Постановление от 4 октября 2018 г. по делу № А75-3019/2016

1165/2018-50147(2)

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-3019/2016
04 октября 2018 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 октября 2018 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Брежневой О.Ю. судей Бодунковой С.А., Шаровой Н.А. при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9851/2018) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10 июля 2018 года по делу № А75-3019/2016 (судья Кузнецова Е.А.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО5 по доверенности б/н от 25.09.2018 (паспорт);

от ФИО3 – представитель не явился, извещен; от ФИО4 – представитель не явился, извещен; от ООО «Ивеко-АМТ» - представитель не явился, извещен,

установил:

решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.01.2017 по делу № А75-3019/2016 общество с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» (далее – ООО «СургутТраккерТрейд», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

24.01.2018 конкурсный управляющий ФИО6 обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 (далее – ФИО3, ФИО4, ответчики).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.07.2018 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «СургутТраккерТрейд», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее по тексту – конкурсный управляющий ФИО2, податель жалобы), член НП «Первая СРО АУ».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.07.2018 (резолютивная часть объявлена 05.07.2018) ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности, рассмотрение заявления в части определения размера ответственности приостановлено до завершения торгов и окончания расчетов с кредиторами, в остальной части заявленных требований отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции отменить в отношении ФИО4, привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом неправильно, суд необоснованно установил отсутствие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом, совершение действий, которыми был причинен вред имущественным правам кредиторов ООО «СургутТраккерТрейд».

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что вопреки выводам суда первой инстанции неплатежеспособность ООО «СургутТраккерТрейд» на дату

совершения оспариваемых сделок подтверждается наличием неисполненных до настоящего момента обязательств, действительность которых подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, и которые в настоящий момент включены в реестр требований кредиторов должника; бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями учредителей и банкротством подконтрольной организации возложена на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, в то время как суд возложил эту обязанность на конкурсного управляющего должника.

Также апеллянт полагает, что судом первой инстанции немотивированно указано, что ФИО4 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ОО «СургутТраккерТрейд», но какие именно доказательства исследованы, не отмечает.

До начала судебного заседания от ФИО4 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу (приобщен к материалам дела), согласно которому ответчик просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта с соответствии с положениями части 5 статьи 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.07.2018 по настоящему делу в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным

судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указал на уклонение от передачи имущества и документации должника, а также на совершение сделок, в результате которых был причинен вред кредитора, в том числе в пользу контролируемых лиц. Просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности солидарно.

Кроме этого конкурсный управляющий должника на основании пункта 1 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве указал на необходимость привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов, а также неподачей руководителем и учредителем должника заявления о признании несостоятельным (банкротом).

ФИО4, возражая против заявленных конкурсным управляющим должника требований, утверждал, что являясь участником общества до ноября 2015 года, он не контролировал деятельность должника, не совершал действий или бездействия, способного причинить вред кредиторам должника.

Отказывая в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции отметил, что надлежащих и допустимых доказательств наличия вины ФИО4 в создании критической ситуации для общества конкурсным управляющим должника не представлено, а также принял во внимание отсутствие в материалах дела доказательств вины ФИО4, наличия причинно-следственной связи между его указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанного лица и последующим банкротством должника, в связи с чем, конкурсным управляющим должника не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения участника должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего.

Кроме этого, суд первой инстанции отметил, что на момент возникновения у должника признаков несостоятельности (банкротства) – 20.04.2013 – что подтвердил в заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего должника – Закон о банкротстве не содержал положений, обязывающих учредителя (участника)

должника подавать в арбитражный суд заявление о признании должника несостоятельным (банкротом). Такая обязанность возлагалась только на руководителя должника. Поэтому Спехов В.Б. не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию.

В указанной части суд апелляционной инстанции соглашается с выводом Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет- портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017 в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) статья 4815.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ханты- Мансийского автономного округа – Югры 24.01.2018, суд первой инстанции правильно рассмотрел заявление по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что указанные правила применяются судом только в части процессуальных правоотношений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное

законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Решение от 01.10.1993 № 81-р; определения от 25.01.2007 № 37-О-О, от 15.04.2008 № 262-О-О, от 20.11.2008 № 745-О-О, от 16.07.2009 № 691-О-О, от 23.04.2015 № 821-О и др.).

Данная правовая позиция дополнительно закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО7».

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности – это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №

73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного бездействия по неподаче заявления о признании должника банкротом.

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлся участником должника с долей в размере 50 % уставного капитала до 03.11.2015 года. Следовательно, ФИО4 является в силу указанных выше положений Закона о банкротстве контролирующими должника лицом.

В настоящем случае конкурсный управляющий должника указывает на необходимость привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за неподачу 20.04.2013 заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Поскольку в указанный период времени такая обязанность возлагалась только на руководителя должника, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию.

Между тем, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

По смыслу указанных разъяснений институт субсидиарной ответственности применяется только в случае недобросовестных действий руководителя, нарушивших интересы конкурсных кредиторов, но не может применяться в случае принятия неверных управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового предпринимательского риска.

Коль скоро суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт субсидиарной ответственности применяется только в случае если данные решения явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска и любой разумный и добросовестный предприниматель в таких условиях не стал бы совершать сделку на предлагаемых условиях.

В настоящем обособленном споре конкурсный управляющий должника вменяет ФИО4 вину за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.04.2018 по делу № А75-3019/2016 признаны недействительными ряд сделок, совершенных должником с обществом с ограниченной ответственностью «Сургуттракцентр» (далее по тексту – ООО «Сургуттракцентр») в период с 18.11.2013 по 03.07.2015 путем перечисления денежных средств на общую сумму 2 167 500 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Сургуттракцентр» в пользу должника денежных средств в общем размере 4 366 774 руб. 30 коп.

Согласно тексту указанного определения, с июня 2013 года по момент рассмотрения заявления о признании сделок недействительными ФИО4 являлся руководителем и участником (с 22.12.2015 – единственным участником) ООО «Сургуттракцентр». Одновременно с этим ФИО4 являлся участником должника с долей в размере 50% уставного капитала в период до 03.11.2015.

Таким образом, менее чем за год до возбуждения дела о банкротстве должника ФИО4 являлся членом органа управления должника, владел половиной долей уставного капитала должника, следовательно, являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику по смыслу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, контролирующим должника лицом по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Кроме того, Спехов В.Б. был трудоустроен в качестве заместителя директора должника, согласно выданной на его имя доверенностью, и имел возможность определять действия должника.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно представленным в материалы дела выпискам о движении денежных средств по расчетному счету должника в период с 29.02.2012 по 26.02.2015 было совершено перечисление денежных средств в сумме 3 919 000 руб. в пользу ООО «Сургуттраккерперевозки» (согласно выписке ЕГРЮЛ единственным участником является ФИО4).

Кроме этого имели место перечисления денежных средств в адрес ФИО4 с назначением платежа «Хозяйственные расходы» в сумме 200 000 руб., «Командировочные расходы» - в сумме 2 634 000 руб.

Авансовых отчетов с приложением подтверждающих произведенные расходы документов в материалы дела не представлено.

Также материалами дела установлено, что 15.10.2014 между должником и АО «Сургутнефтегазбанк» заключен кредитный договор № С39187/02 (сумма кредита 49 900 000 руб.).

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между должником и АО «Сургутнефтегазбанк» заключены: договор залога № 29, по условиям которого должник передал в залог банку движимое имущество стоимостью 10 434 600 р.; договор залога № 31, по условиям которого должник передал в залог банку движимое имущество стоимостью 18 584 100 р.; договор ипотеки б/н, по условиям которого должник передал в залог банку недвижимое имущество стоимостью 7 162 500 р.

Апеллянт правомерно указывает, что этим сделкам должника судом первой инстанции не дана правовая оценка.

Вместе с тем в описанных выше действиях усматривается установление залогового приоритета банка в отношении всего известного ликвидного имущества должника. При этом сделки были совершены должником с ведома и согласия ФИО4

Суд апелляционной инстанции отклоняет как необоснованный и не подтвержденный довод ответчика относительно того, что он не мог оказывать влияния при заключении Лефаровым К.Д. указанных сделок от имени должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом признается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника.

Для применения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в данной редакции необходимо установить следующие обстоятельства:

- факт причинения вреда имущественным правам кредиторов; - размер такого вреда;

- причинную связь между наступлением этого вреда и исполнением должником указаний контролирующих должника лиц, или между наступлением вреда и исполнением текущих обязательств при недостаточности имущества, составляющего конкурсную массу.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472, А33-1677/13 необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Таким образом, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ является наличие конкретных указаний контролирующего лица, которые были исполнены должником в виде совершения сделок или иных юридических действий и именно вследствие этих сделок и действий у должника уменьшились стоимость или размер имущества и (или) увеличился размер имущественных требований к должнику.

Учитывая то, что в законе закреплена презумпция добросовестности (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), а субсидиарная ответственность является ответственностью за недобросовестные действия, бремя доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на заявителя (истца), в данном случае на арбитражного управляющего.

Суд апелляционной инстанции полагает данные обстоятельства в отношении ФИО4 доказанными конкурсным управляющим должника и подтвержденными материалами дела.

В силу абзаца шестого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами

либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, признав доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд апелляционной инстанции приостанавливает производство по вопросу о размере привлечения к ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене в обжалуемой части в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ) с принятием в этой части нового судебного акта об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СургутТраккерТрейд» ФИО2 в отношении привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО2 подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь частью 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» ФИО2 удовлетворить. Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10 июля 2018 года по делу № А75-3019/2016 в обжалуемой части отменить. Принять в этой части новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» ФИО2 в отношении ФИО4 удовлетворить.

Установить наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СургутТраккерТрейд» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-

Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий О.Ю. Брежнева

Судьи С.А. Бодункова

Н.А. Шарова