Решение от 31 июля 2023 г. по делу № А76-39515/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-39515/2021
31 июля 2023 года
г. Челябинск



Резолютивная часть решения объявлена 28 июля 2023 года.

Решение изготовлено в полном объеме 31 июля 2023 года.


Судья Арбитражного суда Челябинской области А.А. Петров, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЧелябинскСвязьИнвест», ОГРН <***>, г. Челябинск,

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области

об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении,

при участии в судебном заседании: от заявителя – не явился, извещен, от административного органа – ФИО2 (доверенность № 5 от 10.01.22, служебное удостоверение),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЧелябинскСвязьИнвест» (далее – заявитель, ООО «ЧелябинскСвязьИнвест», общество) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – административный орган, антимонопольный орган, УФАС, Управление) о признании незаконным и отмене постановления о наложении штрафа по делу об административном правонарушении № 074/04/14.32-2133/2021 от 26.10.2021 за правонарушение, предусмотренное частью 4 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которым заявителю назначено наказание в виде административного штрафа в размере 836 530 рублей (далее – оспариваемое постановление).

Определением от 15.11.2021 заявление принято к производству арбитражного суда.

Определением от 25.12.2021 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу решения или иного судебного акта, которым оканчивается по существу рассмотрение дела № А76-31545/2021.

Определением от 14.12.2021 по делу № А76-30740/2021 дела № А76-30740/2021, № А76-32292/2021 и № А76-31545/2021 объединены для совместного рассмотрения в одно производство, которому присвоен номер А76-30740/2021.

Решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-30740/2021 от 26.10.2022 в удовлетворении заявленных требований о признании незаконным решения УФАС по Челябинской области от 28.05.2021 № 074/01/16-275/2020 отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 № 18АП-16795/2022, 18АП-17134/2022, 18АП-17135/2022 решение по делу № А76-30740/2021 от 26.10.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 29.06.2023 № Ф09-2410/23 по делу № А76-30740/2021 решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.10.2022 по делу № А76-30740/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по указанному делу оставлены без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Протокольным определением от 06.03.2023 производство по делу возобновлено.

Протокольным определением от 06.03.2023 в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, дело признано подготовленным к судебному разбирательству в соответствии с частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), завершено предварительное судебное заседание, открыто судебное заседание в первой инстанции.

В судебном заседании представитель административного органа возражал против удовлетворения требований по доводам, изложенным в отзыве на заявление (т. 1, л.д. 48-50), письменных пояснениях (т. 2 л.д. 36-37).

В судебное заседание заявитель уполномоченных представителей не направил, извещен надлежащим образом, мотивированных ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявил, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу в его отсутствие, с учетом положений статей 123, 156 АПК РФ.

При рассмотрении дела установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора.

Из материалов дела следует, что 16.08.2019 в Единой информационной системе в сфере закупок (далее – ЕИС) Комитетом дорожного хозяйства города Челябинска (далее - Комитет) размещено извещение № 0169300000119001955 о проведении электронного аукциона на выполнение работ по ремонту Центральной части города Челябинска в рамках подготовки к саммитам Шанхайской организации сотрудничества (далее – ШОС) и объединении БРИКС, начальная (максимальная) цена контракта (далее – НМЦК) – 127 231 645 рублей, срок окончания подачи заявок – 26.08.2019.

Документация об электронном аукционе предусматривает выполнение работ по ремонту следующих объектов:

– пешеходная зона по улице Труда от улицы Энгельса до улицы Свободы на сумму 73 083 839 рублей;

– набережная реки Миасс правый берег от улицы Красной до улицы Кирова на сумму 54 147 806 рублей (далее – набережная).

По результатам проведения указанного аукциона 12.09.2019 заключен муниципальный контракт № Ф.2019.559690 между Комитетом и обществом с ограниченной ответственностью «УралДорСтрой» (далее – ООО «УДС») по цене 111 963 847 руб. 48 коп.

Между обществом «УДС» и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» 14.09.2019 заключен договор субподряда на выполнение работ по ремонту набережной реки Миасс правый берег от улицы Красной до улицы Кирова.

В управление 15.11.2019 поступило заявление гражданина на действия Комитета, содержащее сведения о нарушении в указанных действиях требований антимонопольного законодательства, фактически действия осуществлялись до заключения указанного контракта.

Аналогичная информация 14.08.2019 опубликована в средствах массовой информации, а также в социальных сетях.

На основании обращения, а также представленной информации Челябинским УФАС России издан приказ от 14.02.2020 № 13 о возбуждении дела и создании Комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства по признакам нарушения Комитетом и ООО «УралДорСтрой» статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

По результатам рассмотрения дела комиссия антимонопольного органа приняло решение от 28.05.2021 № 074/01/16-275/2020 о том, что действия Комитета, ООО «УралДорСтрой», ООО «ЧелябинскСвязьИнвест», связанные с выполнением работ до заключения муниципального контракта №Ф.2019.559690 от 12.09.2019, связанные с проведением электронного аукциона на выполнение работ по ремонту Центральной части города Челябинска в рамках подготовки к саммитам ШОС И БРИКС (извещение № 0169300000119001955), направленного на фактическую оплату ранее выполненных работ, нарушают положения статьи 16 Закона о защите конкуренции, т. е. указанные действия являются антиконкурентным соглашением, поскольку они обусловлены интересами каждого из участников, результатом действий явилось недопущение, ограничение, устранение конкуренции, в том числе, создание отдельным хозяйствующим субъектам – ООО «УралДорСтрой» и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» необоснованных преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности с получением дохода от выполнения работ. Кроме того, указанные действия были направлены на устранение хозяйствующих субъектов с рынка ремонтных работ, поскольку потенциальные участники, действуя добросовестно, были лишены возможности принять участие в такой закупке, так как на дату объявления аукциона в социальных сетях и в средствах массовой информации уже имелась информация о выполнении работ на указанном объекте.

Указанное решение было оспорено ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» в Арбитражном суде Челябинской области в рамках дела № А76- 30740/2021, решением Арбитражного суда Челябинской области по указанному делу от 26.10.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. Постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, Арбитражного суда Уральского округа от 29.06.2023 решение суда оставлено без изменения.

Из содержания приведенных выше судебных актов следует, что судами из материалов дела установлено, что Управлением по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства проведен анализ и сделаны выводы о наличии антиконкурентного соглашения между Комитетом, ООО «УДС» и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест», которое предопределило действия каждого из его участников и создало преимущественные условия для возможности выполнения работ до объявления и проведения электронного аукциона, ограничило доступ иным хозяйствующим субъектам на товарный рынок по выполнению работ для муниципальных нужд.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств судами установлено, что указанное обстоятельство подтверждается фото и видеоматериалами за период с 14.08.2019 по 20.09.2019, из которых усматривается, что при формально определенных в контракте сроке действия контракта между Комитетом и ООО «УДС» с 12.09.2019, а также сроке действия договора субподряда между ООО «УДС» и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» с 14.09.2019, фактически работы по укладке гранитной плитки были уже выполнены на всей протяженности набережной, следовательно, уже по состоянию на 24.08.2019 работы велись на территории набережной, а не на определенном ее участке; ответственное лицо ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» назначено приказом № 4 от 25.07.2019, а исполнительные схемы (документы, отражающие фактически выполненные работы) в составе исполнительной документации подготовлены ранее заявленного в актах периода выполнения работ; переговорами между ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» и должностными лицами Администрации, которые заранее сообщили обществу о необходимости выполнения демонстрационной выкладки плит на набережной.

Судами также установлено, что между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» заключен договор на выкладку плит на набережной, выкладка осуществлялась в июне – августе 2019 года; общество с ограниченной ответственностью «ГранитМастер» в июне - июле 2019 года осуществляло демонстрационную выкладку гранитных плит, при этом 19.07.2019 был утвержден эскизный проект.

Кроме того, судами установлено, что руководитель общества с ограниченной ответственностью «Военстрой» указал, что соответствующие работы были выполнены с начала июня 2019 года по сентябрь 2019 года, при этом указанный договор он не подписывал, им был подписан иной договор в мае – июне 2019 года, однако этот договор в распоряжении общества отсутствует.

Судами так же принято во внимание, что ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» подано только 2 ценовых предложения, в дальнейшем после подачи ценового предложения общество с ограниченной ответственностью «Русьмирстрой» (далее – ООО «Русьмирстрой»), ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» устранилось от участия в аукционе, а ценовые предложения продолжало подавать только ООО «УДС» ввиду подачи предложений со стороны ООО «Русьмирстрой», следовательно, ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» формально приняв участие в аукционе, после включения в конкурентную борьбу лица, которое не являлось участником антиконкурентного соглашения, устранилось от конкурентной борьбы, ввиду ее продолжения между ООО «УДС» с ООО «Русьмирстрой», что указывает на наличие общей цели у ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» и ООО «УДС», о необходимости победы последнего в аукционе.

Как заключили суды, причинно-следственная связь является прямой и очевидной: заключение соглашения между обществами повлекло отказ от конкурентной борьбы (минимальное снижение начальной максимальной цены контрактов), указанные действия были направлены на устранение хозяйствующих субъектов с рынка ремонтных работ, поскольку потенциальные участники, действуя добросовестно, были лишены возможности принять участие в такой закупке, так как на дату объявления аукциона в социальных сетях и в средствах массовой информации уже имелась информация о выполнении работ на указанном объекте.

Организациями реализована модель запрещенного Законом № 135-ФЗ группового поведения, замещающего конкурентные отношения, позволяющая обеспечить победу в торгах определенному участнику не в результате добросовестной конкурентной борьбы (когда каждый самостоятельно, независимо от иных и исходя исключительно из собственных возможностей и интересов), а в результате отработанного неконкурентного механизма.

Учитывая изложенное, на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных согласно требованиям статей 65, 67, 68 АПК РФ, установив факт нарушения заявителями жалоб статьи 16 Закона о защите конкуренции, суды первой, апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении требований ООО «УДС» и ООО «ЧелябинскСвязьИнвест».

Указанные обстоятельства, установленные при рассмотрении и положенные в основу решения Челябинского УФАС России от 28.05.2021 № 074/01/16-275/2020, послужили поводом к возбуждению дела об административном правонарушении на основании части 4 статьи 14.32 КоАП РФ. Постановлением о наложении штрафа по делу № 074/04/14.32-2133/2021 от 26.10.2021, ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.32 КоАП РФ и подвергнуто наказанию в виде наложения административного штрафа в размере 836 530 рублей.

Посчитав указанное постановление незаконным и подлежащим отмене, заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

Исследовав и оценив представленные доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Настоящее дело рассматривается в порядке параграфа 2 главы 25 АПК РФ (статьи 207-211).

В силу части 3 статьи 30.1 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении, связанном с осуществлением предпринимательской или иной экономической деятельности юридическим лицом или лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, обжалуется в арбитражный суд в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством.

Частью 2 статьи 207 АПК РФ устанавливается, что производство по делам об оспаривании решений административных органов возбуждается на основании заявлений юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, привлеченных к административной ответственности в связи с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности, а также на основании заявлений потерпевших.

В силу части 6 статьи 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с частью 4 статьи 210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

Частью 6 указанной статьи предусматривается, что при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При этом в силу части 7 статьи 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме.

В соответствии с частью 2 статьи 208 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого решения, если иной срок не установлен федеральным законом. Аналогичное положение предусмотрено частью 1 статьи 30.3 КоАП РФ.

Из материалов дела следует, что заявитель направил заявление в суд в пределах установленного действующим законодательством срока обращения в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности.

Оспариваемое постановление принято руководителем УФАС в пределах компетенции должностного лица на основании части 1 статьи 23.48, пункта 3 части 2 статьи 23.48 КоАП РФ.

В силу части 3 статьи 25.4 КоАП РФ, дело об административном правонарушении, совершенном юридическим лицом, рассматривается с участием его законного представителя или защитника.

Материалами дела подтверждается, что право на защиту ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» административным органом нарушено не было, о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении предприниматель извещен заблаговременно, надлежащим образом, дело рассмотрено в присутствии защитника предпринимателя.

Существенных процедурных нарушений при возбуждении и рассмотрении дела об административном правонарушении УФАС не допущено, о наличии таких нарушения обществом не заявлено.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Статья 14.32 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за антиконкурентные соглашения и антиконкурентные согласованные действия, а также за координацию экономической деятельности.

Частью 4 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за заключение хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения либо участие в нем, за исключением случаев, предусмотренных частями 1 - 3 настоящей статьи.

Объектом рассматриваемого правонарушения являются имущественные отношения, возникающие в процессе осуществления предпринимательской деятельности.

Объективная сторона вменяемого ответчику правонарушения выражается в заключении недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения.

Субъектами правонарушения в отношении юридических лиц являются хозяйствующие субъекты, осуществляющие продажу товаров на одном товарном рынке.

Организационные и правовые основы защиты конкуренции определены Законом о защите конкуренции.

Согласно части 1 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд с учетом положений Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, регулируются Законом о контрактной системе.

В силу части 1 статьи 8 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе) контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок.

Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами. Комиссиями по осуществлению закупок, членами таких Комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (часть 2 статьи 8 Закона о контрактной системе).

Часть 5 статьи 24 Закона о контрактной системе определено, что заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями настоящей главы.

При этом, заказчик не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Принцип обеспечения конкуренции и требования к выбору способа определения подрядчика, предусмотрены статьями 8, 24 Закона о контрактной системе, корреспондируют к требованиям статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции).

Привлечение исполнителя без соблюдения процедур, установленных Законом о контрактной системе, противоречит требованиям законодательства о контрактной системе, приводит к необоснованному ограничению числа участников закупок и не способствует выявлению лучших условий поставок товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Так, частью 1 статьи 24 Закона о контрактной системе предусмотрено, что заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (электронный аукцион, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений. С учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом, в электронной форме проводятся открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, электронный аукцион, запрос котировок, запрос предложений (далее также - электронные процедуры), а также в случаях, установленных решением Правительства Российской Федерации, предусмотренным частью 3 статьи 84.1 настоящего Федерального закона, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс, закрытый аукцион (далее также закрытые электронные процедуры) (часть 2 статьи 24 Закона о контрактной системе).

Согласно части 3 статьи 24 Закона о контрактной системе под конкурсом понимается способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя), при котором победителем признается участник закупки, предложивший лучшие условия исполнения контракта.

Под аукционом понимается способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя), при котором победителем признается участник закупки, предложивший наиболее низ кую цену контракта, наименьшую сумму цен единиц товаров, работ, услуг (часть 4 статьи 24 Закона о контрактной системе).

В соответствии с частью 5 статьи 24 Закона о контрактной системе Заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 Закона о контрактной системе. При этом, он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе (в редакции Федерального закона от 01.05.2019 № 71-ФЗ) закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) могла осуществляться заказчиком в случае осуществления закупки товара, работы или услуги на сумму, не превышающую трехсот тысяч рублей. При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании настоящего пункта, не должен превышать два миллиона рублей или не должен превышать пять процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем пятьдесят миллионов рублей.

Вместе с тем, законодатель определяет конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) приоритетными при осуществлении закупок.

Принятие заказчиком решения о заключении контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) не должно восприниматься им как произвольные действия, а, напротив, отвечать целям Закона о контрактной системе, направленным на повышение эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере закупок.

Проведение публичных процедур способствует развитию конкуренции за обладание правом исполнения контракта путем создания условий для выбора контрагента, предлагающего наилучшие условия, что обеспечивает равный доступ к исполнению контракта всех заинтересованных лиц.

При проведении торгов имеет место состязательность участников, конкурирующих между собой за право заключить контракт и стремящихся предоставить организатору торгов наиболее выгодные условия контракта по поставке товаров, выполнению работ или оказанию услуг. Именно торги позволяют максимально использовать механизм конкуренции и состязательности участников, достигать наиболее выгодных результатов, выдвигая более жесткие требования и условия по гарантиям исполнения, что и отвечает юридической природе торгов.

Непроведение публичных процедур, когда это необходимо в силу закона, свидетельствует о предоставлении необоснованных преимуществ при осуществлении хозяйственной деятельности подрядчику и, как следствие, о достижении соглашения, направленного на ограничение конкуренции.

Достижение сторонами антиконкурентного соглашения, заключенного между заказчиком и хозяйствующими субъектами, направленного на заключение контрактов, в результате заключения которых не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарных рынков, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку определенный хозяйствующий субъект неправомерно воспользовался предоставленным ему преимуществом.

Заключение посредством проведения закупки у единственного поставщика ряда связанных между собой контрактов, фактически образующих единую сделку, искусственно разделенную для формального соблюдения специальных ограничений в обход норм Закона о контрактной системе, противоречит его целям и открывает возможность для приобретения хозяйствующими субъектами незаконных имущественных выгод.

Формальное соблюдение требований статьи 93 Закона о контрактной системе само по себе не свидетельствует об отсутствии угрозы нарушения, ограничения, недопущения конкуренции на соответствующем товарном рынке, как того требуют положения статьи 1, 4,16 Закона о защите конкуренции, и не освобождает заказчика от обязанности соблюдения иных требований действующего законодательства, в том числе касающихся обеспечения конкуренции.

В соответствии со статьей 16 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов.

Установленный указанной нормой законодательства о защите конкуренции запрет преследует цель предотвращения негативного влияния органов власти (местного самоуправления) на конкурентную среду с помощью административных, властных методов воздействия, в том числе путем заключения соглашений с хозяйствующими субъектами.

Для квалификации действий хозяйствующего субъекта и органа местного самоуправления, как не соответствующих статье 16 Закона о защите конкуренции, необходимо установить наличие противоречащего закону соглашения между указанными лицами или их согласованных действий и наступление (возможность наступления) в результате этих действий (соглашения) последствий, связанных с недопущением, ограничением, устранением конкуренции.

Согласно статье 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией, понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Исходя из совокупного толкования указанных положений законодательства о контрактной системе и антимонопольного законодательства, преследующих единые цели и задачи, следует, что запрещаются любые действия, которые приводят или могут привести к ограничению (устранению, недопущению) конкуренции, как с точки зрения их фактического, так и возможного влияния на конкурентную среду при проведении торгов.

В соответствии с пунктом 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашение договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Таким образом, Закон о защите конкуренции содержит более широкое понятие соглашения, не ограниченное только понятием соглашения в форме гражданско-правового договора.

Согласно Разъяснениям № 3 Президиума ФАС России «Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах» (далее - разъяснения № 3) антиконкурентные соглашения являются правонарушением и поэтому не подлежат оценке с точки зрения соответствия требованиям, которые предъявляются гражданско-правовым законодательством к форме договоров (сделок).

Следовательно, несоблюдение формы гражданско-правового договора не может расцениваться как свидетельство отсутствия недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством соглашения.

Согласно разъяснениям № 3 при доказывании антиконкурентных соглашений и согласованных действий могут использоваться прямые и косвенные доказательства.

Прямыми доказательствами наличия антиконкурентного соглашения могут быть письменные доказательства, содержащие волю лиц, направленную на достижение соглашения: непосредственно соглашения; договоры в письменной форме; протоколы совещаний (собраний); переписка участников соглашения, в том числе в электронном виде.

Факт заключения антиконкурентного соглашения может быть установлен как на основании прямых доказательств, так и совокупности косвенных доказательств.

В качестве доказательств могут использоваться документы и материалы, полученные с соблюдением требований к порядку и оформлению их получения.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее - Постановление № 2) указано, что соглашением могут быть признаны любые договоренности в отношении поведения на рынке, в том числе как оформленные письменно, так и не получившие письменного оформления, но нашедшие отражение в определенном поведении. Факт наличия соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок.

Наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

Согласно письму ФАС России от 14.11.2019 № ИА/100041/19 «О порядке применения пунктов 4, 5 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» само по себе неоднократное приобретение одноименных товаров, работ, услуг у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) с соблюдением требований, установленных пунктами 4, 5 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, не является нарушением требований Закона о контрактной системе, если такие действия не являются результатом антиконкурентного соглашения (статья 16 Закона о защите конкуренции).

Пунктом 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 № 2 «О не которых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» определено, что антимонопольному контролю в соответствии со статьями 15 и 16 Закона подлежат нормативные и индивидуальные правовые акты, иные решения лиц, перечисленных в пункте 2 части 1 статьи 1 Закона, их действия (бездействие), соглашения и (или) согласованные действия, способные влиять на конкуренцию на товарных рынках, в том числе принятые (совершенные) в связи с реализацией властных полномочий.

Таким образом, для квалификации действий ответчиков по заключению контрактов в качестве нарушения пункта 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции необходимо установить факт ограничения конкуренции либо намерения лиц ограничить конкуренцию.

В ходе судебного разбирательства было установлено и материалами дела подтверждено, что основанием к возбуждению в отношении заявителя дела об административном правонарушении явилось решение антимонопольного органа от 28.05.2021 № 074/01/16-275/2020.

Событие административного правонарушения, совершенного ООО «ЧелябинскСвязьИнвест», а именно факт заключения антиконкурентного соглашения, установлен решением УФАС по Челябинской области, которое являлось предметом судебного разбирательства в рамках арбитражного дела № А76-30740/2021.

Судебными актами арбитражных судов первой, апелляционной и кассационной инстанций по указанному делу была подтверждена законность и обоснованность решения УФАС от 28.05.2021 № 074/01/16-275/2020, при этом ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» в деле № А76-30740/2021 являлось созаявителем.

На основании части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Следовательно, факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебных актах по ранее рассмотренному делу, приобретают качество достоверности и не подлежат переоценке до тех пор, пока акт не отменены или не изменены такие судебные акты.

Под обстоятельствами, которые могут быть установленными, следует понимать обстоятельства, имеющие правовое значение. Правовое значение обстоятельств выявляется и устанавливается в результате правовой оценки доказательств их существования и смысла. Обстоятельства, существование и правовое значение которых установлено с соблюдением определенного законодательством порядка, в случаях, предусмотренных законом, не нуждаются в повторном доказывании и должны приниматься как доказанные.

Для признания судом доказанными обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, должны соблюдаться следующие условия: преюдициальный характер обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, распространяется лишь на лиц, которые участвовали в этом деле, и на обстоятельства, относящиеся к правоотношениям, исследованным судом при рассмотрении предыдущего дела; преюдиция распространяется на констатацию судом тех или иных обстоятельств, содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последняя имеет правовое значение и сама по себе может рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, приведенными в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Анализ содержания вышеуказанных судебных актов позволяет прийти к выводу о преюдициальности фактических обстоятельств, установленных в рамках указанных споров (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае УФАС правомерно и обоснованно установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о нарушении антимонопольного законодательства, на основании фактов и доказательств, указанных в решении и отраженных на страницах 5-39 оспариваемого постановления: действия ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» по выполнению работ по ремонту набережной реки Миасс до проведения электронного аукциона и заключения контракта по результатам такого аукциона повлекли нарушение публичных интересов, поскольку нарушили установленный законодателем порядок привлечения субъектов на товарный рынок, а также права и законные интересы неопределенного круга лиц, так как последние лишены возможности заключить контракты на выполнение работ по ремонту набережной реки Миасс на конкурентной основе.

Фактически при выполнении указанных ремонтных работ ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» не могло не знать о том, что работы выполняются при отсутствии муниципального контракта и в нарушение принципов и норм законодательства о контрактной системе, антимонопольного законодательства.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о наличии в действиях ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» признаков объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.32 КоАП РФ.

В силу указанного, доводы заявителя об отсутствии события административного правонарушения подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам, установленным судом при рассмотрении дела.

Статья 1.5 КоАП РФ устанавливает презумпцию невиновности лица, пока его вина в совершении конкретного административного правонарушения не будет доказана в порядке, предусмотренном данным Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

Вина общества в совершении вышеназванного правонарушения установлена административным органом при рассмотрении дела об административном правонарушении, что отражено в оспариваемом постановлении.

Временем совершения административного правонарушения является период времени, когда между ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» и Комитетом дорожного хозяйства г. Челябинска заключено антиконкурентное соглашение. Поскольку невозможно установить конкретную дату заключения антиконкурентного соглашения, должностное лицо антимонопольного органа исходило из следующего периода времени: июль 2019 года (дата начало работ по ремонту) – 09.12.2019 (оплата за выполненные работы).

Предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности за вмененное правонарушение на дату вынесения оспариваемого постановления не истек.

Таким образом, действия ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» образуют состав административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.32 КоАП РФ.

В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ, при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решать дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Согласно пунктам 18, 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" при квалификации правонарушения в качестве малозначительного необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Малозначительность является оценочной категорией, которая определяется судом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для применения нормы статьи 2.9 КоАП РФ о малозначительности деяния судом не установлено.

Санкция части 4 статьи 14.32 КоАП РФ предусматривает наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от пятнадцати тысяч до тридцати тысяч рублей.

Частью 1 статьи 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 3 статьи 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Оспариваемым постановлением обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 836 530 рублей.

Расчет штрафа с учетом смягчающих обстоятельств производился административным органом следующим образом:

БШ = ((МаксШ -МинШ) / 2 + МинШ), где:

БШ - базовый штраф;

МаксШ - максимальный размер административного штрафа;

МинШ - минимальный размер административного штрафа.

Совокупная сумма выручки общества от реализации товара (работы, услуги) выполнения строительных, ремонтных работ, работ по благоустройству составила 83 653 000 рублей (не превышает 75% от совокупной суммы выручки от реализации товаров, работ, услуг).

Одна сотая суммы выручки на рынке которого совершено административное правонарушение составляет: 83 653 000 / 100 = 836 530 рублей - минимальный размер штрафа.

Пять сотых суммы выручки на рынке которого совершено административное правонарушение составляет: 83 653 000 / 100 * 5 = 4 182 650 рублей - максимальный размер штрафа.

Базовый штраф составляет: (4 182 650 - 836 530) /2 + 836 530 = 2 509 590 рублей

ПШ = БШ + (ОО х N) - (ОС х N), где

ПШ - размер административного штрафа, который подлежит наложению на юридическое лицо за административное правонарушение, предусмотренное частью 4 статьи 14.32 КоАП РФ;

ОО - обстоятельство, отягчающее административную ответственность; ОС - обстоятельство, смягчающее административную ответственность; N - количество обстоятельств, смягчающих или отягчающих административную ответственность.

Каждое из обстоятельств, смягчающих или отягчающих административную ответственность, учитывается при исчислении размера административного штрафа в размере 1/8 разности максимального (МаксШ) и минимального (МинШ) размера административного штрафа и определяется по формуле: (ОС) = (МаксШ - МинШ) / 8 (ОС) = (4 182 650 - 836 530) / 8 = 418 265 рублей.

Таким образом, размер административного штрафа, по мнению административного органа, который подлежит наложению юридическое лицо за административное правонарушение, предусмотренное частью 4 статьи 14.32 КоАП РФ, с учетом выявленных обстоятельств, смягчающих административную ответственность, составил 836 530 рублей ((2 509 590 + (418 265*0) - 265 *4) = 836 530).

Судом оснований для замены штрафа на предупреждение в соответствии с частью 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ в рассматриваемом случае не установлено в силу прямого законодательного запрета.

Вместе с тем, согласно части 1 статьи 4.1.2 КоАП РФ при назначении административного наказания в виде административного штрафа социально ориентированным некоммерческим организациям, включенным по состоянию на момент совершения административного правонарушения в реестр социально ориентированных некоммерческих организаций - получателей поддержки, а также являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства юридическим лицам, отнесенным к малым предприятиям, в том числе к микропредприятиям, включенным по состоянию на момент совершения административного правонарушения в единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, административный штраф назначается в размере, предусмотренном санкцией соответствующей статьи (части статьи) раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях для лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» на момент совершения вменяемого правонарушения являлось субъектом малого предпринимательства.

Санкция части 4 статьи 14.32 КоАП РФ предусматривает наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от пятнадцати тысяч до тридцати тысяч рублей; на юридических лиц - от одной сотой до пяти сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, но не менее ста тысяч рублей, а в случае, если сумма выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо сумма расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, превышает 75 процентов совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) или административное правонарушение совершено на рынке товаров (работ, услуг), реализация которых осуществляется по регулируемым в соответствии с законодательством Российской Федерации ценам (тарифам), - от двух тысячных до двух сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, но не менее пятидесяти тысяч рублей.

В соответствии со статьей 2.4 КоАП РФ лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность как должностные лица, если настоящим Кодексом не установлено иное.

Поскольку иное КоАП РФ в целях применения статьи 14.32 КоАП РФ не предусмотрено, индивидуальные предприниматели несут по части 4 статьи 14.32 КоАП РФ ответственность, как должностные лица, то есть названная норма предусматривает для индивидуальных предпринимателей самостоятельно определяемое наказание (от пятнадцати тысяч до тридцати тысяч рублей).

Таким образом, административное наказание для общества, являющегося субъектом малого предпринимательства, внесенного на момент совершения вменяемого административного правонарушения в Реестр субъектов малого предпринимательства, привлекаемого к административной ответственности по части 4 статьи 14.32 КоАП РФ, штраф должен составлять размер, определенный названной нормой КоАП РФ как для индивидуального предпринимателя, то есть в диапазоне от пятнадцати тысяч до тридцати тысяч рублей.

Указанный подход соответствует сложившейся судебной практике (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.04.2023 № Ф09-793/23 по делу № А50-26953/2020 и др.).

Довод УФАС о необходимости применения в рассматриваемом случае части 2 статьи 4.1.2 КоАП РФ, а не части 1 статьи 4.1.2 КоАП РФ, не принимается судом как противоречащий сложившейся судебной практике.

Доказательства уплаты штрафа заявителем в материалах дела отсутствуют.

Управлением в письменных пояснениях (т. 2 л.д. 36-37) указано, что административный штраф, назначенный оспариваемым постановлением УФАС заявителем не уплачен.

Учитывая наличие смягчающих обстоятельств, которые были выявлены и учтены административным органом при расчете размера штрафа, указанного в постановлении антимонопольного органа № 074/04/14.32-2133/2021 от 26.10.2021 и в соответствии с обстоятельствами, установленными судом в настоящем деле, позволившими не назначать штраф в максимальном размере, суд полагает возможным определить размер штрафа, подлежащий взысканию с ООО «ЧелябинскСвязьИнвест» в размере 20 000 рублей.

Иные доводы заявителя судом не принимаются, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам и нормам действующего законодательства, основаны на неверном толковании закона.

При таких обстоятельствах, учитывая характер и обстоятельства допущенного обществом противоправного деяния, суд приходит к выводу о том, что постановление административного органа № 074/04/14.32-2133/2021 от 26.10.2021 о привлечении общества к административной ответственности по части 4 статьи 14.32 КоАП РФ не подлежит исполнению в части размера административного штрафа, превышающего 20 000 рублей.

В соответствии с части 3 статьи 211 АПК РФ, в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя

В соответствии с частью 4 статьи 208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Постановление Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области от 26.10.2021 по делу об административном правонарушении № 074/04/14.32-2133/2021 признать не подлежащим исполнению в части штрафа, превышающего 20 000 (Двадцать тысяч) рублей.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области в течение 10 дней со дня его принятия (изготовления в полном объеме).


Судья А.А. Петров