Постановление от 18 июня 2018 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-44930/2017
19 июня 2018 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июня 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Казарян К.Г.

судей Слобожанина В.Б., Сотов И.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Панковой Н.А.,

от истца: представитель ФИО1 по доверенности от 22.01.2018, представитель ФИО2 по доверенности от 09.04.2018,

от ответчика 1: ФИО3, представитель ФИО4 по доверенности от 28.04.2017, представитель ФИО5 по доверенности от 28.04.2017,

от ответчика 2: представитель ФИО6 по доверенности от 22.01.2018,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2818/2018) ФИО3 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2017 по делу № А56-44930/2017 (судья Дашковская С.А.), принятое


по иску АО «Руст Россия»

к 1) ФИО3,

2) ЗАО со 100% иностранными инвестициями «РУСТ ИНКОРПОРЭЙТЭД»

о взыскании,

установил:

Акционерное общество «Руст Россия» (далее – истец) как единственный акционер закрытого акционерного общества со 100% иностранными инвестициями «РУСТИНКОРПОРЭЙТЭД» (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу и ФИО3 о признании недействительными приказов Общества от 15.12.2014 №286/5-л и от 15.04.2015 №85-л в части начисления и выплаты премии в общей сумме 4.982.014 руб. ФИО3 и о взыскании с последнего 4.335.222 руб. убытков, причиненных Обществу в период исполнения названным ответчиком обязанностей генерального директора Общества с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2017 по делу №А40-59770/2017 передано для рассмотрения по подсудности в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2017 производство по делу в части требования о признании недействительными приказов в части начисления и выплаты премий ФИО3 прекращено, в части взыскания с ФИО3 задолженности иск удовлетворен.

Судом первой инстанции сделаны выводы о том, что принимая в декабре 2014 года и в апреле 2015 года (в период осуществления функций единоличного исполнительного органа) решение о собственном премировании по итогам 2013 года, ФИО3 действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами Общества. Письмо от 15.07.2014 о принятии руководством компании решения о премировании ответчика по результатам деятельности в 2013 году не является доказательством принятия советом директоров или общим собранием акционеров такого решения. Доказательства одобрения действия директора, выразившихся в издании приказов о собственном поощрении, советом директоров либо общим собранием акционеров Общества, суду также не представлены.

Ответчиком – ФИО3 подана апелляционная жалоба, в которой просит решение отменить в части взыскания 4.335.222,00 руб. убытков и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что приказы о премировании изданы во исполнение письма от 15.07.2014, подписанного предыдущим генеральным директором Общества – ФИО7 На дату направления указанного письма ФИО3 занимал в Обществе должность вице-президента по продажам. Аналогичным образом производилось премирование ответчика за предыдущие периоды (2011 год). Решение о премировании принято до назначения ФИО3 генеральным директором. Вопрос корпоративного одобрения премирования не имеет значения, поскольку на момент принятия решения о выплате премии ФИО3 полномочиями генерального директора Общества не обладал. Судом первой инстанции необоснованно не принято в качестве подтверждений позиции ответчика заключение ведущего научного института РФ в области юриспруденции ФГБУН Институт государства и права РАН, подготовленное д.ю.н. профессором ФИО8 и к.ю.н. доцентом ФИО9 Выплата премии была одобрена контролирующим Общество лицом – Р.В. Тарико, что подтверждается протоколами допросов бывших сотрудников Общества (ФИО10 и ФИО7). Одобрение выплаты премии, по мнению подателя жалобы, подтверждается также поступившим ФИО3 предложением о повышении его в должности с увеличением оплаты, отсутствию претензий по премии, выплаченной за 2011, отсутствием претензий при расчете премии, утверждению на общем собрании годовых отчетов и годовой бухгалтерской отчетности за 2014, 2015 года, когда была произведена фактическая выплата премии. Судом не установлен противоправный характер деятельности ответчика, наличие причинно-следственной связи и вины ФИО3 Взыскание убытков с одного ответчика в пользу второго ответчика нарушает принцип законности, предусмотренный статьей 46 АПК РФ. Статус истца как единственного акционера ЗАО «Руст Инк.» не доказан.

При рассмотрении апелляционной жалобы определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018 в судебное заседание вызваны свидетели: ФИО10 и ФИО7.

В судебное заседание 13.04.2018 явилась свидетель ФИО10, сообщила суду сведения по существу рассматриваемого дела, ответила на вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

От свидетеля ФИО7 поступило нотариально заверенное письменное заявление, в котором свидетель известил суд о невозможности явки в судебное заседание 16.04.2018 по непредвиденным семейным обстоятельствам, подтвердил факт подписания им и направления письма от 15.07.2014 о премировании ФИО3 от имени ЗАО «РУСТ ИНК.» с учетом решения о премировании ФИО3 за 2013 год, которое было принято ФИО11 (собственником компании).

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2018 истребованы дополнительные доказательства. В судебное заседание 18.06.2018 в качестве свидетеля вызван ФИО7. Свидетель явку не обеспечил.

В судебном заседании представители ответчика – ФИО3 поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Истец – ЗАО «РУСТ ИНК» просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения по основаниям, изложенным в отзыве и письменных пояснениях, в обоснование указав на то, что полномочиями на премирование генерального директора обладают только коллегиальные органы управления Обществом. Недобросовестность ответчика заключается в том, что он действовал в условиях конфликта интересов между ним и ЗАО «РУСТ ИНК» и не получил одобрения от вышестоящего органа управления. Представленные ответчиком доказательства не опровергают позицию истца.

Представитель Общества поддержал позицию ЗАО «РУСТ ИНК».

Возражений против проверки законности и обоснованности решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы не заявлено. Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения с учетом следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ФИО3 и Обществом 06.06.2011 заключен трудовой договор, в соответствии с которым ФИО3 принят на работу в отдел менеджмента филиала Общества на должность коммерческого директора. Приказом от 22.01.2013 ФИО3 переведен в менеджмент обособленного подразделения в г. Москве на должность генерального директора, заключено соответствующее дополнительное соглашение к трудовому договору. Приказом от 27.01.2014 ФИО3 переведен на должность вице-президента по продажам, с ним также подписано дополнительное соглашение к трудовому договору.

Решением единственного акционера Общества от 12.11.2014 досрочно прекращены полномочия генерального директора Общества ФИО7, на должность генерального директора Общества с 13.11.2014 назначен ФИО3, с которым 13.11.2014 заключено соответствующее дополнительное соглашение к трудовому договору.

На основании дополнительного соглашения к трудовому договору от 31.07.2015 ФИО3 занял должность вице-президента по стратегии, маркетингу и разработке новых продуктов.

Как указано в письменных объяснениях истца, 31.08.2015 ФИО3 уволился из Общества по собственному желанию.

ФИО3 как генеральным директором Общества изданы приказы от 15.12.2014 № 286/5-л и от 15.04.2015 № 85-л о поощрении работников. Приказом от 15.12.2014 № 286/5-л предусмотрена выплата генеральному директору менеджмента обособленного подразделения в г. Москве ФИО3 части годовой премии по итогам работы за 2013 год в размере 2.491.507 руб.

В соответствии с приказом от 15.04.2015 № 85-л генеральному директору менеджмента обособленного подразделения в г. Москве ФИО3 начислена вторая часть премии по итогам работы за 2013 год в сумме 2.491.507 руб., подлежащая перечислению в три этапа (15.04.2015, 15.05.2015 и 15.06.2015) равными суммами.

В счет выплаты указанных премий ответчику перечислено: платежным поручением от 15.12.2014 – 2.167.611,00 руб., платежными поручениями от 15.04.2015, 15.05.2015, 15.06.2015 – по 722.537,00 руб., всего 4.335.222,00 руб.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Порядок образования и компетенция органов юридического лица определяются законом и учредительным документом.

Как указано в статье 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные положения предусмотрены статьей 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», в силу которой члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Исходя из пункта 2 названных разъяснений, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 №12505/11 по делу №А56-1486/2010, вывод о недобросовестности единоличного исполнительного органа может быть сделан и в случае его действий в условиях потенциального конфликта интересов, то есть при наличии серьезных сомнений по поводу того, что он руководствовался исключительно интересами общества, если вопреки ожидаемому поведению абстрактного хорошего генерального директора, названного в пункте 3.1.1 главы 4 Кодекса корпоративного поведения, он не раскрыл акционерам информации о содержании произведенных действий.

Указанные обстоятельства, в свою очередь, не позволяют применить к единоличному исполнительному органу презумпцию добросовестности и переносят на него бремя доказывания.

Издание ответчиком спорных приказов о премировании, и выплата на их основании денежных средств имела место в отношении него самого. Таким образом, действия ФИО3 имели место при наличии его личной заинтересованности, при этом, влекли уменьшение имущественной базы Общества, то есть совершены при наличии потенциального конфликта интересов ФИО3 и Общества, который имел возможность воспользоваться своим должностным положением генерального директора в личных интересах и вопреки интересам Общества. Очевидно, что уменьшение имущественной базы вследствие выплаты денежных средств, противоречит интересам Общества.

Вопреки утверждению подателя апелляционной жалобы, представленные в материалы дела доказательства, не подтверждают наличие у ФИО3 права на издание спорных приказов и обоснованность спорной выплаты.

Согласно положениям статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). То есть, выплата премии, по общему правилу, носит поощрительный характер и должна быть обусловлена соответствующим вкладом работника в деятельность организации – работодателя.

Пунктом 4.2 трудового договора, заключенного с ФИО3, при принятии его на работу в Общество, в отдел менеджмента г. Москва, была предусмотрена возможность выплаты в пользу работника квартальной премии при достижении показателей в размере до 50% квартального оклада до налогообложения (оклад составлял 490.000,00 руб. в месяц). Размер премии подлежал исчислению на основании прогрессивной шкалы в зависимости от степени выполнения плановых показателей по объему продаж, уровню дистрибуции торговых марок компании, дебиторской задолженности, прибыли.

Также была предусмотрена годовая премия по результатам деятельности Компании и деятельности работника, по результатам выполнения им задач, поставленных руководителем на текущий период (в расчет берется сумма окладов за тот период, за который причитается премия). Потенциальная премия подлежала выплате двумя частями – до 40% потенциальной премии за результаты работы в первом полугодии, до 60% потенциальной премии по результатам работы во втором полугодии.

Дополнительным соглашением от 23.01.2013, при переводе ФИО3 на другую должность, пункт 4.2 трудового договора изложен в новой редакции, согласно которой предусмотрена годовая премия по результатам работы Компании, по результатам работы Работника в размере, не превышающем 100% оклада за соответствующий период (700.000,00 руб. в месяц), по результатам выполнения задач, поставленных непосредственным руководителем работника, в порядке, устанавливаемом локальными нормативными актами Общества.

Дополнительным соглашением от 27.01.2014 пункт 4.2 трудового договора изложен в новой редакции, предусмотрена премия в размере 100% от должностного оклада, в зависимости от EBIT и иных экономических показателей.

Между тем, в материалах дела отсутствует расчет суммы спорной премии, которая, как указано ответчиком в приказах, начислена по итогам 2013 года согласно условиям пункта 4.2 трудового договора, из содержания приказов о премировании не следует, что ответчик руководствовался такого рода расчетом.

В материалы дела представлена копия письма от 09.06.2012, адресованная ФИО3, подписанная генеральным директором ЗАО «РУСТ. ИНК» ФИО7 и генеральным директором ООО «РСВ» ФИО12, в котором указано на размер годового вознаграждения ФИО3 за 2011, со ссылкой на выполнение в 2011 году целей Общества на 71% и вклад ФИО3 в развитие бизнеса Алкогольной группы «Русский Стандарт».

Также имеется копия письма от 15.07.2014 в адрес ФИО3, подписанная генеральным директором ЗАО «РУСТ. ИНК» ФИО7, в котором указано на то, что, несмотря на посредственные результаты работы компании в 2013 году, на уровне 78% от плана, принято решение об индивидуальном премировании ФИО3 по итогам года с учетом его успехов и высокой годовой оценки, в размере 4.983.014,00 руб. до налогообложения.

Тем не менее, из материалов дела не следует, что указанное письмо могло являться основанием для издания ФИО3 спорных приказов и самостоятельной выплаты в свою пользу данной суммы.

Письмо от 15.07.2014 носит информационный, а не распорядительный характер. Тогда как из содержания письма о выплате бонуса по итогам 2011 года усматривается, что сроки и порядок выплаты поощрительных сумм определялись при принятии соответствующего решения, что не подразумевало принятия дополнительных актов о выплате премии после получения адресатом извещения о принятом в отношении него решении о премировании.

Кроме того, если такое решение и должно было приниматься, оно должно было быть принято ФИО7, исполнявшим обязанности единоличного исполнительного органа Общества на момент направления ответчику письма о премировании от 15.07.2014, и представлявшего работодателя в правоотношениях между Обществом и ответчиком на указанный момент.

Таким образом, никаких правовых оснований для издания ответчиком, спустя значительное время после получения им письма от 15.07.2014, но после назначения его генеральным директором Общества, приказов о собственном премировании, в том числе на основании письма от 15.04.2014, не имелось. Указанные обстоятельства указывают на то, что издание спорных приказов имело место в связи с приобретением ответчиком статуса единоличного органа управления Обществом и получения возможности, в силу изменившегося должностного положения, обеспечить совершение Обществом действий в собственных интересах, что не может быть расценено как добросовестное поведение руководителя юридического лица. В случае, если решение о премировании ответчика по итогам 2013 года было действительно принято органами управления Обществом, но не исполнено ими, действуя добросовестно, ФИО3 должен был обратиться за защитой своих трудовых прав в общем порядке, предусмотренном положениями закона, регулирующего трудовые правоотношения.

Издавая приказы о собственном премировании, ФИО3 вышел за пределы предоставленных ему полномочий.

Как следует из свидетельских показаний ФИО10, исполнявшей в период осуществления оспариваемых выплат обязанности главного бухгалтера Общества, списки сотрудников Общества, которым начислялась премия, предоставлялись бенефициару ФИО11 и одобрялись им путем проставления подписи в списке. Кроме того, выплата премии одобрялась ревизором Общества ФИО13

Доказательств соблюдения указанного порядка в отношении спорных сумм не представлено. В письме ФИО14 от 15.07.2014 ссылки на соблюдение указанного порядка не имеется.

В соответствии со справкой, приложенной к заключению ревизора ЗАО «РУСТ. ИНК» Хмеля М.Д. за 2015 год, им установлено нарушение единоличным исполнительным директором Общества ФИО3 порядка принятия решений, установленного Уставом Общества, в части корпоративных полномочий, выразившихся в премировании себя генеральным директором, без согласования коллегиальным исполнительным органом Общества.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Расходы по государственной пошлине на основании статьи 110 АПК РФ относятся на подателя апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2017 по делу № А56-44930/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


К.Г. Казарян

Судьи


В.Б. Слобожанина

И.В. Сотов