Постановление от 21 октября 2021 г. по делу № А46-9580/2017

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-9580/2017
21 октября 2021 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дубок О.В.

судей Зориной О.В., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9444/2021) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 19 июля 2021 года по делу № А46-9580/2017 (судья Бацман Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО4, ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Зодчий» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «ДСК «Зодчий» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «ГП «Геомастер» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО3 – лично, личность удостоверена паспортом,

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 05.04.2018 (резолютивная часть от 29.03.2018) индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - должник, ИП ФИО4, ФИО4) признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества сроком на пять месяцев (до 29.08.2018).

Финансовым управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).

Публикация сообщения в соответствии со статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) о введении процедуры реализации имущества гражданина состоялась в газете Газета «Коммерсантъ» № 60 от 07.04.2018.

07.02.2018 финансовый управляющий ФИО3 обратилась с заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности.

С учетом уточнения требования от 09.10.2018 просила признать недействительными сделки по отчуждению транспортных средств - КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253022, государственный регистрационный знак С 067МЕ55); КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253034, государственный регистрационный знак С 065МЕ55); КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264781, государственный регистрационный знак С 322ОО55); транспортного средства - КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264389, государственный регистрационный знак С 323ОО55), оформленных цепочками сделок, применить последствия их недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника двух транспортных средств: КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253022, государственный регистрационный знак С 067МЕ55, КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264389, государственный регистрационный знак С 323ОО55) - ФИО2, и двух транспортных средств - КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264781, государственный регистрационный знак С 322ОО55); транспортного средства - КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264389, государственный регистрационный знак С 323ОО55) - обществом с ограниченной ответственностью «ГК «Зодчий».

Дело было предметом рассмотрения судов апелляционной и кассационной инстанций.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.10.2019 (резолютивная часть от 02.09.2019) определение Арбитражного суда Омской области от 24.01.2019 года по делу № А46-9580/2017 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 отменены. Обособленный спор направлен новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 01.11.2019 судебное заседание по рассмотрению заявления финансового управляющего имуществом ФИО4 - ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности назначено 27.11.2019.

Определением Арбитражного суда Омской области от 04.12.2019 рассмотрение заявления отложено на 17.12.2019, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (далее – ФИО5).

Судебное разбирательство неоднократно откладывалось.

Определением от 16.03.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечен ФИО6 (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда Омской области от 22.06.2020 (резолютивная часть объявлена 16.06.2020) дело № А46-9580/2017 было приостановлено в связи с назначением экспертизы.

28.12.2020 в материалы дела поступило заключение эксперта № 1020/1-3 от 24.12.2020 по делу А46-9580/2017 и заключение эксперта № 1019/2-3 от 28.09.2020 по делу А46- 9580/2017.

Определением Арбитражного суда Омский области от 09.02.2021 суд возобновил производство по делу А46-9580/2017 по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО4 ФИО3 к ФИО4, ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Зодчий» (далее – ООО «ГК «Зодчий»), обществу с ограниченной ответственностью «ДСК «Зодчий» (далее – ООО ДСК «Зодчий») о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В материалы дела от финансового управляющего поступили дополнения, согласно которым просила суд:

1. Признать недействительной сделку по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253022, наименование – самосвал, категория ТС С, год изготовления ТС 2012, модель, номер двигателя 740630С2672985, шасси (рама) № ХТС652003С1253022, кабина 22776284, цвет кузова – оранжевый, паспорт транспортного средства 16 НМ 203098, выдан ОАО «КАМАЗ» 09.08.2012, свидетельство о регистрации ТС 55 серии 26 № 856165, выдано ГИБДД MOTH и РАС ГИБДД УМВД России по Омской области 19.11.2014 г., государственный регистрационный знак С067МЕ55), оформленную посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 02.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 02.06.2017;

- договор купли-продажи № 4 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017.

2. Признать недействительной сделку по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264389, наименование - самосвал, категория ТС С, год изготовления ТС 2012, модель, номер двигателя 740630С2683709, шасси (рама) № ХТС652003С1264389, кабина 2289704, цвет кузова - оранжевый, паспорт транспортного средства 16 НМ 207495, выдан ОАО «КАМАЗ» 08.11.2012, свидетельство о регистрации ТС 55 26 № 856166, выдано ГИБДД MOTH и РАС ГИБДД УМВД России по Омской области 19.11.2014, государственный регистрационный знак С3230055), оформленную посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 02.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 02.06.2017;

- договор купли-продажи № 3 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017.

3. Признать недействительной сделку по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264781, наименование - самосвал, категория ТС С, год изготовления ТС 2012, модель, номер двигателя 740630С2685008, шасси (рама) № ХТС652003С1264781, кабина 2290847, цвет кузова - оранжевый, паспорт транспортного средства 16 НМ 207631, выдан ОАО «КАМАЗ» 08.11.2012, свидетельство о регистрации ТС 55 серии 26 № 856168, выдано ГИБДД MOTH и РАС ГИБДД УМВД России по Омской области 19.11.2014, государственный регистрационный знак С3220055), оформленную посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 01.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 01.06.2017;

- договор купли-продажи № 2 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017;

- договор купли-продажи № 4 от 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий».

- акт приема-передачи транспортного средства от 10.08.2017;

- договор купли-продажи № 37/08- 17КП от 18.08.2017 между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 18.08.2017.

4. Признать недействительной сделку по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253034, наименование - самосвал, категория ТС С, год изготовления ТС 2012, модель, номер двигателя 740630С2673105, шасси (рама) № ХТС652003С1253034, кабина 2275226, цвет кузова - оранжевый, паспорт транспортного средства 16 НМ 203099, выдан ОАО «КАМАЗ» 09.08.2012 г., свидетельство о регистрации ТС 55 серии 26 № 856168, выдано ГИБДД MOTH и РАС ГИБДД УМВД России по Омской области 19.11.2014, государственный регистрационный знак С065МЕ55), оформленную посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 01.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 01.06.2017;

- договор купли-продажи № 1 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017;

- договор купли-продажи № 3 от 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 10.08.2017;

- договор купли-продажи № 36/04- 17КП от 18.08.2017 между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 18.08.2017.

Применить последствия недействительности сделок.

Определением от 15.04.2021 в качестве соответчиков привлечены:

- общество с ограниченной ответственностью «ГП «Геомастер» (далее – ООО «ГП «Геомастер»);

- ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда Омской области от 19.07.2021 (резолютивная часть от 05.07.2021) (далее – обжалуемый судебный акт) заявление финансового управляющего имуществом ФИО4 ФИО3 удовлетворено.

Признаны недействительными сделки по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (государственный регистрационный знак С067МЕ55), оформленные посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 02.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 02.06.2017;

- договор купли-продажи № 4 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017.

Признаны недействительными сделки по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (государственный регистрационный знак С323ОО55), оформленные посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 02.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 02.06.2017;

- договор купли-продажи № 3 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017.

Признаны недействительными сделки по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (государственный регистрационный знак С3220055), оформленные посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 01.06.2017 между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 01.06.2017;

- договор купли-продажи № 2 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017;

- договор купли-продажи № 4 от 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 10.08.2017;

- договор купли-продажи № 37/08-17КП от 18.08.2017 между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 18.08.2017.

Признаны недействительными сделки по отчуждению транспортного средства – КАМАЗ 6520-63 (государственный регистрационный знак С065МЕ55), оформленные посредством взаимосвязанных сделок:

- договор дарения от 17.04.2015 между ФИО4 и ФИО2;

- акт приема-передачи транспортного средства от 17.04.2015;

- договор дарения от 01.06.2017г между ФИО2 и ФИО4;

- акт приема-передачи транспортного средства от 01.06.2017;

- договор купли-продажи № 1 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 05.06.2017;

- договор купли-продажи № 3 от 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 10.08.2017;

- договор купли-продажи № 36/04- 17КП от 18.08.2017 между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий»;

- акт приема-передачи транспортного средства от 18.08.2017.

Применены последствия недействительности сделок в виде возложения на ФИО2 обязанности возвратить в конкурсную массу, формируемую в процедуре реализации имущества ФИО4, транспортные средства – КАМАЗы 6520-63 государственные регистрационные знаки С067МЕ55, С323ОО55.

С ООО «ГП «Геомастер» в конкурсную массу, формируемую в процедуре реализации имущества ФИО4, взысканы денежные средства в сумме 3 000 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 ссылается на следующее:

- ФИО2 является ненадлежащим ответчиком;

- В начале июня 2017 г. КАМАЗы были возвращены ФИО2 ИП ФИО4 на основании договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017. В подтверждение этого в материалы обособленного спора были представлены оригиналы договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017 с актами приема-передачи транспортных средств. КАМАЗы были переданы ФИО2 в собственность ФИО4 в день заключения договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017, что подтверждается актами приема-передачи транспортных средств. По состоянию на 01.06.2017 и 02.06.2017 КАМАЗы находились в г. Санкт-Петербурге и Ленинградской области. Однако договоры дарения от 01.06.2017. и 02.06.2017 были составлены и подписаны в г. Омске, в котором на тот момент находились ФИО2 и ФИО4 Ключи и документы на КАМАЗы были у водителей этих транспортных средств, осуществляющих перевозки грузов в рамках строительной деятельности ООО ГП «Геомастер». Обратное дарение КАМАЗов от ФИО2 в пользу ФИО4 было обусловлено необходимостью продажи данного имущества лично ФИО4 в целях погашения кредиторской задолженности. После заключения договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017 ФИО2 утратил контроль над КАМАЗами. Право собственности на транспортные средства возникло у ФИО4 с даты заключения договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017 и фактического получения КАМАЗов по актам приема-передачи. 05.06.2017. ФИО4 заключила с ООО «УралРесурс» четыре договора купли-продажи на спорные транспортные средства. КАМАЗы были переданы покупателю в день заключения договоров купли-продажи по актам приема-передачи. С момента передачи КАМАЗов должнику ФИО2 больше не являлся их собственником. Наличие в ГИБДД в настоящее время сведений о принадлежности двух КАМАЗов ФИО2 является результатом бездействия должника и ООО «УралРесурс», которые не поставили их на регистрационный учет. К моменту возбуждения производства по делу о банкротстве ФИО4 (23.06.2017) ФИО2 не обладал правами владения, пользования и распоряжения указанными транспортными средствами. В фактическом владении ФИО2 КАМАЗы также не находились;

- отсутствуют основания для признания договоров дарения транспортных средств недействительными сделками;

- дарение транспортных средств ФИО2 от ФИО4 было связано с необходимостью осуществления предпринимательской деятельности и приобщения сына должника к семейному бизнесу, о чем были даны подробные пояснения. Причем пояснения касательно цели заключения оспариваемых сделок давались ответчиком с начала судебного разбирательства по настоящему обособленному спору (отзыв от 15.06.2018 г., пояснения от 27.05.2019 г., отзыв от 28.02.2020 г.). Поэтому несостоятельно утверждение финансового управляющего о том, что «обоснованность дарения транспортных средств коммерческого назначения лицу, являющемуся студентом, заинтересованным лицом не раскрыта»;

- не обоснованно утверждать, что в период совершения оспариваемых сделок ФИО4 перестала исполнять денежные обязательства. Она их исполняла по мере своих финансовых возможностей. Если бы ФИО4 имела преступный умысел на уклонение от уплаты денежных средств контрагентам, ей бы не имело смысла в течение года (с 08.05.2015 по 06.06.2016) ежемесячно выплачивать ФИО7 проценты по займу в общей сумме 6 300 000 руб. Не имел бы смысла и расчет по договорам купли-продажи КАМАЗов с ООО «ИнжГидроСтрой», притом, что должник на протяжении 2014-2015 добровольно уплатил кредитору 7 200 000 руб. из 8 800 000 руб. основного долга;

- смена жительства ФИО4 обусловлена конкретными жизненными обстоятельствами, а не стремлением скрыться от кредиторов;

- необоснованно утверждать, что заключенные ФИО4 сделки с ФИО2 преследовали цель причинения имущественного вреда кредиторам. По крайней мере, при заключении договоров дарения транспортных средств ФИО2 такой цели себе не ставил. Из представленных должником и ответчиком доказательств следует, что еще до предъявления в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом (19.06.2017) КАМАЗы были возвращены ФИО2 в собственность ФИО4 (01.06.2017 и 02.06.2017). Данный факт финансовым управляющим не оспорен. Поскольку ФИО2 добровольно вернул ФИО4 КАМАЗы до возбуждения производства по делу о банкротстве, сделки дарения транспортных средств от 17.04.2015 не причинили имущественного вреда кредиторам должника. В свою очередь добровольный возврат имущества ответчиком в целях его реализации должником для расчетов со своими кредиторами исключает притворный характер сделок и цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. ФИО2 не несет ответственность за действия ФИО4 по дальнейшему отчуждению КАМАЗов;

- договоры дарения от 01.06.2017 г. и 02.06.2017 г. заключены в точном соответствии со ст. 444 ГК РФ, в связи с чем претензии финансового управляющего к месту заключения договоров дарения являются необоснованными;

- инициатива заключения обратных договоров дарения исходила от ФИО8 (отец), который предложил реализовать принадлежащие ФИО2 КАМАЗы в целях погашения кредиторской задолженности ФИО4 Изначально было принято решение реализовать только два КАМАЗа (КАМАЗ 6520- 63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264781, государственный регистрационный знак С 322ОО55), КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253034, государственный регистрационный знак С 065МЕ55)), в связи с чем был заключен договор дарения от 01.06.2017. Однако уже на следующий день (02.06.2017) по инициативе ФИО8 стороны заключили еще один договор дарения на два оставшихся КАМАЗа (КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1253022, государственный регистрационный знак С 067МЕ55), КАМАЗ 6520-63 (идентификационный номер (VIN) ХТС652003С1264389, государственный регистрационный знак С 323ОО55));

- изменение регистрационных данных о собственнике по совершенным сделкам, направленным на отчуждение в отношении зарегистрированных транспортных средств, осуществляется на основании заявления нового собственника (п. 6 раздела I Правил регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утв. Приказом МВД России от 24.11.2008 N 1001 «О порядке регистрации транспортных средств»). Соответственно, 01.06.2017 и 02.06.2017 обязанность по внесению в ГИБДД изменений регистрационных данных в отношении четырех КАМАЗов легла на нового собственника –ФИО4 Однако ФИО4 эту обязанность не исполнила, так как не собиралась владеть КАМАЗами длительное время – транспортные средства почти сразу были отчуждены. Лица, которым перешло право собственности на КАМАЗы после ФИО4 (ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий»), указанную обязанность также не исполнили. Поэтому естественно, что транспортный налог начислялся ФИО2, чье имя было последним в списке собственников КАМАЗов согласно базе данных ГИБДД;

- ФИО2 транспортный налог не уплачивался;

- наличие в базе данных ГИБДД учетной записи о принадлежности КАМАЗов ФИО2 после 01.06.2017 и 02.06.2017, а также дальнейшее начисление транспортного налога не являются обстоятельствами, подтверждающими фактическое обладание ответчиком спорными транспортными средствами после 01.06.2017 и 02.06.2017;

- в ходе нового судебного разбирательства по делу финансовый управляющий не представил новых доказательств в обоснование тезиса о мнимости договоров дарения. Экспертиза документов результатов не дала. Поэтому на текущую дату доводы финансового управляющего о мнимости сделок, как и прежде, сводятся к домыслам, а в ряде случаев основаны на неверном толковании норм права и искажении фактов;

- договор дарения от 01.06.2017 в принципе не может быть признан мнимым, так как последними собственниками КАМАЗов, указанных в этом договоре, являются, согласно сведениям регистрационного учета ГИБДД, ООО «ГК «Зодчий» и ФИО6; соответственно, имеет место юридически установленный факт перехода права собственности на КАМАЗы от ФИО2 к иным лицам;

- финансовый управляющий не доказал наличие единого умысла на вывод активов должника у всех участников оспариваемых сделок. Имеют место только отдельные сделки по отчуждению имущества должника между разными лицами. Но даже если допустить, что такая цепочка сделок имеет место, то договоры дарения с ФИО2 к ней не относятся, так как должник утратил контроль над имуществом в результате юридического совершения сделок с ООО «УралРесурс». Поэтому именно сделки должника с участием ООО «УралРесурс» необходимо анализировать на предмет их недействительности;

- договоры купли-продажи № 1, № 2 от 05.06.2017 г. между ФИО4 и ООО «УралРесурс», а также договоры купли-продажи № 3, № 4 от 10.08.2017 г. между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий» являются притворными сделками, прикрывающими сделку по передаче принадлежащих ФИО4 КАМАЗов между ООО ГП «Геомастер» и ООО «ДСК «Зодчий» (прикрываемая сделка). Именно этим объясняется наличие в акте приема-передачи имущества от 10.08.2017 г. между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий» указания на ИП ФИО4, о чем пишет финансовый управляющий. Заключая договоры купли-продажи КАМАЗов с ООО «УралРесурс», директор ООО «ДСК «Зодчий» Г.Ю. Сварян не собирался их оплачивать, так как осознавал, что транспортные средства передаются его организации от ООО ГП «Геомастер» в счет оплаты за выполненные подрядные работы. Ничтожность прикрывающих сделок в данном случае очевидна. А вот прикрываемая сделка с участием ФИО4, ООО ГП «Геомастер» и ООО «ДСК «Зодчий» является законной, так как, принимая исполнение по договору подряда, ООО «ДСК «Зодчий» не имело права отказаться от принятия такого исполнения;

- возможность истребования в конкурсную массу имущества должника в натуре еще не исчерпана, поэтому взыскание стоимости КАМАЗов с ООО ГП «Геомастер» преждевременно;

- суд необоснованно проигнорировал объяснения ответчика о цели и об обстоятельствах совершения сделок (стр. 2-6, 8-19 отзыва от 28.05.2021) при отсутствии доказательств, опровергающих правдивость этих объяснений; в нарушение п. 6 ч. 1 ст. 185 АПК РФ суд не указал мотивы, по которым отклонил доводы ФИО2;

- вывод суда о том, что отсутствует иной экономический смысл сделок кроме как диверсификация активов должника, не основан на доказательствах, а является внутренним убеждением суда;

- доказывание факта противоправности сделок и осведомленности об этом ответчика только на основании факта родства сторон сделки представляет собой объективное вменение, что недопустимо, исходя из правила привлечения к гражданско-правовой ответственности при наличии вины (ст. 401 ГК РФ);

- делая вывод о принадлежности транспортных средств ФИО2 на основании сведений регистрационного учета ГИБДД, суд необоснованно игнорирует установленное правило о внесении изменений в регистрационные данные по заявлению нового собственника, о чем ФИО2 давались пояснения (стр. 22 отзыва от 28.05.2021);

- возложение судом на ФИО2 обязанности по поиску транспортных средств не соответствует нормам материального права, т.е. незаконно;

- при новом рассмотрении дела ни суд, ни финансовый управляющий не предпринимали каких-либо процессуальных действий, направленных на выяснение судьбы КАМАЗов с гос. номерами С067МЕ55 и С323ОО55;

- в нарушение ст. 71 АПК РФ суд не дал оценки ключевым и по сути единственным новым доказательствам по делу, полученным в ходе повторного судебного разбирательства – заключениям эксперта (ст. 86 АПК РФ), составленным по результатам проведения почерковедческой и технической экспертизы договоров дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017;

- не соответствует фактическим обстоятельствам дела вывод суда о том, что доказательства выбытия транспортных средств с гос. номерами С067МЕ55 и С323ОО55 из владения ФИО2 последним в материалы дела не представлены. Такими доказательствами являются договоры дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017 с актами приема-передачи транспортных средств, достоверность которых вновь не опровергнута;

- недействительность договоров купли-продажи между ФИО4 и ООО «УралРесурс» не свидетельствует о порочности сделки дарения, по которой должник получил имущество, которым затем распорядился;

- указывая на то, что ФИО4 и ФИО2 при проведении формальной проверки контрагента не могли не знать об отсутствии хозяйственной деятельности ООО «УралРесурс», суд причисляет ФИО2 к стороне сделки, что противоречит содержанию договоров купли-продажи от 05.06.2017 г. Доказательства участия ФИО2 в этих сделках отсутствуют;

- если договоры купли-продажи с ООО «УралРесурс» являются мнимыми сделками, то КАМАЗы следует истребовать у ФИО4 как у стороны сделки или у ООО «ГП «Геомастер», в производственной деятельности которого они эксплуатировались. Возложение обязанности по возврату КАМАЗов на ФИО2 основано на неправильном применении норм материального права.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2021 апелляционная жалоба принята к производству.

Финансовый управляющий в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Восьмого арбитражного суда от 30.09.21021 судебное заседание отложено в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) с целью всестороннего и полного исследования и оценки доказательств, а также с целью соблюдения прав и интересов лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве, пояснила, что считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными; просила оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 19 июля 2021 года по настоящему делу.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3 - 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку должник является индивидуальным предпринимателем с 1995 года, оспариваемые договоры дарения совершены должником 17.04.2015, т.е. до 01.10.2015, постольку в рассматриваемом случае могут также быть применены специальные положения Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом в силу положений абзацев первого и второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве заинтересованность другой стороны сделки предполагают наличие цели причинения вреда и осведомленность стороны о такой цели.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Исходя из правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, согласно которой фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При этом стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления №25).

Суд первой инстанции обоснованно указал, что договоры дарения от 17.04.2015 являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии необходимого состава (сделки с заинтересованным лицом без встречного предоставления, направлены на вывод активов должника при осведомленности об этом одаряемого (совершены с целью приобщения сына к семейному бизнесу – отзыв ФИО2 от 21.06.2021).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В данном случае все необходимые условия для признания указанных сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве имеют место быть.

Таким образом, в результате заключения договоров дарения 17.04.2015 был причинен вред имущественным правам кредиторов, так как стоимость имущества должника значительно уменьшилась. Было безвозмездно отчуждено ликвидное имущество, денежные средства от реализации которого могли бы быть направлены на расчеты с кредиторами.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17- 6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на аффилированные стороны сделки.

В целях недопущения ущемления прав кредиторов на получение адекватного удовлетворения требований за счет конкурсной массы указанный стандарт подлежит применению и в спорах о признании недействительными сделок должника с аффилированными контрагентами в преддверии банкротства, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что конкурсный управляющий как лицо, не участвовавшее в такой сделке, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время он может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки (так называемые доказательства опровержимой презумпции (prima facie), а на ответчике как аффилированной с должником стороне сделки лежит обязанность по опровержению таких разумных сомнений конкурсного управляющего.

Таковых доказательств ответчиком не представлено.

Обозначенная ФИО2 цель сделок – передача ликвидного имущества для «приобщения сына должника к семейному бизнесу» никак не может являться разумным и добросовестным поведением при наличии непогашенных требований независимых кредиторов, которые могли бы быть удовлетворены за счет безвозмездно переданного ФИО2 имущества.

В этой связи довод ФИО2 о «недоказанности цели и факта причинения вреда кредиторам должника в результате заключения договоров дарения» подлежит отклонению как необоснованный.

В отношении сделок по отчуждению транспортных средств с государственными регистрационными знаками С067МЕ55 и С323ОО55, которые были подарены ФИО4 сыну ФИО2 по договорам от 17.04.2015, потом были возвращении ФИО4 по договорам дарения от 01.06.2017 и 02.06.2017 судебная коллегия считает необходимым указать следующее.

Как следует из текста договоров, договоры дарения 01.06.2017 и 02.06.2017 от ФИО2 ФИО4 заключены в г. Омске, акты приема-передачи имущества также подписаны в Омске, в то время как на дату заключения сделок ФИО4 проживала в г. Санкт-Петербурге, на что указано и в самих договорах и не оспаривается подателем жалобы.

При этом, как указывает сам ФИО2, фактически КАМАЗы эксплуатировались в г. Санкт-Петербурге в рамках предпринимательской деятельности ООО «ГП «Геомастер», которое и несло финансовые расходы на оплату горюче-смазочных материалов, ремонт и техническое обслуживание транспортных средств, в подтверждение представлены заказ-наряды, счета на оплату за период с декабря 2015 года по июль 2016 года в отношении спорных транспортных средств с указанием в качестве плательщика и владельца автомобиля – ООО ГП «Геомастер».

Также усматривается место проведения ремонтных работ – Ленинградская область.

Таким образом, можно утверждать, что имущество, являющееся предметом договоров дарения от 01.06.2017г. и от 02.06.2017г., фактически одаряемому – ФИО4 передано не было, поскольку на момент подписания актов приема-передачи имущества (в г. Омске) КАМАЗы физически находились в другом регионе РФ (в г. Санкт-Петербург).

В этой связи можно согласиться с позицией подателя жалобы о том, что «гражданское законодательство не запрещает заключать сделки дарения в месте, отличном от передаваемого в дар имущества», однако, предмет дарения должен быть фактически передан от дарителя одаряемому.

Сам податель жалобы правомерно указывает, что «юридическое значение имеет место нахождения КАМАЗов».

Кроме того, согласно заключению эксперта ФИО9 (№ 1020/1-3 от 24.12.2020г.) решить вопрос о времени выполнения подписей от имени ФИО2 и ФИО4 в указанных договорах и актах не представляется возможным по причине подписания документов гелевыми чернилами.

При таких обстоятельствах не имеет значения установление экспертом того факта, что подпись от имени ФИО2 выполнена самим ФИО2, поскольку не доказан факт подписания договоров дарения в даты, в них указанные.

С 2015 года и по сегодняшний день КАМАЗы с регистрационными номерами С 067МЕ55 и С 323ОО55 зарегистрированы за ФИО2 Как следует из пояснения представителя ФИО2 место их нахождения ему неизвестно, вместе с тем меры по снятию их с регистрационного учета он не предпринимал, налог на имущество не уплачивал.

Кроме того, из представленных ФИО2 налоговых уведомлений следует, что транспортный налог в отношении КАМАзов с регистрационными номерами С 065МЕ55 и С322ОО55 начислен собственнику – ФИО2 за 8 месяцев 2017 года.

ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области представлены копии паспортов транспортных средств в отношении КАМАЗов с регистрационными номерами С 065МЕ55 и С 322ОО55, из которых усматривается осуществление регистрационных действий в органах ГИБДД на ФИО4 (19.11.2014), ФИО2 (07.07.2015), на ООО «ГК «Зодчий» (11.09.2017 с выдачей дубликата ПТС).

Изложенное подтверждает снятие транспортных средств (КАМАЗов с регистрационными номерами С 065МЕ55 и С 322ОО55) с регистрационного учета ФИО2 только 11.09.2017 – в дату осуществления регистрации в ГИБДД на конечного приобретателя ООО «ГК «Зодчий».

Отметок органов ГИБДД, свидетельствующих о выдаче свидетельства о регистрации транспортного средства в отношении нового собственника – ФИО4, которые бы обязательно были в случае реального возврата имущества ФИО4, в паспортах транспортных средств не имеется.

Таким образом, из материалов спора усматривается, что КАМАЗы после заключения договоров дарения от 01.06.2017 и от 02.06.2017 фактически оставались в распоряжении ФИО2, который продолжал нести бремя уплаты налогов за транспортные средства в отсутствие экономической целесообразности.

Обоснованным является также вывод суда первой инстанции о том, что в ходе судебного разбирательства ФИО2, как участником гражданского оборота и налогоплательщиком, а не только членом семьи Т-вых, не предпринимались меры по установлению судьбы спорных транспортных средств, из чего следует, что она ему известна, но по тем или иным причинам соответствующая информация до финансового управляющего и суда не доведена. Доводы ФИО2 об ином документально не подтверждены. Доказательства выбытия транспортных средств с государственными регистрационными знаками С067МЕ55 и С323ОО55 из владения ФИО2 последним в материалы дела не представлены.

При этом, как было указано ранее, обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на аффилированные стороны сделки, т.е. в данном случае, на ФИО2

К доводам подателя жалобы о том, что целью заключения «обратных» договоров дарения была реализация имущества в целях погашения кредиторской задолженности ФИО4» судебная коллегия относится критически, поскольку никакой реальной реализации КАМАЗов не было, никакого погашения кредиторской задолженности также не было, о чем свидетельствуют последующие сделки.

Податель жалобы предполагает, что два КАМАЗа, якобы переданные ФИО4 по договору дарения от 02.06.2017 пошли на погашение долгов перед кредитором, при этом не указывает, перед каким именно кредитором и в каком размере, соответствующих доказательств в материалах дела не имеется.

Таким образом, договоры дарения от 01.06.2017 и от 02.06.2017 в действительности к созданию определенных правовых последствий (реального возврата имущества ФИО4) не привели.

Целью подписания указанных договоров было создание видимости возврата имущества должнику для создания ситуации невозможности оспаривания договоров дарения от 17.04.2015 в связи с якобы возвратом имущества.

Пунктом 3.2 договоров предусмотрена оплата в течение шести месяцев, с даты заключения договоров, при этом транспортные средства не находятся в залоге у продавца до оплаты.

Согласно письменным пояснениям должника, данным ранее, оплата ООО «УралРесурс» за приобретенные транспортные средства произведена не была, мероприятия по принудительному взысканию задолженности не предпринимались должником в связи с возбуждением дела о банкротстве ИП ФИО4 и на дату истечения отсрочки платежа в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Из материалов обособленного спора следует, что в отношении ООО «УралРесурс» регистрирующим органом 17.11.2017 принималось решение об исключении из ЕГРЮЛ (недействующее юридическое лицо).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ 07.03.2018 заинтересованным лицом было подано заявление. 06.06.2018 налоговым органом вновь принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ.

В соответствии со статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» недействующим считается юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету.

Таким образом, на дату принятия 17.11.2017 налоговым органом решения об исключении из ЕГРЮЛ ООО «УралРесурс» уже в течение двенадцати месяцев до этого, то есть как минимум с 17.11.2016, обладало признаками фактически недействующего юридического лица, при этом якобы заключало сделки по приобретению спорных КАМАЗов.

24.09.2014 деятельность ООО «УралРесурс» прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ.

С учетом изложенного заявленная цель сделок не только не была достигнута, но и в принципе недостижима, ввиду того, что ООО «УралРесурс» хозяйственную деятельность не вел (об ином суду не известно) о чем не могли не знать ФИО4 и ФИО8 при проведении формальной проверки контрагента.

Таким образом, заключение сделки с фактически недействующим контрагентом на условиях отсрочки платежа после передачи транспортного средства не соответствует требованиям разумности и осмотрительности, и свидетельствует о ее мнимости с целью недопущения включения транспортных средств в конкурсную массу должника.

Как следует из пояснений представителя ООО «ГК «Зодчий» в судебном заседании 27.11.2018 фактически от имени ООО «УралРесурс» действовал супруг ФИО4 ФИО8

Косвенным подтверждением отсутствия умысла на отчуждение транспортных средств в пользу ООО «УралРесурс» является также, что директор и единственный участник ООО «УралРесурс» ФИО5 с 2006 не имеет регистрации на территории Свердловской области, место жительства (пребывания) в ходе настоящего судебного разбирательства установить не удалось.

Как уже было отмечено выше договоры дарения от 02.06.2017 и договоры купли-продажи от 05.06.2017 имеют единый умысел и единую цель, что позволяет делать вывод о единой сделке, совершенной посредством связанных сделок.

В связи с изложенным суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что семья Т-вых не утратила контроль над транспортными средствами с государственными регистрационными знаками С067МЕ55 и С323ОО55 (титульным собственником является ФИО2, при этом ФИО2 подтверждает в отзыве от 21.06.2021, что транспортные средства использовались до 2017 года ООО ГП «Геомастер» с ведома и согласия ФИО2, факт выбытия транспортных средств из владения и пользования семьи Т-вых и (или) ООО ГП «Геомастер» из материалов дела не следует).

Таким образом, договоры дарения от 02.06.2017 между ФИО2 и ФИО4 с оформлением актов приема-передачи транспортных средств от 02.06.2017 и договоры купли-продажи № 3 и № 4 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс» с оформлением актов приема-передачи транспортных средств от 05.06.2017 являются мнимыми сделками в соответствии со статьей 170 ГК РФ, пункт 1.

Поскольку указанные сделки являются мнимыми, ФИО2 является не только титульным собственником, но и фактическим владельцем транспортных средств.

Доказательства выбытия транспортных средств с государственными регистрационными знаками С067МЕ55 и С323ОО55 из владения ФИО2 последним в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

С учетом мнимого характера сделок место заключения договоров не имеет иного правового значения, кроме как при выявлении несоответствий при оформлении документов.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По данным регистрирующих органов в отношении КАМАЗов VIN …022 (г.р.з. С067МЕ5), …389 (г.р.з. С323ОО55) осуществлена постановка на регистрационный учет 17.04.2015 на ФИО2, иных регистрационных действий не проводилось по сей день.

Соответственно суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности в виде возврата спорных автомобилей в конкурсную массу, возложения указанной обязанности на ФИО2 как титульного и фактического собственника.

В отношении сделок по отчуждению транспортных средств с государственными регистрационными знаками С065МЕ55 и С322ОО55, которые были подарены ФИО4 сыну ФИО2 по договорам от 17.04.2015, потом были возвращении ФИО4 по договорам дарения от 01.06.2017, а затем проданы ООО «УралРесурс» по договорам купли-продажи № 1 и 2 от 05.06.2017, впоследствии отчужденных в пользу ООО «ДСК «Зодчий», ООО «ГК «Зодчий», ФИО6 суд исходил из следующего.

Согласно письменным пояснениям ФИО2 КАМАЗы эксплуатировались в рамках предпринимательской деятельности ООО ГП «Геомастер», которое и несло финансовые расходы на оплату горюче-смазочных материалов, ремонт и техническое обслуживание транспортных средств, в подтверждение представлены заказ-наряды, счета на оплату в отношении спорных транспортных средств с указанием в качестве плательщика и владельца автомобиля – ООО ГП «Геомастер».

Как следует из пояснения ООО «ГК «Зодчий» (отзыв от 03.06.2020), последний является добросовестным приобретателем, в удовлетворении требований недействительными сделками договоров купли-продажи № 3 и № 4 от 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий», договоров купли-продажи № 36/04- 17КП и № 37/08-17КП от 18.08.2017 между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий», применении последствий недействительности сделок просил отказать.

ООО «ГК Зодчий» указывает на следующие обстоятельства.

15.06.2017 года между ООО «ГП «Геомастер» и ООО «УралРесурс» заключено Соглашение о переводе долга по договору подряда. Данное Соглашение было заключено в связи с наличием задолженности ООО «ГП «Геомастер» перед ООО «ДСК «Зодчий».

В счет оплаты возникшего долга ООО «УралРесурс», имевшее на момент перевода долга в собственности автомобили КАМАЗ, предложило ООО «ДСК «Зодчий» приобрести указанные транспортные средства. При этом долг ООО ГП «Геомастер» перед ООО «ДСК «Зодчий», переведенный на ООО «УралРесурс», погашался зачетом встречных однородных требований с долгом ООО «ДСК «Зодчий» по договорам купли-продажи № 3 и № 4 от 10.08.2017 по приобретению КАМАЗов.

Далее, 10.08.2017 между ООО «УралРесурс» и ООО «ДСК «Зодчий» заключены: договор купли-продажи № 3 транспортного средства КАМАЗ 6520-63 (VIN — ХТС652003С 1253034), Договор купли-продажи N 4 транспортного средства КАМАЗ 6520-63(VIN— ХТС652003С1264781), а также Соглашение о прекращении обязательств зачетом взаимных требований.

Как следует из соглашения о прекращении обязательств зачетом взаимных требований от 10.08.2017, ООО «УралРесурс» погасил задолженность перед ООО «ДСК «Зодчий» путем зачета задолженности, возникшей из договоров купли-продажи № 3 и 4 от 10.08.2017.

Далее указанные транспортные средства ООО «ДСК «Зодчий» были проданы ООО «ГК «Зодчий» по договорам купли-продажи № 36/08-17КП и 37/08-17КП от 18.08.2017, договоры были исполнены, оплата произведена (путем зачета), транспортные средства переданы по актам приема-передачи, поставлены на учет в ГИБДД.

Согласно пояснениям ФИО6, изложенным в отзыве от 11.06.2020, 28.06.2019 он, действуя добросовестно, приобрел по договору купли-продажи транспортные средства: КАМАЗ 6520-63 VIN ХТС652003С1253034, государственный регистрационный знакС065МЕ 55, за 550 000 руб.; КАМАЗ 6520-63 VIN ХТС652003С1264781, государственный регистрационный знак С3220055, за 500 000, руб.

Указанные КАМАЗы принадлежали на праве собственности ООО «Группа компаний «Зодчий», в лице генерального директора ФИО10. Оба транспортные средства были в технически неисправном состоянии, не на ходу, ремонт транспортных средств производил за свой счет.

В день передачи транспортных средств ФИО6 согласно его пояснениям оплатил сумму в размере 435 000 (четыреста тридцать пять тысяч) рублей (расписка прилагается) и 02 октября 2019 я перечислил на расчетный счет ООО «ГК «Зодчий» сумму в размере 615 000 (шестьсот пятнадцать тысяч) рублей (договоры, расписка и чек приложены).

При покупке транспортных средств у представителя собственника был оригинал договоров купли-продажи с продавцом, оригинал акта приема-передачи к договорам, ПТС и свидетельство регистрации транспортных средств. При заключении договоров купли-продажи им были представлены оригиналы ПТС, свидетельства о регистрации транспортного средства, по сведениям ГИБДД в отношении данных автомобилей обременении не значилось.

После покупки КАМАЗов ФИО11 отремонтировал их и поставил на учет в органе ГИБДД.

Просит отказать в требованиях финансового управляющего ФИО4 - ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи в отношении КАМАЗа 6520-63 VIN ХТС652003С1253034, государственный регистрационный знак С065МЕ55 и КАМАЗа 6520-63 VIN ХТС652003С1264781, государственный регистрационный знак С322ОО55.

С учетом, представленных в дело документов и пояснений суд исходит из того, что указанные транспортные средства действительно выбыли из владения семьи Т-вых. При этом недобросовестность ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «ГК «Зодчий», их осведомленность о вредоносном характере сделок по отчуждению транспортных средств из состава имущества ФИО4, равно как и безвозмездность (неравноценное встречное предоставление) сделок (статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ) применительно к данным сделкам из материалов дела не следуют.

Вместе с тем оспариваемые сделки являются звеньями цепочки сделок, направленных на отчуждение имущества ФИО4

С учетом изложенного выше договоры дарения от 01.06.2017 между ФИО2 и ФИО4 с оформлением актов приема-передачи транспортных средств от 01.06.2017 и договоры купли-продажи № 1 и № 2 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс» с оформлением актов приема-передачи транспортных средств от 05.06.2017 являются недействительными сделками в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве в отсутствие встречного предоставления в пользу ФИО4

Так, пунктами 3.1- 3.3 договоров предусмотрено, что стоимость каждого транспортного средства составляет 1 500 000 руб., оплата - в течение шести месяцев с даты заключения договоров, при этом транспортные средства не находятся в залоге у продавца до оплаты, расчеты производятся любым не запрещенным законом способом.

ООО «ДСК «Зодчий» в представленном ранее отзыве раскрывает обстоятельства приобретения спорных транспортных средств у ООО «УралРесурс»: ООО «ДСК «Зодчий»

(Подрядчик) выполнило работу по договору № 25/ЗСД подряда на выполнение работ от 27.06.2016 (т.4 л.д.7-19), заказчиком по Договору выступило ООО ГП «Геомастер», работы были сданы по акту от 22.11.2016 (т.4 л.д.22), на основании чего у ООО ГП «Геомастер» возникло обязательство по оплате ООО «ДСК «Зодчий» выполненных работ на сумму: 2 941 680, 20 руб.; с учетом остатка задолженности по другому обязательству – итого на общую сумму 3 000 000 руб.

В связи с неоплатой длительный период времени и отсутствием перспектив такой оплаты ООО ГП «Геомастер» предложило ООО «ДСК «Зодчий» осуществить перевод долга в размере 3 000 000 руб. на ООО «УралРесурс». Было заключено соглашение о переводе долга от 15.06.2017 (т.4 л.д.27-28).

В счет оплаты возникшего долга ООО «УралРесурс», имевшее на момент перевода долга в собственности автомобили КАМАЗ, предложило ООО «ДСК «Зодчий» приобрести указанные транспортные средства. При этом долг первоначального должника ООО ГП «Геомастер» перед ООО «ДСК «Зодчий», переведенный на ООО «УралРесурс», погашался зачетом встречных однородных требований с долгом ООО «ДСК «Зодчий» по договорам купли-продажи № 3 и № 4 от 10.08.2017 по приобретению КАМАЗ VIN …034 и КАМАЗ VIN …781.

Соглашение о зачете встречных однородных требований было заключено между ООО «ДСК «Зодчий» и ООО «УралРесурс» 10.08.2017 (т.4 л.д.26).

При этом ФИО4 продала автомобили обществу «УралРесурс» через 5 дней после заключения договора дарения с ФИО2, ООО «УралРесурс» - через два месяца, ООО «ДСК «Зодчий» - через 8 дней.

Таким образом, ООО ГП «Геомастер» являлось кредитором ООО «ДСК «Зодчий», а не ИП ФИО4

Согласно выписке из ЕГРЮЛ (т.4 л.д.52-55) учредителем и директором ООО ГП «Геомастер» является ФИО8 – супруг ФИО4, что подтверждается свидетельством о заключении брака (т.4 л.д.51), отец ФИО2 данное обстоятельство не отрицается сторонами. При этом договоры купли-продажи № 1и № 2 от 05.06.2017 между ФИО4 и ООО «УралРесурс» обладают признаками притворной сделки (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), поскольку не усматривается намерение ФИО4 получить причитающуюся по договорам стоимость автомобилей, а со стороны ООО «УралРесурс» - владеть и пользоваться автомобилями.

В отношении сделок с ООО «ДСК «Зодчий» и далее с ООО «ГК «Зодчий» суд руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

По смыслу данной нормы должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Следовательно, не может быть признано, ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, принявшему как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившего исполнение лицо, и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

В пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре» указано, что признание судом недействительным договора, послужившего основанием для возложения исполнения обязательства на третье лицо, не может повлиять на права кредитора, принявшего исполнение, и не влечет признания такого исполнения обязательства ненадлежащим. Однако это не лишает сторону сделки, признанной судом недействительной, предъявить иск о применении последствий недействительности такой сделки (статья 167 ГК РФ).

С учетом изложенного суд соглашается с доводами финансового управляющего о том, что оценке подлежат отношения между ФИО4 и ООО ГП «Геомастер».

В настоящем случае в результате цепочки сделок ФИО4 безвозмездно лишилась имущества стоимостью согласно условиям договоров 3 000 000 руб. (сведения об иной стоимости отчужденных транспортных средств у суда отсутствуют), при этом ООО ГП «Геомастер» (аффилированное ИП ФИО4 лицо) уменьшило кредиторскую задолженность на указанную сумму, не предоставив ФИО4 никакого встречного возмещения.

Согласно с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Соответственно в качестве последствия признания сделок по отчуждению транспортных средств (г.р.з. С322ОО55, С065МЕ55) следует взыскать с ООО «ГП «Геомастер» (ИНН <***>) в конкурсную массу, формируемую в процедуре реализации имущества ФИО4, денежные средства в сумме 3 000 000 руб.

Довод подателя жалобы о том, что «взыскание стоимости КАМАЗов с ООО «ГП «Геомастер» преждевременно» не основан на нормах действующего законодательства.

Согласно пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При этом, в соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010г., на который ссылается сам податель жалобы, принятие судом в деле о банкротстве судебного акта о применении последствий недействительности первой сделки путем взыскания с другой стороны сделки стоимости вещи не препятствует удовлетворению иска о ее виндикации. Однако если к моменту рассмотрения виндикационного иска стоимость вещи будет уже фактически полностью уплачена должнику стороной первой сделки, то суд отказывает в виндикационном иске.

При наличии двух судебных актов (о применении последствий недействительности сделки путем взыскания стоимости вещи и о виндикации вещи у иного лица) судам необходимо учитывать следующее. Если будет исполнен один судебный акт, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке статьи 325 АПК РФ.

Таким образом, Закон допускает наличие двух судебных актов - о применении последствий недействительности сделки путем взыскания стоимости вещи (в данном случае – с ООО «ГП «Геомастер») и о виндикации вещи у иного лица, при наличии к этому оснований.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Определение арбитражного суда принято с соблюдением норм права, подлежащих применению при разрешении спорных правоотношений, отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 19 июля 2021 года по делу № А46-9580/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Дубок

Судьи

О.В. Зорина

В.А. Зюков