Постановление от 17 декабря 2024 г. по делу № А31-15226/2021

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-15226/2021
г. Киров
18 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 18 декабря 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Калининой А.С., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,


без участия в судебном заседании сторон,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2024 по делу № А31-15226/2021, принятое


по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3

о завершении процедуры реализации имущества гражданина,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее - должник, ФИО2) финансовый управляющий ФИО3 представила в Арбитражный суд Костромской области отчет о своей деятельности, об использовании денежных средств в процедуре реализации имущества должника и ходатайствовала о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2024 процедура реализации имущества должника завершена. ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

ФИО1 (далее – кредитор, ФИО1), не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части, принять новый судебный акт о не освобождении должника от исполнения обязательств перед ФИО1 в сумме 1140000 руб.

По мнению заявителя, судом первой инстанции неверно дана оценка имеющимся в деле доказательствам недобросовестности ФИО2 при займе у ФИО1 1140000 руб. и принято ошибочное решение. ФИО2 до введения процедуры банкротства и при ее проведении ни суду, ни финансовому управляющему не сообщал о наличии у него долга перед ФИО1 в размере 1140000 руб., следовательно, представил суду при подаче заявления о банкротстве недостоверную информацию. Факт его недобросовестности подтвержден определением суда от 12.03.2024.

Финансовый управляющий в отзыве указал, что ФИО2 не привлекался к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство, совершенные им в рамках настоящего дела о банкротстве. Из имеющихся материалов не следует, что должник не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина. Фактов умышленного уклонения от исполнения своих обязательств перед кредиторами или сокрытие своего имущества финансовым управляющим не выявлено. Доводы заявителя об отсутствии оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств несостоятельны, поскольку не имеется предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований, являющихся препятствием к освобождению должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. Доказательств противоправного поведения со стороны ФИО2 представлено не было.

Должник в отзыве с доводами жалобы не согласен, просит оставить жалобу без удовлетворения, а определение суда без изменения, ссылаясь на то, что основания для не освобождения должника от исполнения обязательств перед ФИО1 отсутствуют.

Стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся сторон.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Костромской области от 14.09.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

По результатам процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий представил в суд отчет о своей деятельности, реестр требований кредиторов, анализ финансового состояния гражданина, заключение об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, а также ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Кредитор ФИО1 заявил ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Рассмотрев представленные финансовым управляющим документы, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и ходатайство кредитора о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, суд первой инстанции пришел к выводу о выполнении финансовым управляющим всех необходимых мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве, в связи с чем завершил процедуру реализации имущества гражданина. Суд также установил отсутствие оснований для не освобождения должника от исполнения обязательств перед ФИО1

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Абзац пятый пункта 6 статьи 213.28 Закон о банкротстве устанавливает, что к требованиям о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности, применяются правила пункта 5 данной статьи, предусматривающего, что требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Кредитор, возражая против освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ним, указывает на то, что ФИО2 при составлении расписки не имел намерения возвращать кредитору сумму займа.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956).

Однако судебные акты, устанавливающие недобросовестность должника при оформлении заемных отношений с ФИО1 отсутствуют.

Иные доказательства того, что должник при подписании расписки действовал недобросовестно, имел намерения не исполнять обязательство и злостно уклонялся от погашения долга, в материалы дела не представлены.

Как следует из материалов дела, должник трудоустроен с февраля 2024 года в качестве водителя ООО «САМЕ-44», имеет на иждивении двух несовершеннолетних детей.

В ходе процедуры банкротства за счет реализованного имущества должника требования кредитора погашены частично в сумме 21604,95 руб.

Доказательства сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, сообщения должником недостоверных сведений финансовому управляющему в материалах дела отсутствуют.

Довод заявителя о том, что должник при подаче заявления о банкротстве представил суду недостоверную информацию, скрыв информацию о наличии заемных отношений с ФИО1, является несостоятельным, так как заявителем по делу о несостоятельности (банкротстве) является кредитор ПАО «Сбербанк России».

Определение Арбитражного суда Костромской области от 12.03.2024, которым требования ФИО1 включены в реестр требований кредиторов должника, не содержит сведений о том, что не извещение кредитора о введении в отношении должника процедуры банкротства произошло по вине ФИО2 Кроме того, суд восстановил ФИО1 срок на подачу заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует об устранении негативных последствий не извещения кредитора о возбуждении дела о банкротстве должника.

Таким образом, материалами дела не подтверждено наличие оснований для не освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором, в связи с чем основания для отмены судебного акта в обжалуемой части отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2024 по делу № А31-15226/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий                               


Судьи


Т.М. Дьяконова


А.С. Калинина


Е.В. Шаклеина