Постановление от 27 августа 2025 г. по делу № А45-33629/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А45-33629/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 28 августа 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Логачева К.Д., судей Иванова О.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бакаловой М.О. с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Деревенский молочный завод» ( № 07АП-1222/2024(3)) на определение от 09.07.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-33629/2023 (судья Калюжная О.И.) принятое по заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Деревенский молочный завод» по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Молочная Кампания», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Молочная Кампания».

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод»:ФИО6, доверенности от 30.11.2020, от16.09.2024, от 29.01.2025 соответственно,

ФИО2 лично.

У С Т А Н О В И Л:

решением от 06.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области ликвидируемое общество с ограниченной ответственностью «Молочная Кампания» признано

несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

15.08.2024 в Газете «Коммерсантъ» опубликованы сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства - конкурсное производство. 10.06.2024 аналогичные сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ.

В арбитражный суд от конкурсного управляющего поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором просит признать установленными основания для солидарного привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ООО «Молочная Кампания», взыскать с ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Молочная Кампания» в размере 340 122,88 руб. текущих требований в пользу конкурсного управляющего ФИО4, 4 435 809, 10 руб. требований включенных в реестр требований кредиторов в пользу уполномоченного налогового органа – кредитора.

Определением от 05.11.2024 Арбитражного суда Новосибирской области к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Деревенский молочный завод» (далее – ООО «Деревенский молочный завод»).

Определением от 09.07.2025 Арбитражного суда Новосибирской области, заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены, ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «Молочная Кампания». С ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» солидарно в пользу ООО «Молочная Кампания» взыскано 4 775 931,97 руб. Произведена процессуальную замена взыскателя – ООО «Молочная Кампания» в праве требования к ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» о привлечении к субсидиарной ответственности на сумму 4 435 809,09 руб. на Федеральную налоговую службу в лице Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Новосибирской области. Произведена процессуальную замену взыскателя – ООО «Молочная Кампания» в праве требования к ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» о привлечении к субсидиарной ответственности на сумму 340 122,88 руб. на конкурсного управляющего ФИО4 Распределена государственная пошлина.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод» обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в привлечении к субсидиарной ответственности в отношении ФИО2, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод».

В обоснование апелляционной жалобы указано, что судом первой инстанции не учтено, что информация о размерах требования кредиторов, включенной в реестр требований должника, должна быть актуальной, то есть установленной на дату разрешения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности. Заявители указывает на то, что реестр требований кредиторов должника, не учитывает суммы основной задолженности, а также то, что взыскиваемая сумма пени не вошла в решение налогового органа, в таком случае, применение презумпции подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 закона о банкротстве в отношении ФИО7, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод» незаконно. По мнению, апеллянтов, судом не определена дата объективного банкротства в отношении должника ООО «Молочная кампания», а также не установлены обстоятельства наступления объективного банкротства. Апеллянты полагают незаконным требование об оплате процедуры банкрота, в том числе и оплату по вознаграждению арбитражному управляющему с лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, при наличии гарантийного обязательства учредителя, от которого он не отказывался, в отсутствии заявления арбитражного управляющего, а также соответствующего судебного акта.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель апеллянтов жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям. Конкурсный управляющий доводы апеллянтов отклонила за необоснованностью.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод» по обязательствам должника ООО «Молочная Кампания».

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части, исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 26.02.2019 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ ООО «Молочная Кампания» внесена запись 2195476358933 о принятии решения о ликвидации.

В связи, с чем уполномоченным органом была проведена выездная налоговая проверка (дата начала – 04.10.2019, дата окончания – 22.12.2020) деятельности Общества за период с 23.12.2016 по 01.10.2019 по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов и сборов, поскольку ликвидационный баланс содержал недостоверные данные о налоговых обязательствах должника, в части указания задолженности, что подтверждается вступившими в силу судебными актами по делу № А45-39980/2019.

Так, по результатам выездной налоговой проверки налоговым органом выявлена неуплата ООО «Молочная Кампания» за периоды с 23.12.2016 по 01.10.2019 по НДС и налогу на прибыль в общем размере 19 822 651 руб.

Решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 18.11.2021 № 5639 ООО «Молочная Кампания» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде налоговых санкций по пунктам 1, 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в размере 267 991 руб. На сумму задолженности по налогам размере 19 822 651 руб. в соответствии со статьей 75 НК РФ начислены пени по состоянию на 20.06.2022 в размере 10 953 373,16 руб. (1 053 734,33 руб.– пени по налогу на прибыль организаций, 9 899 638,83 руб.– пени по НДС). Решение вручено ООО «Молочная Кампания» – 03.12.2021.

Акт выездной налоговой проверки от 24.02.2021 № 2397 и дополнение к Акту выездной налоговой проверки от 20.09.2021 № 43 получены 15.06.2021, также 27.09.2021 (соответственно) ликвидатором должника ФИО5 лично. Решение Инспекции от 18.11.2021 № 5639 не обжаловалось, вступило в законную силу 10.01.2022.

Задолженность, доначисленная по результатам налоговой проверки, Обществом в добровольном порядке не оплачена, в связи, с чем налоговым органом принимались меры принудительного взыскания.

Несмотря на весь комплекс мер, направленных на взыскание с ООО «Молочная Кампания» доначисленных сумм, по состоянию на 08.11.2022 сумма задолженности в размере 30 989 276,12 руб., образовавшаяся по результатам выездной налоговой проверки, не была уплачена.

Последняя налоговая отчетность с начислениями представлена в налоговый орган 12.02.2019, с 06.03.2019 ООО «Молочная Кампания» отчитывается без начислений налогов к уплате.

11.02.2021 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Молочная Кампания» внесены сведения о недостоверности в отношении юридического адреса организации.

25.08.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

10.12.2021 регистрирующим органом внесена запись - прекращение юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), которая впоследствии была признана недействительной.

В ходе рассмотрения материалов дела № А45-33629/2023 установлено, что 19.07.2023 ООО «Молочная Кампания» выставлено требование № 4728 об уплате

задолженности в размере 19 469 663,59 руб. - основного долга, 12 376 576,30 руб. - пени, 267 991 руб. - штрафов, всего 32 114 230,89 руб.

В последующем 25.09.2023 налоговым органом принято решение № 2446 о взыскании задолженности за счет денежных средств (драгоценных металлов) на счетах налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента, банка, иного лица) в банках, а также электронных денежных средств.

29.09.2023, 06.10.2023, 21.10.2023, 07.11.2023 налоговым органом вынесены постановления о взыскании задолженности за счет имущества налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента, банка, иного лица).

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Молочная Кампания» возбуждено 18.12.2023 по заявлению уполномоченного органа, перед которым у должника имеется задолженность, возникшая вследствие его привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения (проверяемый период – 23.12.2016 по 01.10.2019).

Решением от 06.06.2024 в редакции определения от 24.06.2024 об исправлении опечатки Арбитражного суда Новосибирской области по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включена задолженность единственного кредитора уполномоченного органа (заявитель по делу) в размере 19 469 66359 руб.– основной долг, 13 243 625,33 руб. - пени, и 267 991 руб. – штраф с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Решением от 18.06.2024 Арбитражного суда Кемеровской области делу № А27- 24560/2022 суд признал ООО «Деревенский молочный завод» и ООО «Молочная компания» взаимозависимыми юридическими лицами, также пришел к выводам о том, что ООО «Молочная Кампания» создана схема ухода от налогообложения путем перевода бизнеса, персонала, действующих хозяйственных договоров на ООО «Деревенский молочный завод», в связи с чем, взыскал налоговую задолженность с ООО «Деревенский молочный завод» в общей сумме 30 691 027,75 руб., из них 19 469 663,59 руб. недоимка по обязательным налоговым платежам, 10 953 373,16 руб. пени, 267 991 руб. штраф.

Постановлением от 12.02.2025 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа решение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.06.2024, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2024 по делу № А27- 24560/2022 оставлены без изменения. Указанные судебные акты вступили в законную силу.

ООО «Деревенский молочный завод» погашена задолженность ООО «Молочная компания» перед Федеральной налоговой службой в сумме 30 691 027,75 руб., что подтверждается платежными получениями № 1 и № 2 от 16.10.2024.

Определением от 24.10.2024 Арбитражного суда Новосибирской области суд в соответствии с положениями пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве включил требование по взысканию задолженности уполномоченного органа в размере 2 145 556,92 руб. – пени, в реестр требований кредиторов должника с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Таким образом, на дату рассмотрения настоящего заявления непогашенный размер задолженности перед уполномоченным налоговым органом составил 4 435 809,09 руб.

Обращаясь с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» конкурсный управляющий в обосновании своих требований ссылался на то, что в связи с совершением действий контролирующими должника лицами, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов, совершением сделок в виде создания фиктивного документооборота при отсутствии реальных хозяйственных операций с подконтрольными юридическими лицами ООО «Промоушен» и ООО «Фристайл» с целью минимизации налоговых обязательств, путем применения вычетов по НДС, существенным образом ухудшивших финансовое состояние должника, повлекших начисление недоимки со стороны налогового органа; совершение руководящим менеджментом ООО «Молочная Кампания» налоговых правонарушений, с последующим доначислением налогов, финансовых санкций, при этом задолженность перед налоговым органом составляет 100% задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника (пункт 3 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие предусмотренных подпунктами 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО5, ООО «Деревенский молочный завод» к субсидиарной ответственности, исходил из того, что в результате неправомерных действий указанных лиц (создание фиктивного документооборота без реальных хозяйственных отношений с контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды) должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения; размер требований уполномоченного органа составляет больше 50% совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции на основании следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладает, помимо прочих, арбитражный управляющий.

Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрена возможность привлечения бывших руководителей и учредителей к субсидиарной ответственности.

При этом судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности, зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции правомерно указал на то, что поскольку обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2016 года, то и основания

ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпунктам 1, 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно подпункту 3 пункта 2 этой же статьи возможность определять действия должника может достигаться, в том числе, в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона № 127-ФЗ, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Положения пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривают возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2023 № ЭС18-17629(5-7) по делу № А40-122605/2017, от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7) судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться установлением причин

несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Для возложения на контролирующее должника лицо субсидиарной ответственности необходимо установить наличие совокупности условий, предусмотренных Законом о банкротстве, в зависимости от оснований привлечения.

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53).

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 НК РФ обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога.

По смыслу приведенной нормы, возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога, исчисленного в установленном налоговым законодательством порядке, связано с появлением объекта налогообложения, и, как следствие, уплата доначисленной суммы налога (недоимки) обусловлена именно необходимостью исполнения налогоплательщиком указанной обязанности и не является мерой налоговой ответственности.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: требования кредиторов третьей

очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 Постановления № 53 указано, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 19 Постановления № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга.

В силу приведенной нормы права для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности по данной презумпции необходимо, чтобы заявитель доказал наличие совокупности двух обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных

действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В силу абзаца восьмого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

При этом суду надлежит оценить существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Судом установлено, что ООО «Молочная Кампания» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 23.12.2016, директором Общества с момента создания и до 21.12.2018 являлся ФИО2, а также учредителем со 100% долей в период с 23.12.2016 по 12.11.2018.

В период с 12.11.2018 по 06.12.2018 ФИО2 являлся учредителем Общества с 80% долей совместно с ФИО5, имеющим 20% доли в указанный временной период.

С 06.12.2018 ФИО5 является учредителем ООО «Молочная Кампания» со 100% долей, с 21.12.2018 – директором предприятия, с 18.02.2019 – ликвидатор.

Основной вид деятельности организации - производство молока (кроме сырого) и молочной продукции (ОКВЭД 10.51). Также у организации имеются дополнительные виды деятельности сопутствующие основному.

ФИО3 в период с 01.01.2017 по 01.06.2017 в ООО «Молочная Кампания» занимала должность заместителя директора по вопросам налогового и бухгалтерского учета подразделения «Аппарат управления» (представлен трудовой договор от 01.01.2017, приказ о переводе на другую работу от 01.06.2017); в период с 01.06.2017 по 12.12.2018 являлась исполнительным директором ООО «Молочная Кампания» (согласно выписке из ЕГРЮЛ имела право без доверенности действовать от имени юридического лица), представлены решение единственного участника ФИО5 от 12.12.2018 об освобождении от исполнения обязанностей исполнительного директора, запись об увольнении внесена в трудовую книжку 29.12.2018.

Согласно представленному в материалы дела приказу ООО «Молочная Кампания» № 6 от 15.01.2017 «О распределении обязанностей между работниками» за подписью директора ФИО2 установлено, что общее руководство деятельностью предприятия, включая определения стратегии хозяйственной деятельности возглашаются на ФИО2 (пункт 1). Контроль за соблюдением сдачи отчетности предприятия, включая налоговую, бухгалтерскую, статистическую, оперативную и по внебюджетным фондам возлагаются на заместителя директора по вопросам налогового и бухгалтерского учета ФИО3, с выдачей доверенности на право подписи в рамках настоящего приказа (пункт 2).

В период с 27.12.2018 по 19.12.2024 ФИО3 являлась руководителем ООО «Деревенский молочный завод» (взаимозависимое предприятие).

ООО «Деревенский молочный завод» (ИНН <***>, зарегистрировано в ЕГРЮЛ 24.11.2010), взаимозависимое с ООО «Молочная Кампания», на которое с Общества – должника была переведена финансово-хозяйственная деятельность, выведены активы предприятия (решение по делу № А27-24560/2022).

Учредителем Общества с момента создания является ФИО2, с 25.04.2018 также является руководителем организации.

В период с 27.12.2018 по 19.12.2024 ФИО3 являлась руководителем ООО «Деревенский молочный завод» (https://checko.ru/, https://b2book.ru/).

С 20.12.2024 руководителем ООО «Деревенский молочный завод» является ФИО2

ФИО2 также в суде первой инстанции пояснялось о том, что с переходом на новую должность исполнительного директора функционал Ковалевской

М.В. был расширен, последняя занималась вопросами бухгалтерского и налогового учета, имела в подчинении сотрудников, право подписи договоров. Таким образом, версия ФИО3 об участии исключительно в кадровых вопросах организации «Молочная Кампания» в ходе рассмотрения настоящего дела была опровергнута ФИО2

Таким образом, у предприятий ООО «Молочная Кампания» и ООО «Деревенский молочный завод» совпадают руководители – контролирующие лица ФИО3, ФИО2

Принимая во внимание вышеуказанное, ФИО2, ФИО5, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод» правомерно признаны контролирующими должника лицами.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

Вопреки доводам апеллянтов, объективное банкротство ООО «Молочная Кампания» наступило в результате совершения контролирующими должника лицами последовательных действий по оформлению фиктивных операций в финансово-хозяйственной деятельности должника, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), в ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов.

В ходе проведения уполномоченным органом налоговой проверки финансово-хозяйственной деятельности предприятия в период 23.12.2016 по 01.10.2019 установлено, что должности директора и учредителя в одном лице, исполнительного директора Общества занимали ФИО2, ФИО3 соответственно, в связи с чем доводы о недопустимости привлечения последних к субсидиарной ответственности по задолженности в виде доначисленной пени (с учетом состоявшегося погашения) правомерно отклонены судом первой инстанции.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела № А27-24560/2022 доказан факт наличия волеизъявления взаимозависимых лиц – ООО «Деревенский молочный завод» и должника на перевод клиентской базы и выручки от ООО «Молочная кампания» в ООО

«Деревенский молочный завод», что свидетельствует о согласованных и целенаправленных действиях указанных лиц в целях уклонения от уплаты налогов.

Осуществление ООО «Деревенский молочный завод» финансово-хозяйственной деятельности ООО «Молочная Кампания», в результате заключения аналогичных договоров с контрагентами, по существу привело к передаче имущества - прав на получение доходов (выручки) от деятельности налогоплательщика.

Кроме того, налоговым органом установлено снижение выручки и в дальнейшем прекращение деятельности должника, с попыткой его ликвидации при одновременном увеличении выручки у ООО «Деревенский молочный завод».

При этом, судебной коллегией учитывается то обстоятельство, что передача ООО «Молочная Кампания» имущества (перезаключение договоров с контрагентами и ресурсоснабжающими организациями), привела к утрате источника уплаты налогов и, как следствие, к невозможности исполнения налоговой обязанности, о чём ООО «Деревенский молочный завод» не могло не знать в силу своего зависимого положения по отношению к налогоплательщику.

Таким образом, установлен факт вывода активов должника в пользу ООО «Деревенский молочный завод», чем причинен вред независимым кредиторам, поскольку в случае сохранения за должником имеющихся у него активов необходимых для ведения его нормальной хозяйственной деятельности, несмотря на причиненный непосредственно ему ущерб, имел реальную возможность погасить требования уполномоченного органа.

Очевидно, что действия руководителей должника, в отсутствие доказательств обратного, были направлены на получение личной имущественной выгоды в отсутствие разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости вступления в правоотношения с указанными в решении налогового органа контрагентами, в действительности имеющие своей целью уменьшение налоговых обязательств.

Доводы апеллянтов о том, что судом не установлена дата объективного банкротства должника, следовательно, не установлена дата, с которой действия контролирующих должника лиц могут быть признаны незаконными, судом апелляционной инстанции отклоняются, так как основаны на неверном толковании правовых норм.

Под имущественным кризисом, понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

С учетом изложенного, объективное банкротство должника наступило в результате совершения контролирующими должника лицами ряда последовательных действий, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов.

Более того, вплоть до инициирования банкротного дела (18.12.2023) Общество фактически являлось «брошенным бизнесом», что не поощряется правопорядком. Добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу «закончил бизнес - убери за собой» (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809).

Ссылка апеллянтов на то, что дата объективного банкрота Общества наступила 25.02.2022, с момента неисполнения требования уполномоченного органа признает судебной коллегией необоснованной, поскольку уже в августе 2018 года уровень доходности от хозяйственной деятельности у ООО «Молочная Кампания» отсутствует, финансово-хозяйственная деятельность должника прекращена.

Следовательно, в результате избранной бизнес-модели ООО «Молочная Кампания» прекратило осуществление финансово-хозяйственной деятельности сразу после окончания налоговой проверки и оказалось неспособным удовлетворить требования по уплате обязательных платежей, что явилось причиной банкротства.

Судебная коллегия также учитывает то, что в рассматриваемом случае апеллянты не опровергли установленные уполномоченным органом в ходе выездной налоговой проверки обстоятельства применения ООО «Молочная Кампания» модели ведения бизнеса с использованием формального документооборота, построенной на использовании фиктивных документов.

Следовательно, неспособность удовлетворить требования единственного кредитора юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Принимая во внимание вышеизложенное суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что результат действий контролирующих должника лиц (учредителя и директора ООО «Молочная Кампания» и учредителя ООО «Деревенский молочный завод» ФИО2, исполнительного директора ООО «Молочная Кампания» и директора ООО «Деревенский молочный завод» ФИО3, взаимозависимого аффилированного ООО «Деревенский молочный завод») привел к утрате должником значительных средств, и как следствие, невозможности исполнения

обязательств, что в дальнейшем привело к объективному банкротству (несостоятельности) должника.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции, верно установлено, что в силу подпункта 1 и 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве наличествует вся совокупность обстоятельств, применяемых при привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО3, ООО «Деревенский молочный завод», признанных контролирующими лицами должника на момент совершения налогового правонарушения.

Ссылки апеллянтов о незаконном требовании с лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности оплаты вознаграждения арбитражному управляющему, при наличии гарантийного обязательства учредителя, от которого он не отказывался, отклоняются судебной коллегией за несостоятельностью, поскольку противоречат действующему законодательству.

Так, в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В размер субсидиарной ответственности подлежит включению также и невыплаченное вознаграждение конкурсному управляющему (в связи с отсутствием имущества должника).

Оснований для иных выводов судебная коллегия не усматривает.

Иные доводы подателей жалоб, заявленные в качестве оснований для исключения оснований их субсидиарной ответственности, апелляционным судом проверены в полном объеме, однако не могут быть приняты во внимание, поскольку не влекут иных выводов апелляционного суда, чем тех, которые суд изложил в настоящем судебном акте.

В данном случае, доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, приведенных в определении, и не свидетельствуют о незаконности обжалуемого определения суда.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таких доказательств заявителями апелляционной жалобы не представлено.

Доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, поскольку приведены без учета фактических обстоятельств рассматриваемого дела, характера и оснований возникновения обязательств, в отношении которых должник не освобожден от исполнения.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 09.07.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-33629/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Деревенский молочный завод» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий К.Д. Логачев

Судьи О.А. Иванов

ФИО1