, в связи с чем, оснований для привлечения ФИО4 суд не усматривает.

Рассматривая доводы истца о том, что в период с 10.01.2018 по 14.03.2019 произведены платежи в счет пополнения карты ФИО3 в общем размере 5 412 000 руб.; при проведении данных платежей банком с общества взималась комиссия в общей сумме 135 300 руб., судом установлено следующее.

Между банком ПАО «Левобережный» и ООО Строительная фирма «ТЕК» в лице директора ФИО3 был заключен договор банковского счета «Master-Card –Золотая корона» от 26.03.2013, по условиям которого Банк открывает Клиенту картсчет для осуществления операций с использованием корпоративных карт №40702810409071000750*5778, в валюте Российской Федерации и выдает представителям Клиента комбрендовые корпоративные карты «Master-Card – Золотая корона».

В соответствии с пунктом 2.2 указанного договора, в назначении платежа платежного поручения на перечисление денежных средств для пополнения картсчета Клиента указывается номер картсчета, Ф.И.О. представителя Клиента.

Таким образом, указание в назначении платежа «пополнение карты №6895778 ФИО3» согласуется с условиями договора, в связи с чем, следует признать принадлежность карты самому обществу, а не лично ФИО3

В обоснование расходования денежных средств в заявленной сумме 5 412 000 руб. на хозяйственные нужды общества ФИО3 в дело представлены авансовые отчеты, договор аренды строительного специального инструмента и бытовых помещений от 01.03.2018, заключенный с ООО «Компания ЛТК», акты, квитанции к приходным кассовым ордерам договоры аренды транспортного средства (автомобиля) без экипажа от 19.01.2018, заключенные между ООО Строительная фирма «ТЕК» в лице директора ФИО3 и ФИО3, чеки на ГСМ, иные кассовые чеки, путевые листы и т.д.

В рамках проверки заявления о фальсификации документов, судом получено экспертное заключение, в котором экспертом сделаны следующие выводы: -документы: договор аренды строительного специального инструмента и бытовых помещений от 01 марта 2018 года; договор №2 аренды транспортного средства (автомобиля) без экипажа от 19 января 2018 года; авансовый отчёт №3 от 31.03.2018 года, вероятно, с учётом отсутствия явных признаков локального агрессивного воздействия, соответствуют датам, указанным в них. Дать ответ в категоричной форме, не представляется возможным, по причине наличия признаков агрессивного воздействия. Ответить на вопрос «Соответствует ли дата фактического изготовления последнего листа договора №1 аренды транспортного средства (автомобиля) без экипажа от 19 января 2018г., дате, указанной в документе? Если не соответствуют, определить период времени его изготовления», не представляется возможным, по причине наличия явных признаков локального агрессивного воздействия, выразившегося в значительном разбросе установленных временных периодов проставления подписей в документе. Установить интенсивность агрессивного воздействия на документы, не представляется возможным, по причине отсутствия разработанных научно-обоснованных методов и методик.

Представленное экспертное заключение с учетом возражений сторон и дополнительных пояснений эксперта, суд признал мотивированным, эксперт ответил на поставленные судом вопросы, дополнительно дал пояснения в судебном заседании и в письменном виде. Само по себе несогласие с выводами эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не является основанием для назначения повторной экспертизы.

Принимая во внимание вероятностные выводы эксперта, невозможность определить точную дату составления документов, представленных для экспертизы, учитывая, что к авансовым отчетам, о фальсификации которых заявлено, приложена иная документация, не оспоренная кредитором, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств.

Между тем, совокупный анализ представленных в дело документов, указывает на то, что доказательства передачи строительного инструмента во исполнение договора аренды строительного специального инструмента и бытовых помещений от 01.03.2018 отсутствуют.

В дело представлен лишь акт приема -передачи строительного специального инструмента и бытовых помещений от 04.03.2021, который составлен по прошествии трех лет с даты заключения основного договора.

Представленные ответчиком путевые листы к договорам аренды транспортного средства (автомобиля) без экипажа от 19.01.2018 №1 и №2 не содержат необходимых и обязательных сведений.

Учитывая, что целью составления путевого листа является, в том числе подтверждение обоснованности расхода ГСМ, отсутствие в путевом листе информации о конкретном месте следования не позволяет судить о факте использования автомобиля сотрудниками организации в служебных целях.

Кроме того, договоры аренды транспортных средств были заключены с собственником ФИО3

При этом, при наличии задолженности перед независимым контрагентом, последний в условиях недостаточности имущества у организации (о чем свидетельствует наличие в настоящее время неисполненного обязательства по судебному акту) производил в первую очередь оплату в свой адрес (исходя из анализа авансовых отчетов).

Авансовый отчет от 28.02.2018 содержит квитанции от 03.02.2018 от 02.03.2018 на сумму 8 100 руб. и 8 053 руб. в качестве оформления полиса ОСАГО, диагностической карты. В свою очередь, оснований полагать, что данные расходы могут быть отнесены к хозяйственной деятельности Общества у суда не имеется, поскольку доказательств наличия транспортных средств в собственности Общества в дело не представлено, при этом, из договоров аренды транспортных средств №1 и №2 от 19.01.2018 следует, что все расходы по страхованию автомобилей, арендодатель –ФИО3 несет самостоятельно.

Таким образом, расходы в сумме 16 153 руб. не могли быть учтены в авансовом отчете.

Не могли быть учтены в авансовых отчетах также и денежные средства в качестве возврата подотчета от ФИО3, которые поступили от него Обществу с назначением платежа в качестве выдачи займа от учредителя и взноса на общую сумму 1 006 500 руб., поскольку доказательств изменения назначения платежа не представлено.

Кроме того не представлено суду и экономической целесообразности снятия денежных средств с корпоративной карты с взиманием комиссии в целях последующей оплаты каких-либо услуг наличными денежными средствами, доказательств невозможности приобретения товаров и услуг путем безналичного перечисления.

Обоснованность доводов истца о необоснованном расходовании денежных средств Общества в пользу ИП ФИО6, судом проверена, данные доводы были правомерно отклонены.

Как установлено судом, перечисления в пользу ИП ФИО6 за период с 24.04.2018 по 21.12.2018 на общую сумму 3 665 800 руб. были совершены в рамках договора об оказании автомобильных услуг от 05.04.2018, заключенного между ИП ФИО6 (ОГРНИП 313548307000046, ОКВЭД 49.4 деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам, исполнитель) и ООО Строительная фирма «ТЕК» (заказчик), по условиям которого исполнитель обязался осуществлять грузовые перевозки на собственном транспорте, а также погрузо-разгрузочные работы по поручению заказчика, а заказчик обязался оплатить предоставляемые транспортные услуги в порядке и сроки, предусмотренные договором (т.2 л.д.125-126).

Стоимость услуг определена в размере 1 машино/час -2000 руб. без НДС, включая стоимость погрузо-разгрузочных работ.

По условиям договора исполнитель обязался осуществить перевозку грузов заказчика транспортными средствами Volvo VNL 64 N420 Е423УХ54, Schmitz S3, Shacman SX3316 DT 366 E994 XP154.

В подтверждение факта оказания услуг в дело представлены УПД, акты оказанных услуг за период с 23.04.2018 по 21.12.2018, подписанные сторонами и скрепленные печатями организаций.

По запросу суда представлены сведения из ГИБДД подтверждающие нахождение транспортных средств в собственности Черновой.

При таких обстоятельствах отсутствие путевых листов не может быть поставлено в вину ответчику, поскольку обязанность по хранению таковых не может быть возложена на ФИО3

Также судом отклонены доводы истца о необоснованном перечислении заработной платы в период с 10.01.2018 по 30.05.2019. Судом установлено, что ФИО3 осуществлялись перечисления заработной платы в общей сумме 4 450 787 руб. 50 коп. В подтверждение обоснованности производимых перечислений в дело представлены расчетные ведомости и реестры на начисления.

По запросу суда налоговым органом в дело представлены декларации по форме 2-НДФЛ, из анализа которых усматривается соответствие между представленными ответчиком и налоговым органов документов.

Отсутствие в представленных трудовых договорах с работниками размера оплаты труда, при наличии в совокупности доказательств фактической оплаты такового, наличием доказательств производимых обязательных отчислений, отсутствие доказательств завышенной оплаты труда, не свидетельствует с достоверностью о необоснованном перечислении денежных средств.

Между тем, судом установлено, что расходы, отраженные в представленных авансовых отчетах в части возврата ФИО3 денежных средств в подотчет в качестве возвратов займа, расходы по договорам аренды транспортных средств и инструмента с достоверностью не подтверждены, что свидетельствует о безосновательном снятии денежных средств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Оценив представленные доказательства, установив, что директор должника знал о наличии неисполненных обязательств с нарушенным сроком исполнения (их неисполнении на конец 2018 года), в отсутствие достоверных доказательств разумности ожиданий того, что должник сможет погасить накопленные неисполненные денежные обязательства в размере более чем 7 млн.руб., суд пришел выводу о наличии оснований для подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом не позднее первого квартала 2019 года.

Между тем, после указанной даты у должника не возникло никаких новых обязательств, следовательно, сам факт не обращения руководителя должника ФИО3, а в последующем и ФИО4 в суд с заявлением о признании должника банкротом не повлек неблагоприятных последствий для кредиторов и должника. Действий, направленных на наращивание кредиторской задолженности путём принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств учредителями должника не допущено.

При этом, неустойка не подпадает под понятие обязательств, определяемых положениями пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, поскольку не является новым денежным обязательством, так как не имеет нового юридического факта, который бы лежал в основании ее возникновения, а представляет собой финансовые санкции, начисленные на денежные требования по основному обязательству.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности обстоятельств привлечения ФИО3 и ФИО4 по основанию ст.61.12 Закона о банкротстве.

Определяя размер субсидиарной ответственности суд принимает во внимание следующее.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (п. 11 ст.61.11 Закона о банкротстве).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.08.2020 по делу № А45-4133/2020 с ООО Строительная Фирма «ТЕК» в пользу ООО «Спецмонтажстрой» взыскана задолженность за выполненные работы в размере 7 315 998 руб. 50 коп., пени с 06.08.2020 до момента фактического исполнения обязательства на сумму долга с применением ставки 0,25 %.

Учитывая, что ООО Строительная Фирма «ТЕК» обязательство до сих пор не исполнено, истцом рассчитана пеня за период с 06.08.2020 по 01.07.2021 в размере 6 035 698 руб. 76 коп.

Расчет судом проверен и признан верным, контррасчет не представлен.

Ссылка подателя жалобы о том, что неустойка возникла после прекращения полномочий директора, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании норм права, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего спора.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности истцом оснований для привлечения руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Строительная Фирма «ТЕК» в размере 13 351 697 руб. 26 коп.

Отклоняя довод заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции не указал в оспариваемом решении мотивы, по которым отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы подателя жалобы, суд апелляционной инстанции указывает, что судом первой инстанции оценены все фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, входящие в предмет доказывания по данному делу. Апелляционный суд не усматривает в обжалуемом определении нарушение судом первой инстанции положений статьи 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 30.09.2022 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18474/2021 оставить без изменений, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


ФИО1


Судьи



ФИО7

ФИО2